Читаем Выбор Шутника онлайн бесплатно

Во время кровавых десятилетий до 174 года Эры Людей Медный Архипелаг раздирала борьба. Враждующие ветви королевского дома делили трон. В конце концов, корона потеряла контроль над воюющими кланами коренных знатных рэка. Ученые говорят об этих годах, что только джунгли благоденствовали, потому что деревья питались кровью рэка. В течение этого времени Архипелаг продавал больше рабов, чем покупал. Победители продавали поверженных врагов в Восточные и Южные Земли, а проиграв следующую битву, сами попадали в рабство.

 Королева Имиари VI династии Хайминг предпринимала бесчисленные попытки восстановить мир среди рэка. Эти усилия ни к чему не привели. Ее свергли после двенадцати лет правления. Ее преемница и убийца, королева Дилсубай, тоже Хайминг, приблизила высокородных дворян, которые поддерживали ее шаткое притязание на трон и бросила в тюрьмы их соперников. Славные дни меднокожих королев-воительниц закончились.

 На материке бледнокожие жители Восточных Земель, которых киприотские люди называли луарина-ми, воспользовались раздорами на Архипелаге. Риттевон Ланман, младший сын не самого знатного рода в Марене нашел союзников в землях Тазаны, Галлы, Торталла, Марены, Сарэйна и южного соседа Торталла, Барзуна. В свою армию он набрал младших сыновей, искателей приключений и наемников, и всех купил обещаниями богатств Архипелага. Вместе с ними в поход отправились боевые маги, обученные в университете Картака. Риттевон и его главный союзник Лудас Джимайен, сын торгового клана Тиры, отдали свои души в залог за золото, которое купило им услуги этих боевых магов. Они купили всех знатных рэка заранее, пообещав высокие посты при дворе, когда Риттевон взойдет на трон.

 Первое вероломное нападение произошло 5 апреля 174 года Эры Людей. Захватчики ударили не по столице Архипелага – Раджмуату, где кузены Хайминг грызлись за корону, а по крепости, принадлежащей клану Малубисай, на юге острова Малубисанг. Этот самый мощный клан Архипелага был захвачен врасплох. Дома превратились в руины, воины оказались в братских могилах, отпрыски в цепях, все в руках магов-луаринов.

 Следующие семь лет луаринские корабли и армии высаживались на островах от Малубисанга до Ломби-на, от Имахина до Тонгканга. Меньшая часть кланов рэка, видя, куда дует ветер, заключили союз с завоевателями. Им позволили сохранить свои земли. Для знатнейших рэка и членов королевского дома Хайминг луарины предложили либо рабство, либо смерть.

 В день летнего солнцестояния в 181 году Эры Людей первый король Риттевон был коронован как правитель государства Медный Архипелаг. Но рэка все же преобладали. Знатные луарины – некогда сыновья портных и кузнецов, безземельные младшие сыновья и наемники – поселялись в домах и владениях рэка и называли их прежними названиями. Многие луарины приезжали сюда и начинали свое дело. Поощрялись браки между рэка и луаринами из низших классов. Луарины прочно пускали здесь корни.

 Подобно большинству народов, таким образом проигравших борьбу, рэка решили, что только войной Бессмертных можно объяснить падение их бога-покровителя Киприота и завоевание земель луаринами. Луаринские жрецы учили, а люди рэка верили, что боги – воинственный бог Митрос и Великая Богиня, Богиня Мать, победили его и сбросили с трона. А Киприоту дали власть только над местными морями, чтобы было чем заняться у них под присмотром.

 Вскоре после последней битвы изгнанный бог Киприот обратился к рэка через одну старую жрицу. То, что он пообещал, стало переходить от рэка раба к свободному рэка, от матерей или отцов рэка к их полулуаринам-детям. Киприот сказал своим людям, что луа-ринам не удалось изничтожить династию Хаймингов. Одна ветвь королевской семьи спаслась. Киприот пообещал, что из этой спасшейся ветви Та, Которая Обещана, придет. Она станет королевой с двумя коронами, избранная богом править Архипелагом и теми, кто хочет освободить его.

27 марта – 21 апреля 462 год Эры Людей Пиратский Обрыв, Торталл, побережье Изумрудного океана

Георг Купер, барон Пиратского Обрыва, второй начальник секретных агентов королевства, отложил в сторону документы и проследил взглядом за своей единственной дочерью, возникшей на пороге кабинета. Алианна, или Али, как ее называли в кругу семьи, появилась в дверях, картинно вскинув руки. Судя по всему, месяц у своих родственников в Корусе она провела прекрасно.

– Дорогой папа, я так рада воссоединению с тобой в нашей славной столице, – провозгласила Али преувеличенно торжественно, – и жажду вернуться назад, в лоно семьи.

На первый взгляд она нисколько не изменилась. На ней было элегантное зеленое одеяние, несколько более свободное, чем требовала мода: как и ее отец, Али носила при себе оружие. К золотой цепочке крепились меч и кошель. Широко расставленные глаза под ровными темными бровями все еще были зеленее, чем глаза Георга. Маленький аккуратный нос она унаследовала от матери. Пухлые губы были тронуты какой-то помадой. Но волосы…

Георг моргнул. Дочь зачем-то намотала на голову простой белый платок, полностью прикрывавший волосы и шею.

Георг приподнял бровь.

– Ты что, собираешься присоединиться к актерам? – мягко спросил он. – Будешь заниматься танцами или чем-то подобным?

Али отбросила притворство и сняла наконец платок, развязав сначала вышитую ленту, которая придерживала его на голове. Вместо привычных волос светло-рыжего оттенка взору Георга предстала темно-синяя шевелюра.

Георг молча уставился на дочь.

– Знаешь, – сказала Али и покраснела, – цвет травы и синий вместе дают потрясающий эффект.

Али расправила плащ.

Георг не мог больше сдерживаться. Он согнулся пополам и зарыдал от смеха. Али сначала крепилась, но потом тоже расхохоталась.

– Что, папа? – спросила она. – Ведь это последний писк моды!

Георг вытер слезы рукавом.

– Что ты с собой сделала, девочка? – всхлипывая, сказал он.

Али прикоснулась к прическе.

– Но, папа, – проговорила она. Ее голос и губы дрожали от смеха. – В университете все так ходят! – Затем она продолжила в торжественной манере: – Я поддерживаю тех, кто подчиняется требованиям моды, кто колеблется от любого, самого легкого дуновения вкуса! Я презираю поверхностность жизни.

Георг все не мог успокоиться.

– Ну, папа, так говорят все студенты. – Али плюхнулась в кресло и вытянула ноги, демонстрируя отцу свои ботинки, кожаные, коричневые с золотыми прожилками. – Симпатичные, да?

– Ничего, – ответил он с улыбкой. – Так поверхностность чьей жизни ты презираешь?

Али всплеснула руками.

– Студентов университета. Папа, это полные идиоты. Один наш студент изобрел новое средство для ухода за волосами. Волосы легко расчесываются и блестят, правда есть один побочный эффект… И конечно, все сразу решили, что синие волосы – это то, что надо. – Али, откровенно любуясь, приподняла свой сапфировый локон.

– Да, да, понимаю. – Георг подумал о своем старшем сыне, который как раз был очень активным и старательным студентом. – Только не говори мне, что Том тоже посинел.

На этот раз удивилась Али.

– Ты думаешь, он заметил вокруг себя людей с синими волосами? С тех пор, как из Сканры начали доставлять разные волшебные устройства, он только ими и занят. Он лишь буркнул: «Надеюсь, мама не увидит тебя в таком виде». Я напомнила ему, что маме это зрелище не угрожает – она на севере, ждет таяния снегов, чтобы продолжить борьбу со сканранцами.

Али подошла к дверям, подняла брошенные седельные сумки и отнесла их на стол Георга.

– Вот последние документы от дедушки. Он просит передать тебе ответ «нет». Тебе нельзя ехать на север, ты нужен здесь, чтобы охранять побережье. Скоро начнется сезон вторжений.

– Он читает мои мысли, – сказал Георг с раздражением. – Эта проклятая война идет уже второй год, и твоя мать в самом эпицентре сражений, а я здесь, под грудами бумаг. – Он показал на свой заваленный документами стол. – Я не видел ее уже год, черт возьми!

– Дедушка говорит, что он натренировал тебе помощницу, – ответила Али. – Она прибудет в течение месяца. Он прав. Нельзя оставлять без внимания север Сканры, даже если Картак, Тазана или Медный Архипелаг пытаются урвать по кусочку Южных Земель.

– Не учи меня жить, – сухо произнес Георг. – Я все это знал еще до твоего рождения.

Он знал, что Али права, и прекрасно понимал всю важность своей работы. Но он просто скучал по жене. За все двадцать три года брака они никогда не расставались так надолго. – Да и помощница прибудет только через месяц!

Али ласково улыбнулась.

– Ах, папа, сейчас у тебя есть я, – сказала она и взяла охапку бумаг. – Дедушка хочет, чтобы я принялась за работу сразу, без промедления.

– Не сомневаюсь, – пробормотал Георг, наблюдая, как ловко она перебирает листы.

– Я говорила ему то же, что постоянно говорю и тебе, – ответила Али, складывая документы в стопки на длинном столе. – Я обожаю работу с шифрами, знаю все приемы расшифровки, но если заниматься этим все время, я просто сойду с ума. Я спросила его, можно ли мне стать шпионом…

– Я сказал, нет, – холодно отозвался Георг, скрывая всколыхнувшуюся тревогу. От одной мысли об ужасной опасности, которой постоянно будет подвергаться жизнь его дочери, и тех мучениях, которые ждут ее в случае провала, его волосы вставали дыбом.

– Дедушка тоже так сказал, – сообщила ему Али. – Но я могу позаботиться о себе.

– Не такой должна быть жизнь нашей единственной девочки, – ответил Георг. – Мои агенты привыкли заниматься этим ужасным ремеслом, ты – нет. Да, ты можешь позаботиться о себе, но не забывай о тех, кто выслеживает наших шпионов. А как поживает этот, как его там? – резко сменил тему Георг. – Ну, тот парень, который всюду ходил за тобой в Корусе?

Али вытаращила глаза.