Читаем Выбор онлайн бесплатно

Под теплыми лучами начинавшего свой обычный путь к закату светила, носившего имя Арун, по тренировочной площадке метался паренек лет шестнадцати на вид. Прыжок, уклонение, финт, финт, удар — казалось, вот он достанет своего оппонента, но тот, не сходя с места и лишь иногда меняя стойки, ухитрялся оставаться незадетым. Чуть отклоненный корпус, немного довернутая кисть, держащая рукоять — и все уже, казалось, успешные удары оказывались промахами, что по-настоящему удивило бы любого зрителя, найдись здесь таковые. Выше двух метров, косая сажень в плечах, мужчина, производивший впечатление потомка великанов из преданий, не выглядел тем, кто способен вести столь филигранную защиту. Скорее, ему подошел бы яростный напор берсерка — ворваться в строй врагов, рубить и кромсать, сея ужас и пасть от ран с безумием в глазах — так подумал бы каждый, увидев его в первый раз. И совершил бы ошибку. Бородатый гигант был офицером гвардии, имел за спиной 4 кампании, больше 20 лет службы и был мастером меча. Скачущий вокруг него юноша с длинными убранными в хвост волосами, напротив, был среднего роста и телосложения и на фоне своего соперника выглядел осой, кружащей вокруг медведя. Вот на какое-то мгновение ему удалось исчезнуть с глаз и очутиться сбоку от своего соперника нанося, казалось бы непарируемый удар из слепой зоны, как вдруг гора шагнула вперёд и в сторону, выкручивая клинок на встречу, и…

— Ххаа хаа фууф, — упираясь в колени и пытаясь прийти в себя от контакта моей тушки с мечом, я скосил взгляд в сторону нависавшей надо мной громадины. Рэйкар, мой бессменный и безжалостный мучитель, смотрел на меня, как на… в общем, как обычно смотрел.

— По-прежнему посредственно, юный Тарсэ. Вам следует прилагать больше усилий, если вы хотите добиться результата, — озвучил он заранее известный мне вердикт.

Каждый день, каждая тренировка, если можно вообще это так назвать, заканчивались одной и той же фразой на протяжении уже более пяти лет. С тех самых пор, как в 10 лет на ритуале пробуждения дара выяснилось, что я не имею никакой предрасположенности к стихийной магии. Да, оказывается, бывает и так. Шутка богов, не иначе. В истории родов бывало всякое, и у магистров с архимагами рождались дети со слабыми способностями, и происходило это, к слову, чаще, чем того можно было бы ожидать, учитывая, с каким вниманием подходили обычно к этому вопросу, однако, полное отсутствие не то, чтобы таланта, но, хотя бы, какой-нибудь склонности к любой из стихий… Такое встречалось не каждый день. Конечно, это не приговор. Да и, честно сказать, разжечь огонь, к примеру, или метнуть сосульку вполне мне по силам. Проблема в манозатратах и кпд. Позвольте, объясню. В Алариэли любой, кто обладает магическим источником, может творить любую по направлению (огонь, ветер, жизнь, молнии и много что еще) волшбу. Но хорошо получаться у него будет только та магия, к которой у него есть предрасположенность. Источник будет облегчать построение заклинаний и магических формул, упростит их манонасыщение и ограничит манопотери. Вкратце, это значит, что за то количество маны, что мне потребуется, чтобы этот самый костер разжечь, любой маг огня сможет минимум огнешар создать. А количество маны, потребное мне для создания огнешара…. Ха! Какой еще огнешар? Не обладая способностями к чему-то, вы крайне ограничены в своих возможностях. Вижу, вы поняли, что это для меня значило. После минутного шока и быстро проведённой повторной проверки отец, магистр огня и земли второй ступени, поднялся с кресла.

— Об увиденном всем молчать, — распорядился он, обводя пылающим взором собравшихся по традиции родственников. — Жду всех завтра на совет, а сейчас я хочу поговорить с женой.

Тогда, на совете, мне было сказано, что несмотря на позор, которым я являюсь для рода Тарсэ, меня оставят наследником. До исполнения мне 16. Незадолго до достижения же возраста, когда мне будет необходимо продемонстрировать свою силу подданым, будет объявлено о моей болезни, и наследницей станет моя младшая сестра Эриния. Я же, выздоровев через какое-то время, но утратив свои способности, стану при ней рыцарем-защитником. Вот после этого разговора в моей жизни и появился Рэйкар, и дальнейшее моё существование превратилось в череду изматывающих тренировок и учебных поединков. Мотнув головой, я выпрямился и направился к стойке с оружием. Положив меч и умыв лицо в стоявшей рядом бочке, спросил:

— Рэйкар, каковы мои шансы хотя бы на выживание в бою?

— Против гвардейца — нулевые, юный Тарсэ.

— Тогда к чему всё это? — привалившись к стене поинтересовался я. — Ведь есть множество бойцов сильнее меня, а если верить тебе, то все сильнее меня. Не правильнее ли было бы назначить защитником, ну, например, тебя?

— Я лейтенант гвардии Вашего отца уже 26 лет, и должен тренировать молодое поколение. А вы же — брат наследницы. Вам она может доверять и вы подходите ей по возрасту, юный Тарсэ. — ответил наставник, и, не прощаясь, ушёл.

Не по имени. Не «наследник». Уничижительное «юный Тарсэ». Так он называл меня с нашей первой встречи, полностью игнорируя всё моё возмущение по этому поводу. Как, впрочем, и по любому другому, — усмехнулся мысленно я. Я бы, может, усмехнулся по-настоящему, но, после поединков с Рэйкаром, болело всё, а в последнее время так и вовсе я бился только против него, так что, отлепившись от стены, я со стоном поплёлся к себе.

Кабинет графа Тарсэ

— Ты не торопился, Рэй, — раздался глубокий голос, и вошедший гость поспешил извиниться.

— Прошу прощения, ваша светлость, — склонил голову гигант-гвардеец с лейтенанстким знаком.

— Давай без формальностей, — поморщился хозяин кабинета. — Как успехи у твоего подопечного? — поинтересовался сидящий за широким, заваленным отчетами и папками столом мужчина лет 45, державший в левой руке какую-то бумагу и с отвращением её разглядывающий.

— Как раз они и явились причиной моей неторопливости, Касс. Парень набирается силы и одолеть его становится сложнее.

— Что я слышу! Тебе сложно одолеть молодого пацана? Может, ты стареешь и пора подумать о отдыхе? — ухмыльнулся граф.

— Пацана, которого я тренировал 5 лет. По жёсткому варианту. Он может постоять за себя, Касс! — не отводя взгляда, твёрдо произнёс Рэйкар.

— Ну, хорошо, — побарабанил пальцами по столу Кассиар Тарсэ. — Как ты его оценишь?

— Кандидат в гвардию. По нижней планке.

— Серьёзно? В неполные 16?

— Да, милорд, — качнул головой Рэй. — Скорость, смекалка, выносливость — всё на достойном уровне. Не хватает опыта боев против разных противников, ну, и физической силы.

— Против тебя всем не хватает, — проворчал граф, припомнив пару тренировочных поединков против старого друга. — А насчёт опыта — ты в курсе ситуации. Пусть бьется против доверенных гвардейцев.

— Не будет смысла. Я неспроста гоняю его лично последние три месяца. Он подошел вплотную к тому моменту, когда, пусть изредка, но начнёт побеждать. Ты велел этого не допускать.

Вопросительно посмотрел на пребывающего в задумчивости графа. Тот, почуяв взгляд и поняв вопрос, вздохнул.

— У меня одна наследница. И ты знаешь про опасность третьих родов для одарённых. Отказав ему в обучении — не удивляйся так. Мой сын не способен лишь к боевой магии, и, поставив его в по сути безвыходное положение, я простимулировал его на неустанное самосовершенствование. Не имея возможности применить боевую магию и не видя результатов от твоего обучения, Дэррон отчаянно ищет знания и силу. Например, ты знал, что он ночует в библиотеке?

Видя нешуточное удивление на лице собеседника, махнул рукой:

— Да-да. После тренировки идет в покои, приводит себя в порядок, ест — и в библиотеку. Сидит там до закрытия, а потом проникает обратно и уходит за полчаса до открытия.

— А как он попадает в неё?

— А он украл ключи у хранителя и сделал с них слепок, — ухмыльнулся граф. — Способ был в одной из книг, что он брал. Теперь ходит туда, когда ему вздумается.

Рэйкар недоумённо повёл плечами.

— Зачем такие сложности, ваша светлость?

— Обучать его, как наследника, я не могу, сам понимаешь. Нанимать наставников со стороны — тоже. Что же это за род такой, если в нём наследника воспитать не могут? Так что, только так. Ладно, — решительно выдохнул Кассиар, — а теперь, слушай. Времени почти не осталось, у тебя пара месяцев, чтобы завершить обучение. Раз ты так того хочешь, пусть бьется против твоих ребят. Сможет одолеть — отлично. Не сможет — будет осторожнее. Через месяц я объявлю о его болезни и отправлю его лечиться в дальний уголок, где вы и побудете пять-шесть недель. Считай это отпуском. За это время как раз вернутся Орианна с Эри, и мы наконец-то закончим эту историю. Всё понял?

— Да, ваша светлость.

— Выполняй.

Это утро ничем не отличалось от любого другого утра моей весьма однообразной жизни. По крайней мере, поначалу. Выполнив разминку под неусыпным присмотром моего наставника и взяв меч со стойки, я уже прикидывал в голове, с чего начать первую схватку, как вдруг он заговорил:

— Не торопитесь, юный Тарсэ. Сегодня мы не будем сражаться.

Приняв, по-видимому, мое растерянное молчание, как проявление должного внимания, он продолжал:

— С этого момента для Вас настало время настоящих тренировок. Вы овладели минимальными навыками и можете постоять за себя. Пора двигаться дальше. Вы приобретёте опыт сражения против нескольких противников и изучите основы командного взаимодействия. На этом все на сегодня. Хорошо отдохните, юный Тарсэ, ибо ближайшие месяцы у Вас это не получится.

Закончив свою тираду, Рэйкар ушёл, оставив меня переваривать новости. Что ж. Значит, правы те, кто говорит, что, как ни готовься, а беда все равно придёт неожиданно. Озвученное этим троллем означало, что в ближайшее время я отравлюсь грибами или получу на тренировке мечом по голове. Разумеется, по несчастливой случайности наш родовой лекарь, магистр третьего ранга Зибел Контэ окажется в отъезде и оказать помощь наследнику на месте не смогут, и его тут же повезут в монастырь святой Аниры, но размокшие дороги не позволят успеть вовремя и у молодого наследника успеют развиться осложнения. Конечно, искусные во врачевании монахини сумеют спасти сына графа (и тот весьма им будет благодарен), но вот беда — от перенесенного испытания источник юноши не выдержал и схлопнулся. Но, ничего страшного. Наследницей назначат Эринию, а Дэррон, конечно пожелает облегчить своей младшей сестренке выпавшую на ее хрупкие плечи ношу, и объявит себя ее рыцарем. Красивая история, вполне присущая столь благородному и старому роду, как Тарсэ. Однако… был нюанс. Одно маленькое «но», которое могло испортить столь прекрасный замысел. Я не хотел лишаться магии. Я успел попробовать её вкус, её манящие возможности, успел сродниться с ней и не мог представить себе жизнь без неё. Да, я не владею стихиями и не стать мне ни Арголом Хладом, ни Растоном Штормом Эмирсэ, но ведь свет клином не сошелся на них. Я успел немало нахвататься у доброго старичка Зибела, и, хотя он, разумеется, озвучил отцу мой интерес к целительству тот не стал возражать. Ведь если я смогу сам себя лечить, то и гонять меня Рэйкар сможет больше. А потом всё равно несчастный случай. Я проводил ночи напролёт в библиотеке, и десятки прочитанных книг о травничестве, рунологии, артефакторике, иллюзиям приоткрыли передо мной щелочку в удивительный мир. И он манил меня, обещая загадки и чудеса, испытания и награды. Он смотрел в ответ в эту приоткрытую дверцу и спрашивал: «Распахнёшь ли ты ее? Хватит ли тебе смелости и силы встать и войти?» И я был намерен попробовать.

Вздрогнув от неожиданно зябкого порыва ветра, я вдруг понял, что так и стою посреди тренировочной площадки с мечом в руке. И, судя по взглядам разминающихся в сторонке солдат, стою давно. Впрочем, пусть думают, что хотят, мне-то что? Мелькнула мысль, и прокрутив восьмерку, я отправился к выходу. В одном я был согласен с наставником — времени было в обрез. А я, ни много ни мало, собирался пойти против интересов даже не рода, а собственной семьи.

Пользуясь редким случаем, я решил прогуляться по городу. Смешно сказать, но я почти не знал родной столицы, и сейчас Ар-Тай представал передо мной во всей своей красе. Просто идти по его улицам, в кои-то веки, никуда не торопясь, доставляло удовольствие, и я смотрел на проезжающие мимо кареты, куда-то спешащих гонцов, носящихся туда-сюда мальчишек и прогуливающихся красавиц самого разного сословия. Светлые двухэтажные дома зажиточных горожан радовали глаз стройностью и аккуратностью. Почти на каждом из них было какое-то свое уникальное украшение. Имея возможность потратить деньги, горожане охотно скупали различные безделушки, что завозили нам из соседнего баронства. Тамошний правитель барон Гроен Карто не обладал большой казной, зато обладал рукастым населением (пограничье все таки), и был нашим союзником, и потому отец с матерью заключили с ним несколько договоров. Лет 7 назад мама, взяв меня с собой, съездила в гости, восхитилась игрушками, что висели на каждом доме по три в ряд, похвалила суп из тамошней костлявой рыбы, которая водилась в местном озерце и заинтересовалась чем-то еще, уж не помню, без чего не самому последнему графству было никак не обойтись. И немедленно возжелала всё это себе. Когда я спросил маму, а зачем нам невкусная рыба и деревянные игрушки она потрепала меня по голове и предложила подумать самому. Помню, как я морщил свой лоб в попытке разобраться, куда всё это можно применить, и меня озарило! Подёргав маму за руку, я гордо сказал:

— Понял!

— И что же ты понял, маленький лорд? — улыбаясь, спросила она.

— Ты кого то накажешь! — уверенно сказал я. — Кормить будешь этой рыбой, а игрушки поменяешь на деревя…

Тут меня пронзил ужас, потому как я осознал, сколько этого добра будет идти к нам, и, не веря сам себе, прошептал:

— Ты накажешь всех?

Со страхом наблюдая за сложившейся от хохота графиней, я почувствовал, как по щекам сами собой потекли слезы, а сам я попытался отступить назад, но заметившая это мама шагнула и прижала меня к себе.

— Ох, сынок, — аккуратно вытирая платочком глаза, дрожащим от смеха голосом сказала она. — Вовсе нет. Подобная жестокость не красит правителя. Но признаю, что если кто-то всерьёз меня рассердит, то я воспользуюсь твоей идеей.

Она с улыбкой посмотрела на меня и подмигнула, а я вновь содрогнулся.

— На самом деле, как ты думаешь, кто богаче — мы, или баронство?

— Мы, конечно! — уверенно ответил я. — Вон, как бедно тут все живут!