Читаем Выбери меня онлайн бесплатно

1. Новый год

1. Новый год

Ваня

– Братишка, ну наконец-то! – кричит Диана, едва я успеваю выйти из машины.

– Привет, малая! – обнимаю сестру и целую в щеку. – Холодно на улице. Зачем выскочила?

Дианка вырывается из объятий и наигранно хмурится.

– Ты мне не рад?

– Рад. Просто боюсь, как бы не простудилась, – подхожу к багажнику и забираю все пакеты с подарками.

Сегодня 31 декабря, и, как и все предыдущие годы, праздник мы отмечаем в кругу семьи у родителей на даче. В этот раз наше торжество особенное – Дианка и ее муж Максим несколько недель назад стали родителями. Беременность Ди далась непросто, как и всем нам. Но, к счастью, маленький Степка сглаживает сейчас все прошлые неприятности.

– Ты снова один? – спрашивает сестренка, пока идем к дому по идеально расчищенной отцом дорожке.

– Что поделать, – пожимаю плечами.

– Готовиться! Мамзель начнет опять нотации читать, – вкрадчиво предупреждает Диана. – Ее и новогодняя ночь не остановит.

– Догадываюсь. Выкручусь. Не впервой.

– Это еще не все, – хватает за руку, чтобы я остановился.

– Что такое? – смотрю недоуменно.

– Она намерена тебя сосватать! – серьезно произносит Ди.

– Чего? – смеюсь в ответ. – Снова?

– Да! Вот же неугомонная женщина! – выдыхает сестра, сжимая губы.

– Вы чего там встали? – доносится голос папы. – Скорее в дом, мороз какой!

Дианка подмигивает, сжимая руку в кулак и победно ее поднимая. Излюбленный жест сестры, означающий: «Предупрежден – значит вооружен». Я подмигиваю в ответ, и мы заходим в дом.

Просторный холл встречает светом, отражающимся от паркета, и теплом, разливающимся от камина в соседней комнате. Аромат живой ели и мандаринов наполняет воздух, смешиваясь с запахом свежей выпечки, доносящимся из кухни. Здесь чувствуется рука Дианы. Наша мама, будучи доктором наук, в вопросе пекарства оказалась абсолютно бездарна.

Раздеваюсь и вместе с Ди прохожу в просторную гостиную, где расположилось большое новогоднее дерево, украшенное игрушками прямиком из нашего детства. Родители старательно берегут каждую, как нечто сокровенное, и надеются передавать их из поколения в поколение. Жаль, но с каждым годом этих реликвий становится все меньше.

– А где Макс? – спрашиваю, пока раскладываю подарки под елку.

– Степку кормит, потом укладывать будет, – мягко произносит Ди, пока папа подкидывает дрова в камин, что расположен по центру комнаты.

– Не муж, а золото, – констатирую с улыбкой.

– Не то слово! – кивает Диана и убегает на кухню.

Минут через 30 мы уже все располагаемся за большим обеденным столом, накрытым белоснежной скатертью. Блеск хрустальных бокалов, мерцание серебряных приборов и изобилие блюд – ежегодные старания мамы и сестры, чтобы создать незабываемый праздник. Максим все ещё наверху, с сыном, но если мамзель решила, что пора садиться, ждать зятя сразу становится необязательно. Выбор Ди мама явно не оценила и даже не пыталась это скрывать. Поэтому несчастному Смолову постоянно приходится лавировать между женой и тёщей. И он практически умело научился с этим справляться.

– Ваня, когда же ты нас уже осчастливишь? – начинает мама с привычной властностью в голосе. Мне остается лишь удивляться, что она продержалась так долго, прежде чем погрузиться в свои нравоучения.

– Когда придёт время, мам, – стараюсь звучать мягче.

– 32 года уже, а все ждешь чего-то. Тут уже надо действовать решительней, – аккуратно отрезает небольшой кусочек мяса и кладет в рот с наигранной улыбкой.

Мама у нас человек непростой. Властная, строгая, временами чересчур надменная. Для нее, как выпускницы лучшего ВУЗа города с докторской по истории искусства, неприемлемы любого рода колебания и сомнения.

– Иван, ты же знаешь: «Во всяком деле самое главное – это начало», – в очередной раз родительница упоминает Платона, значит, сейчас я услышу то, о чем предупреждала меня Диана. Мама хоть и очень умная женщина и с лёгкостью поразит любого и своей эрудицией, и бесконечными цитатами умнейших мира сего, но с возрастом всё же не избежала участи стать чересчур предсказуемой.

– Кажется, я нашла для тебя идеальную партию.

Ну вот! Что и требовалось доказать.

– Регина Леонтьева. Устроилась к нам в музей специалистом по музейно-образовательной деятельности полгода назад. Красива, как лунная ночь, образованна, интеллигентна. Дети ее обожают. Плюс приличная семья. Оба родителя в медицине. Отец – именитый кардиохирург, мать, если не ошибаюсь, в офтальмологии. Одним словом, Ванюша, я думаю, это отличная возможность.

– Уже полгода?! – уточняет Диана, не скрывая иронии. – И только сейчас о ней заговорила?! Теряете хватку, Галина Петровна.

– Не дерзи, Диана. Кто-то из вас двоих должен выбрать достойного спутника. Судя по тому, что ты уже замужем, эта ответственность ложится на плечи твоего старшего брата.

– Напоминаю, что Ваня старше меня всего на 7 минут. И, кстати, у меня очень достойный муж, мама, – с лёгкостью парирует Ди, уже привыкшая к таким уколам. – Уважаемый человек. Успешный бизнесмен.

– В мое время это называлось спекуляция, сейчас это все гордо именуют бизнесом, – вскидывает голову мама.

– Максим – один из самых узнаваемых деловых людей города. Лауреат различных конкурсов! От прорыва года до самого молодого предпринимателя года!

Мама лишь фыркает в ответ.

– Когда это было! К тому же, обеспечивать сбыт европейской мебели, пусть и для элиты, это не бизнес, а просто торгашество. Ума много не нужно.

– Мама, о чем ты?! Контракты, переговоры, логистика! Ты попробуй привези хоть что-нибудь, при этом не разорившись! Особенно сейчас! – Диана медленно хватает волну раздражения, сжимая до побеления пальцев вилку.

– Ну-ну, милая, не повышай на мать голос, – осторожно вставляет фразу папа, явно не желая скатываться в очередной скандал. В отличие от своей жены, свой покой он оберегает более тщательно. Полагаю, годы жизни с такой деспотичной женщиной окончательно убили в нем все прежние мужские порывы. При всем этом остаётся загадкой, как он умудряется держать в полном контроле безопасность вверенного ему места. Мама любит рассказывать, что отец приглянулся ей мягким нравом и непоколебимой уверенностью в себе. Последнее за 35 лет брака нашей матушке явно удалось выдавить из отца своим авторитетом.

– Да она же... – начинает Ди, но мама поднимает твёрдую, как сталь, руку.

– Стоп, Диана. Ты в нашем доме, изволь вести себя учтиво. И что за манера вечно пререкаться со мной?

– И не думала, мам! Просто мне интересно, когда ты уже примешь мой выбор и перестанешь нелестно отзываться о моем муже?

– Я? – Мама распахивает в удивлении глаза, театрально поднося ладонь к груди. – Нет, Дима, ты слышал?

– Да, дорогая, – отзывается папа, явно не желая перечить супруге и вступать в полемику.

В этот момент в гостиную входит Максим, устало прикрывая рот от проскочившего зевка.

– Миссия выполнена, – подходит к Диане и нежно целует ее в макушку, кладя руки на ее плечи. Та в ответ накрывает их ладонями, расплываясь в улыбке.

– Ты – самый лучший, – мягко произносит она, на что матушка закатывает глаза и пренебрежительно фыркает. Проявлять любовь на людях для нее тоже неприемлемо.

– Что, Галина Петровна, – усмехается Макс, присаживаясь рядом с Дианой, – небось, опять меня за спиной полоскали?

Мама бровями взмахивает, держа в руках хрустальный бокал.

– Не удивляйтесь. Я в вашей семье практически пять лет и прекрасно изучил повадки всех ее членов.

– Гордец! – бросает мама, делая маленький глоток вина. – Тогда ты должен знать, что мое воспитание не позволит говорить за твоей спиной то, что я не сказала и не скажу тебе в глаза.

– Хм-м, дайте угадаю. Спекулянт? Деревенщина? До какой стадии успели дойти?

– Пока только о спекуляции, любимый. Не обращай внимания, – Ди кладёт ладонь на руку мужа и крепко сжимает ее. Максим действительно слышал уже достаточно нелицеприятного в свой адрес, но ради Дианы продолжает игнорировать любого рода нападки. Другой бы, уверен, уже послал бы всех недовольных витиеватыми путями. Но Макс твёрдо решил заслужить уважения нашей склонной к снобизму матери.

– То есть пока еще не было упоминания Вавилона, приезжих людей и их непомерных амбиций? – смеясь, уточняет Смолов, щедро накладывая себе в тарелку оливье.

– Вот ты смеёшься, Максим, но именно чрезмерные амбиции вредят нашему городу.

– Эти амбиции развивают этот город. Приезжие люди, не впитавшие петербургский флёр с молоком матери, трезвее оценивают обстановку. Видят то, что замыленный глаз местных обывателей уже не способен рассмотреть.

– Ох, освободи меня от этих бессмысленных рассуждений, дорогой Максим. Лучше расскажи, что за особый такой проект, что ты корпишь над ним день и ночь последние два месяца. У нее есть имя?

– Галя! – восклицает папа, понимая, что мама ступает на опасную тропинку.

– А что Галя? Разве Максим не утопает в работе последнее время? Ди постоянно одна. Извини меня, дочка, но выводы напрашиваются сами. Максим...

– Позвольте, – перебивает тот, слегка сжимая челюсть. – Не переходите черту, Галина Петровна. И оставьте ваши ничем не подкреплённые домыслы при себе.

– У Максима интереснейший проект в работе, мама, – с гордостью произносит Диана. – Настолько масштабный, что у тебя больше совесть не позволит называть его обыкновенным дельцом. И может, я и одна, но муж обеспечил мне все условия, чтобы я не сильно напрягалась.

– Ты – молодая мать...

– И разве я плохо выгляжу для этой новой роли? – сжимает губы Ди. – У меня идеальные волосы, чистая одежда и свежайший маникюр. Большинству не данотак выглядеть в первый месяц материнства.

– Ты безупречна, как всегда, Диана, – снисходительно подчёркивает мама, понимая, что здесь зацепиться не получилось. – Продолжай в том же духе.

– Даже если бы Диана выглядела как Элиза Дулиттл, я бы всё равно считал ее самой прекрасной женщиной в мире, – мягко замечает Максим. – А по поводу моей бесконечной работы... Галина Петровна, вы знали, что за последние два года количество производств увеличилось на 28 процентов? Это около тысячи ремесленников! Я хочу отобрать лучших. Собственная мебельная фабрика с искусными мастерами, накопленным опытом и европейскими технологиями – залог успешного конкурирующего предприятия. И когда мы станем первыми в стране, вы перестанете, наконец, считать меня банальным перекупщиком.

– Так все ради моего одобрения? – хмурится мама, но я вижу заигравший в ее глазах интерес.

– И его в том числе, – соглашается ее зять. – Я уже говорил, что докажу вам, что достоин вашей дочери, как никто другой.

Смолов находит руку Дианы и демонстративно целует. Сестра же с нескрываемой гордостью задирает подбородок.

– Мне нравятся твои планы, Максим, – неожиданно встревает папа. – Для человека из глубинки ты мыслишь очень масштабно. Уважаю.

– Спасибо, Дмитрий Сергеевич. Мне есть ради кого стараться.

Ну вот и славно. На мгновение мне стало казаться, что даже в новогоднюю ночь взрыва не избежать, но, к счастью, все разрешилось благополучно. Удивительно, но Макс снова забрал удар на себя, и мое сватовство отложилось.

– Ваня, я пришлю тебе телефон Регины.

А, нет. Не отложилось.

– Сейчас она уехала в Шерегеш, вернется 6-го. Полагаю, после Рождества вполне можно договориться о встрече. Она очень заинтересована в ней.

– Мам, – делаю глубокий вдох, – я уверен, Регина – отличная девушка, но я хочу сам решить, с кем быть.

– У тебя есть кто-то на примете? – невозмутимо спрашивает, слегка приподняв бровь.

Задумываюсь на секунду о нежном образе хрупкой девушки с волосами цвета спелой пшеницы в лучах утреннего солнца и голубыми, как летнее небо, бездонными глазами. Сердце внутри переворачивается, но отвечаю, тем не менее, уверенно:

– Нет, никого нет.

– Что и требовалось доказать, Иван! Регина – твой шанс! Постарайся его не упустить.

Сжимая челюсть, смотрю на сестру и ловлю ее понимающий, полный сочувствия взгляд.

– Конечно, мам, – соглашаюсь, чтобы уже закончить этот разговор.

До полуночи остались считанные минуты, и продолжать это нелепое обсуждение мне хочется меньше всего. Впереди Новый год. Надеюсь, он принесет мне то, что я ищу. Если в лице Регины Леонтьевой, значит, так тому и быть.

2. Девушка-загадка

2. Девушка-загадка

Ваня

Флагманский ресторан, расположенный на одном из главнейших проспектов города, все еще погружен в праздничную атмосферу. Обилие живых растений разбавляют маленькие елочки, мерцающие тёплыми огнями.

День в самом разгаре, а значит, люди продолжают наслаждаться остатками январских каникул. Поэтому публики в заведении немного. Полагаю, большая часть здесь – приехавшие в Северную столицу гости и продрогшие гуляющие.

Заняв столик у окна, продолжаю ожидать Регину, которая опаздывает уже на 20 минут. Я решил сразу же закрыть с ней вопрос, дабы избежать ненужного натиска матери. И как только прошло Рождество, созвонился с потенциальной невестой и предложил встретиться, пока не закончились новогодние праздники. Ресторан Регина выбрала, к моему удивлению, довольно специфический. Ни утонченных блюд, ни пафосных дизайнов. Новомодное заведение с паназиатской кухней и современным интерьером.

Уютное место.

Если приглянется пища, вполне можно практиковать походы сюда.

– Еще кофе? – уточняет официант, забирая пустую чашку.

– Нет, благодарю. Я, кажется, вижу мою спутницу, так что пора перейти к чему-нибудь более существенному.

Официант растворяется в зале, предупредив, что подойдёт чуть позже, а к столику тем временем подходит Регина. Встаю, чтобы поприветствовать, параллельно ее рассматривая. Она хороша. Здесь маман не обманула. На той фотографии, что мне довелось увидеть, девушка выглядела мило, но не столь притягательно. Сейчас же передо мной стоит прекрасная особа с собранной в прическу копной тёмных волос, лёгким макияжем, подчёркивающим природную красоту, изящную шею обвивает тонкая нитка жемчуга, в ушах блестят едва заметные серьги. Черный кардиган, черные брюки.

Строго .

Регина выглядит очень строго. То, что она всё же встречается с мужчиной, а не с профессором университета, выдает яркая, немного дерзкая для ее образа помада на губах.

– Здравствуйте, Иван. Прошу прощения за задержку, – с застенчивой улыбкой протягивает руку.

– Такой девушке положено заставлять мужчину ждать, – улыбаюсь в ответ, уже забыв про раздражение, что росло внутри от ее опоздания.

– Ну что вы! – хмурится, присаживаясь. – Я против этих уловок. По дороге позвонила подруга, попросила завести ей лекарства. Не могла же я бросить в беде больного человека?

– Вы очень добры, – мягко произношу, утопая на мгновение в бархате тёмно-зеленых глаз. Она смущенно кивает и берёт меню.