Читаем Вспоминая Эверли онлайн бесплатно

Название: «Вспоминая Эверли»

Автор: Д.Л. Берг

Серия: «Потерять и найти» (книга 2, одни герои)

Переводчики: : Евгения А., Татьяна С., Мар'яна Г.

Редактор: Женя Б., Ольга С., Настя З., Екатерина И.

Обложка: Александра В.

Перевод группы: https://vk.com/lovelit

Вина, раскаяние и ужас.

Три простых слова, которые могут обнажить истинную натуру человека.

Заставить его почувствовать себя бессильным в самом простом смысле этого слова.

Вот, до чего скатилась моя жизнь. Окруженный деньгами, неограниченными средствами и достатком — я все равно не смог защитить ее.

Не смог обезопасить ее. Это все, чего я хотел — дать ей больше… всего, защитить от всего зла в мире. И все же, каким-то образом, я сам привел его к нашему порогу.

— Почему мы не взяли машину напрокат? — голос Эверли пробивается через клубок моих мыслей, и я оборачиваюсь к ней.

Она сидит рядом на пассажирском сидении и смотрит отвлеченно и немного подозрительно. Девушка похожа на видение — фиолетовая синева ее платья контрастирует с огненным багрянцем волос. На ней ожерелье, украшенное камнями, которое я подарил несколько лет назад, то ли в качестве жеста примирения, то ли надеясь, навести мосты над пропастью молчания между нами.

По моей вине и из-за моих многочисленных ошибок.

— Я подумал, было бы мило, если сегодня мы были только вдвоем, — отвечаю я, проскальзывая к ней рукой с центральной панели.

Она не рвется мне навстречу, но и не противится прикосновению. Одна мысль обо мне не заставляет ее отшатнуться от страха. В ее взгляде по-прежнему читается надежда, что я еще не превратился окончательно в того монстра, которого она боялась.

Если бы она только знала.

— Думала, мы собирались на вечер искусств, — разочарованно говорит Эверли.

— Мы собирались. Но знаю, ты ненавидишь такие мероприятия, поэтому все отменил, решив, что вечер вдвоем будет гораздо приятнее.

Каждое произнесенное слово было полной чушью. Меня все еще ждали на этом вечере, и если я не покажусь там…

Проезжая выбранный мной небольшой ресторанчик — такой, где не требовалась обязательная резервация столика на вечер субботы — я оглядываюсь в поисках парковки. И не нахожу ее.

Иногда я просто ненавижу этот город.

Через три квартала я, наконец, обнаруживаю местечко на склоне холма. Выбравшись из машины, я обхожу ее, чтобы помочь Эверли выйти, и снова замечаю, как прекрасно она выглядит. У нее ноги кажутся бесконечно длинными, когда она ставит ногу на грязную улицу, а темно-синяя ткань ее платья скользит по роскошным бедрам, когда девушка поднимается из машины навстречу ко мне.

— Кажется, нам придется немного прогуляться, — говорю я, предлагая ей свою руку.

Она оглядывается, пытаясь определить наше местоположение.

— Где мы? Не думаю, что была когда-нибудь в этой части города.

Я пожимаю плечами, принимая максимально непринужденный вид, когда мы шагаем рядом по тротуару.

— Парень с работы сказал, что водил сюда жену на прошлой неделе, и она не перестает болтать об этом. Я решил, что стоит попробовать.

Эверли с подозрением изучает меня, пока я стараюсь не отвлекаться на отдельные граффити и случайный мусор, шуршащий под ногами. Когда-то я поклялся себе, что она всегда будет получать от меня только лучшее — никак не меньше, и вот он я — тащу ее в какую-то крысиную дыру, ресторан, о котором ничего не слышал, только для того, чтобы вытащить ее из дома на вечер.

И все оттого, что мне нужно объясниться.

Рассказать ей все.

Нужно сделать это на нейтральной территории, не боясь, что меня прервут или обнаружат. Бог знает, кто мог услышать.

Вскоре она поймет.

Она узнает, почему.

Мы идем в полном молчании, пока она неожиданно не останавливается. Я оборачиваюсь и вижу, что у нее в глазах стоят слезы, а тусклый уличный фонарь окружает яркие рыжие волосы ореолом света.

— Почему ты плачешь? — неуверенно спрашиваю я, делая шаг к ней и протягивая руку.

Эверли отшатывается с широко распахнутыми от ужаса глазами, словно вдруг оказывается в прежнем окружении. Я был не единственным, кто не замечал ничего, кроме звезд на небе.

— Что происходит, Август? — спрашивает она с паникой в голосе.

— О чем ты? — спрашиваю я, пытаясь оставаться спокойным, протягивая руки в успокаивающем жесте.

— Отменил вечер… привез меня в это место. Это не похоже на тебя. В этом нет никакого смысла.

Я раздраженно провожу рукой по волосам, понимая, что она права. Во всем этом не было никакого смысла, но это лучшее, что я мог сделать, и надеялся лишь, что она не будет задавать вопросов. Обычно она доверяет мне без раздумий и объяснений, но где-то во всем этом сумасшествии, которое мы создавали вместе, сами же и потерялись. Я потерял ту бесценную связь, которая была у нас с ней.

— Может, ты не так хорошо меня знаешь, — огрызаюсь я в ответ, немедленно возненавидев себя за сказанное.

Мне просто нужно, чтобы она снова поверила мне. Но доверие нужно заслужить, а за последние несколько лет я неуклонно трачу это с трудом завоеванное сокровище, которое когда-то так ценил. Теперь же в ее взгляде не осталось ничего, кроме неуверенности.

Неуверенности и страха.

У Эверли вырывается всхлип. Она разворачивается и бежит по темной аллее.

— Бл*дь! — выругиваюсь я, следуя за ней.

Стук ее каблуков эхом разносится по узкой дорожке, пока не прекращается, и я не обнаруживаю ее, сжавшуюся, у черного входа в бутербродную. Мигающий свет наверху словно намекает, сколько вреда я причинил этой несчастной женщине.

Женщине, которую я так долго любил.

Тушь стекает по ее покрасневшим щекам, распухших от слез, вызванных моими жестокими словами. Сколько же слез она пролила из-за меня?

Возможно, хватило бы на несколько ведер.

Я не стоил их. Но это изменится. Начиная с сегодняшнего вечера.

— Почему ты не любишь меня? — спрашивает она, уставившись пустым взглядом в закопченную стену.

— Я люблю тебя, Эверли. Я так сильно тебя люблю, — взмаливаюсь я, хватая ее руку.

Она кажется безжизненной, словно из нее выкачали все до тех пор, пока передо мной не осталась лишь пустая оболочка.

Может быть, это случилось уже давно, а я был достаточно туп, чтобы не замечать этого.

— Не любишь, — повторяет она, и наконец, поворачивается ко мне. — Ты не любишь меня уже давно. Мне просто было страшно это признать.

— Нет, ты не понимаешь… позволь мне объяснить. Только не здесь, — сказал я, оглядываясь. — Нам нужно идти. Здесь не безопасно, — взмаливаюсь я.

— Нет, это с тобой мне не безопасно! — кричит Эверли, вырываясь из моей руки.

Я пытаюсь удержать ее, пока она беспорядочно вырывается из моей хватки, но гладкая ткань платья постоянно выскальзывает, и я теряю равновесие, сбивая нас с ног. Она ударяет меня кулаком в череп, и я ощущаю, что падаю…

Зеленые камушки рассыпались вокруг меня дождем, и последнее, что я увидел — ее измученное лицо — а потом провалился в небытие.

Я видел это в выражении ее лица: ужас, боль, страх… но больше всего — облегчение.

Полное и безоговорочное облегчение.

Глава 1

Эверли

Секреты.

У них есть способность уничтожать жизни, отношения и саботировать даже самые сильные партнерские отношения. Большие или маленькие… это не имеет значения. Даже самая маленькая прозрачная ложь была способна разъедать, разрушать и разбирать все, что вы любили.

Я носила настолько большой секрет, что иногда чувствовала себя физически слабой от его веса. Думала, что смогу нести свое бремя до моей могилы — в конечном итоге, эта правда умрет вместе со мной.

Но секреты никогда не умирают.

Они живут намного дольше, чем мы, и всегда находят свой путь на поверхность.

И, конечно, мои.

Находясь в одиночестве в квартире, которую делила с моим женихом, я снова и снова осторожно перекатывала гладкий зеленый камень между большим и указательным пальцами, вспоминая тот день, когда он был возвращен мне.

За все наши годы вместе я никогда не видела Августа таким холодным. Таким безжизненным.

Это напугало меня до глубины души.

Но я до сих пор никому не сказала. Прошло три дня, и мне еще нужно было рассказать своему жениху или лучшей подруге о событиях, произошедших в этом свадебном магазине. Насколько Райан и Сара знали, Август грубо прервал мою свадебную примерку, чтобы сказать мне, что у него были воспоминания о прошлом — вот, и все.

Ни больше, ни меньше.

Почему я не уточнила? Не хотела признавать свой позор. Я не могла поделиться этим секретом, моей самой темной ложью. Что они обо мне подумают? Я была причиной того, что Август провел на больничной койке два года. И худшая часть? Я лгала об этом.

Даже самым близким. Даже Августу.

Я была худшим человеком.

Знала, Райан скажет мне обратное. Он утешит меня, когда я скажу ему правду, поддержит меня, как я поделюсь своей историей, ужасной правдой о той ночи.

Не было грабителя.

Была только я.

«— Диспетчерская служба 911. Что у вас случилось?

Слова звучали ясно через динамик моего мобильного телефона, который я держала обеими руками, глядя вниз через размытые полные слез глаза на безжизненное тело Августа, раскинувшееся на земле.

О, Боже, что я наделала?

— Кто-нибудь есть? — снова спросила женщина.

— Да, — умудрилась я выдавить. — Пожалуйста, помогите. Мой парень ранен.

У меня дрогнул голос, когда слова вырвались из моих губ, становясь реальностью.

— Что случилось? Несчастный случай? Вас атаковали?

Оглянувшись на темную аллею, почувствовала, что я киваю головой в знак согласия, прежде чем даже сказала слова.

— Да, на нас напали. Пожалуйста, быстрее».

Все было так просто. Во мне никто не сомневался. И я никогда не давала им повода. Я была разбитой, рыдающей, когда они увозили Августа в машине скорой помощи, и стояла рядом с ним в течение нескольких недель, пока они не сказали о том, что он, возможно, никогда не проснется от комы.

Кому, в которую я его положила. Я сидела с ним в этой одинокой белой комнате, наблюдая, как он становится все более хрупким, поскольку дням, казалось, не было конца. Его врач принял мою вину за горе и предложил мне продолжить свою жизнь. Я была молода. Август хотел бы, чтобы я продолжила жить без него.

Вспомнила, как он потер мне спину, когда поведал правду.

— Ему потребовалось бы чудо, чтобы проснуться в этот момент, — сказал он с особой осторожностью.

Я кивнула, поблагодарив его за откровенность, и посмотрела на Августа, размышляя, хочу ли я чуда.

Он был бы прежним? Или другим?

В тот момент я решила, что не смогу ждать, чтобы узнать — это слишком больно. Поэтому я воспользовалась советом врача и переехала подальше, отыскав квартиру и работу. И, в конце концов… Райана.

Ласкового Райана.

Райан сказал бы мне, что та ужасная ночь была просто несчастным случаем, и я запаниковала — острый момент слабости. Он успокаивал мои истерики и настаивал, что это не моя вина. Все будет забыто и сметено под ковер, а жизнь пойдет своим чередом.

Но я этого не хотела. Не заслуживала его доброты и сочувствия. Мне нужен кто-то, чтобы кричал и кричал на меня за все страдания, которые я причинила. Нужно было заплатить за украденную жизнь.

Потому, что когда дело дошло до этого, я лишилась жизни.

И ушла, позволив всем поверить, что стала жертвой в этой истории, когда в действительности была преступником. Преступником.

Настоящий монстр.

— Эй, мне интересно, где ты.

Теплый знакомый голос Райана просочился через комнату, когда я закрыла рукой камень и медленно скользнула под одеяло, встретив его дружеский взгляд.

— Эй, — ответила я, симулируя сонливость, потянула шею вперед и назад, сделав сложное шоу зевоты для эффекта, когда крошечный зеленый камень горел горячим и ярким в моей руке. — Я просто пыталась вздремнуть.

— Не повезло? — спросил он, прислонившись к дверной раме, скрестив руки на широкой груди.

— Нет. Я не знаю, почему беспокоилась. Не могу спать днем. Но с тех пор я плохо спала… — я остановилась, с сожалением произнося слова.

— Со времен свадебного магазина. Я знаю. Чувствую, как ты мечешься и ворочаешься ночью, — сказал он, глядя на меня.

Кивнув, я почувствовала, что между нами воцарилась тишина, не зная, что сказать дальше.

Райан оттолкнулся от косяка и подошел ко мне, заняв пустое место на кровати рядом со мной. Я почувствовала погружение матраса, когда он своим большим телом придавил его сверху. Это ощущалось утешительным, чувствовать его вес рядом с моим.

Безопасно и реально.

Он не торопился, собираясь с мыслями, и я почти видела, как колеса поворачиваются у него в голове, когда он тщательно подбирал каждое слово.

— Ты сожалеешь о своем решении выбрать меня? Теперь, когда он все вспомнил… это меняет твой ответ?

И вот, оно.

Семя сомнения, которое прорастало и давало почки и цветы, так как я отсутствовала с Августом. Райан ушел — послал меня в объятия другого человека, и хотя я охотно возвратилась, он не всегда казался уверенным в моем выборе. Смогу ли я когда-нибудь искоренить существование этой неопределенности или уже был нанесен ущерб?

Мы обречены с самого начала?

— Нет, Боже, нет, — ответила я, отступая. — Это совсем не то, о чем я думаю, — объяснила я, присаживаясь в постели, чтобы полностью развернуться к нему. — Это меня поразило, да. Я все еще перевариваю это — пытаюсь выяснить, что это значит для нас. Но это ничего не меняет. Я выбрала тебя. Выбрала эту жизнь. Это не изменилось, и никогда не изменится.

Я действительно удивлена, как Райан встретил меня с открытыми объятиями, учитывая, как быстро я убежала от них, когда выпала возможность попасть в другие.

У меня дрожал голос, когда я говорила, преданный необработанными эмоциями. Райан увидел это и принял мои подавляющие чувства за страсть. Его губы встретились с моими, и нежный шепот поцелуя с вопросительным знаком в конце, умоляя о большем. Зная, что он нуждается в заверении, которого я могла бы дать, я ответила поцелуем, возвращая нежность со страстью и огнем, когда мы откинулись на матрас и забыли все о воспоминаниях и выборах, и только думали об одном.

Друг о друге.

***