Читаем Всадник (СИ) онлайн бесплатно

...Наши кони готовы вполне

Дьяволу душу отдать,

Если ты удержался в седле,

Вместе отправимся в ад...

...Он ехал сквозь плотный туман, и ничего не было вокруг, и в то же время вокруг было все. Наверное, просто туман делал свое дело, а Всадник делал свое.

Пространство струилось холодом и пронзительной печалью. Звуков не было вовсе. Не скрипело седло, и даже Kонь, могучий Kонь неизвестной породы, не всхрапывал, не стучал подковами, и безмолвными оставались рыцарские тяжелые доспехи, в которые были закованы Всадник и его конь.

А быть может, и не было их, этих доспехов? И никакой стали, ни кирасы из заиндевевшего мрамора, ни хрустального забрала, ни шлема с диковинным плюмажем? Неведомо...

Иногда туман густел еще больше, становясь липким на ощупь и очень плотным, как битум. Он не оставлял следов на убранстве Двоих, но Всадник знал, что это Кровь.

А после все погружалось в темноту, и их силуэт превращался в белую точку на фоне зловещего космоса. Хотя почему зловещего? Космос и Космос. Наверное, Тот Кто Глядит Извне видел бы Их по-другому, но тот кто рассказывал мне о Всаднике видел все именно так.

Потом прекращалось и это, и опять приходили сны. А вслед за снами - Серебро.

Затем, обычно, шел дождь, из обычной воды, для тех, кто считает Ее обычной. Иногда мелкий, иногда нет. Но это было совсем нестрашно. Дождь нес Очищение...

И был Свет.

И тогда темнота наливалась сочными красками, настолько яркими, насколько позволяла видеть их красоту разрешающая способность видения тех, кто мог это Видеть. Тот же, кто мог только Ощущать, ощущал Музыку.

А Всадник ехал по радуге, заполнившей пространство, пускай совсем ненадолго. Хотя, трудно судить об этом, ибо не было Времени на Пути у Всадника, и не было более ни сожалений, ни чувств, ни скорби, ни слез...

И снова смыкался туман за Его спиной, и гасли краски, и Музыка утихала, исчезая, чтобы вернуться через сотни веков. Но все также грациозно ступал Его Конь неизвестной породы, безмолвный, но такой надежный и крепкий, что казалось материя самого Покоя следует за Ним.

Хотя... Может быть и не было никакого Коня? И шел Он пешком? Не знаю... Да и никто не знает об этом всего. Даже сам Всадник...

ХХХ

 становилась невыносимой. Хотелось выстрелить, да так, знаете ли, со звоном, с брызгающим во все стороны стеклом, с надсадным воем сирен за окном. Да только где их взять, сирены? Негде. А славно было бы... Трах-бах. Штукатурка сыпется, щепки летят, гильзы горячие по полу стук... стук... Пистолет этот, блин, дьявольский... Зачем он мне? Кто-то из великих бойцов сказал негромко так, с достоинством, наверняка, типа мол: " Уж если ты вытащил пушку - не жди, не пугай засранца, а бей точно в лоб, ну, или на худой конец в ногу, а то взяли моду, пушек насобирают по карманам и ходют и ходют друг за другом, как пидорасы... А до дела доходит, начинают друг дружке угрозы рассказывать, а на курок жать, толи силы нет, толи жопы..." Я еще раз внимательно осмотрел оружие. Серьезная вещь, ничего нельзя сказать. Увесистая, солидная. С таким, небось, сам Ринальдо Ринальдини ходил, или как там его? Ходил значит, сигарой дымил, зубы желтые прокуренные обнажал в кривой ухмылке. Чего там, "круче нас только горы"... Какие там у них горы? Апеннины... или это полуостров, а нет... Как же их? Вулкан там точно присутствовал, Помпейский... Или не присутствовал, а просто... Ой, да ну его к монахам этого Ринальдини, может и не было его вовсе, а пистолетик-то вот он, присутствует. Мда...

Дела давно забытых дней

уйдут от нас как запах срани,

когда вечерний первый гром...

или снег?.. Парам-пам-пам не за горами?

Черт, какие же у них горы? Надо в атласе посмотреть, вспомнить бы только

куда я его засунул?

...А на некопаных дорожках

Идет удод на бритых ножках...

Звонок. Телефон кажется. Боже, какой же удод это звонит? Чур, меня, чур...

Аппарат сиротливо валялся в углу сразу за пустой трехлитровой банкой, синюшно отливая вывороченными внутренностями, навевая тоску и истошно вопя при этом. Единственно, что не вписывалось, в привычную до боли в зубах реальность, была валяющаяся рядом с ним, перемотанная изоляционной лентой трубка. Трубка с пошлой наклейкой, трубка видавшая виды и хранящая память миллиона самых разных ушей. Трубка ждала, она жаждала сообщить что-то и трясущаяся от непонятного ужаса, встревоженная, цепенеющая от непонимания рука, наконец, потянулась к ней.

- Да...

- Ой,- пискнула трубка, испуганным девичьим голоском.- Самуил Саваофович?

Вот-вот, именно так все и происходит. Звонит девушка по поломанному телефону и спрашивает Самуила Саваофовича. А потом: "Белые, белые, белые халаты..." Но так просто я не сдамся:

- Послушай, родная, какого тебе еще Саваофовича?

- Ой, я, наверное, ошиблась. Тут у нас такая путаница!

- Какая путаница? Вы кто?

- Я? Я Лена...

- Ну и дальше что?

- Дальше?

Возникла пауза, наверняка неловкая, не знаю как мне, а Лене так точно было неловко.

- Послушайте, а Вы точно не Самуил Саваофович?

Я медленно закипал.

- Вы откуда звоните?

- С телефонной станции. Извините, у нас тут такое творится! Погодите, это номер 9555666?

- Да...- номер действительно был мой.

- Ну вот, видите! - почему-то обрадовалась девушка.- А вы говорите...

- Да ничего я не говорю.

- Фамилия Ваша как, гражданин?

- Ринальдини, - мне тоже вдруг стало весело, какое ни какое, а развлечение.

- О...

- Не "О", а Ринальдини. Ринальдо ммм... Джанлуиджевич.

- Погодите не так быстро, я записываю. Джан... Как?

- Луиджевич, - любезно подсказал я.

- Луиджевич, - эхом отозвалась трубка,- Ну вот и славно. Адрес Ваш подскажите, пожалуйста.

Я подсказал.

- Спасибо. Вы в какой валюте оплачивать будете?

- Чего оплачивать?

- Как чего? Разговор. У Вас же сектор "Це"?

- Не уверен...

- Как это не уверен? Подождите...- в голосе неведомой Лены звучала неприкрытая обида, а в трубке вроде бы как зашуршали бумагой. И че они там с ней делают?

- Ринальдо Джанлуиджевич, у Вас уже и так задолженность за прошлый год, и за этот уже два месяца...

Ну, против этого я допустим, не спорил. Шут с ними со станцией этой телефонной, но какого дьявола...

- В целом выходит 118 тысяч 537 лархов 04 ксе. У нас все фиксируется.

- Сколько? - трубка показалась мне ужасно тяжелой.

- 118 тысяч 537, 04. - уверенно произнесла Лена. - После 120 тысяч задолженности Ваш аппарат будет отключен.

- Чего ноль-четыре?

- Ксе, ну что Вы как маленький, Ринальдо Джанлуиджевич? За разговоры не платите, а потом обижаетесь.

- Послушайте, как Вас там, Лара... Тьфу, Лена, извините, я про валюту не понял. Какая валюта еще? Я знаю, что задолженность, и не отказываюсь вовсе и все непременно оплачу, не беспокойтесь. Но, во-первых, не так много, в конце концов, у меня и квитанции есть. Откуда такая сумма?

- Молодой человек! - в голосе девушки явно послышались металлические нотки. Вот уж не ожидала!- Разговоры с Межреальностью оплачиваются согласно Постановления за номером 74556884456125, в валюте реальности Оппонента. Ваш Оппонент Маградон. Срок оплаты не позже двадцатого числа текущего. Валюта: ларх... Чего Вам еще не понятно? Квитанцию Вам пришлют...

Через пару томительных секунд я обнаружил, что слушаю короткие телефонные гудки. Еще через пару секунд, пропали и они. Я машинально поднял телефон, положил трубку на рычаг и стал наматывать на палец шнур.

" Ну и дела... Маградон. Это тебе не Апеннины..."

В это время шнур кончился, и я тупо рассматровал обрывок провода в своих руках, он даже не был включен в сеть.

" Горячка белая, белая горячка"- прошептал кто-то у меня в затылке голосом девушки с телефонной станции.

В порыве непонятной активности я вооружился кухонным ножом и стал ремонтировать связь, пытаясь зацепиться проводом за контакты коробочки. Зацепил, даже трупик таракана из коробочки извлек, после снял трубку и услышал в ней ровный убедительный гудок. Это уже явно была Реальность. Реальная и прочная, и никаких Маградонов.

Отойдя за сигаретами, я принялся размышлять...

«Нет, это бог знает что!»

Телефон зазвонил снова.

Прикурив, я схватил ужасную трубку:

- Да!

- Что да? - голос, на сей раз, был мужской, хрипловатый и натуженный,- Вам сейчас хулиганы с телефонной станции звонили?

Сразу вспомнился анекдот... И все равно я выдавил из себя противным самому себе голосом:

- Нуу...

- Так вот гражданин Маношин, не о чем не волнуйтесь и выбросите все из головы. Хулиганы зафиксированы, задержаны и более Вас беспокоить не будут. Вы меня слышите?

Хотелось ляпнуть что-нибудь типа:

"Так точно, виноват, Ваше высокоблагородие..." Но я сдержался. Хватит на сегодня. Сказал только:

- Слышу.

Голос моментально подобрел.

- Ну вот и прекрасненько. Я знал, что Вы человек достойный, с пониманием отнесетесь. Правда?

- Разумеется.- Голос мой совсем уже отказывался мне повиноваться. Да что это за лажа такая?

- Премного Вам благодарен за сотрудничество, уважаемый гражданин Маношин. Единственная просьба, не нужно придавать всему случившемуся ровно никакого значения. Хорошо?

- Чему не придавать?

Голос помолчал немного и продолжил:

- Да ничему. Ничего ведь собственно и не было. Так? И вообще, ничему никогда не надо придавать значения. Все это бред. Я признаться думал, что Вы умнее... Ладно. Адью...- голос хохотнул.- Ринальдо Джанлуиджевич...

Все. Поговорили. Гудки. Ой! Сигарета ожгла пальцы, упала на пол и продолжала дымить. Я медленно подтянул трусы и пошел на кухню. Ужасно хотелось, есть, а еще водки, и даже не знаю, чего хотелось больше.

«Да, жаль, что пистолет не настоящий...» - подумалось мне.

И это было чистой правдой. Пистолет был игрушечный, но с виду совсем как боевой. Научились делать, сволочи. Я еще немного полюбовался чудом вражеской техники и бросил игрушку на диван.

На диване кто-то сидел...

Помню еще, что подумалось в тот момент: "Однако!" Больше ничего подуматься не успело, потому, как этот кто-то попросил не шуметь. Он так и сказал: "Не шуми, бля." Или без бля, но оно слышалось в вопросе на подсознательном уровне. И вообще он мне брезгливым каким-то показался. И лицо у него брезгливое было, особенно губы, тонкие такие и брезгливые, и взгляд скользящий, даже можно сказать скользкий, а больше и рассмотреть я ничего не успел на его физиономии, потому что увидел крылья...

Вот представьте себе, сидит эдакая оказия на диване, с виду мужик и мужик, а с крыльями. Ну, как вроде у орла на картинке. Похожие в детстве я видел. И опять пожалев, что пистолет не настоящий, табуретку к себе я пододвинул поближе.

Еще брезгливее лицо моего гостя стало, и, потянувшись с хрустом, он промолвил:

- Чего вы агрессивные-то такие все? Чуть что не по вашему, за табурет. А, между прочим, хорошая вещь, денег стоит.

- Ты, ты, вы...- слова подбирались с трудом, все-таки какой-никакой, а стресс.

- Ну-ну, смелей,- ободрил меня крылатый.- С чего начать? Кто я такой или зачем залез в твою квартиру? Не стесняйся...

Я кивнул. Гость невесело усмехнулся и неожиданно с выражением продекламировал:

...Захотел один урод

Яблок молодильных,

У него душа поет

Радостью дебильной...

- Твоя поэзия?

Краска стыда покрыла мои щеки тяжелым слоем, несмотря на всю неестественность ситуации, а гость между тем посерьезнел и продолжил вроде бы как сам с собой:

- Нет, ну про яблоки допустим понятно, вечная молодость... Допустим, но зачем же они к уродству. Не понимаю... У человечка была тяжелая юность, да и зрелость тоже не сахар. Дебилизм, врожденное уродство... Все эти насмешки окружающих. И дотянул, скажем так, до достойной старости, когда эта чепуха уже и роли-то не играет никакой, и на тебе... Яблоки. Это чтобы повторить все страдания заново, что ли? Нет. Не пойму. Не пойму. Хотя может быть мазохизм?

Я наконец-то сумел что-то произнести:

- Да нет же, это все аллегория... Ну, урод, в смысле, чувак...

Гость нехорошо сощурился, и мне снова стало неудобно.

- Аллегория? Хорошенькое дельце... Аллегория.- Он стряхнул с крыла невидимую пыль.- Впрочем, я не специалист, и вообще по другому вопросу.

Мне стало чуть-чуть легче, ибо, разговор свернул, наконец, со скользкой поэтической тропы. Пегас, блин... Где ты взялся на мою голову?

Гость снова не по-доброму усмехнулся, и меня передернуло:

"Он что ли и мысли читает?"

- Ладно, Саша, пора расставить все точки над этим пресловутым "И". Если не возражаешь, конечно.

Я, разумеется, не возражал.

- Ну и отлично,- констатировал гость.- По моей личности вопросы имеются?

- Ну...

- Понятно, похоже, имеются... Ангел я. Самый что ни есть. Крылья, так сказать, прилагаются в ассортименте. Особо недоверчивым разрешается потрогать руками.

- Да ладно...- я вяло махнул рукой.

- Как хотите... А насчет материализма и всего прочего, ну не знаю... Не я его придумывал ваш материализм. Где б вы только без нас были с этим вашим материализмом...

Помолчали...

- Хреновые дела твои Джанлуиджевич,- после очередной паузы произнес ангел.- Весьма...

- Да я...

- Ой, только не надо мне рассказывать,- скривился гость,- лето, понимаю, но все эти мечты о пиве и холодной ванне, а потом вентилятор на краешек... Ага? И после кайфа, так невзначай, его коготком в воду... Ну не знаю, не знаю... Красиво, понимаю, а кому сейчас легко? Мне? Не сказал бы,- он сделал такое лицо, что я действительно осознал, что нелегко моему собеседнику, весьма и весьма даже нелегко.

- Но вообще-то, молодец, Саша. Намерения, причем вызванные жарой, и к тому же неосуществленные, это в принципе еще ничего не значит. Там,- он сделал многозначительную паузу, и почему-то стало понятно, где это Там.- За это наказывать не будут. А я, хоть и твой персональный хранитель, суицида,- он в сотый, наверное, раз поморщился,- вот ведь слово придумали! Не допустил бы по мере своих скромных сил, так что, в этом плане ты, Саша, чист аки горлица. Но не злоупотребляй, ибо от намерений до воплощения... Сам понимаешь, уже не маленький.

Я решил вставить словечко:

- Так уж и персональный?

Гость почесался и произнес степенно:

- Ну, не то чтобы совсем уж персональный, напасешься тут на вас на всех персональных, но весьма и весьма приближен к вашей, так сказать особе.

- Ага,- сказал я, чтобы что-нибудь сказать.

- Ага, - эхом отозвался мой не совсем "Personal angel",- тут вот ведь дело какое... - он понизил голос до шепота,- Нашей планете грозит смертельная опасность...

- Чего?

Ангел помолчал, поджав свои и без того узкие губы, наблюдая за моей реакцией, а потом вдруг заржал громко, ну чистый конь. Пегас. Однако и юмор у них!

- Шутка... Слишком ты зажатый какой-то, пора бы уже и с тормоза сняться. Видишь, Саша, тут фигня одна получилась. У нас...

Мне не понравилось это "У нас".

- Как бы тебе объяснить... Ну, вот вы люди, например, так?

- Ну да.

- Вот. Живете вроде бы. Смысл всего этого понять хотите иногда. Правильно?

- Ну... Скажем...

- Хотите. Потом вдруг вроде ни с того, ни с сего, бац! Смерть...