Читаем Враг моих друзей онлайн бесплатно

Ксанте Ке-Орн Аль-Саэхир — оберкапитан имперского флота Сирмы, муж Ангелины, отец Нины, шурин Эс-Кана, капитан «Фениксо».

Ангелина (Ли) Аль-Саэхир — бывший старший лейтенант отряда Кси, землянка, жена Ксанте, мать Нины, в прошлом — соратник Марта.

Мартин Рей (Март) — командир отряда Кси, землянин.

Мио — сирмиец, плебей, бывший сосланный шахтёр, вольнодумец, друг Ксанте. Немного контрабандист, но при этом философ.

Сирмийская сторона

Эс-Кан — брат покойной жены Ксанте (Эгелин), офицер Консеквенсы, усыновитель сына Ксанте — Марка, жестокий, амбициозный, но ограниченный.

Нина Аль-Саэхир — дочь Ксанте и Ангелины, ребёнок-полукровка (землянка + сирмиец),

Эм-Тир — верный начальник охраны Ксанте, — честный, преданный, но не понимающий тонкостей лояльности.

Ро-Стеннер — старший триумвир Империи Сирма, прагматик и манипулятор.

Ализия — второй триумвир, яростная противница Земли.

Люци-Мар — младший триумвир, внешне благороден, но полностью подконтролен Ализии.

Ази-Лори — сенатор, ужасный сплетник, друг юности Ксанте, но поверхностный и трусливый.

Ла-Декса — сенатор, «еретик», сторонник сближения с Землей.

Земляне

Измайлов-младший — псионик, сын известного дипломата.

Мако — офицер планетарной обороны Сирмы, возможно, агент Кси под прикрытием.

Крамия — офицер планетарной обороны, верит в идею союза с Землей.

Зу-Фуф — сирмийский торговец, доносчик, бесчестная личность.

Марк — сын Ксанте от первой жены, усыновлён Эс-Каном.

Эгелин — первая жена Ксанте, погибла.

Арси Ти-Лонгар — первый помощник на «Стеллуме», друг Ксанте, погиб и появляется в видениях.

Тарла — императрица Сримы в вероятном будущем, отличается порочностью и уродством.

Эмиссар — таинственная личность, посланец древней вымершей расы.

Агенты Земли, сенаторы и народ Сирмы, преторианцы, таможенная охрана, солдаты, слуги, а также криттеры — энергетическая агрессивная формы жизни.

Ветер, дувший с залива, трепал плащи солдат, полуденное солнце играло на полированных шлемах. Преторианцы на миг замерли, прижав кулаки к нагрудным пластинам брони, а затем отсалютовали офицеру в мундире оберкапитана.

— Слава Сирме!

— Во имя Империи.

Ксанте Ке-Орн Аль-Саэхир ответил на приветствие солдат и чуть помедлил на лестнице дворца. Он оглянулся на шпили и монументы города, на террасы, сады и сине-зеленую поверхность моря. За счет острого сирмийского зрения зрения заметил контур челнока близ горизонта и силуэты птиц над гордой головой статуи Леона Коппиджа.

Каменные глаза прославленного и давно мертвого биолога смотрели в пустое пространство. Тень здания медленно ползла по мрамору лестницы. Сочетание черноты тени и приглушенного сияния солнца вызывало слабую, но не неотвязную тревогу. Близился полдень, аромат разогретой зелени наполнял воздух. Вдохнув полной грудью, Ке-Орн переступил порог и оказался в прохладном и полутемном вестибюле дворца.

Помещение оказалось полупустым, горстка офицеров и чиновников под присмотром охраны в ожидании приема расселись по стульям без спинок. Капитаны флота хранили молчание и поздоровались с Ке-Орном жестами. Чиновники, напротив, вели приглушенные разговоры, разбившись по тройкам и парам, и лишь одни из них устроился чуть в стороне.

— Доброго времени, Ази-Лори.

— Доброго времени, друг.

Ке-Орн занял свободный стул. В темных глазах Ази-Лори был заметен особый блеск — скорее всего, благородный член сенаторского клана жаждал сплетен.

— Я слышал, с сенатором Кондой Ал-Воном случилась беда… — начал он, более-менее удачно сдерживая нетерпение.

— Можно и так сказать, — безо всякого выражения отозвался Ке-Орн. — Во всяком случае, он умер.

— Вы полагаете, яд?

— Полагаю, естественная кончина… учитывая обстоятельства.

— Ке-Орн, вы до безобразия скрытны, друг мой! Это просто странно.

— Клянусь Космосом, ничего слишком странного — сенатор подхватил редкую гирканскую заразу.

— Ментальный червяк? — едва слышно переспросил Ази-Лори.

— Что-то в этом роде, к тому же недостаточная верность Сирме. Измена — болезнь, а от болезней иногда умирают.

— О, да! А-ха-ха! Хорошо сказано.

Удовлетворив жгучее любопытство Ази-Лори обрадовался и замолчал, но не надолго.

— Кажется, вы два года назад женились, дорогой друг — продолжил он с непринужденным видом, придерживаясь самых вежливых грамматических форм. — Я был в в длительном отъезде и не видел вашей свадьбы, и, надеюсь, ничего не перепутал.

— Не перепутали, я женат на госпоже Ангелине Тэ-Ли.

— Тэ-Ли… Очень интересно… Не помню такого клана.

— Не притворяйтесь Ази-Лори, вы наверняка слышали, что моя жена происходит из терран.

— То есть, она из Земного Альянса. Надеюсь, не ферейка?

— Нет, она терранка.

— Очень оригинально. Хоть и с опозданием, но поздравляю! Как вам удалось взять ее в плен?

— Скорее, это она меня пленила.

— О, снова сказано прекрасно! — обрадовался Ази-Лори, но настроение его вскоре снова переменилось.

— Все-таки будьте осторожны, друг мой, — шепнул он доверительным тоном.

— На что вы намекаете?

— Терранские женщины иногда выглядят интересно, к тому же у них нет клана и нет огромного количества проблемных родственников, и все же… у каждого достоинства есть оборотная сторона. Всем известно, что они долго не живут.

— Я знаю, не следовало мне напоминать.

— Проклятье! Я не то имел в виду… не биологические различия и даже не известную всем слабость и бренность терран… нет, тут кое-что иное.

Ази-Лори украдкой оглянулся. Офицеры равнодушно молчали и, казалось, не подслушивали, чиновники вели оживленный спор, и Ази-Лори продолжил:

— В общем, простите, друг, но терране не понимают обычаев и величия Империи. Их женщины, даже принятые в наши кланы, склонны к самоубийствам или, того хуже — к побегам. Такие попытки сильно компрометируют их супругов и могут вызвать сомнения в лояльности… Во имя Космоса! Мы ведь друзья, Ке-Орн, не так ли? А раз друзья — не буду скрывать свое мнение. Вам не следовало заключать настолько опрометчивый брак.

— Я ее люблю.

— Не следует сдерживать свои порывы. Но, воспользовавшись этой госпожой, следовало оставить ее там, где вы ее нашли, а не привозить на Сирму.

— Ази-Лори, мое терпение на исходе.

— Извините… — пробормотал Ази-Лори как ни в чем ни бывало. — Не берите в голову, вы же знаете, какой я болтун.

— На поединки вызывают и за меньшею наглость.

— Ах, оставьте, Ке-Орн… У меня старые раны, лишние годы и кое-какой наследственный синдром. На дуэли против вас у меня нет ни единого шанса. Убьете меня — и что? Если ваша уважаема супруга верна Сирме, мои сомнения этого не изменят, если же не верна — они не усилят ее неверность, так зачем же нам ссориться?

— Проклятье! Заткнитесь, иначе я вас убью.

— Ладно-ладно, я уже молчу. Разговор останется между нами…

Щеки и уши Ке-Орна горели от накатившей ярости. Он отвернулся и попытался успокоиться. Ази-Лори и вправду был глуповат, к тому же не в меру болтлив.

«Что бы ни говорил этот дурак, я и сам знаю, что Ангелина в тревоге. Такое невозможно скрыть». Трагические события недавнего прошлого — разгром флотилии на орбите Гиркана, предательство генерала Сой-Карна, гибель Арси, Хироки, суд Сената, мятеж сенатора Конды Ал-Вона — все это ранило и самого Ке-Орна, но не изменило его внутренней сути. Существовал незыблемый и неизбежный путь сирмийца, долг и страсть, подразумевавшие верность клану и верность Империи. Разнились лишь способы следования пути, но не его неизменность. Ангелина была исключением из правил — она не следовала пути...

«Ази-Лори не подозревает, что мой жена была агентом отряда Кси, разведки Космофлота терранцев».

Ке-Орн чуть улыбнулся, давая понять, что согласен свести ссору к шутке.

— Хорошо, забудем об этом, друг.

В такие минуты оберкапитан сожалел, что не способен подобно псионикам контролировать чувства. Самообладания Ке-Орна хватало лишь на внешнюю имитацию спокойствия. Мир с Земным Альянсом и тайное согласие правителя позволяли Ангелине находиться на Сирме, но мир не вечен, а старший триумвир способен менять свои решения…

Дверь в дальней части зала отворилась, незнакомый человек в гражданской одежде выбрался из приемной и, шаркая ногами, отправился к выходу. Оливковая кожа на его лице сделалась серой. Несчастный, который разгневал правителя, удалялся, опустив голову.

— Флот-капитан, Ксанте Ке-Орн Аль-Саэхир, триумвир ожидает вас.

Повинуясь голосу, Ке-Орн покинул общество Ази-Лори прошагал через гулкий зал, миновал арку и очутился в большом квадратном кабинете. С мраморных стен здесь свисали вымпелы с имперским орлом. Легкий сквозняк шевелил зеленые полотнища. Мозаика на полу изображала стилизованную карту космического квадранта. Старший триумвир ждал посетителя за столом с вмонтированным в крышку пультом управления. Небольшая круглая площадка голографического проектора мерцала в углу.

— Приветствую, триумвир. Я прибыл по вашему приказу.

— Привет-привет, оберкапитан.

По знаку правителя Ке-Орн занял металлический стул для посетителей. Триумвир Ро-Стеннер выглядел чуть мрачным, слегка усталым, в какой-то мере даже потрепанным, хотя огонь до сих пор горел в раскосых глазах, а черные зачесанные назад волосы подернулись сединой лишь наполовину.

— Слишком много просителей, — заметил с усмешкой. — Сирмийцы забывают, что я лишь первый среди равных, а не император, и разделяю власть сотоварищами и Сенатом.

Ке-Орн вежливо промолчал, отчаявшись истинные мыли триумвир — желает ли тот императорского титула, или напротив — радуется его отсутствию.

— Перейдем к делу, — продолжил между тем правитель. — В каком состоянии сейчас ваш корабль?

— «Фениксо» ремонтируют после стычки с пиратской эскадрой. Я пробуду на Сирме по крайней мере тридцать дней, если не поступит других приказов.

— Ваш клан благополучен?

— Траур по моей матери завершен. Моя супруга-консорт здорова.

— В таком случае, вы ничем не заняты, а, значит, обязаны вдвойне послужить Империи. Следует сделать это особым образом — таким, который исключает огласку. — Старший триумвир на миг опустил веки. — Дайте обет хранить тайну, — сухо добавил он.

— Клянусь Космосом и честью. Я буду молчать при любых обстоятельствах.

При этих словах глаза Ро-Стеннера сверкнули, хотя огонек в них показался Ке-Орну довольно злым.

— Хорошо, ваша клятва принята, оберкапитан. А теперь объясняю суть дела. Мы оба знаем, что крепитий, который вы столь «доблестно» потеряли во время гирканской операции, попала в руки разведки Альянса. Я не собираюсь упрекать вас, так как принято считать, что всему виной интриги генерала Сой-Карна.

— Я признаю свою оплошность и вину.

— Хватит! Ваша скромность хуже гордыни, а по сути ею и является. Впрочем, могу утешить… я не мог отдать будущее государства в руки молодого и безвестного тогда офицера — в ваши руки, капитан. Поэтому приказал разделись материю на две части. Таким образом, у нас остался еще один образец.

— Во имя Космоса…

Пульс Ке-Орна неистово участился. Лицо триумвира на миг исказила гримаса.

— Капсулы хватит, чтобы уничтожить крупный флот противника. Крепитий даже в малом количестве — грозное оружие, даже если лежит без употребления… К тому же обоюдоострое. Впрочем, я продолжу свой рассказ, вы достаточно умны и скоро все поймете. Вам имя Ис-майлов что-нибудь говорит?

— Измайлов? Сын или отец? Отец, насколько помню — это очень известный терранский дипломат. Его сын, судя по досье — псионик, офицер и менее известен.

— У вас отличная память. А теперь перейдем к сути дела. Измайлов-отец находится в розыске на территории Сирмы и лишен неприкосновенности дипломата моим личным решением.

— За что?

— За поддержку еретической философии и попытки распространять ее среди гражданами Империи.

— Он осмелился? И какие цели он преследовал? — спросил Ке-Орн, надеясь, что ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Все те же, Ксанте, все те же старые цели… — триумвир вздохнул. — Они хотят поглотить Сирму, сделать ее частью своего Альянса, а для этого упразднить иерархию кланов. Идея равенства и — та самая дудка, на которой терране прекрасно наигрывают сладкие мелодии для черни.

— Так пусть Измайлова вышлют обратно на Терру, — бесстрастно произнес Ке-Орн, уставившись мимо Ро-Стеннера — на украшенный орлом вымпел.

— Идея неплоха — выслать старого лиса и забыть. Только двое других триумвиров решительно несогласны. Они требуют ареста, суда и казни.

— Зачем?

— Затем, что у клана младшего триумвира достаточно мощная частная эскадра, а средняя триумвир — весьма амбициозная дама. Им нужен мятеж еретиков в столице, а потом хаос, чтобы сместить меня и превратить триумвират в диумвират… — Ро-Стеннер замолчал. В зрачках словно бы медленно разгоралось пламя ярости.

— Ну так арестуйте предателей, — произнес Ксанте, незаметно проглотив комок в горле.

— Не могу без веских улик. Пойми, Ксанте, даже моя власть не безгранична.

— Пусть Консеквенса найдет улики.

— Не получится. Внутри нее есть сторонники младшего триумвира. Они полагают — я слишком стар, обмяк, утратил хватку, — Ро-Стеннер хищно усмехнулся.

— Хотят разжечь гражданскую войну только ради амбиций?

— На пространстве Млечного Пути случалось и не такое… и ты понимаешь, Ксанте, зачем я вызвал именно тебя. Ты сообразителен. Ты больше не офицер Консеквенсы, но отлично знаешь ее методы. У тебя репутация офицера честного до безрассудства, или, как утверждают некоторые сплетники — наивного дурака.

— Триумвир!

— Оставь, не обижайся… Такая репутация — великолепное прикрытие. Поэтому даю тебе приказ — отыскать Измайлова и взять живым, не причиняя чрезмерного вреда. Посол уже стар, но не заблуждайся — он до сих пор опасный противник. Мое задание следует хранить втайне ото всех — от твоей команды, от твоих родичей, в особенности от твоей жены-терранки.

— Приказ выполню.

— Ступай. Удачи. Если кто-нибудь спросит, зачем вызывал тебя старший триумвир, скажешь, что лично отругал за беспечность в деле… дело придумай сам, мне некогда вникать в такие мелочи. Все. Уходи.

… Очутившись под открытым небом, Ксанте снова остановился на ступенях дворца. Птицы продолжали реять над гордой головой статуи основателя сирмийской цивилизации. Полуденное солнце играло на шлемах охраны. Преторианцы на миг замерли, прижав кулаки к нагрудникам силовой брони, а затем отсалютовали офицеру.

— Слава Сирме!

— Вот имя Империи!

Ке-Орн пошел прочь, пытаясь разобраться в путанице мыслей, чувств и интуитивных ощущений.

Двое младших триумвиров были опасны — в этом смысле Ро-Стеннер не лгал.

Вероятно, он лгал в чем-то ином, но это нечто скрывалось во мраке тайны.

Внезапная активность Измайлова на Сирме могла быть случайной, но Ке-Орн в такие совпадения не верил.

«События слишком похожи на чью-то тайную операцию. Не Консеквенса… Не ферейская разведка… Тогда кто?».

Оберкапитан уже знал возможный правильный ответ. Зной прокалил насквозь и камни ступеней, и прозрачный воздух Сирма, но от мысли о последствиях Ке-Орна снова окатило холодом.