Читаем Возвращение (СИ) онлайн бесплатно
— Все! Больше не могу! Режьте меня здесь — дальше не пойду! Ноги, сука, деревянные как у Буратины! — Шептун пять минут назад рухнувший лицом в землю — откашлявшись, отхрипев и отплевавшись, перевернулся на спину и широко раскинул руки по земле.
— Оторвались? — в который уже раз за день позабыв о не работающем локаторе, я попытался оценить обстановку взглянув на карту…
«Обломавшись» и привычно запсиховав от своей нынешней «ментальной импотенции», мне с большим трудом удается сохранить интонацию нейтральной, а голос ровным.
Да что там — этот локатор хренов!? Я совсем ничего не могу! Совсем! Тьфу, сука, мля!
— Оторвались. Только вот надолго ли? — скептически спрашивает Рул неизвестно у кого. Бывшая «черная королева» оказалась значительно выносливей, чем некоторые мужики — отдышалась гораздо раньше многих и сейчас аккуратно запихивала обратно растрепавшиеся волосы, во время марш-броска вырвавшиеся из «хвоста» на резинке. — Боюсь, что эта передышка не слишком затянется. Горан, надо бежать дальше. Они всего лишь немного отстали, но не отказались от желания поиметь нас. Судя по локатору — бородатым до нас — всего ничего. Вон и Арвинд не даст соврать.
Молодой атреец пристально смотрит мне в глаза, кивает и не спешит отводить свой взгляд. Рул тоже уставилась в мою сторону. Остальные камрады смотрят в разных направлениях, но явно не упускают из виду происходящего здесь. Разве что ушами как локаторами не крутят.
Я хмыкаю. Скептически и достаточно злобно.
…Нас вот уже вторые сутки гнали как волков. Или вернее будет сказать — как зайцев, ибо мы даже не оскалились ни разу. Преследователи не разделялись — где тут в этих ущельях разделяться, да и зачем? Ну а вступать в бой со всей массой, пусть и бывших крестьян — было чревато как минимум большими потерями. А нас и так всего — 71 голова на предстоящие 6000 километров пути по враждебной территории.
22 эльфийских лучника во главе с вождем Таром.
27 атрейцев и
22 землянина.
Но так нам казалось вчера. А сегодня, пожалуй, пришла пора менять стратегию с тактикой.
Силы на исходе. Банальное бегство не приведет ни к чему, кроме гибели.
Чуть раньше или чуть позже… Какая разница?
А подельнички, гады, всё смотрят! Вы на мне сейчас дыры протрете, друзья мои дорогие! Я и без этого молчаливого давления прекрасно понимаю, что необходимо сделать, чтобы уйти от погони, вымотавшей всех нас почти до самого края.
Что — так никто и не озвучит? Ну, тогда я сам.
Курю. Откашливаюсь. Выдыхаю.
— Пора огрызнуться, похоже, а то они все больше и больше в атаке охреневают. Что скажете, дамы и господа? — мне кажется, что появившаяся сейчас на моем лице улыбочка несколько кривоватой выходит.
— Вот и правильно, командор! А то я уже от этого горного марафона затраханный, как крестьянский конь! — тут же отзывается Валентин.
Эх, братское сердце — если бы ты знал, как я тебе благодарен! Не за сейчас — «за вообще»!
— Я за! — соглашается с художником мечта его грез, белокурая воительница Арвильда.
— Сколько у вас болтов? — уточняю у неё я.
— На полтора боя хватит, — улыбается белокурая бестия, — А может и на два. Если оба наши менталиста отработают на полную — до завтра противник даже думать о погоне не станет.
— Место почти идеальное, чтобы их на задницу осадить. — вставляет бывший вояка Серб, — Сам посмотри — здесь максимум по десятку в ряд наступать получится. Ударить волной ментальности вместе со стрелами и болтами — и будет красиво!
— Даже если первые прорвутся и дойдет до прямого столкновения — десять на десять мы сдюжим. — уверенно подхватывает Мастиф, — Даже без учета «эльфов» Тара, у нас — двадцать шесть атрейцев и двадцать «сынов»…
— Стоп! — перебиваю его я, невольно оглядываясь по сторонам, — А куда еще трое подевались? Союзников было 27, а нас 22.
— Да все на месте, командор, — успокаивает меня здоровяк, — Я в том смысле, что Арвинда и Рул в первые ряды ставить нецелесообразно. Их сила не в махании саблей.
— А… Ну да, конечно. Не учел, — соглашаюсь я, — Тогда атрейцев — точно двадцать семь. А наш-то двадцать второй где?
— Ну, как бы это ты сам, Горан, — нехарактерно вильнув взглядом, смущается Мастиф.
— Еще раз — стоп! А с чего бы это я должен позади стоять? Я не лучник, и не менталист теперь! К тому же — это целиком и полностью моя вина, что мы в эту жопу с геморроем влезли.
— Да, твою маму, Горан — хватит в рыцаря лишенного наследства играть! Не мальчик ведь. Сам все понимаешь! Твой потенциал не сравнить ни с чьим из нас. — Рул кривится, как от надоевшей зубной боли.
— Предлагаю всем присутствующим оставаться в реальном секторе компетенции, без парадоксальных иллюзий банальной эрудиции. — выдает престарелый штатный хохмач отряда, явно пытаясь разрядить сгущающиеся тучи.
Не ведусь, но резко успокаиваюсь:
— Сам-то понял, что сказал, грустный старый клоун..? А тебя, дорогая, спросить хочу — как же я свой потенциал реализовывать буду? Ежели вы меня в бой категорически решили не пущать? Каким болтом мне репутацию набирать? Сенбернаром в горах поработать? Старушек и паломников через перевалы переводить? Что толку от моих семи с лишним сотен очков интеллекта, без энергии-то?
Умная черная женщина на секунду призадумывается, но почти сразу находит ответ:
— На кошечках будешь руку набивать.
— Не понял? — бровь поднимается сама собой. То ли от нервов, то ли от сырости.
— На бессимптомных носителях интеллекта. — змея смеется, — На дурачках. На неразумных обратившихся. С ними гораздо безопаснее.
…И ведь не поспоришь!
Признавая её правоту — киваю. С «зомби», действительно сражаться проще. Они тупы и от того предсказуемы, примитивны в приемах, да и вооружены чем попало. Массой берут. В схватке с ними шансов уцелеть гораздо больше.
Однако у меня тоже гордость имеется. И потому я сразу решительно объявляю о том, что в предстоящей драке стоять за спинами не намерен.
Обвожу тяжелым, но спокойным взглядом всех потенциальных «возражальщиков».
Ну что — найдется тот, кто начнет права качать? Вы же, гады, сами мне усердно в уши дуете, что я по-прежнему здесь самый важный и нарядный… Жду…
Возражений не имеется. Вот и чудненько!
— Далеко до бармалеев? Может, уже строиться пора? — спрашиваю Арвинда, сына Арворна.
На секунду-другую парень «уходит в себя». На карту смотрит, счастливчик потомственный. Твою мать!
— Передовой отряд противника будет здесь через десять минут. Если тоже не решит отдохнуть, конечно.
— Сколько их?
— Сотни две — две с половиной. — Рул реагирует быстрее, чем «инопланетянин».
— Отрыв от основных сил большой? — спрашиваю с надеждой, ибо если албанский головной дозор оторвался достаточно далеко — есть надежда обойтись вообще без потерь. Менталисты, лучники и арбалетчики в таком случае все сами порешают. Мы уйдем, а албаноиды волей-неволей побегут вслед не так прытко. Хотя бы первые несколько часов.
Ну а мы хоть без горячки подумать о дальнейшем сможем. А то на ходу оно как-то кривовато выходит…
Организм немного передохнул от бесконечного бега под злыми местными звездами и теперь ему дико охота жрать.
Ничего — после боя набьем животы. Сейчас чревато. Водичкой перебьемся — набрали в колодце в каком-то попавшемся на пути пустом селении. Вкусная и чистая, зараза такая. Совсем не та, что недавно текла из крана в многоэтажках.
Выпить хочется, но нечего. Даже Шептун пустой как барабан.
— Ментальте первые ряды. Самых резких и безбашенных. Остальные без лидеров «поплывут» и дрогнут. Впрочем, чего я со своими советами лезу? — я суетливо взмахиваю рукой вместо извинений, — Теперь вы тут рулите — вот и банкуйте. Сами все знаете. А я зарубаться пошел.
— Да хорош уже самоедничать, Егор. Прекращай самого себя раком ставить — а то еще привыкнешь, — откровенно злится Рул.
— Ох, и отосплюсь же я на тебе когда-нибудь, — в пол оборота через плечо зловеще обещаю «черной королеве» я.
Рул радостно скалится, дразняще показывая розовый язычок и влажные красивые и ухоженные зубы:
— Ты же знаешь — я уже очень давно, вся просто горю в предвкушении этого, милый.
— Даже не надейся! Змея! Только в переносном смысле.
Её громкий театральный вздох слышен, наверное даже в горах соседней Македонии.
Встаю в строй. Поправляю причиндалы. Хорошая все-таки вещь — этот атрейский доспех. В земном бронежилете уже в середине марш-броска ноги бы протянул или вообще на тупом психе выбросил его ко всем чертям.
Сейчас бы еще разуться хоть ненадолго. По мокрой холодной траве босиком побродить… Туда — сюда, без цели и без мыслей…
У меня по бокам решительно располагаются Мастиф и Арвильда. Как будто всегда тут и стояли. Рядом маячит Серб. Да ведь это мои «телохранители», мля!
— Ты тоже с ними заодно, белокурая бестия? — интересуюсь у воительницы.
— О чем ты, вождь Горан? — красотка округляет и без того огромные глаза. — Просто около тебя — мне самой гораздо спокойнее в драке. Мое нежное сердце поет, когда рядом мужчина, который сможет защитить хрупкую девушку.
Оскаливаюсь. Оценил подгребку.
Нет — это не женщина! Просто какой-то выстрел в сердце! Не по зубам она Шептуну. Не по зубам. Зуб даю!
Пора бы бармалеям уже и показаться, наверное.
Как же тяжело без способностей! Охохо, мля!
Да и тьфу на них — даже сам себе уже надоел! Ною и ною…
Сейчас как начну по-новой репутацию нарабатывать!
Хотя большой и весьма интересный вопрос — в какую сторону система оценит убийство местных пастухов? Это ведь именно мы к ним вторглись — нас сюда никто не приглашал. Ну, кроме ныне покойного Бекима, разумеется… Н-да… и все же жалко парня, как ни крути… Какие же уроды все-таки эти «творцы и наблюдатели»!
Над строем висит тяжелый запах пота. Застарелого от одежды и свежего — адреналинового, от волнующихся тел.
Привычный ознобистый морозец — легким летним сквозняком гуляет вдоль позвоночника.
Вот интересно — а что чувствовали персонажи былых времен, стоя в первых рядах многотысячных толп перед не менее многочисленным противником и зная, что замес предстоит просто дикий и безумный!? Или где-нибудь напротив тяжелой латной конницы? С минимальными шансами отдельной боевой единицы на выживание. Там, наверное, уровень адреналина в крови совсем иной был? Вот же их колотило! Или — нет?
Тьфу, ты, твою мать! Как всегда перед дракой в голову лезет всякая белиберда.
Однако это лучше, чем убиваться по потерянным возможностям, чем я успешно занимаюсь уже вторые сутки подряд. Почти без перерыва…
В конце концов — не навсегда же моя «импотенция»?! Наберу я этой репутации помаленьку. И не надо сейчас про: «чем дальше от фронта, тем больше оптимизма». Это мы еще посмотрим!
При одном условии конечно — если вообще сумеем выбраться из местных гребанных гор.
Ну, а насчет прорыва до родной Сибири — пока даже заморачиваться рано. Между нами и малой родиной столько всего! Лучше не задумываться и не вспоминать школьные уроки географии. Так что пока мы просто тупо идем на восток и ничего не загадываем! Для начала неплохо хотя бы до «золотых песков» Болгарии дожить. Такой вот: «Дранг нах Остен»* получается!
— Дети гор близко. Сейчас появятся! — голосок Рул звонок и бесшабашно весел.
Пусть их две с половиной сотни, против наших семи десятков, но у нас больше половины стрелков. Да Арвинд с Рул в роли минометной батареи, а то и системы залпового огня — не самый хлипкий аргумент.
Есть! Первые показались из-за поворота…
— Вальхалла ждет нас, сыны Одина! — зверски рычит художник с правого фланга.
А у Валентина, я смотрю — прекрасное настроение. Игривое прямо. Этого ничем не проймешь! Фаталист и похерист по самую маковку! Да к тому же еще и Арвильда рядом! Как тут не распушить перья? Пусть и несколько полинялые. «Седина в бороду» как говорится…
Переглядываемся с другом. Однако взгляд-то у него помимо воли заострился. Это неизбежно.
У Мастифа желваки поигрывают под кожей, как неуемные, у Арвильды глаза маньячески блестят. Я сто пудов сейчас и сам такой…
Тут главное не перегреться от ожидания.
Замершие было враги, преодолели недолгое замешательство, дождались отстающих и постепенно разгоняясь, двинулись вперед.
Повожу плечами, в очередной раз притираясь к сто раз притертому доспеху. Усмехаюсь самому себе. Нервную систему не обманешь…
Ну что — понеслась!?
Не вижу, но знаю, что тяжелая всепроникающая волна ментальности сейчас накрывает плотные ряды приближающихся врагов. Сеет сомнения и неуверенность. Вызывая в наименее стойких душах страх и растерянность…
Ну что: «всегда везти не может»!
«Натиск на Восток» — немецкий.
Атакующий противник приблизился на достаточную дистанцию.
Я нетерпеливо оглянулся, как раз в тот миг, когда первые стрелы и болты взмыли в воздух.
Не выдержал совсем чуть — чуть! Чего задергался?
Это сфера ответственности нугарийского вождя Тара. По его команде все наши стрелки, включая атрейцев, начали стрельбу почти одновременно.
За счет субтильности своих владельцев луки нугари бьют не слишком далеко. Всего лишь чуть дальше, чем арбалеты атрейцев.
Коротко просвистев над головами стоящих в первых рядах — оперенные посланцы смерти умчались вдаль.
Сколько из них достигли своей цели было непонятно. Ясно видно было лишь короткое возникшее замешательство в рядах бегущих к нам врагов.
Второй залп.
Третий…
Четвертый…
До противника меньше полусотни шагов.
Так и подмывает броситься навстречу!
Сдерживаюсь. Сердце колотится как сошедший с ума маятник. Вот-вот разломает грудную клетку! Ну и доспехи заодно. Тесновато стало в них…
Все же сдерживаюсь!
Эх, сейчас бы окопаться, как прежде — лежать себе в ямке, да постреливать в белый свет как в копеечку… Да, хрен там!
Бармалеи бегут.
Еще залп!
Бегут, гады! Упрямо и неотвратимо.
Залп!
Есть! Всё! Наступательный порыв иссяк!
Атака захлебывается прямо на глазах! В двадцати шагах от нашего строя!
Ощетинившегося злостью и железом.
Только шестеро самых борзых продолжают широкими скачками нестись вперед.
Совсем дурные, что ли? Кто же так нерасчетливо в драку лезет?
Или это местные берсерки-фанатики?
Остальные развернулись почти синхронно и рванули в противоположном направлении.
Не вывезли влияния ментального воздействия аж двух менталистов.
А если бы еще и я что-то мог! Тьфу, сука!
А-а-а!
Помимо воли и разума ноги срываются с места и несут меня вперед.
Глупо и безрассудно, но иного выхода нет.
Мне репутация как воздух нужна!
Абсолютно на автомате ныряю под летящий к челюсти клинок и распрямившись четко попадаю рукоятью в висок бармалею.
Он падает как подкошенный.
Вот так!
И без интуита еще чего-то стою! Мастерство не пропьешь! Помнят рученьки-то!
Снова подныриваю под свистящее железо и всаживаю клинок в чей-то неприкрытый живот.
Шкурой чувствую занесенное над собой голодное лезвие чьей-то сабли. Не успеваю уйти!
Кто-то из братвы телом сносит её владельца в сторону!
Спасибо, брат!
Потом поблагодарю!
Что? Всё? Как? Уже?
Бля!
Хочется рвануть за убегающими и рубить, рубить, рубить…
