Читаем Воздушные грани онлайн бесплатно

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мы часто не замечаем, как бежит жизнь вокруг нас. А потом жалеем, что не ценили время. Ведь каждая секунда неповторима… Вы уже не выпьете чашку именно этого кофе, вы уже не прочтете строчку из этой газеты именно так, вы уже никогда не повторите то, что уже прошло; я уже никогда не буду сидеть и писать это предисловие… Да вы и сами, я уверена, все это знаете! Постоянная меланхолия тихим звоночком подрагивает в моем заброшенном сердце, но что-то мне подсказывает, что нас таких очень много… и все мы одиноки.

Сейчас будут глупыми и совершенно неуместными какие-то призывы к объединению наших заблудших мрачных душ, но пускай хотя бы эта книга станет маленьким началом большого объединения.

У каждого свои проблемы, каждый неповторим и придуман природой для какой-то особой миссии. Моя мама говорит, что я фаталист, верю в судьбу и ее знаки. Ну а как же иначе? Если суждено было тебе сдать тест на 2,значит, так оно нужно было! Если кто-то умер 14 января 2007 года от передозировки наркотиков, значит так было нужно и ничего изменить было нельзя. Если сейчас ты читаешь эту важную для меня часть моих мыслей, то так оно должно было быть… и если оно должно быть так, то ты продолжишь ее читать…

Мрак, смерть, боль, печаль-это все части нашей жизни. На ровне со сном, работой и мыслями они незаметно входят в наши скорбные одурманенные головы и разрушают остатки добра и счастья.

Я бы и сама хотела избавиться от них, но никакие пилюли здесь не помогут…

Люди всесильны. Нет ничего, чего бы ни смог человек. Если ты можешь что-то представить, значит, ты можешь это сделать. Если ты сможешь научиться ценить время, то все пойдет, так как надо!

Хотя мне ли говорить об этом? Ведь сама я не умею ровным счетом ничего кроме самообмана и прозрачного понимания окружающих, которые не могут вразумить, как только я вижу в них то, чего даже они не видят.

Давайте учить друг друга тому, что пригодится нам на этом страшном пути, ведь мы должны пройти через все, и не просто пройти, а с гордостью завершить свою жизнь.

Все снова и снова я спрашиваю себя: «Чего ты хочешь от жизни?», «Кем хочешь стать, чем заниматься?». Писать ли мне книгу дальше? Делать это для галочки в своем «to do» листе или выставить в будущем на всеобщее обозрение и критику? Будут ли интересны мои необъятные суждения таким же людям, как и я, у которых свой взгляд на мир?

Бывает так, что люди с детства знают, кем они хотят быть. Врачом, президентом, балериной-не важно! Человек знает и всю жизнь старается и идет к своей цели. Гораздо хуже, когда ты совершенно ничего не знаешь, а профессии путешественник-созерцатель-мечтатель не существует. Да и что, например, я умею? Все поверхностно…

Каждому из нас уготована какая-то великая судьба. Да-да. Пусть сейчас ничего не происходит, летят секунды, минуты, месяцы, просто испаряется время и каждый день проходит, как «день сурка», но должно что-то случиться, определенно! Если не в этом мире, так в другом. Ах, да, вы же не знаете.

А я уверена, что все трудности этой жизни надо преодолеть с достоинством и не жаловаться на судьбу.…Потому что смерти нет, а есть чудесный неизведанный волшебный мир, в который человек может попасть только тогда, когда придет его время.

Писать эту книгу я начала 19 июня 2012 года. Идея пришла за чашкой чая. После лета я не писала, но мысль о начатом деле весь год не давала мне покоя. Сейчас мне кажется, что все, кроме самой идеи книги-детский лепет, а за этот год я повзрослела и готова начать писать продолжение. «Перемен требуют наши сердца!». И не только сердца, но и мысли, умы, глаза, уши, в общем, все, что может изменять наше сознание! Я начну перемены с первой главы… потом может, дойду и до перемен в своей жизни, поэтому. Поэтому, дерзай! Увидите, что получится.

Посвящается бабушке

Колорион стоял один на одинокой незыблемой горе Ларитиан, с которой открывался удивительный вид на весь Фарериард. И подозвал Колорион сына своего Таймурана, и решил поведать мудрец сыну своему легенду о спасении измерения.«Запомни сын: когда все короли и королевы вместе с детьми, именуемыми принцами и принцессами всех планет-государств соберутся вместе для празднования „Праздника Луны“, нечисть и порождения тьмы заполнят весь Аинсвут, никто не скроется от гнева Погибели и Смерти, Все падут, Человек будет свержен, и лишь некоторым дано будет переродиться в другом измерении, ибо сила дана только избранным.»

И посмотрел Таймуран в бесцветные глаза отца своего с удивлением и спросил: «Но отец, разве никто не знает, когда суждено быть этому празднику?»

И положил старец руку на плечо сыну своему и ответил: «Лишь судьба может решить это, никто не властен повелевать ею.»

Мудрец Колорион стоял один на одинокой незыблемой горе Ларитиан, с которой открывался удивительный вид на весь Фарериард и смотрел в глаза с необычайной радостью своему сыну Таймурану, ибо верил отец, что сын его может стать избранным.

«В глазах темно, в голове пусто. Словно меня вынесло на пустынный берег погибшей от засухи реки. Сердце колотится, будто я получила несовместимую с жизнью дозу адреналина, а глаза открывать страшно. Я определенно где-то сижу, ощущаю покалывающий холод. Раз, два, три-в мыслях пронеслись разные картины из детства: вот я играю в теннис с Сарой, вот я попала под жуткий дождь, снова смех, плач, я научилась ходить, школа, я-победитель в олимпиаде по истории, мы идем с девчонками в кино, мягкая трава, песок на лазурном побережье Франции, американские горки, машина и громкая музыка, яркий свет, нет, пожалуйста!

Я должна открыть глаза. На раз, два, три!

Изображение четкое и ясное, голова не кружится, и это стопроцентно процедурный кабинет. Сижу на кушетке, свесив ноги, крепко вцепившись в ее мягкую обивку. Здесь холодно и очень светло, но глаза совсем не слепит.

Живая? Я живая? Не могу повернуть голову из-за страха, глупого страха потерять этот момент, наверное, последний момент моей жизни.

Тикают часы, голова не болит, по телу не бегают ежики, окна плотно занавешены.…Значит, я осталась жива? Разве такое возможно? Или это какое-то особое пространство между жизнью и смертью, после которого человек попадает в рай или ад? Да нет же, это обычный процедурный кабинет! Так странно… Я, правда, рада этому, но я совершенно не чувствую боли. Последнее, что помню, это как машина резко повернула, скрежет, дикий вопль Лиссы, жуткий грохот, неконтролируемый страх и жгучая до крика боль! Надеюсь, что это больше не повторится никогда: ну уж нет, лучше на своих двоих, чем когда-нибудь сяду в машину!

Тут я решаюсь наконец-то опустить глаза и отпустить бедную кушетку. Все те же джинсы, все тот же лак на ногтях и ни одной царапины! Будто ничего и не было! Интересно, с другими частями тела, также? Надеюсь на то. Дедушка бы сказал, что я в рубашке родилась! Кстати о дедушке, надо срочно позвонить родителям!

Раз, два, три – я медленно поднимаюсь со скамьи. В голове все ясно, как в теплый июньский день, на ногах стою твердо, готова бежать кросс за сборную школы прямо сейчас! У меня есть хотя бы сотрясение мозга? Или я нахожусь в ужасном шоковом состоянии и из-за этого не чувствую боли? Становится немного страшно.»

В тот момент мой мысленный монолог закончился, я почувствовала на себе чей-то взгляд. «Боже, вот стою тут как дура, а на меня кто-то пристально смотрит. Как давно?!» Я обернулась и увидела милую рыжеволосую девушку с яркими зелеными глазами. Такая аккуратная, тоненькая, будто прекрасная фея из детской сказки! Медсестра: если бы не красный крест на халате, я бы подумала, что она ангел. Я уже хотела было заговорить, но она опередила меня:

– Вижу, ты уже очнулась! Просто отлично! Тут немного прохладно, ты уж прости, если не заметила, разбито окно, мастера скоро придут, во всяком случае, обещали, – она улыбнулась и подошла ближе, – Позволь мне записать кое-что в твою карту. – Фея села за стол и начала что-то записывать с такой скоростью, что я еле поспевала следить за ручкой глазами.

Мне очень сложно было заставить себя сказать хоть слово, но я должна была узнать что-то важное именно от нее. Как это за полминуты она смогла добиться моего доверия? Еще в детстве я разработала свою тактику для расположения незнакомого человека к себе. Сначала я осматриваю его, чтобы понять, что может у нас быть общего и о чем можно было бы потолковать. Ну например: «Какой замечательный свитер бургундского цвета из шерсти альпаки, я как раз недавно купила себе такой!». Только всегда на практике моя теория не просто с треском, а с взрывом на атомной станции проваливалась: уверена, вы бы не стали говорить о чем-то с человеком, который около полутора минут вас пристально оглядывает. Надо, надо поработать над скоростью… над скоростью.

– Извините… э… эм,…а доктор меня уже смотрел? Моим родителям звонили? Как Сара и Денис, они в порядке? А машина совсем разбилась, да? Ну, мне просто интересно, она же новая! – Я чувствовала себя неловко и хотела разрядить обстановку, но у меня было еще столько вопросов! Вместо связного текста я изрекла просто целую кучу несуразного бреда, ну почему у меня так всегда?! – Я долго пробыла без сознания, просто…

Я не договорила, мне стало страшно. Рыженькая смотрела на меня, как хищник на добычу. Мурашки пробежали по моему телу, но уже не те, от холода, а совершенно другие, неизвестные, которые точно являются индикаторами страха! Я готова была заплакать; «черт возьми, что со мной?!». Но тут зеленоглазка звонко рассмеялась и, искренне улыбнулась: