Читаем Вот так встреча! онлайн бесплатно

— Ты должна найти мне мужа! — воскликнула с отчаянием Джозефина Евгения Беатрис Маргарита Изабель Франкер, принцесса Княжества Монклер, входя в комнату к своей американской подруге Мелиссе Портер и старательно закрывая за собой дверь: ей не хотелось, чтобы ее служанка, мадам Савой, проследовала за ней.

За последние десять лет Джозефина довольно часто гостила у Мелиссы на огромном ранчо семейства Портер близ Оберна в Калифорнии. Их двухэтажный дом стал для нее своим, и она чувствовала себя свободно в любом его уголке. Тем не менее только в комнате Мелиссы подруги доверяли друг другу свои тайны. И на этот раз принцесса надеялась, что найдет у подруги отклик и сочувствие.

Однако, повернувшись, она увидела в широко раскрытых зеленых глазах своей рыжеволосой подруги одно лишь удивление.

— Мужа?! Замуж выхожу я, Джози, а ты приехала сюда на мою свадьбу. Ты забыла? Ты подружка невесты. Помнишь?

Джози. Так называла ее в этой стране только Мелисса — с тех самых пор, как они подружились, учась в элитной школе-интернате в Британии. Это имя ласкало ей слух, и на какое-то мгновение принцессе показалось, что она вновь дома.

Но дом ее был на другом конце света. Страна, официально называемая Княжество Монклер, занимала крошечный островок в Средиземном море в ста тридцати восьми километрах от южного побережья Франции.

— Конечно, помню. — Джози села на широченную кровать, подложив под себя ногу. — Итак, о муже… Мой муж должен быть богат, и его надо найти до твоей свадьбы. Без мужа я домой не вернусь.

— Найти мужа с несметным богатством? За пять дней? Ты в своем уме? — Мелисса плюхнулась на кровать рядом с ней. — Рассказывай. Что на этот раз натворил Бонифай?

Жильбер Бонифай был премьер-министром Княжества Монклер, этаким Ришелье в современном обличье.

— Он отыскал старинный закон, введенный еще самим Луи Франкером, моим далеким предком. В соответствии с этим законом наследники трона обязаны жениться или выйти замуж в возрасте двадцати пяти лет.

Мелисса от удивления открыла рот.

— Значит, через три недели и ты будешь обязана подчиниться этому закону?! Почему же Бонифай только теперь вспомнил о нем?

— Свои действия он оправдывает бедственным состоянием экономики нашего княжества. Она действительно находится в плачевном состоянии, в этом я согласна с Бонифаем. Но главное тут, как мне кажется, — желание Бонифая лишить меня свободы действий и обеспечить себе контроль надо мной.

— Уверена, что он уже подыскал тебе подходящую партию. Я права?

При мысли о женихе Джози горько вздохнула.

— Его зовут Альфонс Пике. Он пятый в списке самых богатых людей Франции. Пике гордится тем, что добился теперешнего положения собственным трудом, начав работать грузчиком в порту Марселя… — Джози взяла подругу за руку. — Мелисса, Альфонс старше моего отца. Он огромный, толстый, лысый… К тому же он собирается изуродовать Монклер.

— Изуродовать остров? Каким образом?

— Один из пастухов на северном побережье слышал разговор людей из команды Альфонса, обсуждавших судьбу большого месторождения прекрасного мрамора, найденного на острове. Месье Пике, став принцем, намерен разрабатывать это месторождение. А то, что остров со временем превратится в один огромный карьер по добыче мрамора, его ни капельки не волнует.

— Уверена, что и Бонифаю отломится большой кусок от этого пирога. Ну и хитрец! — Мелисса пристально посмотрела на подругу. — Ты все проверила? Такой закон правда существует?

Джози с грустью кивнула головой.

— Да, я нашла его в архиве исторических документов, в своде законов за тысяча четыреста тридцать седьмой год.

— Скажи-ка мне вот еще что. Почему о предстоящем замужестве принцессы Княжества Монклер ничего не говорят ни в газетах, ни по телевидению?

— Я попросила отца убедить Бонифая не делать никаких заявлений до моего возвращения из Америки. Честно говоря, я сама виновата в сложившейся ситуации. По окончании университета мне следовало бы взять бразды правления в свои руки и лишить Бонифая его поста. Но ты ведь знаешь, как мне ненавистно быть принцессой. Куда приятнее все дни напролет проводить с лошадьми. И я сказала себе, что ничего не понимаю в управлении княжеством. Бонифай это быстро просек и убедил отца в том, что от меня будет больше пользы, если я стану всего лишь красивой вывеской Княжества Монклер. Вот я и стала своеобразным «выставочным экспонатом», представлявшим мою страну на встречах по особым случаям.

— Не стоит винить себя, Джози. Во всем виноват твой отец. Он ведь принц, и он должен отвечать за страну.

При мысли об отце Джози была готова разрыдаться. Последние двадцать лет жизни этого несчастного человека были полны горя. Долгими часами он вглядывался в темно-синюю морскую бездну, поглотившую его жену. Он поседел за одну ночь — ту самую ночь, когда произошла эта трагедия. С тех пор его ничто не интересовало. Даже состояние дел в княжестве. Он был далек от управления страной. Он отдалился и от Джози, своего единственного ребенка.

Фактически правителем Монклера был Бонифай.

— Если бы я не была такой трусихой, я бы уже предприняла что-нибудь. Давно нашла бы себе богатого мужа, который помог бы моему народу и не позволил бы превратить наш родной остров в каменоломню.

Мелисса обняла подругу.

— Не волнуйся, Джози. Мы найдем тебе богатого мужа. Мой отец пригласил на свадьбу своих друзей, крупных бизнесменов. Ведь он не только владелец ранчо, как ты понимаешь. В наше время деньги нужно вкладывать не только в коров, но и в то, на чем можно заработать на их пропитание. Итак, если тебе не подойдет ни один из друзей отца, то наверняка они назовут того, кто тебе нужен.

Джози крепко обняла Мелиссу. У нее отлегло от сердца. С тех пор как три дня назад Бонифай сообщил ей о предстоящем замужестве, она считала минуты до встречи со своей подругой в Калифорнии. Джози не сомневалась: единственная близкая подруга поможет ей.

— Ты уверена, что все получится? — Джози поправила светлый парик, который Мелисса натянула на ее черные волосы.

— Нет, — ответила подруга, — но разве у тебя есть выбор?

Джози вздохнула.

— Ведь это я должна сейчас помогать тебе переодеваться, а не наоборот. Ты новобрачная.

— Ты мне уже помогла. В считанные минуты я сменила свой свадебный наряд вот на это платье и теперь готова к отъезду. Сейчас мы преобразим и тебя.

Джози взглянула на себя в зеркало и увидела там незнакомку.

— Я похожа на… на…

— …на мою кузину Бетти Джо. Уверена, твои телохранители тебя не узнают! — Мелисса рассматривала в зеркале отражение подруги, поправляя на ней парик. — Правда, это платье от Версаче не совсем соответствует твоему новому образу… ну да ничего… Главное, не дай телохранителям увидеть твое лицо и постарайся их обмануть: сделай вид, будто идешь на свидание, а сама быстренько беги на конюшню.

Джози встретилась взглядом с подругой.

— Ты по-прежнему считаешь, что я поступаю правильно?

Мелисса прекратила теребить парик, села на банкетку и посмотрела на Джози.

— Вспомни, сколько времени мы обсуждали эту тему, и лучшего плана, чем этот, так и не смогли придумать. Как жаль, что у моего отца мало знакомых холостяков! Мужчины его возраста уже женаты, а те, кто моложе, живут за счет родителей и, значит, тебе не подходят. Вот если бы у нас было больше времени… Но у нас его нет! Помни, главное для тебя: не стать женой того жуткого человека, которого подыскал тебе Бонифай. Если за прошедшую неделю нам с тобой не удалось найти тебе приличного мужа, значит, за оставшееся время придется поискать неприличного. — Собственные слова вызвали у Мелиссы улыбку. — Думаю, ковбой — это то, что надо.

Джози покачала головой.

— Мне придется просить ковбоя жениться на мне? Кто это придумал?

— Я, и тебе это хорошо известно. — Мелисса лукаво улыбнулась. — По-моему, прекрасный план. На южной границе наших владений примерно через час начинается родео. Вчера во время прогулки я ведь показывала тебе то место. Едва ли какому-либо ковбою известно, кто ты. К тому же никому и в голову не может прийти, что ты решишься выйти замуж за ковбоя.

— Не знаю, найду ли я в себе смелость подойти к совершенно незнакомому мужчине и попросить его жениться на мне. А что, если я не смогу найти желающего?..

— Только не вздумай выпалить этому человеку все сразу! Действуй осмотрительно и не волнуйся. Ведь эти ребята — ковбои. Им не по нраву быть на привязи, но зато они любят деньги. Не забудь: ты предлагаешь своему избраннику несколько тысяч долларов в обмен на его фамилию. Поэтому, я уверена, желающих попасть в твой аркан будет более чем достаточно. К тому же надо учесть, что ваш союз не будет платоническим.

Джози не прельщала перспектива заниматься любовью с совершенно незнакомым ей мужчиной, даже если он станет ее мужем. Но она знала, что в случае, если люди Бонифая отыщут ее и обнаружат, что супружеский долг супругами не исполняется, они тут же потребуют аннулировать брак и заставят ее вновь выйти замуж, только теперь уже за Пике.

— Жаль, что я не могу пойти с тобой, а уж потом отправиться в свадебное путешествие, — вздохнула Мелисса. — Я могла бы помочь тебе выбрать настоящего ковбоя.

Джози покачала головой.

— Я должна сделать это сама. Мне придется исчезнуть на несколько недель, и я не хочу, чтобы даже ты знала о моем местонахождении. — Она взглянула на себя в зеркало. — Уверена, что Питер ждет не дождется, когда ты спустишься вниз и вы отправитесь в путешествие. Сумку с одеждой и деньгами для меня ты оставила в конюшне?

— Да, за седлами слева. — Мелисса посмотрела на подругу. В ее зеленых глазах блестели слезы. — Кто бы мог подумать? Я вышла замуж, а вскоре выйдешь и ты…

Джози грустно улыбнулась.

— Если повезет.

Мелисса обняла ее.

— Только поосторожней! Ведь впервые рядом с тобой никого не будет. Я буду волноваться.

— Не стоит. Все обойдется. Спускайся вниз. Я выскользну из дома во время суматохи ваших проводов.

Мелисса еще раз обняла подругу и, с трудом расставшись с ней, вышла из комнаты. Спустя несколько минут до Джози донеслись громкие возгласы гостей, провожавших молодоженов. Воспользовавшись шумом, Джози, глубоко вздохнув, вышла из комнаты в опустевшую прихожую, открыла дверь и смело переступила порог. Через минуту, показавшуюся ей вечностью, она уже вбежала в конюшню и, приподняв широкую юбку, помчалась по проходу между стойлами, в которых стояли породистые лошади. Знакомые запахи и звуки немного успокоили Джози, и она, не останавливаясь, продолжила свой путь.

Добежав до условленного места, она остановилась и заглянула за висевшие в ряд седла. Никакой сумки там не было.

В волнении Джози огляделась вокруг. Нигде ничего. Должно быть, кто-то нашел сумку и отнес ее в дом, а может, вообще своровал.

Тревога и паника охватили Джози. Что же ей теперь делать? У нее нет ни денег, ни одежды, кроме того платья, что на ней. Ну как же поступить? Бросить все? Вернуться в Монклер и выйти замуж за Альфонса Пике?

Нет, ни за что!

Джози оглядела платье. Его широкая юбка позволяла ей скакать на лошади. А за бриллиантовые серьги и ожерелье можно выручить неплохие деньги.

Она была полна решимости претворить свой план в жизнь. Несмотря на то что сейчас он рушился, план этот был той единственной соломинкой, которая могла спасти Джози.

— Да, мама. — Бак Бьюканан закатил глаза к серому металлическому потолку своего передвижного дома, прицепленного к трейлеру для перевозки лошади. Почему бы матери не забыть наконец о его существовании?!

— Итак, Харди, я рассчитываю на тебя. Надеюсь, завтра вечером ты будешь дома. В конце концов, это день рождения твоего отца, и ты прекрасно знаешь, что я не люблю нечетное количество гостей за столом. Кроме всего прочего, Сьюзан нужен кавалер.

Бак не знал, что ему было ненавистнее: имя, которое мать дала ему при рождении, или то, что она в очередной раз хочет познакомить его с какой-то калифорнийской красавицей — претенденткой на роль его жены.

— Завтра вечером? Извини, но ничего не получится. Я собираюсь…

— Ты должен, Харди. Мы устраиваем званый вечер.

— Я… что?

— Я сейчас на ранчо, — твердо сказала мать. — Как, по-твоему, я отыскала тебя на этот раз? Нашла в ящике стола счет за разговоры по мобильному телефону.

Бак заскрежетал зубами. Его родители, а мать особенно, ненавидели ранчо «Дабл Стар», так как оно напоминало им об их корнях, об их происхождении. Они изо всех сил старались забыть своих предков — простых фермеров и ковбоев. Тот факт, что мать устраивала праздник на ранчо, унаследованном Баком от его деда, а не в богатом (стоимостью в три миллиона долларов) особняке в Сакраменто, означал, что она разворачивает кампанию по женитьбе сына.

Бак знал, почему она это делала. Вовсе не потому, что матери хотелось нянчиться с внуками. О нет. Тридцатилетие Бака было не за горами, и мать считала, что сын обязан закрепить место, занимаемое семейством Бьюканан среди элиты Калифорнии, женившись на девушке из богатой и знатной семьи. Такой, как, например, Сьюзан.

Бак знал десятки подобных девушек — избалованных эгоисток, которых волновали лишь прическа, маникюр и макияж. Эти девушки не имели представления о работе. Предложение потрудиться привело бы их в ужас.

— Харди, я рассчитываю на тебя, — повторила мать немного обиженным голосом.

Бак тяжело вздохнул. Он любил мать, несмотря на то что она не одобряла жизнь, которую вел ее сын. Жизнь ковбоя.

— Хорошо, я буду на дне рождения. — (Мать с облегчением вздохнула.) — Увидимся завтра вечером.

— До свидания, сынок.

Бак ничего больше не сказал. И зачем он только ответил на этот звонок? Ведь знал, что его адвокат не станет звонить так поздно. Похоже, совсем обезумел, когда увидел в Интернете сегодняшние цены на бирже…

Нечего сказать — попался! И дело не только в этом проклятом званом вечере, но и в присутствии родителей на его ранчо. Мать, видимо, пробудет там довольно долго. Пока не женит сына.

Бак настежь распахнул дверь передвижного домика, прыгнул со ступеньки на землю и направился к своему коню.

Агамемнон, стоя на привязи, терпеливо ждал хозяина. Поняв, что тот пришел не в лучшем настроении, конь скептически взглянул на Бака, будто хотел сказать: «Ну что, опять мамаша достала?»

— Не хочу этого слышать, Агги! — произнес Бак, поправляя попону на спине коня. — Она загнала меня в угол. Ничего не могу с этим поделать!

«А ты сам найди себе невесту и женись. В этом случае мать не сможет набросить на тебя свое лассо», — припомнил он слова деда, сказанные ему когда-то в ответ на жалобу, что мать заставляет его жениться на девушке из высшего общества. Атака длится с тех самых пор, как Бак получил диплом финансиста, окончив университет штата Пенсильвания.