Читаем Воля твоя(СИ) онлайн бесплатно

Виктория Черникова

СЦЕНАРИЙ

ВОЛЯ ТВОЯ

(по мотивам рассказов Тэффи "Воля твоя",

"И времени не стало", "Предел", "Талант")

НАТ. БАЗАРНАЯ ПЛОЩАДЬ В ИНДИЙСКОМ СЕЛЕНИИ. СОЛНЕЧНЫЙ ДЕНЬ.

На базарной площади идет представление факира. ФАКИР играет на флейте - над мешком, развернув капюшон, покачивается кобра.

Среди толпы зрителей-индийцев возвышается европеец. Это СТРЕЛЬЦОВ, русский путешественник и профессиональный охотник. Одежда его сильно пообтрепалась, борода отросла и весь вид неухоженный.

Факир голыми руками достает из плетеного короба скорпионов и сажает себе на грудь, на лицо.

МАЛЬЧИК-АССИСТЕНТ приносит поднос с раскаленными углями и ставит его на треног. Угли образуют кольцо, внутри которого остается свободное пространство. Факир помещает в центр огненного круга большого скорпиона.

КРУПНЫЙ ПЛАН. Скорпион мечется в огненном кольце и размахивает хвостом. В конце концов, не найдя выхода, вонзает в себя жало и затихает.

ПОЯВЛЯЕТСЯ НАЗВАНИЕ ФИЛЬМА.

ВОЛЯ ТВОЯ

НАЧИНАЮТСЯ ТИТРЫ.

НАТ. МОСКВА. НАЧАЛО 20 ВЕКА. ЛЕТНИЙ ВЕЧЕР.

Стрельцов, подстриженный, в костюме по последней моде, едет на заднем сиденье открытого автомобиля.

Сменяются виды старой Москвы.

ЗАКАНЧИВАЮТСЯ ТИТРЫ.

ИНТ. ГОСТИНАЯ В КВАРТИРЕ КАРАМЫШЕВОЙ. ЛЕТНИЙ ВЕЧЕР.

Богато обставленная гостиная. У окна стоит рояль. На диване и за столом расположились КАРАМЫШЕВА, дама лет 45, ДОКТОР ПАМУЗОВ, господин 50 лет, ПЕРВАЯ, ВТОРАЯ И ТРЕТЬЯ ДАМЫ, СТРИЖЕНАЯ БАРЫШНЯ и ЖЕМАННЫЙ ЮНОША. Карамышева, хозяйка литературно-художественного салона, заметно нервничает.

КАРАМЫШЕВА

Ужасная эта наша манера. Один придет после театра, прямо к ужину, а другой засядет с девяти и вымотает тебе всю душу.

ПЕРВАЯ ДАМА

А будет у вас сегодня эта Анна Броун?

КАРАМЫШЕВА

Право, не знаю, она забегала в четверг. У нее, по-моему, тут не совсем в порядке.

(стучит себе пальцем по лбу)

Можно быть рассеянной, но не до такой же степени. А то уж прямо анекдот. Сидела, сидела, вдруг вскочила, уставилась глазами в стенной календарь, - мне, говорит, пора, пора. Чего вы, говорю, торопитесь? Нет, говорит, мне давно пора, вон уже шестое четверга. Господи, думаю, что она такое плетет? А она потерла себе висок, поморгала. Простите, говорит, мне показалось, что это часы.

ДАМЫ

(хором)

Ну что за ерунда!

ДОКТОР ПАМУЗОВ

(качает головой)

Ну-ну. Это уже клинический случай.

ПЕРВАЯ ДАМА

Куда же смотрят ее родные? Если она того, как вы говорите,

(стучит себе пальцем по лбу, повторяя жест Карамышевой)

то ей нужно лечиться. Вот хоть бы у Федора Ильича в лечебнице.

Доктор Памузов слегка привстает и кланяется.

КАРАМЫШЕВА

У нее, кажется, нет никого. Была сестра. Умерла четыре года назад.

ВТОРАЯ ДАМА

Да ей и не нужен никто. Замужем за фортепьяно...

(закатывает глаза)

ТРЕТЬЯ ДАМА

(громко, чеканя слова)

А, по-моему, ваша Броун просто дура и ломается.

ВТОРАЯ ДАМА

Конечно, ломается. Вся изломанная. И почему она Броун, когда всем известно, что она просто Брунова?

ЖЕМАННЫЙ ЮНОША

(горячо)

Это эстрадный псевдоним. Так принято.

СТРИЖЕНАЯ БАРЫШНЯ

(бросая уничтожающий взгляд на юношу)

Важен не псевдоним, а талант.

ВТОРАЯ ДАМА

Вот именно талант. А его-то у нее и нет. Ее создал Гербель.

СТРИЖЕНАЯ БАРЫШНЯ

Таких пианисток, как она, сотни и тысячи.

ВТОРАЯ ДАМА

Если бы Гербель не написал о ней такой блестящей статьи...

ТРЕТЬЯ ДАМА

(покрывая все голоса)

А, по-моему, по-моему, ваша Броун просто дура и ло...

(осекается на полуслове, в ужасе глядя куда-то над головами собеседниц)

Все оглядываются на двери. Высокая дама, светски улыбаясь, входит в гостиную и протягивает хозяйке руку. Это АННА БРОУН, пианистка лет 35. Она одета в нарядное платье, криво застегнутое на груди - на одну пуговицу две петли.

АННА БРОУН

Здравствуйте.

КАРАМЫШЕВА

(неестественно)

Дорогая! Дорогая! До чего я рада. Как это мило!

КАРАМЫШЕВА подходит к Анне и берет ее руку в свои ладони. Гостьи переглядываются между собой, испуганно спрашивая друг друга глазами: "Слышала или не слышала?"

ДОКТОР ПАМУЗОВ

(трясется от смеха)

Простите, вспомнил один анекдот. Ох, не могу! Потом расскажу. Уж очень смешно!

Гостьи начинают говорить все сразу, перебивая друг друга.

ПЕРВАЯ ДАМА

А мы думали, что вы уехали.

ВТОРАЯ ДАМА

Теперь ведь концертов нет.

ТРЕТЬЯ ДАМА

Ну, конечно. Мертвый сезон.

ПЕРВАЯ ДАМА

Но, может быть, ученицы задерживают?

ВТОРАЯ ДАМА

Ну что вы! Наверное, и ученицы все разъехались.

КАРАМЫШЕВА

(бросая негодующие взгляды на трясущегося Памузова)

Дорогая, дорогая! У вас утомленный вид.

АННА БРОУН

Да, у меня все голова болит и как-то холодно.

ПЕРВАЯ ДАМА

Холодно? В такую жару? Судя по газетам, было несколько случаев солнечного удара.

АННА БРОУН

(удивленно)

Солнечного удара? Как странно! Зимою и вдруг солнечный удар.

КАРАМЫШЕВА

(многозначительно смотрит на гостей)

Почему "зимою"? Сейчас, в июне, а не зимою.

АННА БРОУН

(хмурится)

Ах, да, конечно. Сейчас июнь. Я все спутала.

Входит Стрельцов, прерывая своим появлением неудобный разговор. Анна Броун отходит к окну и садится на стул рядом с роялем, сложив руки на коленях. Карамышева, протягивая руки, идет навстречу новому гостю.

КАРАМЫШЕВА

Петр Аркадьевич, какими судьбами?! А мы вас раньше осени не ждали. Вы к нам сейчас откуда? Из Монголии или Туркестана?

СТРЕЛЬЦОВ

Из Индии, Зинаида Петровна, с берегов священного Ганга. Привез вам поклон от верховного брахмана... Namaste!

Стрельцов останавливается, не доходя пару шагов до Карамышевой, складывает руки на уровне груди, прижав ладони друг к другу, и слегка кланяется.

КАРАМЫШЕВА

Namaste!

(повторяет движения Стрельцова)

А что это значит?

СТРЕЛЬЦОВ

Дословно - поклон тебе.

ЛАКЕЙ вносит в гостиную корзину с фруктами (бананы, ананасы, манго, папайя и др. экзотические фрукты) и ставит на стол.

СТРЕЛЬЦОВ (ПР.)

А это вам немного восточной экзотики. Вкусите, так сказать, от плодов индийских.

Гости заинтересованно заглядывают в корзину. КАРАМЫШЕВА берет из корзины ананас и вдыхает его аромат.

КАРАМЫШЕВА

Ах, какая роскошь! Неужели из самой Индии?

ДОКТОР ПАМУЗОВ

Ну, разве что господин Елисеев теперь и в Индии магазины держит...

Доктор Памузов вынимает из корзины коробку с индийским чаем, на которую наклеен ярлык "Магазин Елисеева".

СТРЕЛЬЦОВ

(смеется)

Быстро вы меня разоблачили, Федор Ильич. Даже как-то не комильфо с вашей стороны. Перед дамами...

КАРАМЫШЕВА

Дамы вас прощают. Но с вас подробнейший рассказ о ваших приключениях.

ИНТ. ГОСТИНАЯ В КВАРТИРЕ КАРАМЫШЕВОЙ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

В гостиной включено электрическое освещение. Гостей заметно прибавилось. Расставлены карточные столы, за которыми идет игра. Горничные разносят чай и печенье.

Стрельцов сидит на диване в обществе дам и доктора Памузова.

СТРЕЛЬЦОВ

Бенгальский тигр заметно уступает в размерах нашему, амурскому, но для человека он намного опасней. Представьте, в мангровых болотах Сундарбана, где я охотился, каждый четвертый тигр - людоед. Причем на людей охотятся не только больные, но и молодые, вполне здоровые тигры. Для них человек - легкодоступная добыча.

ДАМЫ

(хором)

Какой ужас!

КАРАМЫШЕВА

Как режут слух слова "человек - легкодоступная добыча". Прямо мороз по коже...

ДОКТОР ПАМУЗОВ

Тигру, Зинаида Петровна, наплевать на наши выдумки про венец творения, образ и подобие бога. Он просто, без затей хочет кушать. И homo sapiens ничем не хуже какой-нибудь антилопы, даже лучше, потому что бегает медленней.

СТРЕЛЬЦОВ

Самая знаменитая чампаватская тигрица, застреленная в позапрошлом году полковником Джимом Корбетом, скушала, как вы выражаетесь, 436 человек в Непале и в Индии. Местные власти даже армию мобилизовали для её поимки...

СМЕНА ПЛАНА. За карточным столом играют в вист четверо господ: РЕДАКТОР ЖУРНАЛА, ТЕАТРАЛЬНЫЙ РЕЖИССЕР, ПИАНИСТ РОМАНОВСКИЙ и БАС-БАРИТОН ПЛЕТНЕВ.

Редактор журнала, крупный господин лет 50, сдает карты. В это время мимо карточного стола проходит ЗОИНЬКА МИЛЬГАУ, барышня 20 лет.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА

Добрый вечер, госпожа Мильгау.

Зоинька демонстративно отворачивается.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА (ПР.)

Не здоровается, обиделась.

Редактор заканчивает сдавать карты. Свою последнюю карту он переворачивает и показывает всем, объявляя козырь.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА (ПР.)

Бубны...

Игроки рассматривают свои карты и начинают игру.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА (ПР.)

Приходит ко мне месяца два назад эта самая госпожа Мильгау, Зоинька, и приносит р-о-м-а-н

(выделяет интонацией слово "роман")

Называется эта штука "Иероглифы Сфинкса". Я ей говорю - вещица очаровательная, но не подходит для нашего органа, у нас идейный журнал. Я бы советовал переделать ее для театра. Но, видите ли, Гамлет уже написан, а вот хороший фарс нашему театру очень нужен. Однако, как бы сказать... Наши театры берут только очень неприличные фарсы...

ТЕАТРАЛЬНЫЙ РЕЖИССЕР

Что же делать, если серьезные вещи не дают сборов. Приходиться работать на потребу публики.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА

М-да, говорю ей, вашей вещице не хватает пикантности... Хе-хе... Приносит она мне через месяц переделанную неприличную пьеску... Хе-хе... И на первой странице, где действующие лица, читаю: Иван Петрович Жукин, мировой судья, 53-х лет, - голый. Анна Петровна Бек, помещица, 43-х лет, - голая. И так, господа, все действующие лица - голые.

Игроки смеются. Раскатистый смех бас-баритона заполняет всю гостиную.

РЕДАКТОР ЖУРНАЛА (ПР.)

Отчего же, спрашиваю, у вас все голые. А это, отвечает, мне маменька подсказала, что самое неприличное на свете - голые люди.

Новый взрыв хохота.

СМЕНА ПЛАНА. Анна Броун по-прежнему сидит на стуле рядом с роялем, сложив руки на коленях, за весь вечер так и не двинувшись с места. Она погружена в свои мысли и не участвует в разговорах.

За роялем сидит жеманный юноша, просматривая ноты. Иногда он исподтишка смотрит на Анну Броун.

Вне поля зрения слышны голоса Стрельцова и его собеседников.

СТРЕЛЬЦОВ (ВНП)

Туземцы в Индии придумали оригинальный способ отпугивания тигров. Тигр, как известно, нападает на человека со спины, поджидая его в засаде с подветренной стороны. Так вот, чтобы сбить тигра с толку, туземцы надевают на затылок маску с изображением глаз и рта. Встречаясь с таким намалеванным взглядом, тигр не решается атаковать.

ПЕРВАЯ ДАМА (ВНП)

Надо бы мне такой маской обзавестись, а то соседский кот в темноте на лестнице все время на спину прыгает. Две тальмы изодрал, шельмец.

ДОКТОР ПАМУЗОВ (ВНП)

Нет, Дарья Алексеевна, маска здесь не поможет. Только мышьяк или кастрация... Или меткий выстрел профессионала.

СТРЕЛЬЦОВ (ВНП)

Всегда к вашим услугам.

К роялю подходит Зоинька Мильгау. Позади нее раздается смех. Она хочет обернуться, но сдерживает себя. Зоинька присаживается рядом с жеманным юношей.

ЗОИНЬКА МИЛЬГАУ

Давно хотела вас спросить, Николя. Знаете ли вы романс "Мы сегодня расстались с тобою"? Никак не могу раздобыть его ноты.

ЖЕМАННЫЙ ЮНОША

Слова и музыка Дризо? Вот этот?

(наигрывает на рояле и напевает)

Мы сегодня расстались с тобою

Без ненужных рыданий и слез.

Это лето внезапной грозою

Над моей головой пронеслось...

АННА БРОУН

Господи! Только не музыку!

(сжимает виски)

При звуках музыки Анна Броун наконец оживает. Она покидает свой стул и идет прочь от рояля.

ИНТ. БИБЛИОТЕКА В ДОМЕ КАРАМЫШЕВОЙ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

В библиотеке, удобно расположившись в креслах, курят и обсуждают судьбы России БЫВШИЙ ДЕПУТАТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ ОТ КАДЕТОВ, ПРОФЕССОР УНИВЕРСИТЕТА, АДВОКАТ и ИНЖЕНЕР-ПУТЕЕЦ в форменном сюртуке. У раскрытого окна курит стриженая барышня. Свет в библиотеке приглушен, через приоткрытую дверь в гостиную слышны звуки музыки и смех. Вторая дверь ведет из библиотеки в прихожую.

БЫВШИЙ ДЕПУТАТ

Правительство намеренно заваливает Думу какой-то законодательной вермишелью. Законопроект "О духовном судопроизводстве по брачным делам последователей вероучения мариавитов" - каково!? На заседаниях - скука смертная, как в поезде на глухой станции. В то время как наша партия шла в Думу единственно с целью добиться введения всеобщего избирательного права, политических и гражданских прав и свобод. Мы давно подготовили законопроекты о свободе совести, слова, печати, но их никто не хочет обсуждать...

В библиотеку из гостиной входит Анна Броун и садится в свободное кресло.

АДВОКАТ

(вполголоса обращается к Анне Броун)

Папиросу?

АННА БРОУН

Спасибо.

Анна берет предложенную папиросу, однако зажженную спичку не замечает. Так и сидит с зажатой в руках папиросой.

СТРИЖЕНАЯ БАРЫШНЯ

Хм...

ПРОФЕССОР УНИВЕРСИТЕТА

Опять это сладкое слово - свобода! Но взгляните на проблему шире, Константин Борисович. Разве можно законами да указами свыше сделать человека по-настоящему свободным? У раба психология рабская! Если собаку, которая всю жизнь просидела на цепи, вдруг освободить, то она дальше тех десяти шагов, что позволяла ей цепь, от конуры не убежит. Она просто не знает, что ей делать с этой свободой.

ИНЖЕНЕР-ПУТЕЕЦ

Вы вот, Иван Дмитриевич, сказали про десять шагов, и мне вспомнилась одна история... тоже про шаги. Рассказывал мне как-то про себя один знакомый, бывший арестант. Его камера была в шесть шагов длины. И каждый раз, доходя до стены, он хотел размозжить себе голову, так мучил его этот данный ему предел. Шесть шагов, и кончено. Тогда он решил делать только четыре шага. Ограничил своей волей и почувствовал себя свободным. Эти четыре шага - это моя воля, а ваших шести не желаю. Вот она где, свобода.

(стучит пальцем по голове)

Анна Броун заинтересованно слушает рассказ инженера, но дальнейший разговор не вызывает у нее интереса.

БЫВШИЙ ДЕПУТАТ

Нет, вы подменяете понятия. Я говорю о юридическом механизме реализации прав и свобод человека, а вы мне какую-то упадническую философию и психологию подсовываете. По-вашему, арестант в крепости так же свободен, как гуляющий по проспекту обыватель.

Анна Броун встает и потихоньку выходит из комнаты через дверь в прихожую.

ПРОФЕССОР УНИВЕРСИТЕТА

И, тем не менее, я настаиваю: воспитание и просвещение - вот единственный путь освобождения человека. Прежде всего, человек должен духовно созреть для реализации тех прав и свобод, о которых вы говорите...

ИНТ. ПРИХОЖАЯ В КВАРТИРЕ КАРАМЫШЕВОЙ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР.

Анна Броун выходит из дверей библиотеки в прихожую, обставленную как небольшая гостиная. В эркере стоит кадка с пальмой, за которой прячется кресло. На спинку кресла накинута шаль. Напротив кресла висит зеркало.

АННА БРОУН

Идти домой?! Нет, нет, домой нельзя, лучше здесь.

(оглядывается)

Вот здесь будет отлично. Можно думать.

Анна садится в кресло и пристально смотрит в зеркало.

КРУПНЫЙ ПЛАН. В зеркале отражается Анна Броун, а позади кресла, в котором она сидит, стоит женщина - это ПОКОЙНАЯ СЕСТРА Анны.

ПОКОЙНАЯ СЕСТРА

Ну, чего ты так убиваешься?

АННА БРОУН

Ты же знаешь, сколько раз меня бросали. Опять я бы не перенесла этого...

Нет, я права. Если бы я не ушла, он бы сам ушел, и было бы еще больнее. Я только ускорила событие, ограничила его своей волей. Это великое дело - ограничить своей волей... И почти никто этого не знает - только я да тот арестант. Что там они говорили про шесть шагов? Какой была бы моя жизнь, если бы я сохранила эти шесть шагов наших отношений? Ждала бы, выслеживала, примечала. Позвонит или не позвонит. Зайдет или не зайдет. Пришлет билет в концерт или не пришлет. Позовет или не позовет...

ПОКОЙНАЯ СЕСТРА

Ты себя так совсем изведешь.

АННА БРОУН

(говорит механически, как заученный урок)