Читаем Волчьи ягоды онлайн бесплатно

Имя Души твоей. Пробуждение

Рассказ второй

Волчьи ягоды

- Лена! Ты где?! Это совсем не смешно!

Моя сестра-близняшка истошно вопит где-то рядом. Продолжаю молча лежать, покусывая травинку и смотреть на небо. Пусть она уже замолкнет и уйдет.

- Ну все, хватит! – Кара пытается придать тону больше убедительности, но это у нее получается фигово.

Раздраженно фыркаю, нужно было родиться в разных семьях или, на худой конец, в разное время. У нас нет ничего общего, кроме внешности. Кара напоминает мне зефир – мягкий и податливый, настолько сестричка уступчива и слабовольна. П-фф, совсем как наша мать! То ли дело – я! Заноза в заднице любого, кто посмеет идти наперекор. «Есть только мое мнение и неправильное», - мой новый жизненный девиз и менять его уже не собираюсь. Кара молчала, скорее всего, ушла, сдалась, а хоть бы раз поступила иначе. Возвращаться в дом не хотелось – молчаливая, задумчивая мама, прячущая слезы, но продолжающая играть роль счастливой хранительницы очага, от которого уже давно камня на камне не осталось. Этого долбаного семейного очага, мать его!..

…Семья Верецких никогда не знала, что такое нищета – глава, Павел Николаевич Верецкий, был удачлив во всех начинаниях. Бизнес процветал, расширялся, быстро вырос в довольно крупную сеть. Отец часто пропадал то в столице, то в заграничных командировках, но умудрялся хранить облик верного и любящего семьянина. Ага, только сохранять, как маску, с одной стороны любви и понимания, с другой... Мать – Верецкая Алла Алексеевна, домохозяйка и просто образец для подражания. Все еще красивая, несмотря на уходящие года, стройная и, главное, понимающая мужа не то, что с полуслова, а с полувзгляда. Две чудесные дочери – Лена, собственно я, и Кара. Павел Николаевич намеренно не перевозил нас в столицу, объясняя это тем, что бешеный ритм огромного мегаполиса не пойдет никому на пользу. Впрочем, спорить никто не собирался – просторная квартира, шикарная загородная дача, деньги в достатке, дом полная чаша, казалось бы, вот она, мечта...

Прислушалась, приподнявшись и глядя сквозь колышущуюся траву. Скатертью дорога! Недавно вернулись с отдыха, где я познакомилась с очередным мужчиной. Ездила с матерью и Карой специально, бросая им вызов своими выходками. Кара никогда не веселилась, все время проводя за чтением книг или рисованием. О, да! Она молча осуждала, только мне плевать! Если можешь получить от жизни многое, зачем притворяться серой мышкой? Принцы давно вымерли и даже благородные кони откинули копыта уже много лет назад. Летний день подходил к концу, возвращаться не хотелось. Пошло все – уеду в город! После событий, которые изменили не только всю нашу жизнь, но и нас самих, потребовала купить отдельную квартиру и переехала от матери и сестры. К слову, Кара могла поступить так же, не захотела… В лесу тихо попискивала какая-то птица, я потянулась, встала, вышла на тропинку, петляющую между стволами сосен, подсвеченных заходящим солнцем. Повинуясь необъяснимому порыву, подошла и обняла шершавый ствол. Аромат смолы и теплой древесной коры немного успокоил взбудораженные мысли.

Зачем-то продолжала менять партнеров, возможно, это и есть проклятие современного общества, просто получать удовольствие, не думая ни о чем, растворяться в кратковременных всплесках страсти, а может… Этих «может» и так слишком много. Хватит! Я не буду такой, как моя мать!.. Дошла до высокого забора, огораживающего нашу территорию, передо мной тут же открылась дверь, словно только этого и ждали, охранник незамедлительно посторонился, пропуская. Не удостоив его даже взглядом, по ухоженным дорожкам направилась к дому. Кара сидела на террасе, попивая что-то из кружки и смотря в ноутбук.

- Я даже разговаривать с тобой не хочу, - намеренно не поворачиваясь ко мне, выдала сестра.

- Уже это делаешь, - презрительно выплюнула ей.

- Не ссорьтесь, вам нужно всегда поддерживать друг друга, - не заметила, что в другом конце находится мама.

Алла Алексеевна задумчиво смотрела на сад, лишь мельком мазнув по нам взглядом.

- Могла бы и помолчать, - Кара прошипела едва слышно, - ей и так нелегко, а ты все не успокоишься!

- Сама заткнись! – я не собиралась вступать в бессмысленную дискуссию и зашла внутрь особняка.

Еще немного и просто свихнусь с этими двумя, нужно побыстрее убраться отсюда. Пронеслась по лестнице к себе в комнату, вспоминая, куда кинула ключи от машины. Черт, надо наконец-то научиться складывать вещи на место! Сбрасывала предметы, небрежно сдвигала какие-то блокноты, груды косметики, все это падало на пол, но этот факт меня волновал мало – здесь есть, кому прибраться, папочка за все заплатил. Привлеченная вершащимся беспорядком, ко мне поднялась мать:

- Лена, ты уезжаешь? – столько горечи в словах.

Вот обойдемся без этого, от соплей и слез меня уже давно выворачивает!

- Угу, - ограничилась лишь этим.

- Давай хотя бы поужинаем все вместе, как раньше?

Как же бесит это блеяние! Поэтому отец завел себе вторую семью – ему просто надоели эти овечьи глаза и покорность! Взорвалась раздражением, выразительно глянув в сторону матери:

- Как раньше уже не будет, и ты знаешь, кому нужно сказать «спасибо»!

До нее не сразу дошел смысл произнесенных слов, скорее всего, опять принимает сильнодействующие лекарства.

- Лена, ты действительно так считаешь?

Неверие, промелькнувшее в родных глазах, на миг, на долю секунды заставило меня почувствовать что-то, напоминающее угрызения совести. Только на мгновение – да, это она во всем виновата!

- Не считаю, констатирую неоспоримый факт.

Мама медленно развернулась и вполоборота сказала:

- Я все равно люблю тебя.

Лучше бы устроила истерику, заорала, что я неблагодарная тварь, но нет! Совсем так, когда стала известна правда об измене отца и, встретившись с ним, просто обняла его, сразу простила! Все! И так поступила женщина, которая узнала, что ее променяли на другую и, причем, уже давно. Получив в оплату за поддержку и понимание, заботу и нежность только пепелище ушедшего счастья! Да пусть все идет…

Я застыла, бестолково пялясь на сиреневый кусок ткани в руке. Рванула тонкую материю, вымещая злость – да куда делись эти гребаные ключи?!

- Ты добиваешься, чтобы она что-то сделала с собой? Лена, не надо так с нами, - Кара только добавляла масла в огонь, подкидывала дровишек в адское пламя, бушующее у меня внутри.

- Отвали, - коротко проинформировала ее.

Ключи нашлись в туфле, которая одиноко стояла под столом.

- Лена, пожалуйста! – Кара не останавливалась. – Ведь отец нас не бросил, даже не подал на развод с мамой…

- А просто трахал и продолжает трахать более молодую бабенку, - специально прервала сестру. – Показательно подняла указательный палец и уточнила: - У которой хватает огонька высказывать свое мнение и не иметь его мозги. Ах, да, но ведь здесь его всегда ждут и любят, неважно, что еще он сделает!

Намеренно толкнула плечом Кару, проходя мимо. Пусть эта курица не напрягает свой крошечный мозг.

- Нет, все не так! Ты специально говоришь гадости! Потому что самой также паршиво, как и нам! – в спину почти осязаемо ударили настигнувшие меня слова.

Только ускорила шаг, переходя почти на бег. Да, я сбегала, ну и что! Мне плевать, на все глубоко плевать – эта фраза стала моей личной молитвой и редко подводила. В столовой Мария Дмитриевна накрывала на стол – мне всегда нравилась эта немолодая женщина, умеющая не только приготовить любое сложное блюдо, но и поддержать умный разговор. Не воспринимала ее как обслуживающий персонал, скорее, как члена семьи… Семьи, которой больше нет. Черт! Забыла успокоительное, в этом доме оно было необходимо, как воздух. Мои родственнички кого угодно заставят съехать с катушек! Обратно не вернусь, Кара только и жаждет, чтобы начать свое нытье заново. Пронеслась в другую часть дома, где располагалась бывшая спальня родителей, у матери, наверняка, целый арсенал таблеток. Там главенствовал идеальный порядок, который мне захотелось разрушить. На пол полетела ваза с цветами, нежные лепестки смешались с острыми осколками, образуя контраст. Выдвинула ящички прикроватной тумбы, в первом ничего нужного не нашла, второй выпал от того, что я слишком сильно потянула его, в третьем обнаружилось искомое. Гнев застилал глаза, вроде, упаковка похожа, сойдет. Процокала каблуками к выходу, ни мамы, ни сестры не обнаружила, редкая удача!

Из гаража выехала в отвратном настроении, глядя на медленно расходящиеся створки ворот, мстительно надавила на педаль газа. Жаль, даже не поцарапала, успели полностью открыться, пока подъезжала. Охранники внимательно проводили меня взглядом – показала им средний палец. Летние ночи довольно светлые, но видимость, конечно, далека от дневной. Одной рукой придерживала руль, второй пыталась вытряхнуть таблетки из коробочки. Не получилось – поднесла пластинку ко рту, выгрызая лекарство из оболочки. Твою ж…! Горечь противно растеклась во рту. Наугад попыталась отыскать бутылку с водой. Не нашла, пальцы обхватили стеклянное горлышко – открытая емкость с дорогим алкоголем, видимо, осталась после недавней поездки на вечеринку. Сделала так, чтобы мать узнала, что за рулем зачастую езжу не совсем в трезвом виде… Совсем не в трезвом. Ждала, что увижу хоть что-то, кроме обреченного взгляда или смирения с неизбежным поражением. Ни-че-го - она тихо просила проявить благоразумие, ведь кроме нас с Карой у нее ближе никого нет. «За тебя, любимая мамочка!» - скривилась, отпив крепкого напитка. Жидкое пламя вытеснило горечь, но легче не стало, будто со всей дури шарахнула по жилищу диких злющих пчел – мысли безумным роем заметались в голове, вызывая приступы невыносимой боли…

Когда-то, словно в прошлой жизни, я тоже мечтала о единственном мужчине, неугасаемой любви. Взахлеб зачитывалась романами, как и моя сестра, надеялась и верила в чудеса. Да и общались мы с Карой прямо противоположно тому, что происходит сейчас. Тогда казалось, что у нас идеальная семья, сошедшая, будто с картинки модного глянцевого журнала: в большой, со вкусом обставленной гостиной, мы отмечали все значимые праздники, папа всегда находил время, чтобы провести их с нами, дорогими его сердцу людьми. Новый год – волшебная мечта детства. Все вместе наряжали пушистую елку, аромат мандаринов дарил неповторимый привкус счастья, мама, отпустив прислугу, сама хлопотала над некоторыми блюдами, остальное заказывали из ресторана. Мы с Карой с нетерпением ждали, когда нам позволят открыть подарки, заманчиво ждущие своего часа под елочкой. Над камином, в красиво вышитых носочках, прятались конфеты, шоколадки и новогодние леденцы – изогнутые полосатые палочки. Ближе к полуночи приезжали родственники и близкие друзья семьи со своими детками. После того, как главные часы страны мерно отбивали полночь, мы всей гурьбой высыпали на улицу – взрослые обещали, что новогодняя сказка продолжится. Разлапистая ель, сплошь усыпанная шишками, росла недалеко от особняка, ее специально не стали срубать, когда только планировался проект участка. Дерево и вправду было похоже на те, что рисовали, изображая зачарованные леса: высокое, с густыми ветками-лапами, казалось, стоит забраться под низко опущенные ветви и окажешься в сказочной стране. Когда вышли наружу, елка засияла разноцветными огоньками, в небо взмыли салюты, расцветая на темном покрывале ночи дивными звездными цветами. Потом в открывшиеся ворота въехали сани, запряженные тройкой белоснежных лошадей, которыми управлял самый настоящий дед Мороз! Снежный волшебник привез с собой полный мешок даров, чего только не было: и сладости, и игрушки. Я видела, как мама украдкой смахнула счастливую слезинку, гордясь мужем, который смог подарить всем нам такой праздник. Папа подошел и обнял нас, свою единственную, как мне казалось тогда, семью…

Сделала глоток побольше, надеясь, что это поможет прогнать воспоминания. Как бы ни так! Стало только хуже, черт знает, что за таблетки я приняла. Возможно, вообще перепутала коробки!.. Нам с Карой тогда исполнилось по восемнадцать лет, когда открылась правда о нашем горячо любимом папаше. Начало февраля выдалось вьюжным и пасмурным, солнце не появлялось, как будто его тошнило от людишек и их грязных мыслей. На прошедший новый год родитель щедро подарил своим дочуркам по чистокровной лошади фризской породы – длинная, шелковистая струящаяся грива и хвост, благородство и изящность. Папа параллельно основному делу начал разводить этих прекрасных животных, отстроив конюшню и набрав опытный персонал. Уроки верховой езды нам преподавал молодой инструктор-мужчина, который показался мне, чуть ли не героем горячо любимых мной тогда сопливых любовных романчиков. Кара, прознав об этом, посоветовала не делать глупостей. Сейчас я бы даже не посмотрела в его сторону, этот человек ничего не добился в своей жизни. Правда, моего увлечения учитель не разделил, и мне оставалось тихо вздыхать, витая в облаках. А после все резко изменилось… и я тоже, только ничуть об этом не жалею, а то осталась бы такой же тупицей и тихоней как сестра, до двадцати лет – именно столько нам сейчас… Снег шел не переставая, мы остались втроем – я, Кара и Алла Алексеевна. Отец отбыл в очередную командировку, связанную с работой. Мы не решались в такую метель уезжать в город, боялись увязнуть где-нибудь на трассе. Примерно через день явился один из охранников, передав запечатанный конверт, который, с его слов, только что доставил курьер. В широком бумажном пакете, густо разукрашенном смешными овечками, обнаружилась обыкновенная черная флешка, больше ничего…

Эта картинка настолько реалистично ожила в памяти, что на миг забыла обо всем, и чуть не съехала с дороги. Вовремя опомнилась, на тот свет совершенно не хотелось, наверняка для меня подготовлен отдельный котел. Впрочем, как и для всех нас. К слову сказать, овец с тех пор я ненавижу и неважно, насколько милыми и забавными они выглядят, лучше пусть повсюду щелкают зубами голодные волки… Один единственный видео-файл перечеркнул все счастливые годы, напрочь выжег все хорошие моменты. Сначала мама забрала флешку, а потом мы увидели, как после просмотра родительница впала в крайнюю степень задумчивости. Она не реагировала ни на что, не отзывалась на обращение. Стеклянный взгляд куклы. Сломанной куклы. Испугавшись, не знали, что предпринять. Пока Кара отводила ее до спальни, я снова включила ноутбук и два раза нажала, чтобы открыть сообщение…