Читаем Воин Мары онлайн бесплатно

Глава 1

Неприметная серая лошадка с всадником в седле медленно брела по заброшенной лесной дороге. Еще несколько лет назад это был оживленный тракт, по которому туда-сюда колесили набитые товарами обозы купцов в сопровождении облаченных в кольчуги воинов, нанятых для охраны жизни и покоя своих нанимателей от затаившихся в лесной чаще лихих людей. Последние же, в свою очередь, наблюдали за вереницами телег из-за укрытия и с жадностью потирали топоры, кистени, палицы и прочие орудия своего черного ремесла. Эти встречи всегда заканчивались по-разному: иногда разбойники увозили в свое логово полные телеги добра, а иногда оставались лежать без голов вдоль дороги, под довольный смех охраны купеческого обоза. Да, когда-то здесь кипела жизнь: пот и кровь лились рекой, надежда и отчаяние сплетались в единый клубок жизни и смерти.

Но теперь все это в прошлом; с тех пор как славный торговый город Зборск был дотла сожжен кочевниками, ничего не осталось. Купцы ушли в другие места, стоявший на тракте поселок Полесье практически опустел, а на месте города осталось только чернеющее пепелище. Даже истоптанная до глиняных залысин конными и пешими людьми дорога потихоньку начала исчезать, сдаваясь под напором зеленого царства Лешего.

Именно это больше всего и пугало серую лошадку, она на уровне инстинкта понимала, что если сбиться с пути, то можно угодить в непроходимую чащу, а там, помимо диких зверей, подстерегала гораздо более серьезная и коварная опасность. В последний год болото практически поглотило всю местность, один неверный шаг и все — трясина своими костлявыми руками не церемонясь утащит на дно.

Всадник в седле легкими поглаживаниями старался успокоить свою нервную подругу, но ничего не помогало. Лошадь, похоже, все-таки потеряла дорогу и начала паниковать. Топчась на месте, она жалобно фыркала и вертелась, пытаясь найти верный путь, но его не было. Повсюду только непроходимые заросли бурелома и заросший мхом и тиной пруд, в середине которого коварно возвышался островок с камнем. Недобрый знак! Не иначе под камнем лежит тот, чья душа не нашла покоя и в смерти.

Легкое колыхание воды заставило всадника опустить руку на меч; друзей на болоте не бывает, а вот врагов хоть отбавляй. Прищурившись, он через полумаску шлема разглядел нарушительницу спокойствия. В свете изумрудной зелени, на мягком мху лежала дева неописуемой красоты. Ее русые волосы, украшенные болотными кувшинками, прикрывали соблазнительный бюст, а мокрая белоснежная кожа блестела подобно самоцвету.

– Приляг рядом со мной, воин. Ты устал от ратных дел, а я согрею тебя теплотой своего тела. – Она играючи провела своими изящными пальцами по синеватым губам. – Что же молчишь? Иль не по нраву тебе девицы красные?

Неожиданно ее серые глаза налились мертвым белым цветом, волосы превратились в мерзкую тину, а тело разбухло до огромных размеров. Вытянув вперед длинную костлявую руку, утопленница указала на висевший на груди всадника амулет с крестом в круге.

– Проклятый! Твоя душа уже не твоя, ты отдал ее самой повелительнице смерти. А-ха-ха-ха, смертный дурак!

Спустя мгновение, на мху снова сидела красивая девушка как ни в чем не бывало.

– Расстроил ты меня, воин Мары. Я давно жду доброго молодца с чистой душой, чтобы жизнь в нем била через край, чтобы веселил и радовал меня; там внизу одной так холодно и темно. Эххх, а приходит только такая же нечисть и беспокоит меня почем зря. – Она, обижено отвернувшись, начала медленно погружаться в болото.

– Подожди! – всадник выставил вперед руку, как бы приказывая русалке. – Я заблудился, куда мене идти, чтобы выйти к Полесью?

– Заблудился? Пфф… неудивительно, у нас тут такая глушь, что даже нечисть пропасть может. Впрочем, с дороги ты сошел не так уж и далече. Разверни коня, проскочи пару верст, затем развернись направо и скачи до тех пор, пока на твоем пути не встретится идол покровителя давно забытого народа, он укажет путь. До захода Солнца-Ярилы должен успеть доскакать до Полесья.

– Благодарствую, пропал бы я тут без твоей помощи.

Русалка, опершись на локти, с интересом взглянула на гостя.

– И как может пропасть тот, кто уже давно пропащий? Вот скажи мне, проклятый, что заставило тебя, тогда еще доброго молодца, заключить страшный договор с хозяйкой смерти?

Услышав вопрос, всадник потупил взор. Он бы и рад ответить, но та жизнь, которая была до принятия договора, покрыта для него завесой тайны.

– Не помнишь? Не удивительно, дар владычицы имеет свою цену, и ты заплатил ее, воин.

– А ты? Почему ты…

– Дура была, вот почему!!! Такой же, как ты добрый молодец у меня был, сладкие речи говорил, обещал любить вечно, на капище перед предками в любви клялся. А как получил свое, так через три луны в Новгород ускакал, только копыта коня сверкали. Вот и как сейчас помню: вышла утром, матерью бранимая, взяла коромысло с ведром и на речку за водой. А девки у нас злые, смотрят, посмеиваются, пока иду в спину шипят. Дошла тогда до речки и смотрю в воду, а там тишь да гладь: ни предательств, ни упреков, девицы в хороводе кружатся, а Водяной им на гуслях играет и меня зовет: «Присоединяйся к нам, красавица, у нас хорошо, места всем хватит». Долго я тогда сидела на берегу, не решалась, а потом, разбежалась и прыгнула назло всем им. Пусть живут без меня, раз им так лучше! – Из глаз русалки полились слезы, она схватила проплывающую мимо лягушку и принялась гладить ее, как кошку. – Иди уже отсюда, проклятый. Хоть и нет у меня души, а все равно больно все это. Ну же, скорее! А то не успеешь, ночи здесь опасные, из болота выползают твари, которые с тобой как я разговаривать не будут.

Он хотел было уже развернуть лошадь и молча уйти от проклятого места, но неожиданно остановился.

– Ты помнишь свое имя?

– Любава меня звали, – с грустью прошептала русалка, – А ты свое?

– После клятвы наречен Аспидом.

– Ох, и велика же плата владычице. Ни роду, ни имени… ничего у тебя нет, только меч да конь.

– А мне больше и не надо. – Он пяткой ударил лошадь и поскакал в зеленую чащу. – Прощай, Любава!

Но в ответ прозвучало только шуршание листвы от внезапно поднявшегося ветра.

Аспиду повезло: он нашел потерянную дорогу довольно быстро. Сделав все то, что говорила ему русалка, он еще до захода солнца очутился у груды валунов, напоминавших человеческий силуэт. Странные символы-руны и рисунки совершенно невероятных животных с хоботом и огромными бивнями на морде украшали эти древние камни. Еще там были изображения людей, которые просто терялись на фоне этих исполинов. Бог древнего народа как будто указывал своей рукой-камнем в сторону небольшой тропинки, уходившей куда-то на восток.

Что это был за народ, который ставил столь причудливых богов? И куда он исчез? Теперь тайна, сокрытая в глубине веков. Но Аспида она мало интересовала; старый безымянный бог помог ему, показав путь на Полесье и воин, приложив руку к сердцу, учтиво поклонился. Больше его и бога забытого народа в этом мире ничего не связывало.

Несчастная лошадка уже собиралась переходить на галоп, видимо, встречать сумерки в лесу ей ой как не хотелось. К счастью, пока удача была на ее стороне: сначала меж деревьев начали показываться просветы, а затем и лес неожиданно закончился, обнажив небольшой лужок, в конце которого чернел частокол поселка. Уже по покосившимся и поваленным кольям становилось понятно, что Полесье доживает свои последние дни.

Напрасно Аспид пытался высмотреть в округе дозорных или хотя бы кого-то отдаленно похожего на воина. Никого там не было! Непростительная опрометчивость для селения, в землях которого периодически появляются группы вооруженных кочевников. Эдак подкрадутся авары или хазары, да перережут всех вокруг. Тут даже грозный Перун, видя такую беспечность, не взмахнет своей секирой и не ниспошлет на обороняющихся хоть капельку воинской удачи.

Впрочем, Аспида нисколько не волновала будущая судьба этого богами забытого поселения. Спрыгнув с лошади и взяв ее под уздцы, он перешагнул через лежащие на земле колья и зашел внутрь.

Полесье пустовало. Вернее, почти пустовало; своим чутким зрением Аспид все же успел заметить несколько сгорбившихся фигур, бросившихся врассыпную. Кто-то скрылся за покосившейся избой, кто-то искал спасения за огарками погоревшей хаты…

Доставать меч воину Мары не хотелось, тем более сейчас в этом не было никакого смысла. Он прекрасно понимал, что эти жалкие люди опасаются его гораздо больше, чем он их. Но не забывал Аспид и о том, что страх ― страшная сила, способная в один момент перерасти в необузданную ярость, сметающую все на своем пути. Нет, тут нужно действовать только словом.

Сняв шлем, он уже хотел было поприветствовать пугливых жителей, но тут его неожиданно прервали:

– Да согреет тебя огонь Сварога, путник! Не хватайся за меч, я иду с миром. – Из-за угла покосившейся избы вышел человек в выцветшей красной рубашке, широкий в плечах с могучими руками. Его довольно-таки молодое лицо было покрыто рыжеватой щетиной, а в голубых глазах читалась хитринка. Он с интересом рассматривал незваного гостя.

– А ты кто?

– Я, Людота ― коваль и купец из Новгородских земель. Каждый воин, будь то норманн или русич знает цену выкованному мной оружию…

– Я не знаю.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, а затем Людота разразился смехом, от которого затряслись даже кроны деревьев.

– Ты славный малый! Давай, давай проходи ко мне в землянку. Еды у меня немного, но с таким как ты, я готов поделиться последним.

Глава 2

В тесной землянке в кругу камней горел тусклый огонь, освещая скромное убранство. Посуда, точильные инструменты и оружие были аккуратно сложены по уголкам. Людота определенно ценил порядок во всем.

– Хороший у тебя шлем, Аспид. За такой можно купить жену конунга, да и еще на землю в придачу останется.

Аспид кинул взор на покоящийся у походного снаряжения шлем. Отсвечивая пламя огня, он выглядел так, будто сам Сварог только что снял его со своего чела и положил в дар людям. Разве что глазницы полумаски источали темноту, через которую не смог бы пробиться даже самый яркий свет.

– Ты не очень-то разговорчив, да? Ну, это не удивительно для того, кто носит крест Мораны. Нет, нет, ты не подумай! Меня совершенно не волнует, что ты попросил у хозяйки зимы и смерти в обмен на свою душу. Меня больше интересует, как тебя занесло в такую глушь, как Полесье?

– Я… ищу кое-кого. – Аспид подбросил в огонь березовое полено.

– Ищешь? Здесь? Хммм… да.

– А ты сам-то здесь что делаешь?

– А я по глупости! Дернула же меня лихая заделаться в купцы. Ковал бы себе оружие, да жил как ромейский басилевс, но нет! Захотелось мне побольше мошну набить, вот и бросил все и поехал по городам и весям с полной телегой товара. Везде был и всюду с почетом встречали, поили самым лучшим медом из погребов. Но вот собрался я на свою дурную голову напоследок в Зборск заглянуть. Ехал лесами, полями, болотами, даже по замерзшим рекам ходил. Приезжаю, а тут на тебе! Сожжен, оказывается, Зборск дотла еще зиму назад. Только Полесье рядом еще осталось; думал пережду здесь немного, да рвану обратно, но не тут-то было. Здесь меня-то и взяли Мал и его последователи зверобогов…

Гость с интересом посмотрел на хозяина землянки.

– Этот Мал ― душегуб, колдун и просто нелюдь! Его здесь все боятся. Видел, как местные разбежались при виде тебя. Это он их так запугал. Пришел он сюда со своей ватагой лихих людей еще тем летом, разорвал меж березами предыдущего старосту, а сам обосновался в пещере недалеко отсюда. Ладно бы просто грабил, да убивал, но нет, у него еще в пещере есть яма, где живут эти… оххх… здесь их называют зверобогами. Страшные существа с человеческими телами и головами зверей. Их кормят людьми; раньше из полесских брали, а теперь, как люду больно мало стало, забирают с набегов. У него в подчинении немного разбойников, но те, что есть, как будто сами звери. Слов говорят еще меньше, чем ты; глаза кровью и безумием горят — почиет их Мал каким-то зельем, туманящим все чувства. Есть среди них один страшный изверг ― Ставр по прозвищу Сила Тура. Он вообще слова сказать не может, как будто совсем вырвал из него Мал все людское, оставив только жажду крови…

Тут произошло странное. Пребывавший до этого в спокойствии Аспид, вдруг ни с того ни с сего положил руку на меч. В глазах появился яркий блеск, не суливший ничего хорошего.

«Ставр… вот наконец-то я и нашел тебя», – прошептал он куда-то в пустоту.

Людота с опаской посмотрел на гостя. И зачем же воину Мары понадобился такой изверг, как Ставр?

– Убить его хочешь? Ха, ну попробуй! Это тур в человеческой шкуре. Сам видел, как он работает своим двуруким боевым топором. Он способен одним ударом на две половинки разрубить любого зверя, будь то кабан или даже медведь. На твоем месте я бы держался от него подальше.

– Я знаю…

– Так раз знаешь, то зачем тогда лезешь? Давай лучше запряжем твою лошадь в телегу и умчимся отсюда подобру-поздорову. В Ладогу, в Белоозеро, в Киев… да хоть за правый берег реки Славутич! Нечего делать в этом богами забытом месте!

Лицо Аспида снова приняло выражения безразличия.

– Но ты почему-то еще здесь. Давно собрал бы свои пожитки и ушел под покровом ночи. А вообще, почему тебя еще не повесили на березе или не скормили зверобогам?

– Эхххх, а вот жив я только благодаря своим умениям. Кто сможет топор наточить или кольчугу подлатать? А главное, сделать это хорошо? Убить-то меня недолго, но живой я для Мала ценнее. Зачем колоть курицу, несущую золотые яйца? Не ухожу я отсюда, потому что просто не на чем. Лошадь мою забрали, а бегать от лесной нечисти на ногах такая себе затея. Да, и по-честному, я хоть и не трус, но боюсь один через лес идти.

– А со мной значит не боишься? – На лице Аспида появилось подобие улыбки.

– Да с таким душегубом я хоть в мрачное царство Чернобога! Уже по твоему шлему вижу, что ты добрый воин…

Неожиданно Аспид снова стал серьезен. Он вытянул вперед руку, обозначая тем самым команду: «Помолчи!»

– Слышишь? Хромая топчется на месте.

Людота не понимал.

– К нам идут конные.

– Люди Мала! Возможно, ты встретить Ставра раньше, чем думаешь.

Аспид схватил меч и, не обращая внимания на кузнеца, быстро выскочил из землянки.

В лучах заходящего солнца появилась парочка конных разбойников. На одном висела изорванная в клочья кожаная накидка, а сбоку болталась массивная палица; второй был защищен ржавой кольчугой, оружием же выступал не менее ржавый меч. Со стороны эти двое походили на бродяг, разграбивших старый курган, и присвоивших оружие и доспехи предыдущих хозяев.