<p>Игорь Ларин</p><p>Во мне два Я. Сборник стихов</p>Современники и классики
<p>От автора</p>![]()
Я, Игорь Ларин (Игорь Тарасович Шевченко), появился на свет 30 апреля 1962 года в клинике Коха, Германия.
Раннее детство провёл за границей. Хорошо, что нас у мамы родилось двое и никогда не было скучно! Ну а потом, как у всех (почти): школа, институт, работа. А в «почти» художественная и музыкальная школы, а ещё спорт. Креатив достался от папы. Он прекрасно рисовал, писал стихи и играл на нескольких музыкальных инструментах.
Образований получил много, и разнообразных. Это и медицина, и социология, лингвистика и экономика, управление и бизнес. Работал врачом-хирургом, руководил здравоохранением района, площадь которого превышала размеры Москвы на треть. Дважды избирался главой города и района, возглавлял местную Думу, побывал в нескольких обкомах, работал экспертом Госдумы по вопросам природопользования. Потом бизнес, производство, заводы…
Писать начал с детства, но это, скорее, была проба пера. В юношеские годы написал несколько песен – конечно, о любви (был вокалистом ВИА в старших классах). По-настоящему поэзией занялся относительно недавно. Почему? – просто хронически не хватало времени!
Женат, двое прекрасных сыновей. Жена не просто жена, а любовь, смысл жизни и муза! Пишу стихи как для взрослых, так и для детей, поскольку со мной в доме трое внуков! А видеть и слышать их и не писать просто невозможно!
Готовы несколько стихотворных сборников, но я не тороплюсь: всему своё время.
<p>«Конечно, не типично для поэтов….»</p>Конечно, не типично для поэтов,Как я, проснувшись рано поутру,Писать стихи, встречая день с рассветом.А мне – приятно, в лад и по нутру.Когда земли коснётся лучик света,Когда чуть слышен щебет за окном,Сажусь в кровати и ищу ответаНа чувства, мысли… и пишу потом.Уже бежит строка, запела рифма,И закружилась фраз лихая кутерьма,Мгновенье – и парит, смеясь и плача, нимфа,И создаёт сюжет, играет с ним сама.Проснувшись, вижу на полу листочек,На нём мудрёных букв и слогов хоровод.Откуда что пришло? Так неразборчив почерк…Кто это написал, сам Бог не разберёт.<p>«Я не менял фамилию и имя…»</p>Я не менял фамилию и имя,Они меня устроили вполне,Но ставлю подпись «Ларин» я отныне:Спасибо Ларе – музе и жене!Приятно мне, и от других не скрою,Носить с любовью этот псевдоним.Я Ларин весь – и телом, и душою, —И вовсе не хочу я быть другим.<p>«Там, где рождается мелодии строка…»</p>Там, где рождается мелодии строка,Где фразы вдруг в гармонии сплетутся,За звуком чистым следует рука —И ноты, и слова единой рифмой льются.Где сладостный восторг, остановив дыханье,По коже пробежит и, замерев на миг,Взорвётся, ослепит и отключит сознанье,От мелочных сует меня освободит.<p>«Поэзия – как зеркало души…»</p>Поэзия – как зеркало души:Ей не нужна молва аудиторий,Общенье, книги, пестрота историй…Услышал – если сможешь, напиши.Образование Есенина – семь классов,И Пушкин аттестатом не блистал,В ученье Маяковский не был асом,А Бродский, не осилив восьмилетку,Одет во фрак и белую жилетку,В Стокгольме с блеском лекцию читалКак лауреат словесности изящной.Так значит, дело не в учёбе зряшной,Феномен в чём поэта – подскажи:В начитанности, света предпочтеньи,Ведь точно не в зубрёжке и ученьи,А может, в состоянии души?..В незримом, чутком, остром восприятииТого, что неподвластно общей братии,Весь интерес которых в прибылях лабазных?А здесь – и лёгкость, и особенность ума,И тонкость мыслей, чувств разнообразных,А может, здесь виновница она —Та женщина: любовь, подруга, муза,Которой, кажется, поэт любезен стал,С которой он взойдёт на пьедесталИль будет мыкаться и станет ей обузой…Не знаю и не подскажет вам никто,За что боготворим и любим их…поэтов,За жертвенность, за ранние уходы,За неуменье жить, терпеть невзгоды…эстетов.За то, что пишут до петли, до выстрела в висок,На дюйм от смерти и на волосок.Их любят женщины, за ними ходит слава,Но это всё пустое – суета, отрава!Со временем вскипит и выйдет боком,Так популярность нам грозит уроком —Дороже уваженья, денег, криков «браво»,А муза как пришла любовницей, забавой —Так и уйдёт, оставив вас ни с чем,Ну разве несколько томов помогут тем,Кто прочитает, вас понять и оценить,И грустно будет колокол звонить.<p>«Небесный дирижёр готовит свой оркестр…»</p>Небесный дирижёр готовит свой оркестр,Внизу устали ждать и нет свободных мест.Готовят инструменты оркестранты,Листают ноты, поправляют банты,Переговариваясь, смотрят на него —Неповторимого и строгого, – того,Который всё начнёт, взмахнув десницей,И полетит по небу в колеснице,И зазвучит мелодия дождя,Такая дивная и разная всё время —Ни выучить, ни повторить её нельзя:Без изменения лишь основная тема,Потоками воды сбегающая вниз.Не жанр, а так – причудливый каприс[1],Фантазиями автора навеян.И дело не в гармонии, размере,А в том, как мы его услышим,Как он звенит и разбегается по крышам.Не тот, который моросит уныло,А на душе и зябко, и постыло,А дождь-оркестр – симфонией гремит,Литаврами грохочет и дрожит,Гудит фаготом водосточных трубИ откликается прикосновениемк свирели чутких губ.Кого-то он баюкал, нянчил и покоил,Кого-то разбудил и дал энергии прилив,Усилив ритм и тон, и, выделив мотив,Акцент усилил барабанным боем…Потом аккордеона дышащие звуки,И замер дирижёр, и опускает руки.И пробегают струйки по стеклу,К которому прижмусь, лицом прильну,Чтобы услышать шёпот кастаньет.И всё затихло и сошло на нет…<p>«Вся жизнь расписана мазками на холсте…»</p>Вся жизнь расписана мазками на холсте:Сначала на подрамнике растянута, покрытагрунтами, часть замарана и скрытаСлоями сверху по молчащей пустоте.Мы смотрим в центр и видим жеребца —Воздушного, летящего аллюром,Не замечая утомлённого лицау всадника, когда-то молодца, —Теперь оно покрыто кракелюром[2].Вокруг азарт, движение и крики,Одеты с вызовом горланящие фрики,Кружит, теряя перья, вороньё,Неся на крыльях сплетни и враньё.Внизу царят спокойствие и кротость,Вот дети с книжками, снующие вокруг,Девиц на выданье собрался целый круг,Во всём видны размеренность и строгость.Таланты, гении осыпались в ничто,Как догадаться – кто взлетит и оступится кто?Таинственно, немыслимо движенье,Дающее то взлёты, то паденья.Вот так бежать, не тихо волочиться,Без времени с надрывом уходить…А можно без проблем скрипеть, дымиться,Ни для чего, так вяло просто жить.Кому и как – написано судьбою:Взлететь, упасть, но стать самим собою,Кому дан шанс волшебницей-природойСтать лучше, быть обласканным свободой.Ты должен выбрать сам свои пути,Тебе по ним всю жизнь потом идти.Конечно, в правилах бывают исключенья:Там, где восторг, – там боль и огорченья.Но помни: всё твоё, и не жалей о прошлом.Всё, что собрал, старайся до концаНести в руках своих и не меняй лица,Ничто не забывай и думай о хорошем…<p>«Открываю дневник недописанных строк и признаний…»</p> 
