Читаем Вкус Евы (СИ) онлайн бесплатно

— И куда, спрашивается, ты опять несешься, Карташова?

Острый слух Альки сразу просёк, что я не лежу на диване бревном, а кручу педали своего новенького спортивного велосипеда. Впрочем, кручу, как и раньше вместе с ней, когда я ещё жила в небольшом городке на юге страны. Теперь же, после переезда, заново приходится привыкать к совершенно другому ритму мегаполиса.

— К бабуле, я ж тебе ещё вчера говорила.

— Эй, — слышу свист парня из серенькой видавшей виды ауди, — зачетная задница, крошка! Может, отправим на отдых твоего двухколесного друга? И лучше поскрипим рессорами моего стального коня?

— Это кто там такой борзый тебе глупости предлагает? — Звонко смеется Алька.

Я же притармаживаю ровнехонько напротив открытого окна ауди, спускаю солнцезащитные очки на нос и, закусив нижнюю губу, тщательно рассматриваю новоявленного «прынца». Недурен собой, но по наглым глазам видно, что обычный напыщенный индюк, к тому же слишком самовлюбленный. Сам расфуфырен в пух и прах, даже на руке красуется что-то сродни золотой цепочки, а салон автомобиля просит тряпки и воды, желательно с огромной бутылкой моющего средства.

— Боюсь, что после моих жарких выпадов не только твой железный конь сдохнет, но и то, что у тебя в трусах, милый. Катись-ка подальше, мачо.

Подмигиваю вмиг изменившемуся в лице парню и качу дальше по дороге, слыша, как за спиной присвистывают мимо проезжающие мужики.

— Что-то скромно ты его осадила? — Перестав смеяться, подруга вновь включилась в разговор, громко мне в уши шелестя оберткой от конфет.

— А ты опять хомячишь?

— Сегодня вечером на тренировку, ничего, сгоню. А как там твой папик?

— Не вылезает из своего спортзала, хочет, чтобы все было по высшему разряду, не хуже, чем у нас в городе.

— Упертый.

— По крайней мере, перестал заливать отчаяние алкоголем и учится жить дальше.

— А мамашка не появлялась?

— Звонила один раз, но я трубку не брала. Мне нечего ей сказать.

— Держись подруга!

Как и прежде Алька звонит пообщаться только с кучей позитива и ворохом плюшек в виде горячих новостей о наших общих знакомых.

Всю дорогу к многоэтажке бабули, еду с улыбкой на лице. Алька умеет развлекать, когда на душе гадко. Она позитивная от макушки до кончиков пальцев на ногах. Такие девчонки на вес золота, они делают жизнь ярче. И мне её жутко не хватает здесь.

Август почти докатился к своему логическому завершению. Еще несколько дней, и шумная университетская жизнь забурлит с новой силой. Но для меня всё в новинку, придется привыкать и обживаться.

Естественно, я предлагала Альке приехать к нам, но её родители не рискнули отпустить дочь почти за четыреста километров от родного дома. Не видели в этом нужды. И даже бонус в виде огромной квартиры, в которой всем места будет достаточно, не впечатлил супругов Ивановых.

Впрочем, Алька не сдавалась. И мне кажется, что в скором времени я буду вновь рядом с подругой детства. Так как родители не успели родить мне сестру, а позже мама, после смерти отца, не соизволила Котову родить сына, так я и росла одна как перст. Бабуля постоянно прессовала отца за то, что женился на вдове брата.

Мою мать, Стеллу, она с первого взгляда невзлюбила. Зато в неё неожиданно втрескались сводные братья по матери. В приоритет оказался мой папка, который на тот момент неплохо зарабатывал со своим отцом на стройке, учился заочно. Ровно десять лет длилась едва-едва сносная семейная жизнь родителей, до того момента, пока на стройке не случился несчастный случай. Отца тогда не спасли. А вот мама долго не горевала, ведь уже давно жила только собой и работой, которую обожала. Косметолог-визажист — это предел её мечтаний. Я не знаю, каким именно способом, но могу догадаться только, она смогла возродить в душе недавнего родственника отца поутихшую страсть. Владимир был на седьмом небе от счастья, когда первая красавица, едва ли не первая любовь всей его молодости соизволила обратить на него внимание.

Жили они мирно, можно сказать ровно, без страстей. Он всего себя отдавал этим отношениям. И что в итоге?

— Мать моя женщина, — бабуля ловко распахнула дверь квартиры и хлопнула в ладоши от удивления, я же расплылась в улыбке. — Куда только твой папаша смотрит? Вся задница голая. Разве это шортики?

— Ба, вот не начинай. Ты же еще не старая, а зудишь, как ваши секьюрити на лавке.

— Митрофановна поди перекрестилась, как тебя увидела?

— Ничего с ней страшного не случилось, разве что глаз слегка дергаться стал.

На выражение лица бабули лучше не смотреть, оно все равно кислое. Да я и сама могла бы хорошенечко подумать и не вводить старушку в стресс. Могла же спокойно переодеться и выглядеть скромной в глазах блюстительницы морали. Только бабуле не понять, что в такую жару не грех и в купальничке пофорсить по улице. Правда, боязно за ситуацию на дороге, зевак полно.

Перед моим носом появляется небольшой ключ от квартиры с красивым брелоком в виде совы.

— Беги в соседний подъезд к Алексевне, полей цветы, а я пока занята: пироги вот-вот садить в печь надо.

Пялюсь на ладонь и не могу понять о ком бабуля речь толкает. Видимо мое растерянное лицо говорит само за себя.

— Инга Алексеевна из двести двенадцатой, ты разве не помнишь её?

— Такое скажешь, всех твоих подруг не запомнишь.

— Давай, давай шустренько, скоро ужинать будем.

В очередной раз, появившись на пороге поезда, повеселила взгляд местных сплетниц. То-то они едва успокоились от первого моего лице и попо зрения, теперь же моя прелестная задница во второй раз дает повод старушкам почесать языки. Ничего не меняется в жизни, везде есть такие бабки, которые обладают несказанной силой информации. Мимо таких никто незамеченным не проскользнет.

Смеюсь, слыша витиеватые эпитеты мне в спину. Можно подумать сами в молодости головы парням не крутили, не одевались модняво. Все такие святоши, а копни поглубже — столько интересного можно узнать.

Лифт, скрипя своими деталями, медленно, но уверенно поднимался на девятый этаж. В моих ушах играла любимая музыка, а в животе призывно подпевал желудок. Его не обманешь: услышав запах бабулиных вкусностей, жизни мне теперь не даст. Ключ легко прокрутился в левую сторону, что радовало. А здесь уютненько, нет нагромождения ненужных вещей и кучи всевозможного хлама, который на старости лет обычно привыкли складировать пенсионеры.

Я ни разу здесь не была, но планировка, как у бабули, поэтому потеряться не потеряюсь. Чтобы оценить фронт работы, иду прямиком в гостиную, именно там обычно у любительниц цветочков расположена куча горшков с драгоценными подопечными.

Любимый трек Джигана полностью поглотил мое внимание. Что-то напевая себе под нос и крутя головой, иду вперед, никого не трогаю. Вдруг неожиданно в красивую композицию врывается протяжный девичий стон и хриплые слова: «Давай сильнее!». Мои ноги вросли в красивую ковровую дорожку. Неужели слуховые галлюцинации? Или же соседи балуются так, что даже музыка, звучащая в моей голове, не перекрывает охов-вздохов пары?

Я трясу головой и иронично смеюсь над собой, вытаскивая из правого уха наушник. Нет же! Протяжный визг повторился. Только не за стенкой, не в моей голове, а в дверном проеме, там, где по плану должна быть спальня.

Только могу представить себе своё выражение лица. Оно хреневшее: ни больше, ни меньше. Не старики же вернулись домой и так яростно издеваются над пружинами матраса.

Неуверенно делаю несколько коротких шагов вперед и нервно сглатываю. Эффект присутствия просто зашибись. Огромный мускулистый мужик яростно дерет молоденькую девку на кровати. Да делает это так виртуозно, что мои глаза просто замиловались этой грацией самца.

Я не знаю, был ли мой протяжный вздох таким уж громким, но получается, что внимание незнакомца я привлекла в любом случае. Наши взгляды встретились. На его красивых губах появился похотливый оскал. В это же время он продолжал яростно вдалбливать свой член в визжащую сучку, которая вот-вот сгрызет зубами уголок простыни.

Мои ноги словно прилипли к полу. А в гортани застрял визг неожиданности. Никогда не была ханжой, порнушку с подругами лет в шестнадцать неплохо так листали. Но то, что теперь было перед моими глазами, не сравнить с экранной наигранностью.

А здесь, на кровати, разыгралась дикая схватка двух разгоряченных тел. Умом понимаю, что сейчас именно то мгновение, когда нужно дать деру из этой квартиры, но нет. Стою и беспардонно пялюсь в глаза мужчине. А мысли в голове пошлые и бесстыжие. Я тоже так хочу. Чтобы и меня вот так когда-либо хотели.

— Ну, же, детка, сделай это для меня, — требует красавчик.

А голос у него с хрипотцой, по спине мурашки опять пробежались, а пальчики на ногах сжались до онемения. В последний момент опомнилась и зажала рот ладошкой, чтобы не ответить ему в тон. Черт, не я же там перед ним на четвереньках стою и стревозно шевелю задницей. Мужчина насмехается, понимая, что я не убежала сломя голову.

— Макс, — протяжно воет девка и крутит головой по сторонам, пытаясь встретиться взглядом со своим любовником, — сильнее.

Мать твою! Куда сильнее?! Да он же тебя сейчас укокошит, крошка. Нервно закусываю губу и понимаю, каким шумным становится моё дыхание. Ловлю себя на мысли, что происходящее меня жутко заводит. Нет, не вид этой грудастой фифы, вовсе нет. Я не могу оторвать взгляд от сильных тренированных мышц на руках мужчины. Он знает толк в тренировках. Его силе только можно позавидовать.

Да я вообще в последнее время ничего в этой блядской жизни не понимаю. И чего хочу — тоже не понимаю.

Звонкий шлепок ладони об разгоряченную кожу блондинки приводит меня в чувство. Это прозвучало так необычно, возродив внутри меня что-то необычное. Моё выражение лица, видимо, вдоволь позабавило мужчину.

Этот насмешливый саркастический взгляд незнакомца будет преследовать меня ещё долго. А его член точно будет сниться по ночам. Достаточно! Насмотрелась! Так и в дурку недалеко. А я туда не хочу. Я чего-то приятного хочу!

— Насмотрелась? — Слышу словно издалека.

Не сразу осознаю, что обращаются ко мне. Я настолько растворилась в пошлых мечтах, что момент оргазма прошел мимо меня. Или его не было? Или был? Судя по довольной, распластанной на животе девушки — был. Везет. А я о таком только в книжках читала, да от подружек слышала. В лицо такого зверя не видела и не чувствовала, хотя Кирилл неплохо последние полгода старался.

Словно болванчик машу головой, поздно пытаясь прикрыть глаза, чтобы не прилипнуть взглядом к полуопавшему члену. Мужчина склонился и подхватил вещи, не заботясь о том, что его нагло исследуют мои глаза.

— Правда же такое возбуждает?

Он так быстро передвигается, что я не сразу осознаю, что уже слышу запах его тела, ощущаю дыхание на щеке. Вот только осталось промурлыкать, словно кошке, и выгнуться навстречу.

— Ты кто такая?

Отрезвила, как ведром ледяной воды окатила. Волшебные сексуальные фантазии разлетелись на тысячи микроскопических осколков. Мужчина подмигнул и прошел мимо куда-то в сторону ванной. Я зря провела его высокую, накачанную фигуру томным взглядом.

— Варежку захлопнула и свалила отсюда.

Девица спрыгнула с кровати и, не стесняясь свое наготы, неторопливо подошла к зеркалу и критически осмотрела свое лицо, подтирая смазанную тушь.

— Раевский, ты опять мне засосы наставил, как я на работе покажусь?

— Предыдущие разы тебя это не смущало, — бархатистый голос прогремел на полквартиры.

— Ты ещё здесь?

Стою, правда же, как недалекая и хлопаю ресницами, а девка халатик на себя короткий натягивает и плевать ей, что у их секса были свидетели.

Щипаю себя за руку и только потом прихожу в адекватное состояние, то есть привычное для меня.

— Я пришла цветы полить. А вот кто вы такие?

— Так поливай, пялишься какого хрена?

— Больно надо, — фыркаю в ответ и только сейчас замечаю красивый такой отчетливый засос на груди блондинки.

— Макс, ужинать будем? Я тут у бабки пельмени нарыла, сварить?

— Мне бежать надо, сегодня тренировка.

— У тебя ещё есть силы, сладенький.

Из гостиной слышу, как эта шлюшка смачно целует мужчину.

— Черт!

Проливаю воду на подоконник, но пофиг, так сойдет. Да какого я здесь прогибаюсь, если у Инги Алексеевны есть кому пыль протирать на мебели. Или бабуля в своем репертуаре: всем готова помочь, даже если не просят.

Входная дверь хлопнула в тот момент, когда я закончила поливать цветы в гостиной. Еще несколько требовалось полить в спальне, но меня не радовал тот факт, что нужно вернуться в обитель разврата и похоти. Запах секса посторонних уж никак меня не привлекал.

— Ну, что, Золушка, дело сделала?

Сквозь голос Марув в наушниках слышу обращение блондинки. Говорить нет желания, но не детей же мне с ней крестить в самом-то деле.

— Я похожа на Золушку?

На что эта глазастая крыса намекает? Да у меня шортики стоят дороже всего ее тряпья вместе взятого. Она видимо решила поднять собственную самооценку за мой счет. Не на ту напала!

— Пришла же батрачить в чужой дом.

— Помочь чисто по-человечески никогда не считалось чем-то унизительным. Или ты считаешь иначе?

— Умная значит?

— А то, плюс красивая и еще куча позитивных качеств.

— А что же ты, красивая, баньки таращила на чужого мужика?

— Запрещено?

— Губу закатала и на выход, тощая курица.

Вот зря эта ненормальная меня в плечо ткнула. Делаю захват и выворачиваю руку, эта тупая овца визжит. Пришлось ослабить хватку и елейным голосом пропеть:

— Не попадайся мне на глаза, не то хуже будет.

— Идиотка, пошла вон!

— Иду, иду, волосы по ветру.

Фу, руки марать об таких дур. Впрочем, она напросилась. Нервно жму на кнопку лифта, ноготком тарабаню по стенке, пока скрипучий засранец поднимается ко мне. Вваливаюсь в неприятно пахнущий прямоугольник пыток и опускаюсь на первый этаж, стараясь больше ник чему не прикасаться. И так грязи нахваталась вдоволь: и в прямом, и в переносном смысле.

— Ты так и не ответила на мой вопрос: возбуждает?

Я не сразу поняла, что вслед за мной со второго этажа спускается тот же объект. Понимаю, что во рту мгновенно пересохло, а волосы на затылке зашевелились. Он намеренно меня ждал? Или я слишком размечталась?

Никогда не была зажатой, да и скромность — это точно не про меня. Но сейчас, услышав голос мужчины, застыла на краю ступени и попыталась вдохнуть как можно больше воздуха. Нехватка кислорода уже второй раз за последние пятнадцать минут делали из меня подобие овоща.

— Нет, — слово вылетело из горла, но больше было похоже на карканье вороны.

Низкий приятный смех лился мне в правое ухо, а по венам ударило током. Чувствую спиной, что он в опасной близости от моей спины. И вновь его горячее дыхание касается волосков на моей шее.

— Я же видел твои глаза.

Я зажмуриваюсь, когда чувствую, как едва уловимое касание мужских пальцев к моему обнаженному плечу рождают во мне томление где-то внизу. Я ненормальная, если так реагирую на незнакомца, который десять минут назад драл вульгарную девку. Я не ханжа, но быть в очереди — увольте, я — пас. Просто слишком себя люблю, чтобы распыляться налево и направо.

Веду плечом, пытаясь сбросить непозволительно дерзкие пальцы.

— Орхидея?