Читаем Ветер Перемен онлайн бесплатно

Лешар мчался на коне во весь опор. Казалось, прошла целая вечность. Паук на его руке приподнялся, выпустив клыки, нервно чистил их своими передними лапками, c волнением то и дело поглядывал на хозяина. Значит, с ней случится беда. Эта самая беда и заставляла сломя голову нестись, загнав не одного коня.

Ветер, подгоняя всадника, завывал:

— Быс-с-стрее, быс-с-стрее, быс-с-стре-е-е!

А потом, с досадой ударив седока в грудь, тихо шептал:

— Не-е-е-е-е у-у-у-ус-с-с-спе-е-е-еш-ш-ш-ш-шь…

Всадник увидел перед собой лицо молодого человека с грустными глазами, волосы на его голове были очень длинными, и, Лешару казалось будто они касаются его лица, но чувствовал он только лёгкое дуновение ветра. «Мираж», — подумал он, снова посмотрел на свою руку в надежде заметить хоть малую перемену в поведении паука. И только воспоминания о прожитой жизни вихрем кружились в нём и отвлекали от страха, сидевшего внутри…

Он всё больше погружался в своё детство. Вспомнил, что ещё когда был мальчишкой, получил этого паука себе на руку от наёмника.

Родители умерли, когда он был ребёнком. Пришлось рано познать этот жестокий мир: пропитание он искал воровством — иногда голод лишал разума, судорогами сводило живот и, порой ненамеренно, руки хватали то, что плохо лежит. Со временем он стал весьма ловким в этом деле — до того случая, когда его поймали.

Лавочник поджидал его и специально отвернулся, когда увидел, что он проходит мимо — а как только кусок ветчины оказался у него в руке, сзади откуда ни возьмись появился стражник. Его схватили, поволокли на площадь казней. Закон гласил, что всякому вору отрубали руку, но было одно исключение. Если ты был чьим-то рабом, хозяин мог выкупить тебя, заплатив в казну штраф. Тогда вора отпускали — отдавали хозяину, дабы тот мог как следует наказать нерадивого раба.

Его волокли к площади, где уже собиралась толпа зевак, он рыдал от страха, хватал за ноги людей, моля о помощи, ища в их глазах хоть каплю сострадания. Его швырнули, он покатился и очутился у ног старого воина, который посмотрел на него пустыми, холодными, ничего не выражающими глазами. От этого взгляда мальчишке совсем стало дурно. А воина-наёмника в это время захлестнула волна воспоминаний о своём сыне.

Когда-то Кулум был молод и жил в своём графстве с семьёй — красавицей женой и сыном. И ничто не омрачало их счастливую жизнь до прихода вестника, объявившего о начале войны с Горным королевством. Как подданный великого королевства Мёртвых морей, он ушёл воевать за свою страну, оставив своих близких. Король, выступая перед собранной армией, сказал, что позаботится об их семьях и отправит своих генералов воевать. Но часто бывает, что короли лгут. Так вышло и в этот раз. Король заперся в своём замке, он всего боялся, так как охранял замок лишь один отряд, а в самом городе осталась следить за порядком лишь небольшая патрульная служба. Трусостью короля воспользовались банды шакиров. Они нападали на никем не охраняемые замки и дома и занимались грязными делами, убивая, грабя слабых и беззащитных женщин и детей. Как и любая другая война, эта тоже не была легкой. Он получил много ранений, один глубокий шрам шёл ото лба до скулы через всю щеку. Но не это уродство причиняло ему боль, когда война закончилась. Многих тогда потеряли в этой жестокой войне, но выиграли и теперь шли с победой домой. Прибыв в своё графство, он увидел страшную картину: на месте замка — обгорелые руины, всюду — запустение. Когда-то красивый и счастливый дом встретил его пустыми чёрными глазницами окон. Ему ничего не оставалось как развернуть коня и отправиться в столицу искать свидетелей трагедии. Почти две недели он бродил по столице, всматривался в лица людей, искал знакомых. Ему посчастливилось встретить на рынке кухарку, что раньше прислуживала в их замке. Она его узнала, всё всхлипывала и причитала, рассказывая страшную судьбу, выпавшую на долю его жены и сына. После услышанного сердце его окаменело. Повидав столько смертей, боли и горя, он не перенёс страшной вести о своих близких.

Когда граф ушёл на войну, его семья часто уезжала в столицу, чтобы узнать новости. Они обходили дома, расспрашивая, не приходилось ли кому сражаться вместе с графом Кулумом. Многие пожимали плечами или качали головой. На войне все одинаковы, и бедные, и богатые. Один раз они поехали в столицу, узнав, что вернулся хорошо знакомый им до войны капитан охранной службы. Им повезло: тот воевал в одном отряде с Кулумом, сказал, что он жив, хотя и был несколько раз ранен. Мать и сын плакали от счастья, но когда вернулись, увидели ужасную картину: весь замок охвачен огнём, многие слуги убиты, немногим повезло спастись. Кухарке, знавшей все кладовые и тайные ходы замка, посчастливилось спрятаться, когда разбойники выбивали ворота, а затем занялись разбоем. Они нагружали телеги добром и провиантом, а когда телег перестало хватать, подожгли замок. Уцелевшие разбрелись кто куда, многие ушли в столицу. Ничего другого не оставалось и семье графа. Погрузив на телегу всё, что успела вынести из горящего дома кухарка, поехали назад в столицу. Здесь сняли небольшой домик. Денег было немного, пришлось экономить на всём. Графиня ходила во дворец, просила аудиенции у короля, но тот, сославшись на болезнь, не принял её. Нужда заставила их продать сначала лошадь с телегой, затем снесли на рынок платья и утварь, захваченные кухаркой, а потом графине пришлось продать и обручальное кольцо — так они могли хоть как-то оттянуть неизбежное. Устроиться на работу в годы войны было почти невозможно, каждый экономил на чём мог. Да и чем могла заняться графиня? Она не умела делать ничего, и сын их был совсем мал, а постоянное недоедание сделало его совсем худеньким и слабым. Кухарке повезло устроиться на работу, но этих несчастных монет ей едва хватало, чтобы самой не умереть с голоду. Скоро денег не осталось совсем. Их выгнали на улицу, они бродили по городу, прося подаяние, но мало кого можно разжалобить в тяжёлые годы войны. Почти всё съестное, что находили, мать отдавала сыну, чтобы хоть как-то поддержать его силы. Как-то раз она потеряла сознание от голода. Когда очнулась, сына рядом не было, страх за него сковал материнское сердце, но дал силы искать родное дитя. Она нашла полуживого сына на площади. Увидев мать, он вцепился в неё и всё шептал:

— Я думал, ты умерла… Я так хотел кушать…

Он умер у неё на руках, а она всё качала его мёртвое тельце. Глаза стали стеклянными, и только губы шептали:

— Сейчас ты проснёшься, и мы поедем домой.

В таком состоянии и нашла её кухарка. Нужно было похоронить ребёнка. Нашли мужчину, согласившегося отвезти ребёнка на кладбище.

Похоронив сына, графиня трое суток просидела у могилы. И все эти дни стражники у ворот слышали то вой, то смех сошедшей с ума женщины. Она так и умерла на могиле сына.

Придя в очередной раз проверить графиню, кухарка нашла её бездыханной. Пришлось похоронить и мать.

Позже женщина отвела графа на кладбище и показала место, где нашли покой его жена и сын. Он заплатил ей за заботу о свой семьи, а сам простоял у могилы целый день. Всё прощался с ними и вспоминал их счастливую жизнь, а волосы на его голове, когда-то чёрные как ночь, стали белыми как снег. С тех пор его сердце стало каменным, и ничья боль больше не задевала его.

Он покинул кладбище с последними лучами солнца. Сев на коня, поскакал подальше от этого места. В этой стране его ничто больше не держало. Победа в войне теперь была ему не нужна, он больше не мог служить королю, который не сумел защитить и спасти его семью.

Долгие годы он странствовал по разным королевствам, видел много разных городов и народов. Нанимался служить охранником, ведь он хорошо владел мечом. Как-то раз представился случай служить у старого одинокого мага. Он не только охранял того, но и помогал по хозяйству, и стал ухаживать за ним, когда старость совсем сковала мага, и ни магия, ни снадобья не могли продлить его жизнь.

И вот когда старик почувствовал, что смерть близка, он подозвал графа и прошептал:

— Ты верно и честно служил мне все эти годы. У меня остались деньги, вон в том ларце, забери их себе. А ещё я дам тебе одну очень мощную защиту. Ты не раз видел на моей руке паука. Как понимаешь, он — существо магическое. Паук будет тебе оберегом и защитником, будет чувствовать приближающуюся беду раньше, чем ты увидишь её. Он выбрасывает паутину на приближающегося врага и высасывает всю его жизненную силу. Ещё паук может раздваиваться. Если купишь себе рабов — лучшей метки для этих бестий не найти. А если вдруг решишь жениться, то сможешь дать оберег жене и детям.

При этих словах лицо графа побелело. Но старец уже ничего не замечал, продолжая:

— Семьи у меня нет, передать его мне некому, кроме тебя. Запомни слова, которые нужно произнести, чтобы из одного паука получилось два: «Паук, разделись, на руке мною выбранного человека появись!»

Это последнее, что услышал граф перед тем как потерял сознание. А когда очнулся, застывшие глаза мага смотрели уже в пустоту. Кулум взял оставленные ему деньги, похоронил старика и решил поехать в город песков Абаракан.

С тех пор прошло два года. Он старался избегать шумных улиц и базаров, но в тот день ему нужно было купить новую уздечку. Побродив по рынку и не найдя что хотел, он собрался уже уходить, как заметил, что рядом собирается толпа зевак. Оглядевшись, он понял, что стоит рядом с местом казней. Увидел, как стражник тащит за шиворот мальчишку. Когда стражник швырнул его, тот оказался у ног графа. Мальчишка вцепился в ноги старого воина, почувствовал жар на руке и потерял сознание. Губы Кулума уже давно шептали заклинание. Он поднял руку и сказал:

— Это мой раб. Я заплачу за него.

По толпе прокатился гул возмущения — их лишили развлечения.

— Чем докажешь?

Воин стал медленно снимать куртку. Оголив плечо, он показал паука, мирно спавшего на левой руке. Толпа ахнула от страха и отшатнулась. Мало кто мог позволить себе магическую защиту вместо простой магической метки. Стражник схватил мальчишку и тут же отшатнулся — на руке ребёнка приподнялся паук, нервно перебирая лапками. Редко кто из хозяев ставил магическую защиту рабам. Обычно обходились меткой.

Заплатив, воин сгрёб мальчишку и понёс к главным воротам. Надо быстрей уходить из этого города. Вдруг кто-то вспомнит, что ещё совсем недавно у мальчишки не было хозяина. Прошло совсем немного времени, и ему выдался случай раздвоить паука, подаренного старым магом.

Мальчишка пришёл в себя, когда уже далеко отошли от города. Его трясло, он всё время трогал свои руки, не веря в спасение. Когда немного успокоился, посмотрел в глаза старому воину и горько зарыдал. Плакал долго, уткнувшись в грудь спасителя, всё вспоминал и вспоминал свою жизнь, полную обид и горя. Вскоре плач прекратился, и воин услышал лёгкое детское посапывание.

Проснулся мальчик только следующим утром, когда солнце лучами стало щекотать его нос. Он чихнул и открыл глаза. Взору предстала совсем новая картина: вокруг расстилались бескрайние просторы пустыни, восходящее солнце ласкало и будило лучами барханы, и всё живое медленно просыпалось после холодных объятий ночи.

— Ну что, проснулся? Как звать тебя?

— Лешар, — ответил я.

— Меня — Кулум.

— Ты спас меня?

— Да. И в награду ты получил моего друга. А ну-ка посмотри на левую руку.

Я посмотрел и обомлел, холод уходящей ночи сковал меня. На меня смотрели маленькие паучьи глазки.

— Не бойся. Если на тебе мой знак, — он оголил и показал свою руку, — то ты под моей защитой. Ты не должен бояться его. Он чувствует беду задолго до того, как она случится. Ну а если за тобой будет погоня или враг в ночи подкрадётся незаметно, то он сплетёт такую паутину, что никому из неё не вырваться. Но если хочешь, я могу забрать его — ведь это метка раба. Видишь, спинка у него красная? Это знак рабства.

— Нет, — сказал я, — пусть он будет моим другом. Наконец в этом мире за меня есть кому заступиться.

— Забыл сказать: про воровство тебе придётся забыть. В этом деле паук не помощник.

— А куда мы едем?

— В Стайван.

— Далеко это?

— Неделя пути, если не торопиться.

К вечеру мы добрались до оазиса и увидели страшную картину. На земле лежали убитые, скорей всего, семья — мужчина с женщиной и трое малолетних детей. Везде были разбросаны вещи.

— Кто их убил? — спросил я.

— Шакиры. Они часто промышляют в безлюдных местах, не щадя никого.

Мы похоронили убитых и устроились на ночлег.

— Кулум, а ты не боишься? — спросил я, озираясь по сторонам.

— Не переживай, ложись спать.

— А как паук видит? Ведь моя рука закрыта одеялом.

— Это же магический паук, он сам почувствует опасность. А когда нужно, спокойно сползёт с руки и встанет на твою защиту.

Кулум почувствовал, как паук на его руке приподнялся. Значит, шакиры спрятались недалеко — только на этот раз им нечем будет поживиться. Наживкой станут они сами. Паук сполз с руки Кулума, нервно перебирая лапками. Он умеет ждать добычу.

Их было трое. Подкрадывались тихо, и когда оказались в нескольких шагах от цели, паук выпустил паутину. Она мгновенно залепила каждому глаза, рот, закутывая жертву в кокон. Через несколько минут всё было кончено. Теперь пауку предстоял пир — он не ел более десяти лет. Лешар тихо спал, Кулум накрыл его и тоже задремал. Смотреть, как паук набирается сил, высасывая жертвы, не хотелось, зрелище было отвратительным. Насытившись, паук вернулся на руку к хозяину и долго перебирал лапками, делясь жизненной силой со своим собратом на руке мальчишки.