Читаем Вернуться домой (СИ) онлайн бесплатно

Анли-Гиссар… Как много в этом слове.

Я полулежала в кольце рук мужа, откинув голову ему на плечо, и задумчиво смотрела на пляшущий в камине огонь. Мы находились в общей гостиной. Небольшой зал был отделан деревянными панелями, по которым плясали янтарные отблески волшебного пламени.

Настоящий огонь мы пока не рисковали разводить. Уже не в целях конспирации, ибо после состоявшейся встречи с представителями Изначальной Империи поздновато переживать на эту тему. Но не стоило забывать, что город стар. И система дымоходов — это последнее, о чем думали сейчас те, кто возвращал его к жизни.

Было тихо. Только легкое потрескивание таких же иллюзорных дров нарушало безмолвие. Это уже стало своеобразной традицией. Собираться тут и… наслаждаться тем неуловимым, что витает в воздухе.

В этот зал приходили те, кто хотел особенной тишины. Фейри, драконы, хейлары. Какая разница кто ты, если душа требует чего-то неведомого?

Как известно, острее всего мы чувствуем свое одиночество именно в галдящей толпе. Как ни странно, но то, что ты не один, тоже можно ощутить там, где есть много людей и нелюдей. Вот, например, в этом зале.

Я повернула голову. На шкуре у камина лежал большой черный хейлар с фиолетовыми глазами, которые бездумно смотрели в пустоту.

Господин Анли-Гиссара. Арвиль Тейнмир.

Тот, кого я называла другом. Тот, с кем нам предстоит пройти большой путь, чтобы сохранить эти чувства. Мы оба это понимали.

Рядом с Аром растянулась стройная рыжеволосая девушка, словно опоясанная длинным черным хвостом Сотника. Все же странно. Как бы Арвиль не развлекался с другими, он всегда возвращался к огненной драконице. Я не представляю, как Криона это терпела, с ее-то собственнической натурой. А может, просто была недостаточно привязана, чтобы ревновать. Хотя когда для этого чувства требовались очень крепкие связи? Увы, ревность рождается гораздо раньше любви.

Беглая принцесса Огненной Долины стала умнее.

Окинув эту красивую и гармоничную пару еще одним взглядом, я покосилась на группу фейри в другой стороне зала. Презрев диваны, пуфы, ковры и подушки, они растянулись на полу. Беспорядочно, порой закидывая друг на друга руки и ноги. И они… светились. Едва заметно, словно кожа искрилась. Как объяснял Тайлин, таким образом его народ обменивается энергией, если отношения между особями достаточно доверительные. Так и сказал! Особи…

- Все же фейри — это такие… фейри, — чуть слышно протянул над ухом Ринвейл.

Я только кивнула и отвела взгляд от занятной дивной компании. Все же открыто и долго смотреть невежливо. А то и опасно. Ведь они не просто работники, специалисты, которых пригласил Лаллин для решения сложной и увлекательной задачи под кодовым названием 'возродить то, что я разрушил'. Это древние фейри. Скучающие. Которые цепляются за любой шанс разнообразить свою жизнь. И последнее, что нужно, это стать объектом такого интереса.

Интересно, Арвиль не боится заводить необременительные отношения с девушками-бабушками такого толка? А если древняя остроухая дева им всерьез увлечется?

Я только пожала плечами и постаралась выкинуть из головы мысли о личной жизни Сотника. В конце концов, это не мое дело.

С момента вылазки в столицу Изначальной Империи прошло уже полторы недели. Полторы недели с момента обнаружения у меня уникальных способностей, родственных тем, что есть у командира хейларов. И ничего не произошло! Все с интересом на меня посмотрели в различных уровнях магического зрения, что-то записали, сказали 'угу' и отправили восвояси.

Я по-прежнему занималась с десятником Алишином, который самоотверженно пытался сделать из огненной драконицы — воинственную драконицу. Кое-что получалось. В условиях полуосадного положения Анли-Гиссара и опасностей подгорного мира данные навыки были очень актуальны. Также обычные занятия… история, та, которая настоящая, дипломатия, психология… но ни слова о загадочной магии хейларов!

Я пока ждала. Разговоров на эту тему не заводила, так как понимала, что дел у всех воз и тележка.

Но… странно это.

От размышлений о недавнем прошлом меня отвлек Ринвейл. Рука мужа скользнула по изгибу талии, и я вопросительно покосилась на рыжего дракона. Он выразительно мотнул головой в сторону выхода из зала. Я, чуть подумав, кивнула и медленно поднялась. Супруг сразу же беззвучно встал и, взяв меня за руку, направился к дверям. Когда за нами закрылись тяжелые створки, отрезая от зала тишины, спокойствия и медитации всея населения Анли-Гиссара, муж сказал:

- Ну как, полегчало?

- Ну да, — я улыбнулась и прижалась к груди Вейла. — А то распереживалась что-то.

- Из-за Лады? — вскинул медную бровь Ринвейл.

- Из-за нее в первую очередь, — согласилась с выводами супруга. — Она давно уже должна была пройти преобразование и выйти. Но пока показатели жизнедеятельности показывают, что все хорошо, ломиться к ней не совсем правильно.

- Только такое ощущение, что наш рыжий десятник скоро разнесет не только вход в покои к твоей 'доченьке', но и меня за компанию.

- Тебя за что?

- А я ему пока это сделать не позволяю, — усмехнулся Вейл. — Диар уже пытался поднять этот вопрос на общем совете, но его не одобрили. Потом он стремился решить эту проблему самостоятельно, и мы… несколько повздорили на этой почве.

Вопрос о том, чтобы вмешаться в цикл взросления хондрии?..

Муж неосознанно потер челюсть. Я удивленно округлила глаза. Они что… немного подрались? Увы, супруг в последнее время частенько пропадал в залах, спаррингуясь или с Тринвиром, или с хейларами, и было невозможно понять, какой синяк он получил в зале, а какой в 'частной беседе' с рыжим отравителем.

- И чем у вас все закончилось? — на всякий случай спросила я.

- Ну, буду надеяться, что он не настолько обиделся, чтобы 'случайно' увеличить дозу яда, которым нас потчует ежедневно в целях привыкания ко всякой гадости.

- Интересно, что с Диаром вообще творится? Если бы Лилада была девушкой, это было бы еще хоть как-то понятно, но так-то…

- Ирка, — только рассмеялся Вейл. — Он относится к ней, как к ребенку. Ребенку, к которому очень привязался. Хейлары вообще трепетно воспринимают малышей любых народов, будь они даже им совершенно чужими. А тут почти родная хондрия, можно сказать, любимый объект для экспериментов! Что ты… эмоций больше, чем к любой даме!

Я только молча покачала головой в ответ на такой сенсационное для меня заявление.

— Ладно, солнышко, — супруг коснулся виска поцелуем и сказал: — Пойдем обедать?

— Рановато еще вроде, — я покосилась на закрытые двери зала Тишины. — Да и остальные еще там.

— Ну, думаю, что душа душой, молчание молчанием, но про еду они точно не забудут, — хмыкнул дракон. — А то, что рано… мы с тобой длинной дорогой пойдем. Заодно поговорим. А то последние дни настолько суматошные, что встречаемся за приемами пищи и ночью в постели.

— Да, — вздохнула я и прижалась к Вейлу, прикрыв глаза и вдыхая запах мужа.

Надо заметить, что связь между нами все крепла, а отношения были нежными, доверительными и очень… интимными. И разумеется, дело тут далеко не в том, что между нами в постели происходило. Просто все стало гораздо более… тонко. Грани стирались, мы сближались, и нам это нравилось.

Во время прогулки по второму жилому уровню города я воспользовалась возможностью узнать последние новости.

Увы, молоденьких дракониц не посвящали в политические дрязги, и потому я не была в курсе перемен. Подчиненные чужой воле рядовые по-прежнему носились по степям, городам и весям четырех стран. Как говорил Вейл, все почти готово к ритуалу воскрешения десятников, и совсем скоро начнется большая охота. Как на обычных хейларов и зверей, им подобных, так и на того, кто стоял за всем этим.

Ведь если бы не пробуждение Сотника, если бы Арвиль не смог до меня достучаться, а у меня не хватило авантюризма, чтобы рвануть в лиловые дали вослед за мечтой… на территориях Империи и Долин драконов царил бы хаос. Новая сила — это всегда неприятная неожиданность. А уж та, о которой ничего неизвестно, — неожиданность вдвойне.

Отношения с Изначальной Империей пока были на начальной стадии взаимного прощупывания друг друга. Посольство в город пока не пустили, но полагаю, что это дело времени.

Подгорное Королевство тоже активно стремилось налаживать мосты с новым, непонятно откуда взявшимся народом. Но при этом отдавать Гиллар-Хор, основанный возле ворот в города Арвиля, дроу не спешили. Их в общем-то можно было понять… Невыгодный шаг как по экономическим (все же 'жемчужина подземелий' был крупным туристическим центром), так и по политическим мотивам (вот отдадут они так легко этот форпост, а там другие соседи захотят кусок земель пожирнее оттяпать).

Про драконьи долины Ринвейл ничего рассказывать не стал, аргументируя это тем, что настроения с той стороны меняются буквально со скоростью света. На мой взгляд, объяснение муж предоставил малость бредовое, но что поделаешь. Если рыжий дракон твердо стоит на своем, то сдвинуть его с места и выведать то, что хочется, не получится. Так что зайдем мы с другой стороны! Криону спросим, к примеру.

Час спустя. Столовая.

Население города росло, соответственно, мы уже не могли, как вначале, питаться на кухне.

Так что выбрав один из залов, неугомонные фейри вызвались привести его в надлежащий вид. Как аргументировал один из остроухих, он, может, и привык к лишениям, мрачным подземельям и кладбищам, но есть предпочитает в приятной обстановке. И ради оной готов на многое. Притом, судя по враждебному взгляду, — как минимум, убивать. Ну или устроить безобразную истерику. Кстати, фейри это могли! Умели и даже практиковали. Да и вообще эти дивные на всю голову создания, кажется, впадали из крайности в крайность. От подросткового максимализма в старческий маразм.

Наверное, именно поэтому Арвиль решил не связываться с ненормальными и не конфликтовать с ними по пустякам, а потому отдал один из залов с наказом сотворить из него что-то нормальное и подходящее.

Надо было еще добавить 'подобающее'. Потому что критерии нормальности у фейри несколько отличались от общепринятых.

В итоге столовая получилась в прямом смысле фееричная. Цветастая, искристая, волшебная, с летающими столами и стульями. Поначалу из-за этого возникало немало казусов. У драконов, хейларов и людей, разумеется. Дивные чувствовали себя замечательно. По мне, чем замечательнее им, тем более своеобразные ощущения испытывают остальные.

В общем — я уже дала понять, что у нас тут дурдом творится, да?

В свете этого не нужно удивляться тому, что Спящий свел контакты с остальным населением города до рабочих. Ибо во время отдыха немногочисленные вроде бы фейри были буквально везде! Это было сложно терпеть даже тем, кто относился к дивным нейтрально. И я представить боюсь, каково приходилось Арвилю, который искренне ненавидел весь остроухий народ, как вместе, так и по отдельности. Но у хейлара были на это причины. Надеюсь, что со временем при виде той пользы, что приносят сейчас фейри, эта неприязнь исчезнет.

— Ну что, какой столик ловить будем? — спросил муж, провожая задумчивым взглядом медленно проплывший мимо круглый стол с привязанными к нему стульями. Да-да, именно привязанными. Как оказалось, наши дивные на всю голову дизайнеры, когда наделяли все предметы повышенной летучестью, не предусмотрели, что стулья вместе с сидевшими на них будут разлетаться от стола.

— В смысле, какой? Они тут все примерно одинаковые.

— Я о том, что вдвоем покушаем или к кому-нибудь присоединимся?

Я окинула зал изучающим взглядом. Выбор знакомых был невелик.

— Вейл, что ты предлагаешь? Можно подсесть к Дашке и Тринвиру… но дроу может быть недоволен. Кажется, он в очередной раз пытается поговорить с нашей переселенкой, и, если посмотреть на каменное выражение мордашки, — не преуспевает наш герцог! Будем спасать целительницу?

— Из мужской солидарности… нет, — покачал головой дракон. — Кстати, что твою подругу не устраивает? Ей, между прочим, супружество уже предлагают!

— Роль второй жены в гареме дроу, — скривила губы я. — Замечательная вакансия.

— Ты сама знаешь, что это честь. А учитывая род господина дель Мередита — Подгорная королева просто не даст племяннику сделать первой женой человечку.

— Делить своего мужчину одинаково неприятно любой женщине, — тихо ответила я. — Будь то человечка, эльфа или драконица. Особенно если ты не привыкла к институту брака с подобным занимательным строем. Так что, дорогой мой солидарный с многоженцами муж, пошли к Дарье!

— Ну, я не к этому, — сраженный моим саркастичным тоном, пробормотал рыжий дракон. — Я вообще… Просто в прошлый раз ты говорила, что сидеть за одним столом с фейри-некромантом — то еще удовольствие.

Я кинула взгляд на одинокого темноволосого паренька в другой стороне зала, который с крайне скорбной физиономией ковырялся в тарелке. Поежилась. Да, Улинри и так тот еще… овощ. Что-то не хочется повторять. Он в прошлый раз с таким воодушевлением рассказывал за столом про расчлененные трупы… как раз тогда, когда нам жаркое принесли!

Я только улыбнулась и, тряхнув волосами, прикинула траекторию до столика Дашки и дроу. Столик как раз неторопливо пролетал над нами. Я оттолкнулась от пола и взмыла в воздух. Рассчитала я все правильно и, уцепившись за спинку стула, быстро примостилась на сиденье. Рядом приземлился Ринвейл.

— Здравствуйте, — почти хором поздоровались мы с мужем.

Дашка и Тринвир смотрели на нас с самыми разными чувствами. Переселенка вздохнула с огромным облегчением и, судя по всему, была морально готова расцеловать вновь прибывших. Взгляд дроу же был утомленным и раздраженным.

— Как я рада вас видеть! — воскликнула Дашка.

— О, да, — протянул темный эльф, но почти сразу исправился: — Добрый вечер. С-с-счастлив вновь лицезреть столь чудесную и гармоничную пару.

— Спасибо, — потупила взгляд я, пряча удивление под маской смущения и легкого кокетства.

С чего это дроу решил отметить наши с мужем гармоничные семейные отношения? Спустя пару минут беседы ни о чем и обо всем стало ясно.

— Все же чудесно, когда люди идут друг другу навстречу, договариваются и прощают. Пытаются понять и принять, — с нажимом сказал Тринвир, выразительно покосившись на Дарью.

Дарья сидела с нейтральным выражением лица, и я ей даже посочувствовала. Интересно, в который раз переселенка это выслушивает? И как быстро это надоест гордому темному эльфу? И самое интересное, что будет после того, как это случится? Женщины переменчивые и ветреные создания. И часто, если то, что мы вроде как считали почти своим, вдруг внезапно исчезает… это вызывает изумление. И желание вернуть.

Надо бы поговорить с целительницей и узнать, из-за чего она упирается.

Если этот мужчина ей нравится, то, может, имеет смысл покопаться в себе и понять, хочет ли она, чтобы он и правда исчез из ее жизни. Ибо его возвращение потом ей может обойтись дороже, чем согласие переселенки на отношения уже сейчас.

— Ирьяна, как у тебя дела? — спросила девушка, бывшая предметом моих раздумий. — А то мы так мало видимся в последнее время. А говорим еще реже.