Читаем Верхом на Ланселоте онлайн бесплатно

Детективное агентство было на первом этаже офисного здания и имело дурацкое название «Шпион». Глупее название захочешь не придумаешь. Они бы его еще «Алиби» назвали или «Шерлок Холмс» … Тупость и заскорузлость мышления некоторых индивидов из рода человеческого ее откровенно бесила. Но ей было некогда искать другое, тем более что она верила в судьбу. А по дороге других агентств не попадалось. Значит, ей надо сюда. Она просто зайдет в этот долбанный офис, просто посмотрит и поговорит… А там будет видно, стоит ли с ними связываться. На сайте были указаны расценки за услуги по Москве и Питеру. Ее они вполне устраивали. Правда, почему-то в Москве цены оказались дороже на четверть… Дискриминация какая-то…

Детективное агентство работало с десяти. Придется подождать открытия. Но торчать целый час на улице не комильфо. Решение пришло быстро: надо пойти в кафе и попить кофейку. Она развернулась и пошла в сторону, откуда пришла. Там была приличная кафешка, и кофе там был приемлемый: не высший пилотаж, но вполне сойдет, чтобы согреться. Бариста, правда, был вертлявый и картавый. Создавалось впечатление, что он не может разговаривать, если не вихляется всем телом. И уж наверняка этот биоробот не выдаст вам порцию кофе, если не вильнет своим тощим задом.

Дорога до кафе заняла пять минут. Снег хрустел под ногами, и это было так здорово. Завтра потеплеет, белое покрывало растает, и красота исчезнет. Вместо снежного одеяла появится противная серого цвета жижа. А потом ночью образуется ледяная корка, и всем придется ходить, как будто они разом стали беременными и боятся упасть. Но падать пешеходы все равно будут, и машины будут биться. Каждый год одно и то же: зима наступает всегда неожиданно…

В кафе было тепло, и играла еле слышно какая-то ненавязчивая мелодия. Это ее вполне устраивало: под музыку ей всегда проще было думать. Мелодия как будто отсекала чужие разговоры, и они ей переставали мешать. Впрочем, в этом кафе не было никого, кроме унылой официантки и вертлявого бариста. Но музыка не мешала думать, скорее наоборот, а это главное. Подумать было о чем. Если она наймет детективов, сделают ли они свою работу на совесть? Да и возьмутся ли? Детективы наверняка сочтут ее сумасшедшей или эксцентричной девицей, которой надоело варить борщи, и она кинулась во все тяжкие чудить…

Кстати о чуде… Бариста за барной стойкой все так же вихляется. И как он при таких интенсивных телодвижениях не разливает приготовленный для клиентов кофе? Эквилибрист, однако… Бариста чем-то был похож на клоуна. Ему надо в цирк идти работать: цены бы ему не было. И внешность подходящая: сам рыжий и нос картошкой. Еще и уши, как у Чебурашки. И кто-то же такого «красавца» любит: вон и кольцо на пальце. Значит, жена есть. Интересно, что за клуша на такое пугало клюнула? Может, он ей милее всех на свете. Любовь зла… По фигу ей этот бариста: она за кофе пришла, а не на парней любоваться.

Кофе этот живчик варил средненький: не помои, но и не шедевр. Так, серединка на половинку: чтобы согреться от холода – пойдет, но чтобы сидеть, смаковать и наслаждаться напитком богов – уровень профессионализма недостаточный. То ли самоучка, то ли у него отсутствуют вкусовые рецепторы, то ли сам ничего слаще этого пойла не пробовал. Варит что-то несуразное и учиться не хочет. Никто специально сюда ради такого кофе не пойдет и уж тем более не поедет – не тот уровень. Хотя черт с ним, что ее на этом рыжем зациклило? Уже пора идти в агентство.

Девушка жестом показала официантке, что деньги на столе, и вышла на улицу. Назад она шла чуть подольше: растягивала удовольствие, получаемое от хруста снежного, от запаха свежести, от чувства свободы… Хотя, если честно, не торопилась она по одной простой причине: боялась неизбежного. Боялась того, что последует после ее рассказа. Она не была уверена, что поступает правильно. Как ее примут в этом детективном агентстве? Начнут смеяться? Станут крутить пальцем у виска и вызовут психушку? Скорее всего, просто откажут: сделают непроницаемую мину, скажут, что это дело им не подойдет, и они за него не возьмутся. А вот когда она покинет помещение, станут стебаться на ее счет. А что она хотела? Она на их месте в аналогичной ситуации поступила бы так же. Вот и агентство. Пора перейти Рубикон… Затаив дыхание, как будто ныряет в ледяную воду, она пересекла порог детективного агентства…

Совещания в детективном агентстве «Шпион» обычно проводили по понедельникам. Все приезжали пораньше и готовили свои отчеты. Сегодня был понедельник. Леха встал с дивана, не выспавшись. Вчера закончили дело о розыске родственника клиентки. Пока Леха написал отчет о проделанной работе, пока подбил затраты, часы показывали два часа ночи, и ехать домой не было смысла. Дома его никто не ждал: жена сбежала от него через пару месяцев после того, как он уволился из органов и устроился в агентство к другу.

Сбежала не потому, что не любила, а потому, что он перестал приносить домой даже те крохи, которые получал на прежней работе в полиции. Наступила голимая нищета: не было богатых клиентов, не было больших заказов, не было денег, не было даже офиса. Не было ничего, кроме работы. Вот работы было вагон и маленькая тележка: они с другом цеплялись за любую работу, за любой контракт, чтобы получить хоть какой-то гонорар. Полученные деньги тут же вкладывали в спецаппаратуру и аренду офиса. Поэтому уезжал он по делам постоянно и отсутствовал дома сутками. Жена стала устраивать истерики, говорила, что раньше денег не было, но был в наличие муж, пусть и чисто номинальный: намекая на то, что давно не было секса. А теперь у нее вообще мужа не стало в постели.

Хватило ее ненадолго. На третий месяц жена не выдержала «счастливой жизни» и сбежала к своей маме, посылая проклятия и Лехе, и его работе, и его другу, который сбил ее мужа с пути истинного. Так что покормить дома его никто не покормит, постель не согреет, колыбельную не споет и не приласкает холодной зимней ночью. А тогда и смысла нет нестись домой на всех порах. Проще переночевать на удобном диване в офисе. Это не приветствовалось, но в случаях форс-мажора дозволялось. Тем более, что Леха – совладелец агентства.

Со временем агентство стало процветать, у них уже была заработанная репутация честных и исполнительных знатоков своего дела. Леха стал прилично получать, и жена сочла необходимым вернуться. Она так, видите ли, решила. Как будто и не было позорного развода с полосканием исподнего белья на потеху публике, как будто и не обзывала его последними словами, как будто и не оставила она его голым и босым, подрезав в его отсутствие не только совместные накопления, а даже телевизор и холодильник. Бывшая попросила его забыть все плохое, что было. Он и забыл. И ее забыл, поскольку отнес ее в разряд плохого прошлого…

Мысли эти промелькнули быстро в голове и вернулись опять к нудному делу о потерявшемся брате. Столько мороки было с этим делом. Немеряно. А денег на выходе получили шиш да маленько. Детективное агентство ничего не заработало с этого долгоиграющего дела. У бабульки в оплату оказалось всего лишь несколько тысяч рублей. И никто в здравом уме и твердой памяти за такие крохи не стал бы столько валандаться с этой бабкой.

И Леха бы не стал: не из-за денег, а просто старушенция показалась ему подозрительной. Но шеф, а по совместительству друг Лехи и партнер, счел, что они могут себе позволить взяться за это дело в рамках благотворительной акции. А все этот идеалист, которого шеф взял в их контору. Родственничек дальний: седьмая вода на киселе шефу, а все туда же, командовать лезет. Он, видите ли, пришел в агентство, чтобы помогать простым людям. И считает, что они должны помогать всем, кто просит их о помощи. Короче, с пустого места нашел мороку всему агентству на голову. Бабка эта, «одуванчик в поле чертополоха» сразу Лехе не понравилась. Слишком уж она была стереотипной: как будто заученную роль играла. Леха до сих пор считает ее появление в их агентстве плохим знаком. Он помнит, как по спине у него пробежал неприятный холодок, лишь только он увидел бабульку на пороге. А это верный признак надвигающихся неприятностей.

Леха до сих пор помнит, как ранним осенним утром в приоткрытую дверь агентства протиснулась маленькая старушка с носовым платочком и засеменила мелкими шажками к столу, за которым восседал шеф, попивая кофе. Она с порога стала канючить про потерянного брата, которого очень сильно любит и хочет перед своей смертушкой повидать. При этом теребила свой носовой платочек, в котором, как оказалось, завернуты все ее сбережения, накопленные за такую трудную и долгую жизнь. Сбережений, как оказалось, кот наплакал: то ли старушка была тунеядкой, то ли она не умела копить и была транжирой. Попутно хитрая старушка своими душещипательными рассказами пыталась манипулировать сыщиками и вызвать жалость, для чего рассказала про одну пару валенок, что была в их семье на троих: на нее, на ее сестру и на этого разыскиваемого брата.

Леха сразу заподозрил, что этот «божий одуванчик» хочет найти брата спустя столько лет, чтобы наказать за валенки, которые он тогда умудрился измахратить, и отомстить за то, что целую зиму девчонки ходили в школу в старых папкиных чеботах. При воспоминаниях о своем брате у бабки зажигался в глазах стальной огонек ненависти. Леха не мог ошибиться: именно ненависть, а не любовь испытывала бабулька к своему разыскиваемому родственнику. Уж ненависти Леха в своей жизни навидался много за время службы в органах правопорядка. Ее он мгновенно мог отличить среди всех остальных чувств человеческих по первому взгляду, по первому жесту, по первому слову, сказанному сквозь плотно сомкнутые губы. В ненависти Леха был большой специалист. И точно знал, что никакая не любовь руководит бабкой, а лютая ненависть к родственнику. И чем он ее так зацепил много лет назад, что спустя столько лет она ему мстить собралась?

Когда бабка ушла, Леха пытался втолковать Ярославу, что с этой бабкой не все так однозначно. Нюх у Лехи был феноменальный: выработался за много лет в полиции. Он за версту чувствовал подвох. Вот и тут интуиция ему орала, что связываться с бабкой опасно. Но шеф на чуйку Лехину наплевал, посмеялся над его страхами, сказал что-то о мнительности и подписал с бабкой договор на следующий день. Слава богу, что теперь это нудное дело закончено. Родственника нашли и вручили бабке торжественно адрес брата. Пусть теперь старушка сама свои проблемы утрясает и сама находит общий язык со своим родственничком. Когда Леха передавал адрес бабке, у той было лицо маньяка, который наконец-то выследил свою жертву, и теперь ничто не помешает ему над жертвой учинить расправу. Леха четко понял, что они еще не раз пожалеют, что связались с этой бабкой. Обернется им эта благотворительность кровью в прямом и переносном смысле: в этом он был уверен на все сто процентов.

Совещание началось намного раньше обычного: Ярослав подбил итоги по прошедшим договорам, распределил новые дела и наметил план работы по ним. Леха опять напомнил про странную бабку, пророча неприятности, на что Ярик со смешками и подковырками посоветовал ему отдохнуть, а то «интуиция у бывалого следака явно стала давать сбой и семафорит по чем зря». Леха остался при своем мнение: он доверял интуиции, которая его ни разу в жизни не подвела. Он взял новое дело и пошел к своему столу, чтобы его изучить. И тут появилась она…

– Можно войти? – раздалось от дверей.

– Заходите, – разрешил шеф.

– Это детективное агентство? Я правильно пришла?

– Да. Чем обязаны? – поинтересовался шеф.

В кабинет зашла замурованная в одежду малолетка. Судя по щуплой фигуре, ей лет четырнадцать. А судя по одежде, ей не объяснили, что шмотки перед покупкой можно примерить и не покупать на глазок. Единственное, что заслуживало внимание – это классные ботинки. Наверняка подделка: откуда у малолетки деньги на такие фирменные боты? Шарфом замотана по самые глаза, в темных очках. Это вызывало смех: девочка явно пересмотрела детективов и решила поиграть в тайного агента. Конспираторша, блин…

Леха пытался просчитать, с каким делом могла прийти в детективное агентство эта соплюха. Еще подростков им не хватало. Надо Ярику маякнуть, что не стоит связываться с малолеткой. Во-первых, она несовершеннолетняя и любые договора может оспорить и не заплатить за услугу. А таскаться по судам, чтобы вернуть свое кровно заработанное – это удовольствие ниже среднего. А во-вторых, у них в этом возрасте бушуют гормоны, и неизвестно, как себя поведет эта клиентка, если ее что-то не устроит. Геморроя будет больше, чем прибыли. Но Ярик, видимо, уже принял какое-то решение, и переубедить его теперь будет трудновато…

Шеф показал ей жестом, что посетительница может раздеться и повесить свое безразмерное барахло на вешалку, что она и сделал. Сняла сначала шапку. По плечам рассыпалась копна великолепных волос, которую она моментально скрутила в какое-то сооружение на голове, как будто стесняясь этой роскоши. Но богам показалось этого мало. Малышка сняла свою куртку, и под хламидой обнаружилась точеная фигурка, которую облепила кофта толстой вязки. Девица повернулась к Лехе лицом и стала смотреть ему прямо в глаза. А дальше случилось то, чего Леха от себя никак не ожидал. Сердце подпрыгнуло, на секунду замерло, совершило кульбит с переворотом… и пустилось вскачь…

Перед благодарными зрителями предстал шедевр, созданный природой. Из под челки выглядывали яркие очи, способные опозорить своим цветом все моря и океаны мира вместе взятые. Они переливались всеми оттенками: от голубого до цвета небесной лазури. Лицо было того цвета, который японки называют идеальным. Что она живое воплощение человека, а не Снегурочка из сказки, говорил нежный румянец на щеках и отсутствие соответствующего наряда. Маленький задорный носик шмыгнул: видимо, простыла кроха, пока добралась до их агентства. Но, к несчастью Лехи, всю эту живописную картину завершали пухлые губы, склоняя к грехопадению и рисуя подсказки, как их можно ласкать и целовать. Да и пахло от нее чем-то сногсшибательным: хотелось прижаться к малышке и тут же заняться любовью. В общем, коварные боги Олимпа будто специально сговорились, чтобы добить его стойкость и подвергнуть жестоким испытаниям красотой.