Читаем Великан онлайн бесплатно

Посреди зеленой лесной поляны, окруженной высокими деревьями, сидел великан. Он был огромен — около девяти метров ростом, носил рваные тряпки на бедрах вместо одежды и, при всем своем устрашающем виде, обладал поразительно печальными глазами. Расположился он на поваленном дереве, скрючившись и уложив голову на ладони. Иногда на него садились птицы, залезали белки, однако он всего этого, кажется, совсем не замечал и был абсолютно неподвижен. Могло создаться впечатление, что он спит, но на самом деле разум его находился где-то между сном и явью, и изредка в нем все же вспыхивала тусклая мысль о чем-то отвлеченном, которая, впрочем, быстро рассеивалась.

Вдруг у края поляны раздался шорох, а за ним — испуганный вздох. То была средних лет женщина в платке и с корзиной в руках; она не так давно отправилась в лес за грибами и зашла несколько дальше, чем обычно. Оказавшись на поляне, она успела сделать пару шагов, прежде чем заметила великана. Тут же она кинулась за ближайшее дерево, опасаясь попасться ему на глаза. «Неужели я действительно видела то, что видела?» — спросила она сама себя. Отдышавшись, она выглянула на поляну, намереваясь убедиться, что великан ей не почудился. Тот все сидел на прежнем месте и не шевелился. Без дальнейших заминок женщина спешным шагом, который иногда менялся на бег, покинула лес.

Звали ее Нора, и жила она у самой опушки вместе с мужем Грегором. Вернувшись домой, она хотела рассказать мужу, кого повстречала в лесу, но, то ли оттого, что боялась получить в ответ недоверие и насмешки, то ли оттого, что сама сомневалась в здравии своего рассудка, так ничего и не сказала.

Причин для ее сомнений было достаточно: для их краев, которые находились на юге громадного Северного Королевства, великан чем-то обычным не являлся. Если говорить точнее, он был чем-то совершенно фантастическим, и поверить в его существование было крайне сложно, даже если встретил его лицом к лицу. Так, через несколько часов после неожиданной встречи Нора убедила себя, что великан ей все-таки померещился, и это солнечный свет так упал на большой камень, что стал походить на великанью фигуру; еще через пару часов она передумала и решила, что еще не так стара, чтобы путать камень с великаном, и он все-таки реален. Тогда она сильно забеспокоилась: что, если он решит напасть на деревню, рядом с которой она жила? «В таком случае наш с Грегором дом на его пути окажется самым первым…» — размышляла она. Ночью она так и не смогла сомкнуть глаз и все воображала, что слышит топот и громкий рев, а иногда ей даже казалось, что крыша вот-вот слетит со стен, а за обломками покажется ужасное лицо великана. Ничего из этого не произошло ни ночью, ни утром, но Нора все продолжала себя изводить. Стоило взойти солнцу, она решила отправиться на ту самую поляну, чтобы окончательно понять, сошла она с ума или нет. Чтобы муж не подумал ничего лишнего, она взяла с собой корзину, будто снова отправилась по грибы, и вышла из дома.

Все-таки ее опасения оказались обоснованными — ровно на том же поваленном дереве сидел тот же великан. Пораженная Нора глядела на него из-за деревьев и кустов, постепенно подбираясь ближе, чтобы получше его разглядеть. Так она металась вокруг поляны с десяток минут, а великан за это время даже не шелохнулся.

«Он, видно, мертв, — предположила она. — Или же это великаний сон так долог и непробуден?»

Любопытство разыгралось в ней еще сильнее прежнего, и Нора решила выйти на поляну. Ступая очень аккуратно, она отошла от дерева и направилась к великану. Преодолев почти половину пути, она вдруг застыла, а сердце ее сковал холодный ужас: великан глядел прямо на нее. В его взгляде не было ни ярости, ни тревоги, только бесконечная тоска, но Нору он все равно привел в трепет. Она тут же выронила корзину и, продолжая глядеть на великана выпученными от страха глазами, попятилась назад. Оказавшись у деревьев, она тут же спряталась, сделала несколько глубоких вдохов, и ужас отпустил ее сердце, которое, почувствовав свободу, стало стучать в грудь в несколько раз сильнее.

Снова запыхавшаяся Нора прибежала домой и на этот раз рассказала мужу, что — а вернее кого — она видела в лесу. Тот, как она и ожидала, лишь отмахнулся:

— Дорогая, тебе каждый понедельник кажется вторником. Почему это дерево или камень не могли показаться тебе великаном?

— Я тоже так думала, но… Это правда он! Великан! Он смотрел прямо на меня, Грегор, смотрел!

Грегор раздраженным жестом дал понять, что не хочет, чтобы жена и дальше доставала его своими выдумками, на чем разговор и закончился.

Всю следующую ночь Нора думала, что поделом будет мужу, когда великан нападет и раздавит их вместе с домом. «Нечего делать из меня дуру! Я пока еще могу понять, что видела, а чего не видела. Вот и Грегор, когда увидит великана… Подожди, а что, если великан все же не станет нападать? — задумалась она вдруг. — Он ведь смотрел на меня, но даже не пошевелился. Видимо, это очень ленивый великан… или же он совсем не хотел причинить мне зла? Вдруг он и не собирается нападать?»

Утром Нора взяла уже новую корзинку (старая осталась лежать в траве на поляне) и в третий раз отправилась к великану. Как и прежде, он находился на своем обычном месте. Придя на поляну, Нора решительно вздохнула и зашагала вперед. Она увидела, как великан раскрыл глаза, и его взгляд, неспешно проплыв по поляне, остановился на ней. В это мгновение ноги Норы подкосились, и она оступилась, но все-таки смогла удержать равновесие. Подойдя к великану на расстояние метров в десять, она остановилась.

— Добрый день, — громким и дрожащим голосом поздоровалась Нора, глядя вверх, прямо в лицо великану.

Тот медленно приподнял голову, повернул ее сначала налево, потом направо и с удивлением осознал, что обращаются к нему. Затем он выпрямил спину, расправил плечи — при этом все птицы, что сидели на плечах и на голове, взмыли в небо и с недовольными криками улетели — и снова уставился на незнакомку.

— Ты это мне? — спросил великан звучно и низко.

— Вам, — подтвердила Нора. На гласном звуке ее голос сорвался, и она прокашлялась.

— Ты меня не боишься? — озадаченно поинтересовался великан.

— Боюсь… — честно призналась она.

Разочарованный ее ответом великан шумно выдохнул, отчего трава под ним затрепетала, а седые лепестки старых одуванчиков, коих на поляне было множество, сорвались со стеблей и заполонили воздух.

— Но я обещаю перестать бояться, если вы честно скажете… — поспешно продолжила Нора. — Вы ведь не желаете мне вреда?

— Зачем мне это? — спросил великан, покачав головой. — Мне это не надо. Людям кажется, что надо. Они все меня боятся. Ты вчера боялась тоже. Убежала, — припомнил он. — Почему вернулась?

Говорил он медленно и с какой-то досадой в голосе.

— Я подумала, что вы не опасны, вот и вернулась. Похоже, я не ошиблась… А почему вы сидите здесь так долго и никуда не уходите? Вот уже третий день подряд я застаю вас здесь, а вы все сидите…

— Если много хожу, вокруг слышно. Прогоняют. А еще, если меньше двигаюсь, меньше есть хочется. А ты что здесь делаешь?

— Я просто собирала грибы в лесу и…

— А-а… — тоскливо протянул великан. — Подо мной грибы? Не видел…

Он поднялся и отступил от дерева на шаг, давая Норе возможность собрать грибы. Однако, когда он поднимал ноги, от земли оторвались куски, так что даже если бы под ним что-то росло, от этого уже ничего бы не осталось.

— Нет-нет, что вы, не искала я никаких грибов! — заверила Нора. — Я просто хотела поговорить… Вы садитесь, садитесь.

— О-о, — удивился великан и поспешил сесть обратно. — Хорошо. Давай говорить.

Нора достала из своей корзинки покрывало, постелила его на траву, уселась и попросила великана рассказать, как он попал в их лес. Великан оказался словоохотливым, хотя говорил медленно и слова подбирал с трудом. Иногда Нора встревала в его рассказ и подсказывала нужные формулировки. Как сказал великан, пришел он в их лес не так давно, а до этого был в других землях Северного Королевства. Каждый раз, когда его находили люди, они сначала пугались, а потом собирались в большие группы и гнали его вилами и факелами (сам он назвал их острыми и горячими палками). Несмотря на все попытки избавиться от него, убить его никак не получалось — никакое оружие не смогло его ранить. Сам он не хотел ни с кем враждовать, поэтому часто перебирался в новые месте.

— Так и пришел сюда. До этого жил в горах. Но там плохо — еды нет.

— А чем ты питаешься? — поинтересовалась Нора.

— Чем придется. Срываю с деревьев. Либо из-под них.

— Плоды и коренья? — уточнила она.

Он повел плечами — сам не знал.

— Ем я много, но редко. Хорошо поем, и могу потом долго ничего не есть, если двигаюсь мало. Вот и сижу, как камень. Расскажи теперь и ты что-нибудь, — попросил он.

— Хорошо. Что бы тебе рассказать такое… Ой, я только сейчас поняла, что мы забыли представиться друг другу!

— Что сделать? — не понял великан.

— Представиться. Так у людей принято — когда знакомишься, нужно назвать свое имя. Меня вот зовут Нора. Всего два слога: Но-ра.

— Нора, — повторил великан.

— Точно! А тебя как зовут?

Великан промолчал — имени у него не было.

— Понятно… — произнесла Нора. — Имя — это так, не главное. Главное, быть человеком хорошим. Ладно, давай я о чем-нибудь расскажу.

Особенно болтливой Нора не была, но за сорок пять лет жизни у нее накопилось немало историй, кое-какими из которых она и стала делиться. Так, великан узнал, что она вышла замуж уже в шестнадцать лет. Тогда она еще плохо знала мужа и боялась его, но скоро поняла, что он не такой уж плохой, каким казался сначала.

— Его имя Грегор. Он строгий, угрюмый, но на самом деле сердце у него доброе. И, в отличие от многих других мужей, он не поднимает на жену руку.

Спустя некоторое время после свадьбы, как Нора поведала дальше, она и Грегор выяснили, что у них не будет детей, отчего они до сих пор оставались лишь вдвоем.

— Жалко, — посочувствовал великан. Он не совсем понимал, о чем она говорит, но хорошо уловил печать в ее голосе.

— Ничего. Я уже смирилась. Иногда, конечно, неприятные воспоминания снова возвращаются, и становится тяжело… В такие моменты я как раз иду в лес и гуляю здесь, собираю грибы и цветы, какие попадутся, а потом приношу домой. Меня такие прогулки успокаивают. Люблю походить по лесу.

— Тут красиво, — заметил великан. — Деревья большие. Животных много. Я люблю животных, но птицы… — как Нора уже успела понять, он не мог долго держаться за одну мысль и перескакивал с одной на другую. — Птицы начинают рано кричать, а я засыпаю поздно. Жду глубокой ночи, а ночью красиво. Здесь — указал он в небо — появляются огни. Не как те, которые приносят люди, а далекие. И еще эта… такая большая…

Он нахмурился, пытаясь вспомнить слово.

— Луна? — предположила Нора.

— А, луна, да! — обрадовался он, что она поняла. — Нравится смотреть на нее. Солнце тоже нравится, но оно смотреть не дает.

На вопрос, как он вообще появился на свет, он лишь пожал плечами: он помнил только лес, поля, горы да одиночество. Он оказался очень простым и каким-то грустным, и Норе пришелся по душе. Она пожалела его, хоть и понимала, отчего люди его прогоняют — никто в здравом уме не рискнет завести дружбу с подобным гигантом; а сама Нора, как она подумала, здравый ум оставила дома еще в тот день, когда пошла на поляну в третий раз. Они говорили до самой темноты, и когда Нора вернулась, Грегор глядел на нее с подозрением — за время столь долгого отсутствия она не насобирала грибов и на половину корзины.

— Просто неудачный день, вот и все, — пробормотала она в оправдание. Рассказывать про великана у нее желания так и не появилось, ведь ей по-прежнему казалось, что Грегор не поверит.

На протяжении недели Нора каждый день ходила на поляну, где был великан, и они проводили время за разговорами обо всем, о чем только думали. Великану больше всего нравилось слушать о том, как живут люди. Его удивляло, что они могут всю жизнь оставаться на одном месте и никуда не уходить. Когда же наставала его очередь говорить, он чаще всего рассказывал про те места, где бывал. Например, о высоких водопадах на севере или о снежных горах на юге.

А еще Нора изобрела способ, с помощью которого великан мог узнать, что по лесу идет именно она, а не кто-то другой: входя в лес, она начинала напевать песню.

— Это одна из немногих песен, которые я хоть немного запомнила за свои годы. Моя мама часто пела ее, чтобы меня убаюкать. — И она запела довольно тихим, но звонким голосом:

«Яркие звезды над морем сияют,

море их ласковый свет отражает

Я, пораженная их красотой,

скинула обувь, готовлюсь в прибой

Прыгнуть. И плыть далеко

Прямо до звезд, как бы ни было там глубоко»

Ей пришло это в голову, потому что великан, стоило ему услышать любой шорох, похожий на шум шагов, тут же громко вопрошал: «Нора?» Пока ему везло — то оказывался либо какой-нибудь зверь, либо действительно Нора, но вероятность того, что он выдаст себя перед кем-то из заблудших вглубь леса деревенских жителей, была слишком велика. Песня великану понравилась, и он даже перестал сразу откликаться, потому что хотел подольше послушать, как Нора поет ее.

Несмотря на предосторожности, тайными их встречи оставались недолго. На седьмой день Грегор, который всю неделю удивлялся тому, что Нора слишком часто уходит по грибы (раньше она этим занималась всего раз в три-четыре дня), внезапно заявил:

— Я сегодня, пожалуй, схожу с тобой.

— Грегор, зачем тебе это? Я справлюсь и сама, — отвечала Нора.

— Дело не в том, справишься ты или нет, а в том, я устал сидеть дома один. Проветрюсь немного, прогуляюсь…

— Мы можем погулять, когда я вернусь.

— Нора, — произнес Грегор, и его голос огрубел, а лицо помрачнело. — Я хочу пойти с тобой в лес.

Нора тут же поняла причину его желания отправиться вместе с ней.

— Неужели ты думаешь, что я…

— Я ничего не думаю, — оборвал ее Грегор. — Просто хочу посмотреть, где ты там обычно собираешь такие вкусные грибы.

Нора и сама понимала, что долго видеться с великаном без ведома мужа не сможет, поэтому решилась все открыть ему и согласилась отвести его в лес. Когда они вышли за опушку, Грегор сказал:

— Так мы все-таки идем в лес.

— Ты все неправильно понимал. Я уже престарелая женщина, куда мне до того, о чем ты подумал, Грегор? Идем, я покажу тебе, зачем ходила сюда каждый день.

— Значит, ходила ты вовсе не за грибами? — пробурчал он.

— Нет. Я нашла кое-кого… Грегор, не смотри на меня так, это совсем не то! Я уже говорила тебе о нем. И, прошу, когда ты с ним встретишься, не пугайся. Он совсем не опасный.