Читаем Великая иллюзия онлайн бесплатно
Великая иллюзия
Раймонд Галлун , Джон Расселл Фирн , Эндо Биндер , Эдмонд Мур Гамильтон , Джек Уильямсон
Фантастика / Научная ФантастикаВот-вот должен был начаться величайший эксперимент в истории человечества!
Четыре человека стояли в обитой металлом кабине космического корабля. Их общее внимание было сосредоточено на аппарате Берринджера, прикрепленном к одной из стен. Корт, высокий и серьезный, смотрел с усмешкой на его ястребином лице. Брэдли и Фориджей, намного моложе остальных, смотрели с гипнотическим очарованием, их лица были бледны от затаенного страха.
Берринджер протянул руку к единственному рычагу аппарата. Брэдли дернулся вперед и в панике схватил его за руку. Берринджер обернулся в нетерпеливом удивлении.
– Подождите… всего одну минуту! – взмолился Брэдли. – Прежде чем мы продолжим, объясните все еще раз. В конце концов, возврата может не быть. И…
– Возврата не будет! – повторил Берринджер с ударением. – Поймите, Корт – возврата не будет!
– Вот ещё! – взорвался физик. – Все это – фарс! Возврата не будет, потому что не будет начала. Повторите еще раз эту муть про иллюзии, Берринджер, ради их же блага. Они напуганы, но у них нет для этого причин. Ну же, Берринджер!
Ученый намеренно отвернулся от скептически настроенного, язвительного на язык Корта и обратился к двум молодым ассистентам, работавшим у него последние два года.
– Парни, слушайте внимательно, потому что я объясняю это в последний раз, а потом мы начнём. Вы помните электрический эксперимент, проведённый нами два года назад и доказавший, что электричество – это жизнь, чистая и совершенная. Вы помните, как, установив своего рода связь с этой основной жизненной сущностью, мы научились многим вещам – невероятным вещам! Ибо Синие Сущности, способные жить в любой среде, даже в безвоздушном пространстве, показали, что все человеческие мысли – это иллюзия, все теории и концепции, когда-либо созданные человеческим разумом – самообман!
Берринджер продолжил, несмотря на очередные возмущения со стороны Корта.
– Например, наша математика, с помощью которой мы формулируем законы о Вселенной, ограничена промежутком между нулем и бесконечностью, и она является всего лишь цифрами в более великой и истинной математике. Кроме того, наши пять чувств немыслимо неточны и охватывают ничтожно малый диапазон восприятия. При таких ограничениях неудивительно, что мы не можем осознать, что нет ни звезд, ни вакуума, ни чего-либо, о чем, как нам кажется, мы знаем! И все же Синие Сущности электричества показали нам это!
– Машина! – хрипло пробормотал Брэдли. – Шахта, проникающая в чуждые измерения…
– Дурак! – прошипел Корт. – Только дурак может поверить в это!
Берринджер проигнорировал этот горький выпад и вновь заговорил.
– Два года ежедневного общения с Синими Сущностями наконец-то подарили мне проблеск Великой Истины. Дали мне некоторое представление о том Великом Всём, что стоит за этой гигантской иллюзией жизни, пространства, энергии и всего остального, что мы, люди, называем наукой. Теперь я смог построить этот аппарат. Он направляет 200 000 вольт в то, что мы называем вакуумом, и разрывает его, как завесу, открывая сверхпространственную шахту, ведущую в Настоящую Вселенную. Это все равно что пройти сквозь зеркало и увидеть там реальность!
– Итак, Алиса сказала Безумному Шляпнику: «Пожалуйста, сэр, можно мне затянуться вашей трубкой с опиумом?» – насмешливо высказался Корт.
– Что касается вас, – холодно произнес Берринджер, глядя в лицо ухмыляющемуся физику, – вспомните через пять минут, как я говорил, что ваш великий Эйнштейн похож на пьяницу, у которого двоится в глазах и которому мерещатся розовые слоны.
– И еще кое-что, – прошептал Брэдли. – Вы уверены, что по этой шахте, ведущей в… Потусторонний мир, можно пролететь на космическом корабле?
Услышав твердое «да» ученого, двое молодых людей с явным облегчением переглянулись. Старческие глаза Берринджера внезапно вспыхнули.
– Да, это возможно, – продолжил он, – Но только в одну сторону! Когда вы дойдете до конца, вы снова окажетесь в начале, но это будет не круг!
– И когда мы дойдем до конца, мы снова окажемся в начале и, следовательно, вернемся в лабораторию? – нетерпеливо спросил Фориджей.
– Что появляется первым – курица или яйцо? – презрительно пропел Корт. – И при чем тут петух?
Берринджер задумчиво взялся за ручку аппарата, прежде чем ответить Фориджею. Затем он бесстрастно произнес:
– Я с самого начала говорил вам, что возврата нет! Конец и начало – это человеческие понятия, такие же, как ноль и бесконечность. В этой шахте нет ни начала, ни конца!
Брэдли резко втянул в себя воздух, а Фориджей побледнел еще больше. Корт насмехался надо всем этим, гнусаво напевая о Человеке с Двумя Умами, ни одного из которых не существовало.
– Но хватит этой болтовни, – рявкнул Берринджер. Его худое, заострённое лицо покраснело от напряженной решимости. – Вы, Брэдли и Фориджей, фактически сами попросили взять вас с собой. Я говорил вам, что это будет медленным самоубийством, но вы, как я вижу, не поверили мне. Вы упустили шанс остаться и прославиться, хотя это иллюзия, как и все остальные человеческие стремления. Вы решили исследовать вместе со мной глубины космоса – настоящего космоса – но даже он иллюзия! Корт здесь, чтобы наблюдать за внешними явлениями как сведущий человек, и он тоже поймет, что все это иллюзия!
– Не говоря уже об иллюзии, которая уже у вас имеется, – Корт подмигнул двум молодым людям. – Я имею в виду иллюзию того, что вы не совсем сошли с ума два года назад.
Берринджер взялся за ручку своего аппарата.
– Мы готовы? – рявкнул он, и в то же время яростно дернул ручку.
С внезапностью, от которой у них перехватило дыхание, лаборатория за иллюминаторами исчезла, и на смену ей пришла абсолютная чернота. Их корабль, казалось, угодил в лужу чернил. Снаружи не было видно ни малейшего лучика света, и казалось, что темнота наползает, пытаясь погасить верхний свет.
Но мгновение спустя вдали показалась слабая синева. Она стала ярче и превратилась в гигантское существо синего цвета с огромными зелеными светящимися крыльями. Казалось, оно приближается.
Брэдли и Фориджей прижались друг к другу, быстро переговариваясь.
Корт в изумлении бросился к боковому иллюминатору и попытался что-нибудь разглядеть сквозь траурный занавес. Но все, что он мог видеть – это огромное зеленокрылое чудовище, неуклонно приближающееся к ним.
– Будьте вы прокляты, Берринджер! – закричал он, поворачиваясь к нему. – Что вы наделали?
Совершенно спокойный, престарелый ученый торжествующе произнес:
– Именно то, что я и обещал, я разорвал вакуум на части, и теперь мы падаем – или поднимаемся, неважно – в пропасть, ведущую за пределы земной иллюзии к еще большей иллюзии! У нас есть двигатели, но они бесполезны – теперь я понимаю всю иронию этого. Потому что нет таких вещей, как движение или расстояние! Человеческие представления – иллюзии! Знаете ли вы, что мы обнаружим? Профессор Корт, знаете?
Берринджер продолжил, в то время как высокий физик отшатнулся, широко раскрыв глаза:
– Мы обнаружим, что Солнце – это центр всего сущего, и это единственная звезда! Мы увидим другие звезды, располагавшиеся равномерно вокруг, сгрудившиеся на одном конце сверхпространственной шахты, и они будут иллюзией. Планеты исчезнут!
– Но это глупые, бессмысленные вещи – откровенные галлюцинации. Самое важное, что мы увидим и откроем для себя, – это Синие Сущности в их естественной среде обитания, называемой нами вакуумом, граненые камни Внешнего Мира, чьи отражения мы называем звездами. Вселенский Разум, которого боятся Синие Сущности. И, наконец, Великое Всё – реальность, превращающуюся в иллюзию прямо на наших глазах!
Корт и Берринджер уставились друг на друга, осознавая огромное значение этих парадоксальных слов.
Они не заметили, как Брэдли и Фориджей тихо прокрались к воздушному шлюзу. Их остекленевшие глаза выдавали гипнотическую решимость сбежать с этого безумного корабля, погружающегося в чужую Вселенную. В их оцепеневших от страха мозгах билась только одна мысль: «Бежать!»
Брэдли повернул рычаг управления воздушным шлюзом, рывком открыл первую дверь и повторил этот маневр у внешнего люка, но, как ни странно, не возникло никакого порыва выходящего воздуха в тот момент, как он катапультировался из корабля. Мгновение спустя за ним последовал Фориджей.
Они сбежали! Пусть придет смерть, какой они её понимали; лучше она, чем сумасшедшее путешествие в мир безумия и иллюзий.
Было очень темно. Звезд не было видно. Фориджей поежился от холодного ветра, дувшего из черной тишины. Его руки вцепились в голые, холодные как лед камни. Даже когда он лежал, прижавшись лицом к выступу, голова его все еще ужасно болела и невыносимо кружилась.
Здесь нет звезд!
Эти слова застряли у него в голове жуткой, тревожной загадкой. Он попытался вспомнить, но потом подумал, что это воспоминание, вероятно, настолько ужасное, что оно может разрушить его рассудок.
С облегчением он почувствовал рядом с собой еще одно неподвижное тело. Его глаза, привыкшие к непривычной темноте, теперь могли различать очертания пустынной скалистой местности, словно она слабо светилась. Он повернулся в сторону стона.
– Брэдли? – пробормотал. – Что случилось? Где мы? – потом снова прошептал зловещий и бессмысленный ответ на свой вопрос: – Здесь нет звезд!
Продолжая стонать, Брэдли приподнялся в темноте.
– Трудно сказать, где мы и когда, – выдохнул он. – Но мы там, где Берринджер никогда нас не найдет. Я нарушил наше обещание, Фо. Ради спасения наших жизней! – Он вздрогнул. – Когда я увидел это крылатое чудовище в пустоте, продолжать было невозможно! Я никогда не считал себя трусом. Фо. Но этот ужас…
Фориджей потер ушибленный лоб, всё ещё чувствуя головокружение.
– И все-таки… – пробормотал он. – Я не могу вспомнить… все это похоже на кошмарный сон! Скажи мне, Брэд.
– Конечно, ты помнишь, – сказал Брэдли. – Но неудивительно, что ты считаешь это кошмарным сном – так оно и есть! Эксперимент старика Берринджера – помнишь? Он собирался доказать, что все знания – иллюзия. И Корт, его старый соперник, стоял там со скептической улыбкой на губах и ждал случая выставить Берринджера дураком…
– Подожди! – перебил его слабый от страха голос Фориджея. – Я помню… Ужасную темноту после того, как Берринджер запустил свой аппарат… Тишину… Исчезающие в шахте планеты… Падение в сверхпространственную шахту, объяснения Берринджера…
На мгновение его охватил ужас. Его сухие губы беззвучно шевелились, снова шепча:
– Звезды внизу… Грани скал, как долина драгоценных камней… Солнце в сердце исчезнувшего мира!.. Синие Сущности, ожидающие, когда мы придем к своей гибели…
Он вскинул голову, пытаясь прийти в себя.
– Но этого не может быть! – его челюсти сжались. – Иллюзия иллюзии. Здесь нет звезд, – он рассеянно потер лоб и посмотрел в темноту на Брэдли. – Но я все еще не понимаю, почему мы здесь.
