Читаем Вечное пламя онлайн бесплатно

За окном шёл снег.

Его тяжёлые разлапистые хлопья кружились в воздухе и медленно опускались на землю, теряясь среди таких же снежинок. Таких похожих и одновременно разных.

Деревья тоже укрылись снегом, словно в надежде скрыться от мороза, облачились в пушистые белоснежные шубы. Небо давно потемнело и теперь горящие на нём звёзды отлично сочетались с падающими снежинками, а иногда и вовсе можно было спутать, ведь непонятно в этой ночной полутьме: упала очередная снежинка или звезда покинула предназначенное ей место…

Девочка, сидевшая на подоконнике, разглядывая этот зимний пейзаж, предпочитала думать, что и звёзды, и снег падают одновременно. Так красивее.

Она охватила руками худые коленки, словно ей было холодно, и переводила свой отчего-то грустный взгляд со звёздного неба на дорожку, засыпанную снегом. Эта дорожка вела к их дому, но по ней никто не шёл. Следов не было – всё идеально гладко.

Девочка ждала.

Она знала, что вот-вот скрипнет калитка, там, среди уличной темноты, и дорожка вдруг перестанет быть такой идеальной. Она была в этом уверена.

Тяжело вздохнув и заправив за ухо прядь гладких иссиня-чёрных волос, отливающих на свету различными бликами, девочка уткнулась лбом в холодное стекло.

Ждать она умела. Могла отказаться от сладостей, могла забыть про телевизор и любимые игрушки, и просто могла сидеть и ждать, пока не добьётся своего. Эта черта её упрямого характера никогда её не покидала. Вот и сейчас она просто сидела и ждала.

Они должны прийти…

– Хейли…– взволнованный, но тихий женский голос нарушил какую-то волшебную тишину в этот зимний вечер и заставил девочку обернуться, услышав своё имя. – Ты всё ещё сидишь здесь?

Молодая, красивая женщина подошла к окну, потрепав дочку по таким же, как и у неё самой, иссиня-чёрным волосам, и заглянула в её грустное детское лицо.

– Но они ведь придут, да? – надув губы, пролепетала девочка, печальными и одновременно требующими хорошего ответа глазами посмотрела на маму.

– Конечно, – кивнула та и улыбнулась. – Они же сказали, что придут. Может, немного опоздают…

– Немного? – словно не поверив, переспросила Хейли. Фиалковые глаза блеснули ещё большей грустью.

Но ответа она не услышала. Из коридора донёсся мелодичный звон и девочка, недолго думая, быстро спрыгнула с подоконника и помчалась в коридор, где тут же открыла дверь и пустила гостей в дом.

– Уилл! – радостно выпалила она, счастливыми, поблёскивающими глазами смотря на черноглазого высокого парня, который пытался отряхнуть снег со своей серой дутой куртки. Но у него никак не получалось избавиться от назойливых снежинок – они, казалось, были везде, поэтому он не сразу обратил внимание на Хейли и на её восторженный голос.

– Здравствуй, Линда, – сдержано улыбнувшись, поздоровался с вышедшей к гостям женщиной, Норман, обладатель таких же чёрных глаз. Мужчина похлопал Уилла и его младшего брата Криса по плечу. – Извини. Мы немного опоздали.

– Ничего страшного, – кивнула женщина, тоже улыбаясь, но более искренне. – Хотя Хейли уже заждалась. – Да?

Она ласково посмотрела на дочь, а та, глянув на Уилла, смутилась и залилась краской. Она не хотела, чтобы гости знали, как сильно она ожидала их…

– Чуть-чуть, – еле слышно пролепетала она, опуская фиалковые глаза. Радость сменилась неловкостью, заставляя Хейли нервно сжимать край юбки. Она сама толком не понимала, почему не может быть спокойной, когда они приходят, не понимала так же, почему мысли в её голове так беспорядочно сменяются одна другой, и почему эмоции так обострены.

– Просто Уилл слишком долго делал уроки, – пожаловался Крис, снимая куртку и отдавая её Линде.

– Какие уроки? – не поняла женщина, и повесила куртку на узорчатую вешалку, стоящую в углу тёмного коридора. Насколько она помнила, старший сын Нормана давно окончил университет, не то, что школу…– Разве ты сейчас не помогаешь отцу в компании?

– Уроки, которые Крис со спокойной совестью свалил на меня, – объяснил Уилл, скосив на брата колючий взгляд бархатистых глаз, а Хейли усмехнулась, видя привычную картину.

Уилл и Крис хоть и были родными братьями, но всё равно не могли найти общий язык. И дело даже не в большой разнице в возрасте. Иногда их мнения в чём-то сходились, но обязательно находилось то, что рушило, казалось бы, уже выстроенные отношения. Их отец, Норман, ничего не мог с этим сделать. Может, раньше он и пытался призвать их к миру и к обычным тёплым братским отношениям, то сейчас смирился и просто спокойно наблюдал, как они направляют друг на друга очередной, наполненный неприязнью взгляд.

– Уилл, пойдём, – опомнилась Хейли и, дождавшись, пока парень снимет обувь и куртку, схватила его и бесцеремонно, но уже довольно привычно для него, потащила его за собой в комнату, где ещё пару минут назад сидела на подоконнике, погружённая в тяжёлое ожидание.

– Крис, ты тоже иди, – обратилась Линда к самому младшему из Андерсенов, заметив, как потускнело его детское, но в тоже время какое-то слишком взрослое лицо.

Мальчик ничего не ответил, словно не хотел соглашаться с женщиной, но всё же не спеша прошёл следом за Хейли, засунув руки в карманы джинс.

Линда предложила Норману зелёный чай, который он так любил, и они прошли на кухню, где обычно разговаривали о своём, предоставляя детям возможность пообщаться.

Тем временем, Хейли достала из верхнего ящика деревянного письменного стола свой рисунок и хотела было показать его заинтересованному Уиллу, как в комнату вошёл Крис и его привычное хмурое лицо испортило девочке всё настроение. Она спрятала рисунок за спину и, насупившись, уставилась на младшего из братьев.

– Я тебя не звала, – обиженно сказала она, невольно помяв край рисунка.

– Хейли, зачем ты так? – обратился к ней Уилл. Его строгий стиль одежды, высокий рост и по-взрослому спокойное лицо никак не сочеталось с детской комнатой Хейли и немного нелепой для него обстановкой, что царила в этих четырех стенах, украшенных детскими, но по-своему прекрасными рисунками. – Пускай Крис тоже посмотрит.

– Не горю желанием смотреть твою мазню, – фыркнул Крис, и, чувствуя себя свободно в знакомой с самого детства комнате, сел на подоконник, уставив взгляд в тёмную гущу улиц.

Уилл хотел было поругать младшего брата за подобную грубость, но вовремя вспомнил, чем может обернуться очередное замечание в адрес упёртого мальчугана. Устраивать скандал хотелось в последнюю очередь.

– Не слушай его, – посоветовал он Хейли и мягко улыбнулся, но улыбка эта быстро сошла с его спокойного лица, когда парень заметил, как потускнели фиалковые глаза. В них уже не было того блеска и задора, с которым девочка так рвалась показать Уиллу свой новый рисунок.

Она низко опустила голову, почувствовав на своём лице тяжёлый взгляд Уилла. Невольно сжав губы, Хейли пыталась не показать то, как сильно её задели слова Криса.

Мазню, значит?

Нет. Это не мазня. Это её рисунок, изображающий ту самую зимнюю сказку за окном. Как долго она корпела над ним! Как сильно старалась! И всё для Уилла…

Чтобы он посмотрел и улыбнулся.

Но этот Крис…

Хейли порой казалось, что младший из Андерсенов специально всё портил. А ещё ей казалось, что это было его талантом. Так умело Крис забирал радость и улыбки одним своим хмурым видом.

– Дурак, – обиженно буркнула девочка, скосив на Криса злой взгляд, но потом тут же отвернулась. Нет. Она даже смотреть на него не станет.

– Хейли, – мягкий голос Уилла заставил девочку слегка удивлённо вздёрнуть брови – такой тон у старшего был лишь тогда, когда он хотел, чтобы Хейли обратила на него внимание. Вот и сейчас парень улыбнулся, присел, упёршись коленями в ковёр, чтобы лучше видеть это детское, чистое и в тоже время очень наивное лицо. – Покажи мне свой рисунок.

Девочка смутилась.

Уилл вёл себя так, будто она была маленьким ребёнком.

Ну и что с того, что ей всего лишь одиннадцать лет? Она уже не маленькая! Хейли не боится одна оставаться дома, когда мама уходит в магазин или немного задерживается на работе, может позаботиться о себе и разогреть еду, и уже не смотрит мультики. Разве этого недостаточно, чтобы считать её взрослой?

И хотя Хейли обижалась, когда понимала, что с ней обращаются как с ребёнком, но Уилла это почему-то не касалось. Наоборот, девочка была рада оттого, что парень уделяет ей так много внимания. И в груди почему-то отчётливо слышался неровный стук сердца, когда она понимала, что их отношения с Уиллом более тёплые и дружелюбные, чем с его младшим братом.

Хейли счастливо улыбнулась, не скрывая радости в глазах и уже позабыв про обиду, неторопливо вынула из-за спины рисунок. Правый верхний угол был слегка согнут, но девочка быстро его выпрямила и представила Уиллу свой, как она считала, шедевр.

– Вот, – снова улыбнувшись, произнесла она, и выжидающим взглядом уставилась на Уилла, ожидая его реакции. Этот рисунок она не показывала даже маме. Боялась услышать критики или других замечаний. Исправлять уже не было времени.

– Хейли…– как-то завороженно прошептал Уилл, что даже Крис, отлепив от окна свой понурый взгляд, воровато глянул на рисунок. – Это прекрасно.

– Правда? – искренне удивилась девочка, словно не верила в собственные способности в рисовании или же ей просто хотелось снова услышать этот восторг в голосе Уилла. – Не обманываешь?

– Зачем мне обманывать? – чуть скривился парень и, взяв рисунок из рук девочки, стал разглядывать его ещё ближе, замечая все детали и тонкости детской работы. – Ты просто умница.

Рисунок и правда, получился хорошим. Даже более того, завораживающим.

Не было, конечно, тех уверенных линий и штрихов, как у опытных художников. Была и некоторая неровность в построении деревьев, но казалось, так и должно быть. Присутствовала и неуверенная размытость красок, но и это тоже выглядело чем-то самой собой разумеющимся. Даже заметная спешка в прорисовке некоторых деталей вовсе не была минусом, а наоборот, добавляла рисунку загадочности и капли волшебства, отлично передавая ощущение зимнего вечера.

Хейли всегда любила рисовать. Ещё с пяти лет в её руках был карандаш и чистые листы. Рисовала она то, что видела. Маму за приготовлением обеда, детей, бегающих за окном, птиц на подоконнике…

Получалось неумело, что могло даже огорчать Хейли, но девочка снова и снова заполняла чистые листы рисунками, и с каждым последующим у неё получалось всё лучше.

Линии становились увереннее, черты сходства просматривались всё чётче, а желание рисовать всё не пропадало, чтобы было огромным плюсом в развитии Хейли.

Линда даже хотела отдать дочь в школу искусств, но девочка отказалась сразу же, как только побывала там.

Она видела, что там рисовали. Ставили натюрморты, какие-то непонятные фигуры, давали темы, от которых ни в коем случае нельзя откланяться…И всё это отпугнуло Хейли. Она была уверена, что для того, чтобы рисовать, нужно чувствовать себя свободной. Но вряд ли почувствуешь свободу там, в душных кабинетах, наполненных тишиной и немым повиновением.

Уилл всё никак не мог налюбоваться рисунком. Хейли видела, как заблестели его обычно матовые глаза, и как на губах играла такая редкая мягкая улыбка.

И хотя Андерсен-старший больше ничего не говорил, девочка и так была польщена. Даже обида на глупого Криса растворилась, и лишь лёгкий осадок после неё ушёл на второй план, как что-то ненужное.

– Подаришь мне свой рисунок? – спросил вдруг Уилл, заставив Хейли вздрогнуть – слишком долго он молчал. Чёрные глаза уставились серьёзно и как-то слишком по-взрослому.

– Конечно! – улыбнулась девочка, довольно осознавая, что ещё один её рисунок будет принадлежать Уиллу.

***

– Ещё чаю? – спросила Линда, откинув шелковистые волосы за спину. Норман давно перестал подносить кружку к губам и всё больше рассказывал, как обстоят дела в его фирме.

Кивнув, мужчина улыбнулся.

Линда включила плиту и поставила на газ вновь набранный чайник. Норман, сложив руки в замке, положил их на стол. Его угольные брови сошлись над переносицей. Можно было подумать, что его что-то тревожит, но зная Нормана уже не первый год, Линда отлично понимала, что это его привычное выражение лица.

Может, Андерсен и выглядел грозно и совсем не старался придать серьёзному взгляду мягкости, Линда так же знала, что по натуре он человек добрый. Его трудно было разозлить, и он почти всегда прощал шалости своим детям, но стоило случиться чему-то серьёзному, как вся его доброта исчезала. Была только сдержанность и холод во взгляде.

Линда добавила ещё печенья из упаковки в хрустальную вазу, стоящую на столе и снова села, сделав глоток уже остывшего, но ещё не допитого чая.

– Крис совсем не меняется, – со вздохом заметила она, вспоминая колючий взгляд младшего Андерсена.

– Да, – согласился Норман, но без сожаления в голосе. – Не понимаю, в кого он такой. Джейн была спокойной и сдержанной, да и я…

– Я не говорю, что это плохо, – поспешно добавила Линда, видя, как задумался Норман и даже вспомнил жену. – Просто с таким характером трудно будет ужиться…

– Да, – снова согласился мужчина, будто бы Линда читала его мысли. – Он даже с Уиллом, с родным братом, не может нормально общаться. Сплошные ссоры и скандалы. А ещё…мне кажется, Хейли тоже недолюбливает Криса.

– Хейли? – искренне удивилась женщина и поставила кружку на стол, немного поразмыслив.

Если подумать, то Хейли была всегда более приветлива с Уиллом, говорила о нём порой слишком много и постоянно нахваливала. Да с таким восторгом в глазах, что трудно было не обратить на это внимания. А вот Крис…Линда никогда не слышала от дочери, чтобы она произносила его имя, а если речь случайно заходила о нём, девочка морщилась, будто видела перед собой испорченный продукт.

– Да, наверное, ты прав, – закивала головой Хейли и вновь сделала глоток чая.

Чайник на плите протяжно засвистел. Пар из носика поднялся к потолку, и Линда снова встала, чтобы наполнить опустевшую кружку Нормана.

– Спасибо, – поблагодарил он, когда тёплый фарфор вновь согревал пальцы, а на языке чувствовался любимый вкус зелёного чая.

– Уилл любит и Хейли, и Криса, но… – мужчина сделал паузу и залил в себя ещё тёплой жидкости, которая как нельзя, кстати, согревала в зимний вечер. – У нас сейчас столько дел в компании, да и Уилл должен лучше освоиться. Они будут редко видеться.

– Понимаю, – со вздохом ответила женщина и улыбнулась. – Уиллу ведь уже двадцать один…

Из глубины коридора вдруг послышался звонкий смех и радостный голос Хейли. Услышав его, Линда улыбнулась ещё шире. Ей было приятно осознавать, что её дочь хорошо проводит время и так заливисто смеётся. И почему-то она была уверена, что причина этому – Уилл…

Вдруг она отставила кружку с чаем и внимательно посмотрела на Нормана. Тот слегка насторожился и тоже отставил чай.

– Линда? – позвал Андерсен и усмехнулся. – Не делай такое серьёзное лицо. Ты меня пугаешь…

– Я ведь только сейчас поняла…– отчего-то заговорив шёпотом, произнесла она. – Я никогда не придавала этому большое значение, но…