Читаем Ваша Тёмность (СИ) онлайн бесплатно

Исповедь владыки Ада

Мою любовь к тебе можно выразить глубокой, бездонной пропастью, дырой во вселенной или моим кровоточащим сердцем с вырезанным на нём твоим именем. Ты так старательно заклеймила меня на память, что я не знаю другого пути в этой долгой беспросветной жизни, как только к тебе.

Я хочу прокричать в твоё милое невинное личико все слова ненависти. Но ещё больше хочу прижаться к твоему хрупкому телу и прошептать те слова любви, которые когда-то заставили меня принять то роковое решение.

Ты всё, что у меня есть. Я никогда не хотел терять тебя, а тем более приносить в жертву. Когда-нибудь ты простишь меня за это. Хотя простить такое подлое предательство невозможно. Ты сама мне об этом говорила.

Признаюсь, мне нравилось смотреть, как ты страдаешь. Ведь однажды отвергла меня. Я желал лишь одного: чтобы ты испытала хотя бы долю тех мучений, что когда-то познала моя душа. Но я был глупцом, ошибочно полагая, что связав тебя узами брака — самыми крепкими цепями мира — я смогу унять твою неугомонную натуру. Удержать тебя было невозможно, ибо ты никому не принадлежишь. Теперь уж точно.

Сейчас же ты свободна. Надеюсь, ты обрела покой, мой ангел, но я никогда его не приму. Я — монстр, обречённый нескончаемо вариться в этом затхлом прогнившем котле, куда не проникает ни один лучик земного света.

О, боги Эмпирея! Я думал, что моё бессмертное сердце уже не может так страдать, но ты доказала обратное. Ты не просто заставила меня поверить в любовь, ты показала, что я могу жить иначе. Увы, но у счастья свой лимит времени: оно быстротечно.

За мой великий грех нет подходящей расплаты. Нет в мире той пытки, которая бы достойно наказала меня. Каждый день, каждый час и минуту я думаю о тебе. Воспоминания о возлюбленной настолько греют мне душу и так же сильно терзают мои израненные внутренности. Возможно, это и есть возмездие, но я и так нахожусь в клетке.

Ты стала для меня тем самым прекрасным цветком, который пьянит диким ароматом с первого вдоха, но таит в себе безжалостный смертоносный яд на выдохе. Оказывается, мучить кого-то можно даже после смерти. И я ненавижу тебя за это!

Я так хотел бы написать длинное прощальное письмо, но писать уже некому. Я рассказал бы о своих сокровенных чувствах, о которых умалчивал. Ты всегда внимательно меня слушала, и увы, эта, возможно, оскорбительная для тебя исповедь стала бы искуплением для наших враждебных отношений.

О, как хотел бы я ничего не чувствовать! Но сердце специально билось в быстром темпе и намеренно гнало кровь по телу, чтобы заставить испытать эту горечь утраты ещё сильнее. А мысли не давали покоя и назло всплывали картинками прошлых ошибок в моём воспалённом сознании. Как же я хотел бы благословить того человека, который смог бы исцелить меня от этой проклятой связи.

Но знаешь что? Знаешь, что может быть сильнее обречённой любви? Ненависть! И я попробовал возненавидеть. Я называл тебя тварью, что заставила меня испробовать на собственной шкуре нестерпимые муки. Старался извратить воспоминания о тебе. Я испробовал всё, но ненавидеть тебя оказалось ещё больнее, чем любить. Только тогда я понял, что бесповоротно завишу от тебя. Так что ликуй, моя дорогая Кора. Теперь наши судьбы действительно сплетены.

…Я не знаю, сколько прошло времени. Наверное, много. В Аду это равносильно вечности. Я таил в себе надежду, что, возможно, когда-нибудь ты ко мне вернёшься. Пусть через сотни или даже тысячу лет, пусть в другом облике или в чьих-то мыслях… И боги вняли моим мольбам.

Я услышал зов. Твой зов. Он был настолько далёким, но таким очевидным. Я подумал, что мне почудилось, но эхо настойчиво продолжало стучать в моих мыслях. Оно тихими шагами отзывалось в руинах моего истлевшего рассудка. Казалось бы, это был лишь далёкий отголосок памяти, но моя душа на мгновение оживилась. В ответ я потянулся к тебе. Несомненно, это была ты, но как? Я же убил тебя, держал твоё бездыханное тело в своих грешных руках.

У вселенной есть свои лазейки. Это предстоит ещё разгадать. Или, возможно, это была игра моего помутившегося сознания — я уже перестал видеть разницу — но зов повторился. И я почти сошёл с ума.

«Уходи, уходи, уходи! Вон из моей головы!» — бил ладонью в лоб, но всё тщетно: внутренний голос повторялся снова и снова. Только на этот раз он был ярче и отчётливее. Словно ты стояла рядом и по-садистки шинковала моё сердце на мраморной плите наших погребённых чувств.

Тогда мне подумалось, что ты и вправду где-то рядом, и обернулся — никого нет. Но потом до меня начало доходить, что колебания нитей мироздания исходили откуда-то свыше. Быть может, даже из Земного царства. Те узы брака, что нас связывали, стали причиной этого зова. Ты где-то даже и не догадывалась, что тянешься ко мне.

Но теперь я понял очевидное — во что бы то ни стоило, я должен найти способ выбраться наружу. Сотни лет я ждал этого момента, и наконец он настал. Мир подарил мне шанс всё исправить, и я не упущу его.

Следуй же за мной, моя царица, а я последую за тобой. Мы вечно будем править подлунным миром. Я вознесусь над твоей душой, что так жалобно ищет меня среди чужаков. Может быть, это всё проделки моих братьев, но я твёрдо уверен, где бы ты не скиталась, я обязан отыскать тебя. Всё, что тебе следует сделать, так это просто взять меня за руку.

Но для начала нужно составить план побега. И тогда пусть вершится судьба.

Время близилось к вечеру, который по плану я должна была посвятить очередной силовой тренировке. Здесь очень важно быть в хорошей физической форме. Если вдруг случится так, что на задании, подготовленном директором нашей загадочной академии имени Святого Огдена, монстр нечаянно откусит вам руку — вы сами в этом виноваты. Значит, вы недостаточно уделяли внимания занятиям господина Эртона, нашего тренера. И здесь никто тебя не пожалеет, а только немедленно спишут со счетов.

В академии выживают сильнейшие.

Сабина Роуз, моя партнёрша по фехтованию, всегда говорила: «Лучше повторно нанести удар, чем вовсе недоударить». В чём-то я была с ней согласна.

— Кора, ты словно витаешь где-то в облаках, — Сабина нанесла в мою сторону рубящий удар, скрестив тем самым наши мечи с громким металлическим лязгом. — Неужели красавчик Морган не даёт тебе спать по ночам?

— Не говори глупостей, — прошипела я и оттолкнула её оружие подальше от себя. В ответ я замахнулась на неё справа, но Сабина легко увернулась от удара, и мой меч впустую просвистел в воздухе.

Роуз всегда была хороша в бою. Сколько её знаю, она никогда ещё не проигрывала. Для неё оружие, словно часть её самой. И неважно, чем она сражалась. Не удивлюсь, если она родилась с ножом в своей крепкой маленькой ручонке. Она — настоящий воин. Недаром же является лидером нашей небольшой команды.

Эта девушка — живое воплощение несочетаемого. Например, ангельская внешность с чертовски сильным характером или звонкий, как колокольчик, смех с невероятной силой удара. Сабина Роуз — самый опасный человек в академии. Все это знали.

— Так значит, это правда. Ты и он. А я-то думала, у вас просто деловые отношения, — её лицо исказила двусмысленная улыбка. — Никогда не подумала бы, что ты в его вкусе. Однажды Морган говорил мне, что ему нравятся девушки в теле. Как наша пышка Ия. Неспроста же он с ней… кхм, усиленно тренировался всё прошлое лето.

Сабина специально потешалась надо мной. Хотела вывести из себя, пошатнуть моё эмоциональное равновесие и сломить не только в физическом (в который раз), но и в духовном плане. Если в битве с противником использовать только силу, то ты сразу обречён на проигрыш — золотое правило академии.

Я сделала глубокий вдох и протяжный выдох. Вместо переговоров мы соединили в бою наши клинки. Муляж использовали только первокурсники. Дальше тренировки становились настоящим зрелищем, и, кажется, наш поединок в этот раз снова привлёк внимание окружающих.

Я пыталась хоть как-то проявить себя в схватке. Когда наносила удар, она умело блокировала его и ловко уворачивалась от моих жалких попыток задеть её оружием. Блондинка не оставляла на мне порезов. И теперь моя хлопковая тренировочная форма была похожа на какие-то лохмотья.

Уже давно сгущались сумерки. На чистом безлунном небе появлялись первые звёзды. Недалеко от нашего общежития располагалась открытая просторная площадка. Мы всегда тренировались здесь перед сном. Без господина Эртона, конечно. Забавы ради.

Наша академия находилась довольно далеко от города и была скрыта от окружающих мощным оборотным заклятьем преподавателем тайных наук. Госпожа Олсопп заведовала ведьмовской кафедрой и учила практикующей магии лишь тех, у кого были на то способности. Я, увы, не входила в этот небольшой список элиты.

Но если кто и будет проезжать мимо учебного заведения, то не увидит ничего, кроме парочки полуразрушенных сараев и сгнившего со временем дома.

Тем временем студенты заключили нас в небольшой круг. Они стали накалять атмосферу: «Давай, Сабина! Покажи класс!» или «Кора, покажи пример, как не надо». Тут сквозь меня словно пробежал сильный удар тока. Не выдержав издёвок, я стала с ней биться в полную силу, по-настоящему, и напарница это заметила.

Она легко уклонилась от моего диагонального удара по плечу, но я всё же успела оставить на ней багровую отметину. Ей это, естественно, не понравилось. Теперь блондинка не стала меня жалеть и сноровисто сбила с ног моим же боевым приёмом.

— Так ты хочешь настоящей крови? — соперница прошептала прямо над моим ухом. — Уверена, потом будешь жалеть. Ты же знаешь, что меня не одолеть.

— Мы это ещё посмотрим, — и ударила её по лицу тяжёлой рукояткой меча.

Сабина злобно фыркнула и сплюнула кровь в сторону. Она с размаху выбила меч из моих рук и швырнула его под ноги ликующей толпе. И это был мой шанс. За долю секунды я успела вскочить на неё и сделать захват бёдрами. Мы разом повалились на землю. Теперь шёл бой без правил.

Роуз поняла моё намерение лишить её воздуха и успела просунуть руку к своей шее, частично давая себе возможность высвободиться. Девушка перевернула ладонь и так сильно сжала мою мышцу на ноге — такой приём называют «конским укусом» — что я чуть не взвыла от боли. Но, стиснув покрепче зубы, я не издала ни звука и только усилила хватку. Ей пришлось бросить меч, чтобы полноценно драться на кулаках.

Я знала, что Сабина ещё та стерва и к победе она, как таран, всегда шла напролом. Однако, в одном она была права: мне не выиграть этот бой, будь он на кулаках или даже на адской стали.

— Что ж, будь по-твоему, — прохрипела блондинка, прекрасно понимая, что без реально выбитого глаза я не уйду с ринга.

В мгновения ока Сабина с лёгкостью высвободилась из моего провального удушающего захвата, вскочила на ноги и, без каких бы то ни было сожалений, демонстративно вывихнула мне левое плечо. Кажется, мой крик услышала вся академия. Такую боль не сдержать, но для противницы этого было мало. Она решила в насмешку повторить мой приём. Ловко встав за спину, сделала удушающий захват своим правым предплечьем. Око за око, как говорится, удар за удар.

Зрители были в восторге, но их крики меня уже мало волновали.

Хоть я и была не из последних солдатов академии, но отбиться от моей жестокой подруги было невозможно. Её мышцы, словно сталь, крепко сдавливали моё горло в тисках и медленно лишали меня кислорода. Оставалось только ждать, когда я просто потеряю сознание.

«СА-БИ-НА! СА-БИ-НА!» — хором выкрикивали студенты, в ритме размахивая над своими головами тренировочным оружием. Но с каждой волной звука я слышала их голоса всё отдалённей и отдалённей. Будто погружалась в воду. И, поверьте, я этого хотела.

Я снова проиграла бой. Сколько можно?! Когда-нибудь я всё же уложу её на лопатки, и тогда посмотрим, кто будет смеяться последним.

И вот настал долгожданный момент тишины и покоя. Но вместо обещанного, пусть и временного, бессознания в толпе торжествующих студентов я увидела его. Знакомый облик моего спасителя. Прекрасное лицо мужчины, который где-то два года тому назад вытащил меня из Забвения. Буквально. Я помнила всё в мельчайших деталях. Это роковое событие никогда не вырвать из моей памяти.

Забвение — это место проклятых душ. Там никто не царствует и там нечем править. Если в этой пустоши что-то и есть, так это бескрайний горизонт с одинокими скалами. И снова песок, и снова камни. Там даже не видно неба — всё застилает туман. Ты не чувствуешь ни голода, ни холода, ни вообще чего-либо. Чистилище создано так, что скитающихся душ там много, но встретить их ты никак не можешь. Здесь обитают одинокие фантомы, с которых не смыть грехи земной жизни. Их не очистить от негативной энергии. Всё, что там тебе суждено познать, так это одиночество, тишину и уныние.

Не знаю, сколько я там пробыла, но помню, что внезапно очнулась от этого гипнотического наваждения. Пытаясь найти выход, просто скиталась по кругу.

…И вдруг нашёл меня он.

Какой же мучительный был у него взгляд: такой чарующий, но словно скрывающий под собой смертельные удары хлыста. Это были глаза мученика. Не знаю, что именно этому мужчине пришлось пережить, но сейчас я была будто очарована им. И, похоже, он ответно был очарован мной. Я даже не обратила внимания, во что он был одет, но, кажется, это было что-то вроде чёрной изношенной, местами даже порванной, мантии, покрытой толстым слоем пыли. Я не удивилась этому, ведь сама стояла в грязном ободранном платье.

— Кора?.. — хрипло спросил незнакомец, словно не веря своим глазам. — Это действительно ты?

— Меня зовут Кора? Я ничего не помню, — смутилась я, ведь Забвение лишает даже воспоминаний. — Кто ты? Ты пришёл меня спасти?

Но он ничего не ответил. Просто взял меня за руку и повёл в густой туман. Я ничего не понимала и не помнила, но точно могла доверять своим инстинктам. Что же они мне говорили? Они отчаянно вопили не верить ему и держаться как можно дальше. Но выбора у меня особо не было. Ведь я так хотела высвободиться из этого проклятого богами места и снова жить.

Мы долго шли в полном молчании. Я хотела получить от него ответы, но не знала с чего начать спрашивать: всё смешалось, и я не различала, где теперь правда, а где ложь.

Внезапно мы остановились у какого-то обрыва. Он повернул меня к себе. И тогда путник заговорил.

— Ты не представляешь, насколько я рад снова увидеть тебя. Я даже не до конца уверен, настоящая ли ты, но теперь точно знаю, что могу всё исправить. Ты меня понимаешь, Кора? — и он бережно положил свои руки на мои тощие плечи.

— Я ни в чём не уверена. Это жуткое место.

— Да, это Чистилище. Здесь ничто не живёт и никто не умирает.

— Но как я сюда попала?

— Пока тебе не стоит об этом знать, — опустив руки вниз, уклончиво ответил мужчина. — Просто знай, что теперь ты будешь жить. К сожалению, память будет не вернуть, но, возможно, это даже и к лучшему. Так ты сможешь начать всё сначала.

— Где?