Читаем Варенька (СИ) онлайн бесплатно

1.

        В один прекрасный день моя жизнь рухнула. Да-да, совсем. И это не какая-то там шутка, это на самом деле правдивая история, в нее трудно поверить, но ты, дорогой читатель, всё же попытайся.

    Это было мое 18-тилетие, которого я так ждала все эти годы. 18 лет для девушки — это ого-го! Все можно, все позволено. День рождение у меня было летом и отмечала я его у бабушки в деревне.

   Бабушка моя — потомственная ведьма. Помню, когда я была маленькой, к бабуле стояла очередь, чтобы та помогла. Кто за советом пожалует, кто животину принесет, вылечить надобно. Вот так и жили. А на каждом моем дне рождение присутствовала вся сказочная живность: лисичка в алом сарафане и с косынкой, волк в доспехах, Великий Всемогущий Темный князь, который жизнью бабуле обязан, колобок с женой и детьми, белочки в разноцветных платьишках, зайчишки в шортиках. И это только 1/5 моих гостей, на сей важное мероприятие. Подарки были чудесные, и их было много. После дня рождения я открывала их еще 3 дня. Самые дорогие и шикарные подарки дарил Дедушка, он же Великий Всемогущий Темный Князь Терры, который жил в замке на самой высокой горе Терры, где вечно холодно, царит полумрак, где ни одно живое существо, казалось бы, не выживет. Бабуля после свадьбы как увидела эти хоромы, ногой топнула, в ладоши хлопнула и заявила деду, что жить она здесь не будет. Нам женщинам тепло нужно, солнышко, зверушек, детишек. А тут тьма тьмущая. Дедуля посох вверх поднял и, словно по волшебству, гора начала вниз ползти, через несколько минут в окошко заглянуло солнышко, замок вздохнул и сбросил с себя оковы тьмы и холода. Все равно прожила там бабушка недолго. Как только узнала, что мамкой моей забеременела, велела выстроить избушку посреди леса, на самой светлой и теплой поляне. Дедушка полетел, посохом о землю ударил, и вырос терем расписной.

— Я тебе, что, царица? — топнула ногой бабушка. — А ну давай мне избу!

Дед исправился. Построил избушку. С тех пор бабушка, то там, в замке, то в избушке. Даже к бабушке стража верного пристроил.

    Мамку мою замуж выдавали всем царством Темным. Люди гуляли здесь, а темные на Терре. И, да, дедушка ей мужа подобрал, отправил его на землю жить под именем Александр. Тут и поженились. Только когда мамка после бракосочетания узнала, что отец ей этого мужа нашел, взбунтовалась, отказалась ездить к отцу.

  А потом появилась я — Варвара Александровна. Как только я закричала, бабуля взяла меня на руки и нарекла Варенькой. Росла я весело. Как только мне исполнился годик мама и папа про меня, считай, забыли — устроились на работу, а дочь на попечение к бабушке отправили.

   Лет до трех в колыбели меня качали черти. В прямом смысле слова. Они мне и про ад рассказывали, как кто живет — и это были мои сказки на ночь. А как стала более взрослой, меня дедушка по ночам похищал. Великий Всемогущий Темный закутывал свою внучку в одеяло и в окошко мы улетали на волю. А когда лил дождик, дедушка доставал свои огромные крылья и делал «домик». Крылья сложенные, как купол защищали меня от всего. Вот так весело и жили.

   Настал день моего 18-тилетия, первым делом забежала в ГАИ и забрала свои права. Да, женщина без прав — не женщина, а с правами — я и баба, и мужик! Вообщем, хоть на край света. Родители давно подарили мне новый беленький Лексус, на котором я пробовала рассекать за городом. И сейчас я, наконец-то, законно смогу ездить. Приехала я вся такая раскрасивая к бабуле.

    На окошке красовались цветы, занавески развивались, дом был старый, но видно, что за ним ухаживали. В этот раз очереди к дому не было. Зато мне на встречу, жуя травинку, шел модой паренек в атласной рубашке, джинсах и кроссовках. Глаза были закрыты черными очками. Короткая стрижка, черные волосы. До боли была знакома мне эта походка.

— Московская барышня пожаловала на историческую родину. — парень снял очки.

И передо мной стоял тот самый Ванька Морозов.

— Ванькаааааа, ты чтоли?

— Я, Варенька, я! — я побежала к Ваньке и прыгнула ему на руки.

     Ванька — моя первая забытая любовь детства. В одной луже купались, от одного гуся по всей деревни бегали, домик на дереве строили. Дед его всегда меня пряниками угощал и рассказывал сказки про нечисть всякую, что по лесу заколдованному бегает. Одним словом Лав Стори детства. Росла я у бабушки в деревне, вот и дружила с Ванькой. Мы с ним не разлей вода, с детства нас сватали, да и сейчас тоже. Только в 5 лет меня у бабули изъяли, как сказала мама: «В вашей деревенской школе толкового образования Вареньке не дадут. Вот отучится и пусть живет у вас». Дедуля, психанул, ибо он хотел отдать меня в школу высшей темной магии, а бабуля скалку подняла и завопила: «Ведьма она! Нечего ей шастать по школам! Сами научим чему надобно!» Но мама было слишком не приклонна, и вот я садилась в машину со слезами на глазах, к стеклу подошел Дедушка, протянул ладошку и сказал:

— Рыжик мой, я всегда рядом. Только позови.

И Рыжик, то есть я, звала дедулю, когда меня обижали, когда я получала плохие отметки. После того как я ухала Ванька тут остался, учился, рос, на лето я приезжала к нему, привозила подарки, рассказывала, что со мной случилось за целый год. И вот сейчас этот «мажорик» здесь.

— Варька, да ты только глянь на себя! Красавица! — меня обошли вокруг.

— Да, Вань, быстро время летит. Ты, я смотрю, тоже шикуешь. — и, потянула за ворот рубашки.

— Деревенский мальчик вдруг стал городским. А ты чего здесь?

— К бабушке приехала.

— Насовсем?

— Это как получится.

— Вы гляньте на нее, все те же длинные рыжие кудряшки, тот же взгляд синих глаз. На Лексусе раскатываешься?

— Родители на день рождение подарили.

— Тооооооочно! Это сколько тебе сегодня стукнуло?

— 18.

— Старушка ты Варь. Замуж пора.

— Рады бы, да никто не берет.

— Ну, мудмазель, позвольте вас тогда позвать замуж. — Ванька вывел вперед согнутую руку.

— Слушай, француз, вещи достать помоги. — пошла я к багажнику.

— Без проблем.

Ванька схватил мои вещи и потащил их к дому. На порог выбежала бабуля.

— Бабулечка моя, любименькая, здравствуй! — побежала я к ней со всех ног, чуть каблук не сломала.

— Варварушка моя приехала. Рыжик мой любимый. — бабуля крепко обняла и потащила в дом.

Зашла и вдохнула запах этого ветхого домишки. Все мне тут было знакомо, и эта прихожая, и кухонка, и гостиная, и спальня. За окном лето. На столе стоит кувшин с холодным домашним молоком, плюшки и яблоки. Огромные наливные яблоки. На стене красовался портрет дедушки в мантии, с посохом и в короне. Тут в комнату зашел Ванька:

— Здравствуйте, баб Маш.

Бабуля удивленно уставилась на гору мышц, вошедшую в прихожую с сумками.

— Ванечка, доброго тебе здравия. А вырос-то как! Вы поглядите, жених!

— А у вас невеста! — заорал кто-то из окна, и я сразу узнала Кузьмича, дедушку Ваньки. — Ля, на какой она машине приехала. Видала бабка! Всё как карты тебе сказали! Осталось им с Ванькой пожениться и дело с концом.

— Дед! — завопил Ванька. — У меня невеста есть.

— А у меня жених в городе. — влезла я.

Ванька мгновенно обернулся, и недобрый взгляд кинул на меня.

— Что? — спросила я.

— Ничего. — ответил Ванька, поставил сумки и вышел во двор к деду.

— Ну и что, подумаешь, жОних городской. — выдала бабуля. — Мы этого гада быстро спровадим!

— Был жОних — и нет жОниха! — вдруг появился дедушка.

— Дедаааааааа! — закричала я, и побежала в знакомые объятия.

Дедушка меня на руки поднял, покружил, как в детстве.

— Рыжик мой маленький приехал! — обрадовался дедушка.

— Какой-такой жОних? — спросила бабуля.

— Страшный, богатый, вредный, вообщем сволочь еще та. — загибала я пальцы.

— Мы этого жОниха на костре спалим, или в моей темнице гнить заставим, да, Марьюшка? -  забарабанил по столу пальцами дедушка.

— Мы его просто наставим на путь истинный. — сказала бабуля.

— Сковородой! — воскликнул дедушка.

Тут его посох засветился ярким светом.

— Мне пора. — заторопился он. — Гости заморские прилетели, а хозяина дома нет.

— Хоть пирожки покушай! — копошилась бабуля у печки, складывая в корзину пирожки.

— Наедимся еще Марьюшка. Прощай Варенька. — обнял меня дедушка.

И вышел в сени. Ванька вышел следом. Из двери послышалось:

— Как и договаривались. Береги ее. Марьюшке недолго осталось. Как только она ей силу передаст, сразу ко мне уйдет. Мы рядом будем, если понадобиться.

Что недолго? Вот он вопрос, который мучал меня.

— Пошли, ухажера твоего посмотрим. — взяла карты бабуля.

Улыбка моя само собой образовалась на лице. Об этом я и хотела попросить бабулю.

— Сядь. — бабушка придвинула табуретку и начала раскладывать карты. Ванька с дедом Кузьмичом пристально наблюдали за тем, что делает бабуля.

— А карты точно правильно покажут? — спросила я.

Потому что бабуле я верила 100%, а вот карты — это карты.

— Варенька, карты могут сказать абсолютно все, если уметь с ними обращаться. — эту истину я слышала еще в 5 лет, когда бабуля смотрела мою дальнейшую судьбу.

— Ну, тогда посмотрим, что тебе скажут карты о моем женихе.

Карты ложились на стол одна за другой.

— Мужчина, светловолосый, волосы у него такие длинные.

— Ага. Эдакий блондя, аж смотреть противно. — выдала я, а Ванька улыбнулся.

— Ему 22-23 года. Он тебя старше.

— 22 ему. — подтвердила я.

Кузьмич и Ванька переглянулись.

— Характер у него ужасный, не уживается он с людьми.

— Ооо, это точно. Я его пока пешим маршрутом до чертовой бабушки не послала, так и не отстал, ирод! — ударила я кулаком по столу.

— Не твой это выбор, Варенька. Ох, не твой.

— В смысле, не её? — спросил Ванька.

— Родители мне его нашли. Видите ли, у него бизнес хорошо построен, и у отца большие связи. — подперла я руку, на самый что ни на есть, бабский манер.

— Не любит он тебя. У вас денежная связь, и если замуж за него пойдешь ни счастья, ни детей не обретешь. — закончила бабуля.

— Что и требовалось доказать. — вставил Кузьмич.

— Давайте я ему челюсть выбью и всё. — предложил Ванька.

— Мало тебе, остолоп, в КПЗ 15 суток было сидеть, еще захотел? — закричал дед Кузьмич.

— Ты в КПЗ сидел? — удивленно взглянула я на Ваньку.

— Было дело, потом расскажу.

— Заметано.

— Баб Маш, а баб Маш. — позвал Ванька.

— Чего тебе, окаянный?

— А можно я вашу Варьку замуж возьму?

Дед Кузьмич закашлялся, бабуля на меня покосилась.

— Мал ты Вань ещё. Подрасти. — сказала я, разглаживая сарафан.

— 20 лет — это самый возраст.

— Думай, Иван, думай. — разложила бабуля колоду. — Женишься рано, а на ком не вижу.

— На Варьке! Уж больно понравилась она мне. — мне подмигнули.

— У тебя нервный тик. — заметила я.

— На тебя. — моргнули мне вторым глазом.

— Да, на какой-такой Варьке! На Катьке женишься. — вставил дед Кузьмич. — Марья, взгляни-ка.

— Кузьмич, я тебе в 5 раз повторяю, как колоду не клади — не быть им вместе. Катька твоя, будь она не ладна, забеременеет скоро и выскочит замуж за Петьку.

— Мляяяяяяя… — обреченно провопил Ванька. — И за что Петьке такое наказание 100 киллограмовое.

Все дружно рассмеялись.

2.

        Выкатилось красно солнышко на небосвод, запели петухи, с окна веяло холодом. Солнышко пробивалось в  мою комнату, будя теплыми лучиками. Лучики скользили по одеялу, подушке, играли на волосах. Я скинула одеяло и вдруг услышала:

- Едрит твою мать, рыжие развратницы. Красивое белье, Варь!

Быстро прикрылась одеялом, и повернула голову к окошку. Там стоял Ванька с букетом полевых цветов.

- Вот это формы! – восхитился утренний гость и покраснел.

- Бабуляяяяяя! – завопила я.

И тут словно ураган, на пороге комнаты выросла моя бабулечка, с метелкой в руках.

- Ах, ты ирод проклятущий! – пустилась она на Ваньку. – Ах, ты упырь-развратник! Ишь, чего удумал, за девкой подглядывать! Прокляну Ванька! – после слов «прокляну», на подоконнике остался букет с запиской, а Ваньки и след простыл.

- Спасибо бабуль! – я убрала одеялку и обняла её.

- Варенька, у вас в городе мода что ль такая, в нижнем белье спать?

- Ой, бабуленька, чаще девушки в моем возрасте спят вообще без всего и с ухажерами.

- Ну, ухжеров-то мы тебе наколдуем, а вот спать без всего – этого я обещать не могу.

- Бабуля!

- Моя ж ты умничка!  - чмокнули меня. - Одевайся, блинчики на столе.

Оделась, умылась, заплела свои рыжие волосы в тугую косу и повязала лентой зеленой, ибо бабуля из старого сундука достала старый зеленый сарафан и велела одеть со словами:

- Настало время внучка, пора.

А что пора мне так и не сказали. После того, как я поела сытных блинчиков, бабуля села рядом и пристально наблюдала за мной:

- Варь, а ты в сказки веришь?

- Да какие ж тут сказочки бабуль! Один под окнами шарится, заглядывает. Другим машина моя непонраву пришлась. Другой козёл в городе сидит, траву по ресторанам жрёт. Где же сказкам верить?

- Придется поверить Варенька. Пойдём.

Бабушка взяла метелку, встала и пошла по коридору, а я за ней, не отставая ни на шаг.

- Бабуль.

- Молчи Варенька.

Мы дошли до старой обшарпанной двери, которую я раньше здесь пыталась не замечать. Когда была маленькой, мне строго-настрого запретили даже дотрагиваться до этой двери, и вот все свои 18 лет я не рисковала.  Бабушка взялась за ручку и взглянула на меня:

- Прошло 18 лет. Вот мой тебе подарок, внученька. Дай руку.

Я руку подала и дверь открылась…

3.

        За дверью стояла огромная такая печка, расписная. В ней горел огонь, полена весело трещали, веяло теплом.

- Бабуляяяяяяя, это откуда ж у нас такая печка?

- Не печка, а портал.

- Да какой же это портал, это же русская печка.

- Пойдем! Нас заждались.

- Кто?

- А это сюрприз.

Бабушка протянула вперед ладонь:

- Caminus , carissimi , in Terra , placet! (Печка, дорогая, на Терру, пожалуйста!)

Хорошо, что летом меня бабуля учила латыни.  Нас просто засосало в печку. Мы неслись по длинному светлому коридору, сарафан мой превратился в парашют, зато бабуля с метлой стояла спокойно, как ни в чем не бывало. Я вот орала знатно, но тут появился огромный туннель, из него слышались голоса птиц.

- Варь, не ори, мы уже приехали.

- Мляяяяяяяяяяяяяя! – не переставала орать я.

И, да, орать я не перестала даже тогда, когда бабуля на руки к какому-то чудовищу попала, а я к какому-то крылатому. Внучка ведьмы оно конечно страшно. Но внучка ведьмы еще и опасна, настучала я этому крылатому по морде, упала на грязь и… Поехала на попе путешествовать. Проехалась с горки, сарафан задрался, поэтому скользила я исключительно на своих подругах, правой и левой. Проскользила метров 5 и меня кто-то перехватил под руки, мы взмыли в воздух. Меня несли куда-то на облака. На облаках оказывается так мокро. Гляжу вниз: прощай приличие!  Лечу, сарафан раздувает, все видно, зато он чистый. Волшебство прямо.

- Младой человек!

Ответа от молодого человека, который нес меня, не последовало.

- Крылатый! – завопила я.

Молчание, но мы пошли на снижение.

- Тьфу! Елдыга захухоренная!

Решила я завернуть ему на латыни, авось поймет.

- Heus tu angelus daemonium habes? Generaliter autem non curat . Potes me ducere ad terram ? Ego vere opus . Meyan ibi expectans . (Эй, ты ангел или демон? Вообщем, мне не важно, кто ты. Можешь, вернуть меня на землю? Очень надо. Меня там ждут.)

- Russian loquimur . Non perfecte intelligit in Russian (Говори на русском. Я прекрасно тебя пойму на русском языке.)

- Loqueris ? (Ты говоришь на латыне?)