Читаем Вампир Парижа онлайн бесплатно

Доктор украл кристалл вечности у темных наследников Карагулы. Кристалл может создавать жизнь, и Доктор знает, что нельзя допустить того, чтобы он попал в чужие руки.

Создатель кристалла, темный наследник Варлос, тоже понял это. Он украл кристалл и сбежал с Карагулы. Темные наследники ищут кристалл, чтобы выполнить заказ для таинственного клиента. Но им нужен и Варлос, который один знает, как заставить работать кристалл. Доктор хочет найти Варлоса, и узнать у него, как именно это сделать. Чудом, выжив после приключения на подводной станции, Доктор и его друг Гизелла отправляются на поиски Варлоса.

— Так куда мы отправимся, Гизелла? — Спросил Доктор, кружась вокруг консоли, и изредка щелкая переключателями. — Где мы сможем найти Варлоса?

Гизелла застыла, осматривая огромную комнату.

— Он отправился на Землю, — сказала она. — Я смогу дать тебе точные координат

— Откуда ты это знаешь?

— Он собирался на отдых. Сказал, что с него хватит всех заговоров и интриг темных наследников. Он боялся кристалла вечности, и он знал, что должен спрятать его, пока он не поймет, как его уничтожить. Мы сбежали, и Варлос привез меня сюда.

— Вы сбежали? — Удивился Доктор. — От темных наследников? Все те годы назад?

Гизелла кивнула.

— Варлос привез меня сюда, чтобы спрятать, как до того спрятал кристалл. Он хотел увезти меня подальше, а самому вернуться к кристаллу, чтобы в свое время уничтожить его.

— Но зачем тебя прятать? — Доктор был в замешательстве. — Кто ты, Гизелла? Кто ты на самом деле?

— Доктор, мне на самом деле жаль на счет того, что произошло, — вздохнула Гизелла. — Но Варлос должен быть мёртв уже много лет. Он оставил меня здесь так давно, и уже тогда был очень стар. Я очень скучаю по нему, видишь ли, я его дочь.

— А. — Доктор уставился на Гизеллу. — А, мне жаль, ну, просто ты не рассказывала мне, я думаю, что ты не рассказывала мне очень многое. Но, послушай, если ты дашь мне координаты Варлоса, то я постараюсь воссоединить семью в кратчайшие сроки.

— Париж, — просто ответила Гизелла. — Та его часть, что носит название Монмартр, 1895 год по земному летоисчислению.

— 1895, — сказал Доктор. — Не так далеко.

Он резко повернул рычаг, и двигатели ТАРДИС ожили. Доктор с усмешкой смотрел на то, как Гизелла в тревоге осмотрелась.

— Что? Это был хороший взлет! Держись крепче!

Неожиданно ТАРДИС дернулась, так что они чуть не рухнули на консоль.

— Это нормально? — Спросила Гизелла.

— Нормально, это не то, что сочетается со мной, — справедливо заметил Доктор, проверяя какие-то показания. — Больше всего похоже, что кто-то сел нам на хвост. — Он нахмурился. — Кто-то хотел использовать ТАРДИС в качестве буксирного троса.

— Они следуют за нами? — Спросила Гизелла.

— Пытались, — сказал Доктор. — Но дело в том, что путешествие во времени, куда более сложное дело, чем кажется. Чуть ошибся, и Ветра времени могут выплюнуть тебя в реальность со скоростью в триллион световых лет в секунду… — он поморщился. — Как тех, кто следовал за нами.

— Кто это был? — Спросила Гизелла.

— Не знаю, — мрачно сказал Доктор.

— Приносящие ужас?

— Вихрь разорвал бы их на части, — сказал Доктор.

— Тогда кто?

— Если находишь вмятину в 19 веке в Париже, то лучше всего спросить у местных. — Двигатели ТАРДИС со стуком остановились. — Ага! Мы здесь!

Николай завертелся на жёстком матрасе, случая сопение других детей. В темной и вонючей комнате их было 20, но лучше было жить в детском доме мадам Мистры, чем на улице. Часы пробили полночь, и мальчик подошел к окну, начиная мечтать о том, как настанет 1900 год, и он сможет уйти отсюда и начать взрослую и самостоятельную жизнь.

В комнате раздался страшный скребущий звук. Ручка двери медленно провернулась, и Николай метнулся в кровать и закрыл глаза. Мадам Мистра выпорет его, если узнает, что он не спит.

Николай снова услышал тот страшный звук. А затем кто-то начал кричать.

Николай вскочил. Темное общежитие было заполнено кроваво-красным заревом. Казалось, что тени смешались во что-то страшное, и направилось вперед, разрывая на части его друзей. В воздухе звучали крики его друзей, и Николай направился к двери…

Крики вокруг него сменились на слабые стоны. Николай споткнулся и упал. Он взглянул вверх и увидел две красные глаза, пылающие в темноте. Когда к его шее потянулся отвратительный коготь, то он закричал громче всех.

— Значит, так! — заорал Доктор. — Зачем читать об этом, если можно побывать там? — Он подошел к двери и улыбнулся Гизелле. — Я просто в восторге от Парижа, я его люблю! Думаю, что если бы твой отец не был создателем жуткого и опасного кристалла, способного оживлять мертвецов, то я заглянул бы сюда в гости. — Он распахнул двери. — Просто пойдем и найдем Варлоса, так?

Гизелла молча последовала за Доктором наружу. Они оказались на темной узкой улице. Казалось, что высокие многоквартирные лома доходили до самого неба. Где-то далеко донесся одинокий лай собаки.

— Не так оживленно, как я ожидал, — признался Доктор. — Где вечеринки, танцы девушки?

— Просто поздно, — сказала Гизелла. — Они все спят.

— Париж не спит, Монмартр никогда не спит.

— Тогда где все?

Вдруг откуда-то с улицы прозвучал хриплый крик.

— Может быть, мы можем спросить его! — Доктор принялся бежать по направлению к крику, и Гизелла понеслась за ним. Обогнув угол, они увидели плачущего старика. Он стоял перед небольшим магазинчиком, схватившись за лицо.

— Что случилось? — спросил Доктор.

— Это невозможно, — сказал старик, все еще продолжая смотреть вперед. Гизелла поняла, что он смотрел на свое бледное отражение. — Этого просто не может быть.

— Чего именно? — Спросил Доктор, все еще улыбаясь. — Вы можете сказать мне. Я — Доктор, а это Гизелла. Кто вы?

— Меня зовут Николай, — прошептал старик. — И мне 9 лет.

— Девять? — Нахмурился Доктор. — Я бы заверил, что немногим за 70.

— Пожалуйста, мистер, — сказал Николай, дрожа от холода. Я не вру. Мой детский дом был атакован… той штукой. Там было темно и страшно. До того, как оно коснулось меня, я был мальчиком 9 лет, но потом… — Николай в ужасе уставился на свою руку. — Чтобы там ни произошло, он украл мою жизнь, и жизни моих друзей.

— Он просто испуганный старик, — сказала Гизелла, а затем заметила од одеялом одежду ребенка и робко уточнила. — Правда?

— Это было бы великолепным простым объяснением, если бы я не был повелителем времени, — нахмурился Доктор. — У меня хороший нюх на время. Мой нос не знает промаха, когда о нем идет речь, что значит вот что. — Он шумно засопел. — Это нехорошо, совсем нехорошо. Идем, Николай! — Он схватил старика за руку и повел по улице. — Лучшее, что мы можем сделать, это позвать полицию. Они смогут помочь тебе, пока мы будем разбираться со всей историей.

Николай кивнул, но ничего не сказал. Он по-прежнему уставился на свои морщинистые руки.

Тускло освещенные улицы были пусты, и те, кто проносился мимо, казались испуганными фантомами. Маленький вокзал был странным противоречием. Он был шумным, и нам было множество стариков, что скорчились на полу.

Гизелла услышала разговор двух полицейских:

— Как ребенок может стать стариком всего за одну ночь?

— Если ты расскажешь мне, как звери из цирка за ночь превратились в развалин. — Покачал головой собеседник первого. — Инспектор Дюпон с ума сходит от того, что творит это чудовище.

— Ну, это одна из теорий, мальчики, — сказал Доктор, вытаскивая свою психобумагу. — Я комиссар дивизии, доктор ЛеСмит. Я здесь, чтобы помочь разобраться с этим.

Полицейские стали намного внимательнее.

— Простите нас, сэр, мы не имели представления о вашем статусе.

— Всегда следует ожидать неожиданного, офицер, — сказал Доктор, и указал на растерянных стариков. — Вы не могли бы отвести этих людей в тепло, и дать им горячие напитки. Разве не видно, что они в шоке? — Он повысил голос. — По колесам!

Морщась от боли, полицейские поспешили повиноваться.

— Как я понимаю местный язык? — Удивилась Гизелла. — Похоже на какое-то присутствие у меня в голове, кто-то воспринимает речь и переводит ее для меня.

— ТАРДИС в состоянии перевести любой язык, — сказал Доктор, не сводя с нее взгляда. — Но мало кто может почувствовать, как она это делает. У тебя исключительный ум, Гизелла.

— Спасибо, — неловко прошептала она.

— И я тоже должен тебе спасибо, — сказал Николай. — Что поверили мне.

Доктор печально уставился на стариков. Еще несколько часов назад они были мальчишками. Как такое возможно?

— Я все это выясню, — сказал Доктор. — Оставайся со своими друзьями, и помоги им, чем сможешь. Я найду вас снова.

Доктор вошел в дверь управления станции и продемонстрировал клерку бумагу:

— Доктор ЛеСмит, советник их министерства.

— У инспектора Дюпона уже есть советник, сэр, — сказал скрипучий голос позади него. — И я уверен в нем.

Доктор повернулся лицом к высокому худому человеку, одетому в темный накрахмаленный костюм. Его лицо было покрасневшим, а один глаз отсутствовал, или был поврежден, прикрытый повязкой. Его зрячий глаз блеснул, когда Доктор продемонстрировал ему психобумагу.

— А вы будете…

— Барон. Де Гюер. — Он повернулся к Гизелле и его взгляд его ожесточился. — Вы позволяете молодой девушке сопровождать вас в столь мрачный час?

— Она старше, чем выглядит, — заверил его Доктор. — На самом деле, она мой советник. В такое время советников не может быть слишком много, не так ли? Теперь, где Дюпон, да? Показывай путь. Allonsy!

— Вы говорите на валлийском! — Вскричал Старик.

— Случается время от времени, — вздохнул Доктор. — Идем.

Инспектор Дюпон отвела взгляд от его документов, и протер опухшие глаза. Он был дородный мужчина, которому было за 50, и он устал. Не только потому, что он не спал всю ночь, но из-за того что происходило на протяжение этих дней. Дюпону надоело чувствовать себя беспомощным, в то время, как неизвестная угроза бродила по лицам Парижа и сеяла разрушения по своей воистину дьявольской прихоти.

Он посмотрел на карту, на которой появлялось все больше отметок, что свидетельствовали о нападении и лишали его надежды на то, что ужас когда-нибудь закончится.

Внезапно раздался стук в дверь, и барон Де Гюер провел в кабинет молодого мужчину, одетого в костюм в узкую полоску, и девочку лет 10–11.

Дюпон вздохнул. Они выглядели, как ходячая достопримечательность из Мулен Руж.

— Я Доктор, а это Гизелла, мы…

— Я слышал о том, как вы разговаривали снаружи, — сказал Дюпон. — Значит, я получил еще больше советчиков, верно? Еще больше поваров, которые готовы испортить бульон.

— Мы по повара, — сказала поставленная в тупик Гизелла.

— Как и вы, инспектор, — спокойно ответил Доктор. — Может, мы можем помочь. Почему бы вам не показать нам те файлы?

Дюпон протянул ему страницы:

— Если вы так умны, ЛеСмит, расскажите мне об этом. Сколько лет жизни украл у мирных граждан этот демон ночи, вампир Парижа?

Доктор взял бумагу. Секундой позже он ответил:

— В общей сложности, шесть молодых жертв были превращены в стариков, что значит, что у них украли где-то 378 лет.

Гизелла встала на цыпочки, чтобы посмотреть файлы:

— Но шаблона в действиях попросту нет. И жертвы не только стареют, один из них стал моложе.

— Таким образом, 432 года, — заключил Доктор. — Только это еще не все, да? Это только вершина айсберга. Только те, о которых вы знаете. В этом списке еще нет нашего нового друга Николая.

— Это не первый случай в детском доме мадам Мистры, — сказал Де Гюер. — За пределами его был найден младенец в женской одежде. Мы не сразу поняли, что приют подвергся нападению.

— Наш друг Николай сказал, что видел его скользящим в темноте. Вы назвали это создание вампиром, Дюпон, это фигура речи, но на самом деле, не так далеко от правды. Только дело в том, что он не высасывает кровь из своих жертв, а питается чистой темпоральной энергией.

Дюпон посмотрел на него диким взглядом:

— Шутить изволите?

— На самом деле вы понимаете, что это не шутки, — сказал Доктор. — Я уже встречал хроноворов. Но поверьте мне, хроновор может за несколько секунд уничтожить целый континент. Он не будет кормиться кусочек за кусочком, как это существо, что значит, что это нечто другое. — Доктор положил папку на стол. — Кажется, что у него нет цели, верно? Молодые и старики, и даже животные.

— И трудно предсказать, что он будет делать дальше, — согласилась Гизелла.

— Именно поэтому убийца еще не был пойман. — Кивнул Де Гюер. — Известно лишь то, что он предпочитает Монмартр. Мы должны найти его в ближайшее время.

— Тогда нам лучше идти, — сказал Доктор. — У меня есть оборудование в одной из тех новомодных полицейских будок вниз по улице. Я предполагаю, что наш вампир каким-то образом искажает временные молекулы.

— Словно след распадается, — кивнула Гизелла.

— Верно, — сказал Доктор. — Итак, мы можем разобраться в том, что происходит, а потом заняться поисками старика Варлоса.

— Вы понимаете хоть что-то, барон? — Спросил Дюпон.

— Ни единого слова, — заверил Де Гюер. Он холодно посмотрел на Доктора. — Я чувствую, что должен сопровождать вас.

— То есть советник планирует консультировать советника и его советника? — Уточнил Доктор. — Это целесообразно?

— Это необходимо, доктор ЛеСмит, — сказал Де Гюер — Идемте.

Тенистые улочки Монмартра были по-прежнему пусты. Доктор шагал впереди Гизеллы и Де Гюера, сунув руки в карманы. Были ли шансы обнаружить инопланетное присутствие этого временного вампира, или того, чем он был.

— Вы подождите с его светлостью, — сказал Доктор Гизелле, когда они подошли к той улице, на которой осталась ТАРДИС. Он прошел примерно 100 метров, когда унюхал дым.

— Перегоревшие электроцепи? — Сказал Доктор, а затем сам себя перебил. — В 1895 году?

Из-за ТАРДИС появилась громоздкая человекоподобная фигура, сверкающая в лунном свете. Частично обуглившаяся и обгоревшая, она все равно ярко сверкала в лунном свете. Оба сердца Доктора заколотились, когда он узнал робота-агента темных наследников. С учетом того, что кристалл вечности был у него, для агента это былая явная причина добавить его в список мишеней.

— Это ты следовал за ТАРДИС через Вихрь, — понял Доктор. — Вероятно, ты тыл на корабле приносящих ужас, и был почти уничтожен Ветрами Времени.

— Я прошел свой путь до конца, — сказал робот.

— Но какой ценой, — пробормотал Доктор. — Посмотри на себя, ты выглядишь совсем нехорошо.

— Мои разрушительные способности не затронуты, — заверил робот. — Смотрите.

Его кулак сжался и направился в голову Доктора. Из пальцев выскочил луч.