Читаем Валентинка от босса онлайн бесплатно

Женский роман

Короткий любовный роман

Что делать если тебя преследует бывший босс?

А тебя уже связывают кое-какие отношения с новым боссом?

Один мне сделал больно, второй не внушает должного доверия.

И потерять работу очень не хочется.

Но может, стоит рискнуть?

Тем более на одного из них я уже не работаю.

В тексте есть: сложные отношения, босс и подчинённая, бывшие

Ограничение: 18+

— Знаете, Светлана…

— Анатольевна, — на автомате поправляю босса, тут же понимаю — зря. Ой зря. Награждает он меня просто жутким взглядом в ответ. Можно было обойтись просто Светланой, прикуси себе язык!

— Так вот, Светлана Анатольевна, если бы мы сейчас участвовали в тендере, а вы опоздали с документами на сорок минут, мы бы проиграли. — Паша складывает руки на столе, соединяет ладони домиком, упирает в них подбородок и смотрит на меня исподлобья недобро.

Сглатываю, что-то мне не нравится, к чему он ведет.

— Не хотите ничего сказать?

— Тендеры не входят в мои обязанности, — прочищаю горло, мой голос вдруг просел, — я не занимаюсь документами по ним.

Я всего лишь экономист средней руки!

— Кхм. Думаю, это не имеет значения. Если не умеете, следует научиться. Вдруг в вашем отделе кто-то заболеет, уйдет в декрет или уволится.

— Я уволюсь. — Слова вылетают быстрее, чем успеваю проанализировать всю ситуацию, в которой нахожусь.

Меня просят съехать из квартиры, на работе тиранят, я безответно влюблена в своего босса, на носу Новый год, и чудес не бывает.

Да, определенно, чтобы сделать жизнь проще, нужно уволиться и сбежать в свою небольшую провинцию на окраине области.

— Не понял? — Павел удивленно моргает, откидываясь на кресле, теперь его руки покоятся на животе. Плоском и, я почти уверена, рельефном. О чем я думаю?

— Павел Валерьевич, дайте мне ручку и бумагу, я напишу заявление на увольнение. А вы найдете себе сотрудника, который будет компетентным в вопросах, которые вас волнуют. Хватит меня мучить. — На последних словах перехожу на шепот, стараясь на смотреть на мужчину, сидящего передо мной.

В глазах немного мутнеет, в носу щиплет, по щеке вот-вот потечет первая предательская слеза.

— Кто кого еще мучает Трофимова, кто кого, — неожиданно глухо произносит Павел, судя по звуку, поднимается из-за стола и направляется ко мне.

— Ай!

Вот ведь блин-оладушек.

В очередной раз чуть не растягиваюсь на льду. Зима выдалась на удивление снежная, морозная, но недавно было легкое потепление, после которого опять ударил мороз. Все за одну ночь покрылось ледяной коркой, в том числе и тротуары, которые никто не удосужился почистить. Будем честными, никто никогда не чистит. Это вам не Москва, где стоит только упасть несчастным трем снежинкам, их сразу засыпают реагентами, и бодрые работники коммунальных служб, махая лопатами, сгребают все в аккуратненькие сугробы, никому не мешающие, а уездный город на букву Р.

У меня уже все коленки в синяках, они меня совсем не украшают, хорошо, что некому их показывать. Надеть колготки поплотнее — и вуаля! Даже зимой предпочитаю носить юбки и платья, джинсы в мороз для слабаков. Я же девочка, от кончиков пальцев на ногах до корней блондинистых волос.

Размахиваю руками, как ветряная мельница, пытаясь восстановить равновесие, и, цепляясь десятисантиметровой шпилькой за лед, бодро перебираю ногами в сторону остановки.

Если опять опоздаю, начальник вряд ли поверит в рассказ, как я затопила соседей или они меня, или застряла в лифте, или застряла в пробке… или… или. В общем, не поверит! Тем более в пробки. Весь плюс жизни в провинции в том, что ехать из одного спального района в другой такой же район на противоположном конце города сорок минут. А наш офис расположен в историческом центре, до которого можно добраться за двадцать из любой точки.

Народу на остановке не так много, все-таки новогодние праздники еще не закончились, и мало кому хочется так рано выходить из дому, еще и в мороз, который усиленно пощипывает мне нос и щеки. Зато румяная буду без румян!

Как хорошо дома, воздух чистый, свежий, машин мало, людей тоже. Птички, жаль, на морозе не поют. Лед на солнце переливается. Красота. Остановиться на миг, оглядеться и подышать полной грудью. Вот когда бы я так в Москве остановилась и оценила красоту, что меня окружает? А никогда! Некогда мне там было. Сначала учеба, жизнь в общаге, с утра на парах, до вечера пишешь курсовые и решаешь лабораторные, готовишься к зачетам, готовишься к сессии, сдаешь экзамены, заваливаешь экзамены и опять сдаешь. Вообще головы не поднимала от учебников и монитора своего ноутбука. Так четыре с половиной года и пролетели. Затем госы, диплом. Пошла жара! Думала, не сдам. Экономика немного не мое. Но раз поступила на бюджет, пришлось грызть гранит науки, знатно пообломав об него свои зубы. Кажется, я за то время, что училась, ни разу дальше университета и общежития не выехала. А нет, вру! В ближайший парк и торговый центр все-таки наведывалась.

Выпустилась, думала, выдохну, заживу полной жизнью в столице. Клубы, выставки, свидание. Ага! Как же! Появилась работа, на которую надо приезжать к девяти утра, по факту из дома приходилось выходить за два часа до, на съем квартиры в центре еще не заработала. Ненормированный рабочий день. Кто-нибудь уходит с работы вовремя, как только пробьет 18.00? Да? Есть такие люди? Завидую, вот честно. Я работала от рассвета до заката, выбираясь изредка на обед. Был один плюс — похудела! Зато цвет лица знатно так посерел. Приходила домой, раздевалась, если были силы, бегала в душ, если нет — переносила это мероприятие на утро, и падала на диван. Если не сразу засыпала, то включала какой-нибудь сериал и под его монотонный бубнеж отключалась.

Такой ритм жизни меня знатно подкосил, поэтому как уехала год назад на новогодние праздники, так и осталась дома под боком у мамы. Предварительно, правда, меня уволили и выселили из квартиры, но об этом как-нибудь в другой раз, потому что из-за поворота выехал старенький автобус, в который нужно запрыгнуть, растолкав при этом незначительных конкурентов.

Занимаю свободное место, разматываю шарф, чтобы не задохнуться — у водителя вовсю работает печка, — втыкаю наушники и готовлюсь почти полчаса прыгать по кочкам на неровной дороге. Хорошо, что меня перестало укачивать еще в детстве. Я бы почитала, но, боюсь, из-за тряски, буквы перед глазами будут пускаться в пляс. В метро я всегда читала. Что еще делать, когда дорога в одну сторону до работы занимает почти полтора часа?

Я часто вспоминаю свою жизнь в столице. Скучаю?

Ничего подобного! Мне очень уютно и комфортно дома. Плюс экономно, квартиру я не снимаю, живу с родителями. Оплачиваю им квартплату, а мама кормит меня на убой. Я смогла вернуть себе здоровый цвет лица и пару килограммов, которые ничуть меня не портили, добавляя округлости в нужных местах. Рядом с домом небольшой спортзал, куда я хожу заниматься три раза в неделю. На работе не выматываюсь, как в Москве, даже остаются силы жить. Сплошные плюсы. Были. До этого утра.

Я лениво собиралась на работу, пила свой кофе, болтая с мамой за завтраком. Неплохое утро, даже несмотря на то, что на работу неожиданно вызвали на два дня раньше. Планирую быстро сделать все, что от меня срочно потребовалось, а потом пойти в кино и на тренировку.

— Светуль, какие у тебя планы на этот год? — неожиданно спрашивает мама, резко переводя тему от пресловутого обсуждения погоды.

— В Турцию хочу в июне съездить, если получится. Может быть, к Насте в гости пару раз доеду. О глобальных планах как-то не думала, — ответила, особо не задумываясь. В этом году список планов, целей на год писать не стала, все равно в прошлый раз ничего не сбылось.

— В Москву возвращаться не собираешься? — Мама садится напротив меня за обеденный стол, сложив руки перед собой. Та-а-ак, разговор, по всей видимости, готовился давно. То-то папа сегодня решил поспать подольше.

— Не собираюсь, а что? — Мамуля испекла такие вкусные блинчики, засовываю один в рот и не могу удержаться, облизываю испачканные в меде пальцы. М-м-м, отвал башки! Мне никогда не научиться так готовить.

— Как же так? Неужели ты не хочешь себя реализовать? Работая у дяди Гоши, ты не развиваешься.

— Мне нормально, мам, — хочу закончить этот неожиданный разговор о моей карьере. Мне правда нормально: никто не дергает, бумагами не заваливает, планерки на восемь утра не назначает. Был у меня опыт нервной работы на износ, больше не хочу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Но ты бы могла попробовать съездить на собеседования.

Молчу, показывая всем своими видом, что меня наконец-то устраивает моя жизнь почти во всем и смена работы точно в ближайшие планы не входит. Разговор мне совсем не нравится, но, кажется, мама и не собирается сдаваться.

— Лена скоро родит.

— Это такой намек, мам? Старшая родит, младшей пора собирать вещи и уезжать из дома?

— Лена родит, я буду ей помогать первое время, и мы решили, что ей лучше пожить пока у нас. В их с Андреем однокомнатной квартире мне нет места. Плюс за отцом нужен глаз да глаз, он без меня и дня не проживет, не спалив квартиру.

Мама как не слышит, а меня посещает странное чувство дежавю, ведь что-то подобное в своей жизни я уже слышала. Только не от родной матери, а от хозяйки квартиры, которую снимала. Год назад дело было. Даже вспоминать не хочу то время, но вот история повторяется. Меня опять выселяют. Тогда я трусливо сбежала, поджав хвост, домой. Теперь мне куда идти?

Лена — моя старшая сестра. Любимая старшая дочь, которая оправдала ожидания родителей. Получила красный диплом. Устроилась на отличную работу. Сама, а не по знакомству, как я у дяди Гоши тружусь. Заработала себе на отдельное жилье и съехала, ипотеку, конечно, взяла, но не суть. Вышла замуж. Подарила первая долгожданную внучку, на подходе еще прибавление в семействе. В общем, Ленка у нас идеальная в отличие от меня. И что получается, меня в угоду ей просят освободить жилплощадь?

— Мама, вы меня выселяете? Просишь съехать? — Даже не пытаюсь скрыть обиду в голосе. Родную дочь выгоняют из дома? Мне, конечно, не пятнадцать, но обидно.

— Что ты такое говоришь?! Все разместимся, в тесноте да не в обиде. — Мама театрально всплескивает руками.

— Но?

— Но я бы хотела, чтобы моя дочь жила полноценной жизнью…

— Моя жизнь вполне полноценна!

— Не перебивай, мать! Дай мне закончить мысль, я и так откладывала этот разговор последние три месяца. Не знаю, что тебя заставило вернуться…

Теперь уже я вскидываю руки, показывая, что не хочу это обсуждать. Собираю грязную посуду со стола и иду к мойке мыть.

— Хорошо, мам, я поняла. Подумаю насчет твоего предложения съехать. Может, сниму квартиру в другом районе или переду к бабушке.

— Светуль, только не обижайся!

— Даже не думаю. Ленке нужнее с вами пожить будет. Помощь хоть какая, пока Андрей на работе.

Ругаться, особенно с утра, мне не хочется. Заталкиваю рвущуюся наружу обиду, обнимаю маму, и вот уже сижу в промерзшем автобусе, на радиаторе, анализирую наш с ней разговор.

В нашем небольшом офисе ветер гуляет между кабинетами и пар изо рта идет. Кто-то додумался оставить открытыми окна на все праздники. Возможно, это была я. Конец года в нашем коллективе был бурный, мы выживали как могли, борясь с кучей бумаг, которые нужно закрыть. А потом отмечали, как справились, отменным коньяком, найденным в шкафу у шефа. Коллектив у нас небольшой, но очень дружный. Всего шесть человек, зато никаких интриг, никаких подстав и козней друг другу. Живем, можно сказать, душа в душу, пять женщин разных возрастов и один мужик. Может, потому, что город маленький и все в какой-то степени друг друга знают или являются родственниками. Вот, например, дядя Гоша, наш тучный босс, одноклассник моего отца. И да, я работаю тут по блату. Папа меня пристроил. Поблажек, правда, мне не дают, со всеми на равных, а иногда и спрашивают даже больше, чем с других. Вот и сейчас, судя по звенящей тишине, стоящей в здании, на работу с выходных выдернули только меня. Надеюсь, Георгий Иванович — дядей Гошей я его называю только у нас на даче или в другой неформальной обстановке, в офисе все-таки стараюсь соблюдать субординацию — заплатит мне за этот выход в двойном объеме.

Прохожу вглубь кабинета, отмахиваясь от серебристого новогоднего дождика, спадающего с потолка. Хорошо, сосульки на мишуре не висят, герань, что стоит на подоконниках, наверное, уже не спасти. Упс. Но кактусы около компов, надеюсь, оживут, как потеплеет, батареи я включила на полную и притащила масляный обогреватель из кладовки. Устрою тут сейчас жару, как в Мексике, чтобы мои любимые игольчатые друзья немного оттаяли. Пытаюсь отогреться, тыкая замерзшими пальцами в кофемашину, она тоже, порядком

замерзла, сначала долго включается, потом так же долго делает спасительный горячий напиток.

Куртку даже снимать не стала, сижу, нахохлившись в своем кресле, в руках дымит кофе, о который грею покрасневшие пальцы. В конторе никого. Дядя Гоша еще не пришел. Опаздывает. Может, его мерседес не завелся на морозе и ему, как и мне, пришлось ехать автобусом? Хи-хи-хи. Под его весом автобус мог забуксовать и застрять, тогда я тут надолго.

Не понимаю, на кой я ему сдалась. Сейчас бы сидела дома в тепле, уплетая мамины блинчики. А не вот это все. Грустно оглядела заледеневшее помещение, поудобнее поерзала в кресле, надела шапку и вытянула ноги. Сапожки у меня классные, замшевые, и ножки ничего, поболтала ими в воздухе. Главное, тренировки не пропускать, тогда и блинчики поесть смогу, и на ноги свои любоваться.

Вздохнула.