Читаем V1 онлайн бесплатно

Вещественное доказательство. Литера № 24859-ФА, зарегистрировано ст. оперуполномоченным Управления ОВД по гор. Сперанску майором Ливадным. Принадлежит подозреваемому в совершении преступления, предусмотренным УК РФ, а именно ст.105 ч.2 УК РФ (Убийство двух и более лиц), Дорошкевием А. Статус: изъято из дела и подлежит уничтожению.

…«Ничто не менялось. Менялся только ты сам».

Я не особо люблю этот роман Сэлинджера. Нудная, скучная книга, в которой подросток описывает насколько он дефективный, что мир вокруг него «липа». Но именно из-за этой фразы «Над пропастью во ржи» стоит у меня на книжной полке, рядом с собранием сочинений Ливадной. Нет, не то чтобы я такой книголюб, который с надменным видом сноба-интеллектуала цитирует главы, но… Не хочу забыть, в какой из них лежит заначка на чёрный день.

Мне бы собраться с мыслями. Их чертовки много, они все переплелись, запутались друг в друге. Знаете, мне только через несколько дней стукнет восемнадцать, а такое ощущение, что я уже прожил лет сто-пятьсот. Как бы я описал себя? Ничтожно мало прав и бесконечно много обязанностей. «Не сдашь экзамен – не поступишь на бюджет!»; «Не будешь учиться – пойдешь в армию!». Обходи хулиганов, не спорь со старшими, слушайся директора и его начальство – и будет тебе мир и благодать. Квадратные метры в спальном районе, жена-изменщица с окопами – рытвинами на лице и грудями, подметающими пол. Засраный угол в офисе, иногда шашлыки с коллегами по работе, которые ненавидят тебя и при этом улыбаются, как будто ты им за это платишь. Дешевая карикатурная пародия на жизнь, если не хуже.

До встречи остался где-то час. А я, как идиот, стою возле зеркала, пытаясь привести себя в порядок… М-да. Ну и лицо. Тебе до красавчика, как Петрову до «Оскара». Вечные прыщи; засаленные волосы, неровно причесанные набок; очки – стеклопакеты, и этот пушок, про который ты думаешь, что это борода. Зачем отращивал? Думал, лучше будет?

Я из тех людей, про которых придумали слово «невзрачный». Единственная награда, которую я смогу получить, наверное, будет: «Днище года». И самое страшное, что я доволен. Нет, серьезно, я очень доволен. Ко мне не пристают местные шутники, я не участвовал ни в одной из драк, даже не пил никогда. Нет, я не ботан, учусь весьма посредственно. Много залипаю в социальных сетях, играю в различные игры вроде «Танков». Удел неудачников – быть может. Но это мой мир, какой никакой, но устоявшийся.

Но любое постоянство, как вы знаете, надоедает. И мне надоело. Я захотел чего-то необычного, неожиданного, экстремального. Побыть живым что ли. Играя в любой шутер, ты суперсолдат или мега крутой гонщик, или невероятно хитрый стратег. А, сидя за партой и залипая в числа…

По-моему я начал сходить с ума.

У меня мало друзей… Даже не так. Как я понимаю значение слова «друг», у меня никого нет. Я не то что бы очень рад, но и не особо так переживаю по этому поводу. Просто не успел завести. А так – мне есть с кем поболтать. Вот, например, два дня назад разговаривал. Мне хватает.

…Уже пятнадцать минут стою и залипаю в зеркало. Все что я вижу впереди себя, у меня вызывает отвращение. Я сам себе противен, а значит, буду противен другим. Господь, на что ты надеялся, пока делал это? Что ты хотел этим доказать?

Забавно получается. Вы уже не понимаете о чём речь. Знаю я такие книги: покупаешь ее только благодаря обложке или потому, что ее модно читать. На задней стороне фотка автора, на которой он сидит такой загадочный и смотрит куда-то вдаль, но как бы вам в глаза. Книга большая и очень увесистая, но написана шрифтом огромного размера, под стать пафосу писателя. От силы там страниц двести, если честно.

Из них больше половины – вода (лирические отступления, личные переживания автора), написанная потому, чтобы книгу можно было продать. Четверть – постельные сцены, так нынче полюбившиеся всем модным феям, а еще четверть – это прописанные характеры штампованных персонажей. И все. Книга готова.

И вот вы её прочитали. Зачастую, мы ненавидим, когда нам пытаются что-либо внушить. Самая лучшая книга – это та, которая объясняет вам то, что вы и так знали. И вы говорите: «Да, мать его! Этот чертов гений-автор прав!». Конечно, не можете же вы спорить сами с собой. Беспроигрышная схема.

Однако, если книга по-настоящему бесформенный кусок кала, вы начнете возмущаться. Как же так: вы отдали огромную кучу денег ради… ради этого? И жалко вам станет и времени, и денег, и сил, на нее потраченных. И поэтому каждый раз, когда спросят ваше мнение об этой книге, вы ответите, что она вам понравилась. Иначе засмеют.

…Все, пора идти. Еще раз поглядел в зеркало, застегнул куртку на молнию. Никогда еще так я не боялся выходить на улицу, как сегодня.

Вроде бы только кончается сентябрь, а уже холодней, чем на Северном полюсе. Да и темнеет гораздо раньше. До встречи осталось полчаса, как раз успею дойти до места.

Когда я иду пешком куда-либо, обязательно беру с собой плеер. Обожаю музыку и все что с ней связано, хоть слух у меня неважный. Кроме шуток, учитель пения влепил мне единственному «тройку» в году, думая, что я специально выхожу к роялю и измываюсь своим голосом над песнями. А я, правда, пел, честное слово. Да что говорить, забейте в поиск Youtube «Лепс на жердочке», и он сразу выдаст вам меня. Ненавижу Интернет хотя бы потому, что любой сможет узнать о тебе все что угодно. Хотя бы потому, что ты это выдаешь ему сам. Ты заполняешь анкеты «Вконтакте», пишешь в телегу все свои переживания и мысли, думая, что кому-нибудь, кроме тебя самого, это необходимо.

«Были в СУШИ, все КУУУУЛ! #Еда #Выбрались #СелфиЕды!!»

…Синдром знаменитости. Пятьсот друзей онлайн не делает тебя голосом поколения, если вместо мозгов у тебя счетчик репостов. Да нет, я не возражаю, это сугубо ваше дело. Я не могу никого упрекать в том, что благополучно делаю сам. Также выкладываю, также добавляю, это также никому не нужно.

Ветер стал дуть все сильнее, и я засунул руки в карман, чтобы переключить песню. Заиграла «Прогулка» Земфиры, и думать мне стало как-то легче, но веселей от этого не стало. Попытался восстановить последовательность событий, произошедших со мной за эту тяжелую неделю.

Итак, как я раньше говорил, мне надоел мой привычный образ жизни, и я решил разнообразить его, причем весьма радикально. Помню, с каким упоением я сносил все свои игры на компьютере, затем написал своему знакомому барыге – Кобе.

Как бы его описать… Он может продать все на свете. Если бы кто-нибудь попросил его достать зенитную установку, он задал бы вопрос о том, какого цвета должны быть ракеты. Он из тех типов людей, у которых везде есть связи. Таких мало, но такие и по жизни далеко идут.

Как я с ним познакомился? Я просто знал его. Моя мама – бывшая одноклассница его мамы. Да и вообще не нужно уточнять, кого не спроси у нас на районе – все знали Кобу.

Стоп…я опять сбился с мысли, верно? Так вот, поскольку я являюсь нереальным фанатом различного оружия, я попросил у него пистолет. Боевой. Нет, я не хотел устраивать Колумбину в своей славной школе, просто…уж очень хотелось перемен, а ничего необычного кроме как покупка ствола я придумать не мог.

Мы договорились о месте и передачи денег. У меня была необходимая сумма, я подзаработал летом вожатым в лагере. И когда он получил конверт, я получил бумажку с указанием места, где я могу забрать свой огнестрел.

Я помню, что это место оказалось где-то далеко в лесу к северу от города. Я помню, как трясся в дачном автобусе, и как мне пришлось идти сквозь дурацкие заросли и кустарники. Думал ли я, что Коба меня обманет? Ни разу; такие, как он, не обманывает. Ему дорога репутация. И он не обманул.

В условленном месте в лесу я обнаружил сверток и развернул его. Передо мной лежал пистолет Макарова. Надежный как танк, неточный, как слепой дед с напильником, этот пистолет 50 лет был верой и опорой армии и милиции. Смазанный донельзя, со стертыми с левой стороны номерами, он бликовал на солнце вороненой сталью. Ах да, Коба бонусом оставил в магазине пять боевых патронов, хотя я его об этом не просил. Лучше бы он этого не делал.

Понимаете, когда человек держит в руках оружие, он чувствует своего рода власть, возможность повелевать судьбами. Это нормальная реакция. Если у тебя в руке пушка, ты знаешь, что в любой момент можешь отнять жизнь. И закон, и мораль как-то отходит на второй план, а на первое место выступает чувство собственного величия и готовность надрать задницу любому человеку на свете. Мне это было нужно.

…Я уже на полпути к месту встречи… Да-да, шутка про «…изменить нельзя» и все такое, но…я остановился. Я не хочу идти туда, я не хочу быть там. Меня не ждет на этом месте ничего хорошего, и людям, с которыми я должен беседовать, не важно, что я им скажу. Исход предрешен. Я…я ведь никогда не дрался! Мне всегда говорили, что драка не выход.

ДА ЧТО Я НЕСУ! Так говорят только слабаки и смазливые импотенты, которые не могут постоять за себя. ДА! Когда ты разговариваешь с понимающими тебе людьми, да! Драка не выход.

Но по ту сторону отбитые имбецилы, для которых физические аргументы – единственные из возможных. Уважаемые родители, цените возможность порки!

И я буду драться с ними. Проиграю или выиграю – неважно. Главное доказать самому себе, что ты не трус. Когда-то уже надо становиться мужчиной. Когда, если не сейчас.

Блин, я опять потерял мысль… Ах да, при покупке пистолета я приобрел ощущение невероятной значимости себя. Впервые я захотел, чтоб меня услышали, чтоб меня поняли, чтобы меня начали уважать. И вот я в школе, в которой все считают меня замызганной посредственностью. Обидно, да?

И так получилось, был урок алгебры, а за ним следовала химия. Старый препод уволился, а новый должен был вот-вот придти. А меня послали за журналом.

Поймите, в школу пришел уже не Я прежний, а совершенно новый Я, с которым обращаются, как с тряпкой для пола. Я…я не знаю, что со мной было. Такое странное чувство – злость вперемешку с обидой. До начала урока еще 10 минут…

Дальше дело техники. Казалось бы, совершенно безобидно. Открыть журнал в разделе «Химия», взять циркуль (где игла), стереть фамилию «Головина», вписав таким же ровным подчерком «Головач».

Головина Лена. Первая красавица школы, медалистка, краса и гордость класса. Меня аж трясло от этой показушницы. Предки её правильно воспитали: с класса пятого Лена использовала парней как расхожий материал для удовлетворения своих потребностей. Но ее все любили, ей все прощали. Хм…ну можно сказать, до поры.

В общем, все и так поняли, что случилось. Древняя как шифоньер в музее шутка была как минимум забавной, а Головач Лена в течение получаса втыкала, что трон треснул. Вроде бы простой стёб, но в руках умелых семафорщиков – грозное оружие. Через час Головач Лена была местной шуткой школы. И хоть виду она не подала, на следующий день ее парень забил мне стрелу на заброшенном стадионе в 19 часов вечера. Не явиться я не могу.

Да и погода не самая лучшая. Я иду по переулку моего маленького города, и меня лихорадит то ли от мелкого моросящего дождя, то ли от простуды. И хоть меня даже ни разу не знобит, а глаза слезятся.

Я стою на перекрестке возле неработающего светофора, и мне уже надо перейти дорогу, чтоб за десять минут успеть до места. Но автомобили все едут сплошным потоком по двух полосной дороге, на середине которой лежит мертвая серая кошка. Я понимаю человека, который ее сбил: если бы полос было гораздо больше, или если бы машины не ехали так часто по этому переулку, что нельзя останавливаться, возможно, он бы объехал её, но так получилось, что полосы всего две. И вот кошка лежит на асфальте, а я перехожу дорогу, и трясти меня начинает все сильнее.

Я уже подхожу к ним. Да, он пришел не один. Вижу Лену, Вижу лучшего друга Лены (король Friendzone), вижу друга парня Лены. Но мне было все равно. Пока я шел, я вспомнил, как меня втаптывали в грязь. Когда на тебя вообще не обращают внимания – гораздо хуже, чем когда тебя просто гнобят. Тебя лишают права быть, это страшнее.

Это они потом по блату поступят в престижный ВУЗ, пока ты будешь мыть полы в Бургере. Это они будут есть сливки, пока ты считаешь рубли на маршрутку. Это они сейчас на вершине эволюции, потому что такие как мы позволяем на себе ездить. Это они заставили нас поверить в свою никчемность. Это они умирают в одиночестве, но сейчас у них есть все. Мир жесток, и это они сделали его таким. ТАК СДОХНИ, ТВАРЬ!

Пять выстрелов. Пять патронов. Я сам не понял, как вытянул руку и нажал на спусковой крючок. Первый выстрел был неожиданностью даже для меня. Этот чёртов пистолет был на грёбаном предохранителе, разве нет?! Остальные четыре выстрела получились машинально, и я продолжал спускать курок даже когда «Макаров» стал на затворную задержку. Кончились патроны, а у меня только начинается паническая атака. Когда шум в ушах прекратился, а пелена в глазах наконец-то размылась, я увидел, что все пули попали в человеческое мясо. Я услышал, как на землю падают тела. Точные попадания. Три в парня Лены, два – в саму Лену. Лена еще минуту хрипела, одна из пуль вылетела через горло, но потом она перестала дергаться и булькать.

И тишина. Мертвая тишина на протяжении первых пятнадцати секунд, затем оставшийся с ошарашенным выражением лица стал медленно отходить от меня, постепенно ускоряясь, а затем и вовсе убежав, параллельно вызывая полицию. Пять выстрелов, два трупа. А я стою с вытянутой рукой, держа пистолет, из которого валит легкий дым. Я только заметил алые пятна на стекле своих очков.

Итак, надо собраться с мыслями. МАТЬ ЕГО, ПРИДИ В ЧУВСТВО, НАКОНЕЦ! Я убил двоих людей, убил наверняка, они не шевелятся, а асфальт залит кровью. Это раз.

Поскольку убийство – дело редкое в нашей провинции, полиция будет здесь минут через пять, если не меньше. Это два.

На мне следы крови, а значит надо срочно идти домой, чтобы застирать одежду. Это три

И я побежал домой, как только мог. По дороге до меня только дошло осознание того, что я сделал. Но ужаснее всего то, что я нисколько не пожалел, даже сейчас не жалею. Видимо, я окончательно тронулся. Как у Достоевского, да? «Тварь ли я дрожащая или право имеющая?»

Дыхание становится все тяжелее, а дом от этого ближе не стал. Да и что я дома скажу: «Мама, а я человека убил, представляешь?! Заверни мне сухарей в пакетик, они мне еще пригодятся». Хорошо, что у нее ночная смена на работе. Быть медсестрой на карете «Скорой помощи» – работа времезатратная, знаете ли.