Читаем В стиле Тинто Брасса...(СИ) онлайн бесплатно

Вечернее солнце так и норовит ослепительно брызнуть яркими лучами в глаза, словно бы оно не собирается и вовсе заходить. Я смотрю в зеркало заднего вида и в боковое, продолжив движение, только что свернув с шумной и многополосной трассы на более спокойную дорогу, на которой встречные автомобили хоть и попадаются, но служат скорее исключением из того спокойствия, которое теперь окружает меня. Лес сплошной стеной, словно безмолвный страж, хранит мой покой, защищая с обеих сторон загородной дороги от шума и нервной бестолковой возни современности. Я понемногу расслабляюсь и еду уже более вальяжно, чуть прибавив скорости в нетерпении, домой, к любимому. Гадаю, что же будет на ужин. Но всё чаще ловлю себя на мысли, что моё сознание поглощено одной фантазией.

Силуэт в темном окне

Возможно, сегодня будет пережжённая паста с сыром. Скорее всего, мы выкинем весь ужин в мусорную корзину и вновь побредём в ближайшую кафешку нашего тихого городка, закинемся пиццей, а затем запрем все двери на замок и устроим себе многочасовой марафон, состоящий из спутавшихся, влажных волос, сплетения пальцев, крепких объятий, поцелуев, заставляющих реальность уплывать, и движений, которые так нравятся нам обоим, движений, приносящих острую сладость…

Нетерпеливое переминание с ноги на ногу

Я еще издалека вижу нашу черепичную коричневую крышу и улыбаюсь. Кажется, нетерпение достигает апогея, когда я подъезжаю к дому и наскоро небрежно захлопываю за собой дверь авто, которое тут же отвечает мне писком сигнализации. Поднимаю голову, вглядываясь в окна нашего дома, раскрашенные всполохами красного заходящего солнца, и улыбаюсь. Наверняка его еще нет дома, прикусываю губу и… оборачиваясь, тут же впечатываюсь в крепкую грудь… поднимаю глаза… и вижу нашего соседа. И отчаянно стараюсь не покрыться краской, потому что он — предмет моей фантазии. Он смотрит чуть насмешливо, однако, я физически ощущаю повисшее между нашими телами напряжение.

Тяжелый взгляд

— Чудесная погода сегодня, — буднично говорит он, всё так же не сводя с меня своего горящего взора, очевидно, ему нравится, как я смущаюсь.

Беру себя в руки и улыбаюсь, вижу, как он с удовольствием смотрит на то, как я поправляю волосы, почти бессознательно; взгляд скользит по лицу, задерживаясь на губах.

Неспокойное дыхание

— Просто отличная, — подтверждаю я и вижу в его руках пакет с мусором.

— Вы ведь здесь совсем недавно? — произносит он буднично, продолжая изучать меня глазами, а я понимаю, что моя блузка расстегнута на непозволительно максимальное количество пуговиц. — Мальбонте, — представляется, протягивая крепкую крупную ладонь, в которой тут же тонет моя узкая.

— Вики, — отвечаю я и тут же спешу проговорить зачем-то. — Вам надо познакомиться с Люцифером, моим мужем, — неожиданно обозначая границы собственной… принадлежности, понимая, что сейчас рассмеюсь; я словно бы обороняюсь, только от чего?

Жгучее желание

Вижу, как хмурит лоб и кивает.

— Непременно воспользуюсь вашим предложением, — произносит скоро и, извиняюще посматривая на меня, показывает глазами на пакет.

— Хорошего вечера, — бросаю я и уже хочу развернуться, как он произносит.

— Каждый мой вечер теперь прекрасен, — глубокая ухмылка на лице, а я, растерянно хлопнув глазами, спешу укрыться в нашем доме, словно бы усмешкой летит мне в спину его пронзительный взгляд.

Залетаю в дом, отвечающий мне тишиной.

— Чёртов Люцифер, небось специально задержался, чтобы не готовить… — ворчу я, поднимаясь по лестнице и по пути расстегивая блузку и снимая деловой костюм.

Спасение после трудного дня — душ. Тугие горячие струи обволакивают тело в кокон, снимая усталость на раз. Махровый уютный халат и полотенце услужливо собирают излишнюю влагу с тела и длинных темных волос. Раздается трель телефона.

— Еду… — бархатный голос пробуждает пропавшее было нетерпение увидеть его.

Начинаю лихорадочно метаться по кухне, и, видимо, моё дыхание меня выдает. Люцифер начинает смеяться в трубку, застываю посреди помещения.

— Ужин ещё не готов, — проговариваю, глазами рассеянно скользя по полкам.

— Ты знаешь, что я хочу больше всего… — чуть хрипло срывающимся от медово-острого желания голосом и оставляя меня с короткими гудками наедине.

Я понимаю, что загораюсь только лишь от одной его интонации, от одного его слова «хочу». На лице играет улыбка, и я иду в нашу спальню. Мне нравится ждать его, предвкушать, мечтать, представлять. Я скидываю с себя тяжелый махровый халат, впитавший всю влагу с тела, и встряхиваю волосы, убирая полотенце. Всё летит в кучу, а я улыбаюсь, доставая из шкафа черные чулки и пояс, тут же натягивая его на стройную талию.

Неожиданно я вздрагиваю и внимательно всматриваюсь в темные окна дома, стоящего рядом, владельцем которого является сосед, встретившийся мне сегодня. Мне кажется, чернота открытого окна оживает, словно бы Мальбонте смотрит. Мне должно быть не по себе, но меня это подстегивает к странным действиям. Мне нравится, что мною любуются. Я сажусь на стул напротив и немного развожу бедра. Наверное, брежу, но кажется, мелькнули костяшки пальцев, чуть сжав подоконник. Наклоняюсь, прогибаясь в крестце, обтягивая одну ногу, затем другую тончайшей нейлоновой тканью, словно его рукопожатие, которое, верю, может быть и ненавязчиво нежным, и невоздержанно грубым. Завожусь до того, что влажнею, до дрожи в ногах.

Чулки обволакивают икры и бедра, делая их, и без того стройных, более утонченными. Люцифер часто говорит, что облачать свои ноги в чулки я могу так, как не может никто на целом свете. Но сейчас в этой комнате — ошалевшая от страсти я и темнота окна напротив, которая жаждет меня. Позволяю бедрам еще немного разойтись и вижу движение в окне напротив. Он смотрит. Я это знаю точно. Рука тянется к трусикам, небрежно брошенным на кровати. Встаю. Хитро улыбаюсь и поворачиваюсь спиной, скользя ладонями по телу, надевая их, скрывающих только треугольник внизу живота. Обжигающее дыхание на крестце, а я немного настороженно оборачиваюсь, беря в руки легкую накидку и спеша надеть холодный шелк на себя разгоряченную.

Я слышу, как входная дверь открывается, и спускаюсь вниз. Люцифер замирает возле неё, осматривая меня одобрительным взглядом. О, я прекрасно знаю, что за этим последует… Улыбаюсь и подхожу ближе. Сумка падает на пол, когда я касаюсь его груди: под подушечками пальцев отбивающий ритм сердцем. Он перехватывает ладонь и целует пальцы, заставляя меня подрагивать от передающегося мне огня его смуглого тела. Мои ладони скользят по его плечам, скидывая пиджак. Его руки притягивают меня к себе, концентрируясь на талии, устремляясь вниз, подминая ягодицы. Губы скользят по шее, горячее дыхание разбивается тысячью придыханиями на моей коже. Сжимаю спину, чувствуя напрягшиеся бугры мышц, ленивый их перекат, и я подброшена в воздух, устраиваясь на его крепких бедрах. Горячие влажные губы срывают дыхания обоих в бешеный аллюр. А я всё падаю и падаю в бездну под названием Люцифер, растворяясь в поцелуе, который становится настырнее, крепче. Языки сплетаются, толкаясь, но я всё же отрываюсь от него. Вижу мутный взгляд зеленых глаз. Он по-кошачьи жмурится, усмехаясь, и несет меня наверх, коротко целуя.

— Ужин?

— Только если блюдо — ты, — и тут же продолжает:

— Чем… — поцелуй, оставляющий влагу его рта на моем. — Такому… — еще поцелуй, который заставляет мои бедра чуть крепче сжать его талию. — Обязан… — выдыхает мне в губы.

— Ничего личного, Люц, просто ты попал в мой цикл, — хохочу я, когда он спускает с рук, чуть подталкивая к кровати в спальне; стаскиваю с него галстук и расстёгиваю рубашку и чуть киваю головой, когда он, почувствовав сопротивление, недоуменно смотрит на меня. — Я хочу у окна.

— Ты хочешь у окна? — срывающимся от возбуждения голосом, а меня сводит с ума его нетерпение, я ощущаю двойственное ощущения от происходящего, коротко оборачиваясь к провалу глазниц дома напротив. Я знаю, что Мальбонте смотрит.

— Безумно, — шепчу я, а мои ладони оглаживают крепкий член, рвущийся из брюк, Люцифер легонько подталкивает меня к подоконнику.

Поцелуй, который срывает взаимный глухой стон, его ладони с силой сжимают мою грудь, чуть оттягивая и без того острые, как стекло, соски. Разворот, цепляюсь ладонями за раму, и вот я вижу глаза Мальбонте, горящие, скользящие по моему полуобнаженному телу. Люцифер медленно снимает шелк с моей кожи, и его поцелуи россыпью ложатся по плечам, спине, спускаясь к крестцу, увлекая зубами тончайший нейлон моих трусиков, и я прогибаюсь под нежной лаской, чувствуя, как его язык скользит к сосредоточию моего удовольствия. Мой стон и звонкий шлепок по упругим ягодицам горячей ладонью. Градус страсти нарастает. Вновь его горячий страстный язык внутри меня.

Тьма напротив становится обжигающе кипящей. Тяжелое дыхание Мальбонте оседает на мне ощутимой взвесью фантазии, и я почти физически ощущаю его крупные ладони на своей груди, большие пальцы кружат по ареолам, по подрагивающему животику и вниз, лаская влажные мягкие складочки, чуть раздвигая их, проникая глубже, вынимая, и снова, ещё и ещё. Сочетания ощущений ласк обоих, реальности и фантазии словно бы делает меня безумною.

Поцелуи Люцифера поднимаются вверх, и его рука требовательно притягивает меня за подбородок к себе, губы обрушиваются на меня с неистовостью, делясь моим вкусом и запахом. Я дрожу, когда слышу, как в нетерпении клацает ремень брюк, и оборачиваюсь.

— Обожаю, когда ты так смотришь, — хриплый полушепот, полуаккордом проникающий в мой слух, и я умираю от нежности, потому что готова кончить только от одной его этой фразы.

Поцелуй, глубоко сплетающий наши языки, и острое вхождение, так что я вскрикиваю, а вместе со мной и тишина дома напротив. Я вижу руки с напрягшимися венами, руки, которые жаждут делать со мной то же самое, что делает сейчас Люцифер, и даже больше. Теперь горячий язык визави дома напротив скользит по моей коже, пока Люцифер, сжимая грудь, поведя бедрами и выбрав обоюдосладостный ритм, движется во мне, притягивая для поцелуя, отпуская, дыша в висок, шепча пошлости о том, какая я тесная, как ему нравится трахать меня и каким образом он возьмёт меня в следующий раз. От его слов кровь еще быстрее разгоняется по телу.

Фантазия спешит распалить меня еще сильнее, профиль Мальбонте проступает в глазнице окна всё отчетливее, и я вижу на себе взгляд силы такого желания, чувствуя, как удары бедер Люцифера обрушиваются всё более невоздержанно. Стон срывается с губ, и я закатываю глаза, проваливаясь в бездну удовольствия, острого, сладкого, мощного, подрагивая всем телом, чувствуя в себе распаленного любимого и вожделеющий взгляд фантазии. Я чуть сильнее наклоняюсь, когда чувствую напор мужчины, его трепет во мне, и вновь притянута для поцелуя — благодарность, затухающая страсть, внезапно навалившаяся усталость. Ладони скользят по телу, оглаживая. Мне кажется, что он так обозначает границы своей собственности, а когда Люцифер произносит следующие слова, уже не сомневаюсь:

— Смотрит? — произносит он и на мое притворное удивление легко целует в губы, продолжая. — Пусть, у него никогда не будет такой женщины, как у меня.

Я в недоумении смотрю на него, поворачиваясь и целуя, ловя хохот чуть приоткрытыми губами. Мы уходим вглубь комнаты, а я успеваю взглянуть в темное окно, теперь кажущееся мне спокойным и не наполненным жизнью.

Комментарий к В стиле Тинто Брасса…

эстетика - https://vk.com/doc592086541_588291247?hash=0cfcbed5d46d7e11db&dl=1843c352671f0d8b05

========== В объективе ==========

Комментарий к В объективе

Балуюсь… Обещала как-то “влажный” сборник. Вот. В стиле Тинто Брасса, мастера эротики, великого вуайериста, любителя красоты тела… Ловите!

Пысы: Читать рекомендую только в связке с этой работой https://ficbook.net/readfic/10512779 - там объясняется, почему Мальбонте с фотокамерой.

Посвящаю А…

В зеркало смотрит еще вполне себе молодая женщина, правда, усталость скопилась в ярко-холодных голубых глазах. Я. Не спеша умываюсь, наклоняясь к воде, медленно выдыхаю и вновь присматриваюсь к себе. Выдохлась. Поворачиваю голову вправо, потом так же не спеша влево. Выжата как лимон. Дергаю втулку с бумажными полотенцами и чертыхаюсь: она обрывается, размоченная моими сырыми прикосновениями.

— Крохобор чёртов, — ругаюсь на своего партнера по бизнесу.

Упираюсь ладонями в туалетный столик, и вновь взгляд в зеркало. Усталость, скука и одиночество.

— Ну что же ты, Бекки, что так распустилась, всё же хорошо, — уговариваю саму себя, уже лет десять, наверное.

Да ни хрена не хорошо! Бизнес приносит деньги, но не приносит удовольствие. Разведена уже как лет десять. Была пара-тройка романов.

Сатана, сегодняшний партнер по бизнесу, бывший любовник, с которым не только общее прошлое, но и совместное будущее. Просто насмешка судьбы! Самый ненавистный роман, огромная ошибка и… Дочь пошла по моим стопам. Люцифер. Сын Сатаны. Ну надо же? Вначале думала, что легкое увлечение юных максималистов. Оба молоды, красивы, хорошо образованны. Потом это: «Мам, мы решили пожениться» — звонкое дочери и её толчок в плечо татуированного мажора. Его короткое приветственное: «Мэм». Я тогда еле сдержалась, чтобы не рассмеяться им в лицо. Но они и вправду счастливы. Я вижу горящие глаза своей дочери, когда она смотрит на него, вижу его заботу по отношению к ней в каждом жесте. Хотя иногда это напрягает: слишком похож на Сатану. Эти покровительственные замашки… Я вновь вздыхаю, и в голову прилетает мысль, что, возможно, Сэту тоже хотелось обо мне заботиться. Я не позволила. Как и отцу дочери когда-то. Слишком самостоятельная, слишком самодостаточная. Почти что слышу голос своей матери: «Бекки, тебя никогда никто не полюбит, мужчине не справиться с твоим чувством свободы, они захотят тебя подмять под себя, посадить в клетку, дать власть, осыпать золотом, но никто из них по-настоящему тебя не полюбит…» Мать оказалась права. Но мужчины были.

Фенцио. Правильный. Красивый. Когда-то. Пытался. Тоже. Но сердце не отозвалось. Он продвигал меня в обществе, знакомил с нужными людьми, всячески помогал с работой. Меня передёргивает от одного воспоминания о нём. Он мучил меня ревностью и подозрениями, он упрекал, хотя я ничего ему не обещала. Его роковой ошибкой было то, что он познакомил меня с Сатаной. И мне было действительно жаль, когда, узнав о моём романе с Сэтом, мужчина поссорился с ним и они расторгли всякие отношения. Фенцио потерял всё. Сатана об этом позаботился. Дальнейшая судьба его мне неизвестна.