Читаем В поисках имени онлайн бесплатно

Рассвет. Блёклые лучи скользят по земле, по остаткам стен древнего аэродрома. Я бегу по влажному от ночного дождя асфальту, поскальзываясь, с трудом удерживаясь на ногах. Нельзя упасть. Нельзя замедлиться. Нельзя оглядываться назад…

Они рядом. Они смеются, улюлюкают, кто-то другой — истошно орёт. Я слышу выстрелы.

Крик смолкает. Хохот продолжается.

Быстрее, быстрее. Скрыться там, в руинах. Я успею! Там меня не найдут. Я знаю эти места, как никто другой. А они — чужие, они заблудятся…

Выстрел. Мимо — или предупреждение. Я спотыкаюсь, падаю в лужу, раскинув руки. Снова выстрел. Больно. Встать — не могу. Слышен топот сапог. Кто-то подходит. Удар ногой — и я перекатываюсь в грязной воде, беспомощно всхлипывая.

— Эй, — этот насмешливый голос будет сопровождать меня ещё много лет. — Убери лапы. Отец мне обещал кого-нибудь! Хочу эту.

Меня поднимают на руки. Я закрываю глаза и больше ничего не вижу…

…Я просыпаюсь. Десять лет подряд один и тот же сон. Он мне порядком надоел.

Миу

— Эй, Миу! Ты где? Иди сюда, кошечка.

Это она меня зовёт. Я, конечно, не Миу — это мерзкое прозвище дала мне она. Видите ли, я ей напомнила котёнка, когда она меня «нашла». Ладони невольно сжимаются в кулаки, ногти впиваются в кожу. Я тут же выпрямляю пальцы. Если Койя увидит мои руки расцарапанными, опять острижёт «коготки». А стрижёт она не слишком аккуратно, потом все пальцы болят. Да и чувствую себя без них совсем беспомощно. Хотя, конечно, какое это оружие…

— Миу! — повторял голос совсем рядом.

Я набрала в грудь побольше воздуха и предельно мирно и покладисто произнесла:

— Я здесь, — быстро вынырнула из-за дверного проёма, делая вид, что торопливо мчалась на её зов.

Койя, неспешно шагавшая по пустому коридору базы, остановилась и приветствовала меня своей омерзительной улыбочкой.

Койя — младшая дочь Мархита, больше известного как Седой Лунь. Да, того самого Луня, который уже много лет называет себя правителем сектора С-12. Дыра та ещё, но если регулярно грабить ближние и дальние окрестности, то жить можно. Койя — высокая двадцатипятилетняя женщина с идеальной спортивной фигурой. Сильное и ловкое, но стройное тело скрыто, как почти всегда, широкими бесформенными брюками, заправленными в высокие сапоги без каблука, и застёгнутой до подбородка плотной курткой тёмно-зелёного цвета — Койя не любит демонстрировать свою кожу, и даже кисти скрыты тонкими перчатками. Короткие светлые волосы гладко зачёсаны назад и надёжно закреплены в таком положении огромным количеством геля. Койя, в принципе, была бы довольно красива, но у неё был переломан нос, теперь криво сросшийся, а на теле полно уродливых шрамов. Лицо она никогда не красит, а одежду предпочитает мужскую. Голос у неё низковатый, довольно хриплый, от неё пахнет крепким табаком и порохом. Оружие и драки влекут её куда сильнее, чем баночки с косметикой или платья. Бандиты — ах, простите, «солдаты» — С-12 боятся и уважают её почти так же сильно, как её отца и старшего брата.

— А, — Койя протянула руку и потрепала меня по волосам, больно зацепляя и дёргая их. Я невольно поморщилась. — Иди, приберись в комнате Нэйвина. Он, говорят, возвращается вечером. Держи ключик.

В мою протянутую ладонь упала тёмно-серая магнитная карта. Койя добавила:

— Нэйвин скучал там, наверно. Ты б его приветила, что ли… он давно ждёт, что ты его приласкаешь.

Я поджала губы, и Койя это заметила.

— Да не бойся, — рассмеялась Койя. — Я шучу. В обиду тебя не дам. Иди, малявка, давай. И причешись! Кривой хвост.

Со мной Койя притворяется добрячкой. Не знаю, зачем. Я ведь всё равно от неё никуда не денусь. Она всё время проверяет, чтобы меня хорошо кормили, когда я болею, мне приводят врача, а главное — Койя защищает меня от своих мразей-братцев. И всё же…

Койя думает, я не помню, как попала к ней. Но я всё помню. Она застрелила двоих моих друзей, ранила меня, а потом увезла сюда, далеко-далеко от родных и знакомых мест. Семью свою не помню — может, она и их убила. Мне было тогда лет, наверное, семь-восемь. Ей — пятнадцать. Тот день я почти каждую ночь вижу во сне. Иногда я просыпаюсь, крича и плача, и она же сама бросается меня успокаивать…

Вообще-то я всегда старалась об этом просто не думать. Но сегодня этот сон был таким ярким, таким… настоящим. Зажав ключ в руке, я пошла дальше по коридору. Комната Нэйвина, одного из её братьев, находится выше, нужно подняться на лифте, но я сперва направилась за ведром и тряпками. За два месяца отсутствия Нэйвина там наверняка скопился изрядный слой пыли.

Узкий коридор со слабым светом, едва достаточным для того, чтобы не спотыкаться о попадающиеся иногда на полу коробки. Я перешагиваю через мусор и иду к подсобке. Маленькая кладовка с предметами, нужными слугам. Вооружившись всеми необходимыми для уборки вещами, я потащила их к санитарному блоку — сначала надо было набрать воды. У самых дверей мне встретился Варха — четырнадцатилетний парнишка, один из младших сыновей Луня. Лунь его невзлюбил — у них не было, на мой взгляд, вообще ничего общего. Варха был низкорослым, тощим, болезненного вида рыжеватым блондином со светло-серыми глазами, впалыми щеками и высокими скулами. Думаю, он чем-то болел — под глазами чернели синяки, словно он очень давно не спал, а кожа в холодном свете фонарей базы казалась какой-то сине-зелёной. Варха выглядел на несколько лет младше, чем был на самом деле. Да и характер его не подходил наследнику Луня. Так что вместо оружия, бесконечных грабежей и разборок жизнь Вархи состояла из чтения, сна, бесцельного блуждания по базе и — иногда, когда удавалось уговорить охрану — её окрестностям. Варха — добряк и тихоня. Он один здесь считал рабов людьми, и всегда был мил и вежлив. Однажды он даже вывел меня немного погулять по окрестностям, за границами базы. Когда об этом узнала Койя, досталось и мне, и Вархе… За себя Варха не переживал — сказал, что рад пострадать за друга. А вот мне тайком таскал лёд и мазь из больничного крыла…

Варха тепло улыбнулся, увидев меня, и спросил:

— Ты за водой? Помочь нести что-нибудь?

— Нет, я справлюсь. Спасибо.

Вообще-то большое железное ведро и без воды было не слишком лёгким, но если кто-нибудь увидит, что рабыня взвалила свою работу на плечи одного из сыновей Луня, хоть и нелюбимого… Кроме того, мне вообще казалось, что сам Варха весит гораздо меньше, чем мои тряпки и щётки.

— Ты в левом крыле будешь убираться? — спросил Варха. — Хочешь, я тебе помогу?

— Нет… мне надо убрать комнату Нэйвина к его приезду. Он ведь не разрешает тебе туда входить.

Варха, похоже, огорчился. Пожелав мне удачи, он остался на месте. Уже дойдя до лифта, я обернулась и увидела, что Варха так и стоит, неподвижно глядя себе под ноги.

Вот бы сбежать и забрать с собой Варху. Он вряд ли мечтает о побеге, но ведь ему здесь не место. Рано или поздно он не выдержит. В этом окружении, в этом болоте иначе нельзя — он станет таким же, как его старшие братья. И эта мысль была даже больнее, чем мысль о моём собственном будущем.

Кнопка лифта на моё прикосновение не среагировала. Я несколько раз настойчиво надавила на неё, но, поняв, что лифт просто снова сломался, я обернулась и осторожно позвала:

— Варха!..

Он обернулся и посмотрел на меня своими бледными и измученными, но добрыми глазами.

— Варха, ты не видел Шмеля? Лифт, кажется, опять сломался.

— А, он на третьем… но он в стельку пьян, вряд ли починит что-то. Иди по лестнице. Может, всё-таки помочь тебе отнести это?

— Спасибо, Варха, не нужно. Но если тебе скучно, сходи, пожалуйста, к Мире и попроси её принести чистое бельё.

Варха изобразил рукой какой-то странный жест, не то махнул на прощание, не то прогнал невидимую муху. Муха залетала к нам на территорию всего один раз, но мне запомнилось — очень похожим жестом её пытались прогнать все обитатели базы. Судя по тому, что Варха развернулся и пошёл в ту сторону, где находилась прачечная, он всё-таки пошёл к Мире за бельём. Я улыбнулась.

Конечно, забыть об уборке и поболтать с Вархой было бы гораздо приятнее, но мне стоило поторопиться. Койя сказала, что Нэйвин вернётся вечером. Я посмотрела на табло у лифта, где, помимо прочего, должно было быть высвечено и время, но табло тоже не работало. Если Нэйвин вернётся прежде, чем починят поломки, у Шмеля будут проблемы. Впрочем, этого человека мне не жалко ни капли. Где-то в глубине души на мгновение даже закралось желание увидеть, как Нэйвин спустит Шмеля с лестницы… Но я быстро избавилась от этой гадкой мысли.

Комната Нэйвина выглядела совсем не так, как комната Койи. Светло-серые стены и минималистичная чёрная мебель. Идеальный порядок — все вещи скрыты в запертых шкафах. Кровать, письменный стол, коробка-мусорка. Слева от входа, прямо возле двери — тоже чёрный диван, застеленный пледом. Чёрным. На стене над диваном висел большой лист бумаги, на котором наклеены вырезки из республиканских журналов и газет. Одна из них привлекла моё внимание — новая, прежде такой точно не висело. Здесь не было картинки, только короткий текст, гласивший:

«Сенатор Эйнер призывает солдат и граждан вести беспощадную борьбу с врагами Благословенной Новой Республики!

За любые сведения (как то: данные о местонахождении базы, описания главарей или сообщения о возможном месте появления охотников) о бандитах сектора С-12, называющих себя кланом Птицы, Республика предлагает щедрые вознаграждения. Обещаны огромные награды за головы Мархита «Седого Луня», Нэйвина «Сарыча», Самейра «Змееяда», Тоурира "Сокола", Тиана «Ястреба» и женщины-бандитки Койи «Совы», неоднократно совершавших тягчайшие преступления против жителей республиканских окраин.

Бандитам, решившим оставить своё гнусное прошлое, за сведения о банде обещано полное прощение и право жить достойной жизнью в городах и деревнях Благословенной Новой Республики! Примечание: особым распоряжением Сената бандиты Седой Лунь, Сарыч и Змееяд под это право не попадают и будут уничтожены при первой попытке пересечь границы Республики. См. подробнее на стр.5–7».

Я оглядела соседние вырезки. На них всё по-прежнему: те же рекламки оружия и несколько советов по оказанию первой помощи. Обещанных страниц с пятой по седьмую, увы, не было. А мне было бы очень интересно посмотреть, сколько стоит подробный рассказ о нашей базе…

В коридоре послышались шаги, и я, вздрогнув, бросилась от стенки к стоявшему у двери ведру. Дверь я за собой не закрыла — запираться рабам в комнатах хозяев без присмотра самих хозяев не разрешалось — поэтому не стоило попадаться за бездельем, когда есть чёткий приказ.

Я вовремя взялась за тряпку — к комнате подошла Койя. Она заглянула внутрь, беглым взглядом осмотрела комнату и сказала:

— Да тут же чисто. Пол протри — и ладно.

— Я попросила Миру принести чистое бельё, — ответила я. — Надо перестелить?

— А, ещё это, — Койя нахмурилась и почесала лоб. — Ладно, делай что знаешь, я в уборках не смыслю. Как закончишь — иди вымойся и переоденься. Братца два месяца не было, устроим ему вечеринку. Так что выглядеть надо хотя бы чистенько, да? Будешь прислуживать.

— Хорошо, — кивнула я.

Койя хмыкнула и ушла. Я понаблюдала за ней, пока она не скрылась за поворотом, и сердито швырнула тряпку в стену. Отвернувшись, я снова посмотрела на газетные вырезки. Подносить выпивку вернувшимся из рейда тварям — не самое страшное поручение, но одно из самых отвратительных. Койя знает, что я ненавижу их всех и больше всего хотела бы никогда никого из них не видеть, но, похоже, считает, что на фоне товарищей она сама будет казаться мне хозяйкой мечты.

Интересно, на сколько подорожала голова Нэйвина за эти пару месяцев?..

Вернувшись снова в комнату с очередной порцией чистой воды, я поставила ведро и огляделась.

На поверхностях мебели — ни пылинки; пол вымыт, так что я даже сняла тапки и оставила их возле двери. Подушки и одеяло я хорошенько встряхнула, наволочки и простынь скинула на пол. Снова осмотрела комнату, ища, чем бы ещё здесь заняться — выходить мне не хотелось, да и Мира ведь пока не принесла свежее бельё. Взгляд упал на диван, и я решила его пропылесосить. Торопливо сбегав до подсобки и вернувшись с маленьким пылесосом, я быстро провела щеткой по обивке, а потом откинула сиденье, чтобы почистить с обратной стороны. Передо мной предстал просторный ящик, и я тут же выключила и отложила пылесос. Книги! Много-много книг и журналов… И почему раньше я ленилась и вычищала этот диван только снаружи?

Чтение было одной из немногих вещей, придававших моему существованию хоть какую-то радость. Всё, что было у Койи, я перечитала давным-давно, запасы Вархи — тоже. И, хотя изредка заботливый Варха таскал мне книги и газеты из общей библиотеки — выносить их оттуда нельзя, а меня туда не пускали — по большей части читать приходилось всё то же самое по новой. А здесь был настоящий клад!