Читаем В погоне за зверем онлайн бесплатно

Волк был умен и хитер, он отлично знал лес, в котором вырос, и был хорошим охотником, но в деревню, расположенную на опушке, крался лишь во второй раз. Причиной тому были морозы, которые заставили всю местную живность попрятаться по норам.

С подветренной стороны, чтобы не учуял сторожевой пес, волк подкрался к старому курятнику. Вчерашней ночью он прогрыз прогнившие доски и, попав внутрь, утащил двух кур. Волк понимал, что человек, хозяин курятника, наверняка обнаружил пропажу и постарался заделать вчерашний лаз, но решил вновь рискнуть. В случае чего он всегда сможет попытать счастья в другом загоне. Но, к его удивлению, лаз оказался загорожен лишь старой пустой бочкой. Навалившись на бочку, волк откатил ее от дыры и юркнул внутрь.

Однако в следующий миг ему пришлось остановиться. Прямо перед его мордой лежал острозубый металлический предмет, в центр которого был аккуратно положен кусок мяса. Такие хитрые устройства зверь уже видел и понимал, как они опасны. Волк помнил, как некоторые из его неопытных собратьев, жаждущие легкой наживы, наступали в центр этого круга и страшные острые зубы вонзались в их лапы, раздирая плоть и пригвождая к месту до прихода человека. После чего участь зверя была решена. Опытные же серые обходили такие ловушки стороной. Волк поступил так же. Да и зачем ему этот мертвый кусок мяса, когда рядом уже в страхе закудахтали куры, почувствовав присутствие хищника.

Волк обогнул капкан и перепрыгнул через ограждение. Курицы стали бешено носиться по вольеру. Углядев самую толстую наседку, волк кинулся за ней. В сторону полетели перья, и кудахтанье стало еще громче. На улице залаяла собака. Задушив первую курицу, волк кинулся за второй. Потом взял обеих кур в зубы и поспешил выпрыгнуть из вольера. Есть их здесь он не будет. Наверняка пес уже разбудил человека, и тот скоро будет в курятнике. Значит, нужно спешить. Спешить в лес.

Волк выбрался из курятника. На улице была ночь, но уже близился рассвет. Собака на мгновение прекратила лаять, и зверь услышал голос человека. Продолжая держать кур в зубах, волк по снегу припустил к лесу.

И вдруг прозвучал выстрел.

Собачий лай разбудил человека. Он поднялся с кровати и подошел к окну. Отодвинув занавеску, увидел, что пес лает на курятник.

“Опять этот чертов волк, — подумал Павел. — Может, он все же угодил в мой капкан?”

Он надел полушубок, быстро сунул ноги в валенки и, схватив двустволку, выбежал на улицу.

Пес, встав на задние лапы, а передними упершись в забор, лаял уже в сторону леса. Человек подбежал к забору и увидел убегающего вора. Не теряя времени, Павел вскинул ружье и прицелился. Прозвучал выстрел.

Бегущий волк споткнулся, упал, но затем, резко вскочив, снова побежал к леса, уже прихрамывая. Прозвучал второй выстрел. Но он не достиг цели, и волк скрылся в заснеженной чаще.

— Ничего, — сказал Павел. — Раненый, ты далеко не уйдешь.

Пес прекратил лаять и, виляя хвостом, вопросительно смотрел на хозяина, как бы спрашивая: “Ну что, охота-то будет?”

— Будет, будет, — сказал человек и, потрепав пса по голове, двинулся к дому.

Через несколько минут он вышел. За плечом висела котомка и ружье, а к поясу был пристегнут патронташ. Подойдя к лайке, Павел отвязал ее.

— Ничего, достанем этого чертова волка.

Будто соглашаясь с хозяином, пес радостно гавкнул.

Они направились по волчьим следам, отчетливо видным на свежем снегу.

Дойдя до того места, где он попал в волка, человек увидел следы крови и разбросанные куриные перья.

Павел еще раз оглядел место и заметил, что в отпечатке правой лапы скопилась кровь. Значит, пуля угодила зверю в правую лапу.

“Да, с такой раной волк далеко не уйдет, — подумал человек. — Сначала он будет бежать изо всех сил, не обращая внимания на боль. Затем боль станет невыносимой, чувствуя преследование, волк не перестанет бежать, но уже будет двигаться куда медленнее. Вскоре силы покинут его, и тогда зверю придется лишь медленно плестись, тут я и нагоню его”.

И охотник побрел по следам хищника, ведущим в лес. Пес радостно побежал вперед, обнюхивая волчий след. Последние звезды уже сошли с неба, скоро должен был наступить рассвет.

Волк бежал по рыхлому, свежевыпавшему снегу, как вдруг прозвучал выстрел. Внезапно его правую переднюю лапу пронзила острая боль, эта боль напоминала укус осы, но в сотню раз сильнее.

Зверь споткнулся, упал, но затем резко поднялся и, прихрамывая, побежал дальше, к чаще леса. Добычу из зубов он не выпустил, не такой уж легкой ценой она досталась ему, чтобы ее бросать.

Когда волк достиг первых заснеженных ветвей леса, прозвучал второй выстрел. Но зверь уже прыгнул в чащу. Снег, обильно покрывавший деревья, осыпался, прикрыв отступление. Волк слышал, как позади него лаяла собака и человек что-то говорил ей в ответ. Похоже, они собирались преследовать его. Значит, надо бежать, бежать быстро и как можно дальше, запутывая следы, чтобы человек не смог его выследить.

И волк побежал что есть силы. Его правая лапа болела, каждый раз, когда он наступал на нее, боль становилась еще сильнее, но волк не останавливался и продолжал бежать, несмотря на боль. Его лапы тонули в снегу, а дыхание сперло, но он все бежал, бежал, не оглядываясь и ни на что не обращая внимания.

Солнце уже взошло на небо и осветило все вокруг. Его лучики коснулись чистого, свежего снега, отчего тот стал переливаться всеми цветами радуги. Скоро солнце поднимется еще выше, и тогда его лучики проникнут и в чащу леса, остававшуюся на тот момент еще темной.

Павел вошел в лес и замер. Пес бежал впереди, но человек окликнул его, и зверь остановился.

— Подожди минутку, дружище, — сказал человек.

Пес непонимающе посмотрел на хозяина, чем-то явно заинтересованного. Павел же смотрел на следы волка, в этом месте они были чуть глубже, чем в других.

— Судя по всему, волк остановился передохнуть здесь, — сказал он вслух.

Его догадку подтверждала и кровь, скопившаяся в правой лунке, оставленной волчьей лапой. В этой лунке крови было чуть больше, чем в других, лишь слегка ею окропленных.

— Наверное, он о чем-то задумался, — предположил человек. — А потом сломя голову помчался дальше. Ладно, пошли, — сказал он псу.

Тот радостно гавкнул и побежал вперед вдоль волчих следов. Человек двинулся за псом, он, не отрываясь, следил за волчьим следом.

Павел был хорошим охотником и следопытом, он знал и любил лес. Ведь здесь прошла вся его жизнь. С самого раннего детства отец брал его на охоту и учил всему, что знал и умел сам. Повзрослев, Павел начал думать о том, что, когда у него будет сын, он тоже передаст ему все свои знания. Но родилась дочка, которая так и не научилась разделять увлечения отца.

Жена умерла, когда их дочери было десять лет. И Павлу одному пришлось воспитывать девочку и заниматься хозяйством. А с дочкой ему повезло. Она оказалась смышленой и трудолюбивой, хотя деревенскую жизнь девочка не любила. Она окончила школу и захотела поступить в университет, для того чтобы навсегда покинуть родную деревню. С одной стороны, Павлу было жаль расставаться с дочерью, но с другой — он понимал, что свою дальнейшую судьбу она не может связывать с этим местом. У нее здесь просто не было будущего. Ведь деревня постепенно вымирала, молодые разъезжались по городам, а старики медленно доживали свои последние годы.

Дочка поступила в университет. Это было три года назад. Теперь она жила в городе, и виделась с отцом лишь летом и на Новый год. Павел же остался в деревне, которую он так любил, ведь здесь прошла вся его жизнь. Здесь он родился, здесь он познал природу и любовь женщины, здесь он женился, и здесь умерла его любимая. Недавно Павлу исполнилось пятьдесят, и тот недолгий срок, который, как он считал, ему отмерил бог, он хотел прожить здесь, в своей родной деревне и ее окрестностях.

А сейчас Павел упорно шел вперед, по пушистому заснеженному лесу. Перед ним на свежевыпавшем снегу виднелись следы волчьих лап. Его пес весело бежал впереди, иногда он останавливался и обнюхивал волчий след, после чего смотрел на хозяина и бежал дальше.

— Мы нагоним этого волка, дружище, — обратился он к псу, тот остановился и внимательно посмотрел на хозяина. — И он больше никогда не будет воровать наших кур, — добавил он. — Верно ведь, Байкал?

Пес, понимая, что обращаются к нему, радостно гавкнул. Он любил, когда хозяин называл его по имени. Павел назвал своего пса в честь места, в котором так сильно хотел побывать, но в которое, как он думал, уже не попадет никогда.

Над их головами возвышались вековые сосны. От порывов ветра их макушки величественно покачивались, создавая ни на что не похожую мелодию. Эта природная мелодия, казалось, гипнотизировала. Было в ней что-то шаманское, колдовское, что заставляло твое сердце успокоиться и отдаться древним, природным инстинктам.

Свежий утренний воздух немного морозил горло и приятно бодрил. Солнце уже проникло в чащу, и снег искрился под его лучами.

“Здесь совсем недавно пробежала белка, — отметил про себя Павел. — А там видны следы зайца. А вот это волчьи следы, следы, по которым иду я”.

И он снова двинулся по волчьим следам. Павел не торопился и шел медленно. Он знал, что волк бежит и скоро выдохнется — и тогда ему придется плестись куда медленнее. Тогда-то Павел и нагонит его. К тому моменту волк будет в полном отчаянии.

“Легче добычи и представить себе нельзя, — подумал Павел. — Даже как-то и не интересно”.

Хотя погоня за волком доставляла ему удовольствие. Ему нравилось брести по заснеженному лесу, нравилось ощущать присутствие своего пса рядом, нравилось дышать свежим морозным воздухом и быть одному. Или почти одному, ведь с ним был его верный Байкал, которого Павел считал настоящим и самым преданным другом. Другом, который всегда рядом, который никогда не предаст и никогда не покинет тебя. Животные любят искренне и безвозмездно и отдают хозяину всю свою любовь без остатка. Своего пса Павел любил почти так же, как и охоту, а охоту он любил всем сердцем. Он любил это чувство, когда преследуешь зверя и ощущаешь его страх. Было в этом что-то древнее, по-настоящему мужское — это был инстинкт, доставшийся нам от далеких предков. Охота… на ней человек меняется, становится более диким и сливается с миром природы, погружаясь в свое первозданное состояние.

“Люди ведь тоже по своей природе хищники, — думал Павел. — Потому они и любят это чувство”.

Ветер задул чуть сильнее. Павел поднял голову и взглянул на небо.

— Главное, чтобы не пошел снег, — сказал он лайке, — а то этому волку удастся уйти от нас.

Но на небе не было ни облачка. Оно было синим и спокойным.

“Полная безмятежность”, — подумал Павел.

Волк бежал уже очень давно. Время, казалось, остановилось, и лишь дорога и накатывающая боль в правой лапе напоминали ему, что он еще жив.

Он только что сделал большой круг, стараясь запутать преследователя. На выполнение этого маневра у зверя ушло много сил и времени, но он знал, что человеку придется поломать голову, чтобы разобраться в его запутанных петлях. Но вот собака… Собака может учуять его.

Зверь прилег и принялся вылизывать рану. Он чувствовал привкус крови. Вяжущий, отдающий железом и в то же время свежий и пьянящий, как роса на летних цветах.

За время стоянки кровь прекратилась, и лапа стала болеть чуть меньше. Зверь поднялся и вновь взял добычу в зубы.

Нужно было идти. Волк снова побрел по бескрайней, покрытой снегом лесной дороге. Казалось, пути не будет конца. Вечный путь, постоянные скитания, охота, в которой ты сам можешь стать жертвой, были уделом всей его жизни и жизни его сородичей.

Снег нежно хрустел под мягкими теплыми валенками. И Павлу казалось, что он идет по мягкому снежному покрывалу. Одинокие кустарники, которые так редко встречал охотник, были тоже закутаны белоснежной бахромой. Тоненькие ветки с опавшими листьями мужественно держали лежащий на них снег. Эти одинокие заснеженные кустарники казались не настоящими, а лишь кусочками картины, нарисованной белыми красками.

Старые сосны стремились вверх. Их макушки были тоже все в снегу, и редкий ветерок, раскачивающий деревья, колыхал их ветви, отчего снег падал вниз. Снег летел очень быстро и с глухим звуком ударялся о снежный ковер, покрывавший землю. Эти падающие комки пугали пса, и каждый раз он испуганно поджимал уши и, поднимая голову, смотрел на хозяина. А Павел лишь усмехался, давая понять псу, что ничего страшного не произошло.

Идя по волчьим следам, Павел и пес забредали все дальше в лес. Неискушенный путник, прогуливающийся здесь вместе с ними, подумал бы, что лес не меняется. Но Павел знал, что это не так. Лес становился все гуще, сосны все ближе примыкали друг к другу, и все чаще встречались кустарники. От этого лес становился темнее, ведь солнцу было сложнее проникать через заснеженные кроны деревьев в эту дремучую чащу. А тех лучиков, которым удавалось это сделать, не хватало, и потому все здесь казалось не реальным, а каким-то черно-белым, как на старой кинопленке.

Неожиданно следы волка оборвались на поваленном дереве.

— Может, у нашего серого выросли крылья? — улыбнулся Павел. — Как думаешь, Байкал?

Пес недоуменно гавкнул.

— Вот и я не знаю, — сказал Павел.

Он медленно осмотрелся и увидел маленькое белое перышко. Оно колыхалось на ветке кустарника.

— А он хитер, — заметил Павел и подошел к кустам.

Следов волка он не обнаружил, но точно знал, что хищник был здесь. Охотник понял, что с поваленного дерева волк прыгнул в заросли, и снег, покрывавший кусты, осыпался, скрыв следы. Павел обошел кусты и увидел отпечатки волчьих лап.

— Еще как хитер, — повторил он. — Слышишь, Байкал, нам с тобой попался очень хитрый волк. Он чуть было не провел нас.

Пес залаял.

— Знаю, знаю. Рано или поздно ты бы все равно его учуял. Я в тебя верю, Байкал.

И они двинулись дальше по вновь найденным следам.

Холодало. Павел чувствовал, как его лицо покалывает легкий морозец. И он повыше натянул свой шарф, так, чтобы тот закрывал ему нос.

Вскоре человек и пес вышли к тому месту, где хищник останавливался и отдыхал возле сосны. Об этот свидетельствовал отпечаток волчьего тела на снегу.

— Видать, бедняге совсем тяжко, — сказал Павел.

Пес с интересом обнюхивал волчье лежбище.

— Ладно, пошли дальше.

Пес бросил свое занятие и побежал вперед. Человек пошел вслед за ним, внимательно разглядывая волчьи следы. Они немного изменились. Капли крови пропали.

“А он не терял зря времени, — подумал человек. — Видать, рану зализывал. Наверное, и сил набрался”.