Читаем В плену Левиафана онлайн бесплатно

…Сколько раз за последние несколько часов он пожалел, что решился на эту авантюру? Десять, двадцать?

Около пятидесяти.

Оттого что пятьдесят раз кряду повторишь «Ты идиот, Алекс», глупее не станешь. Умнее, впрочем, тоже.

Внизу третьи сутки идет дождь. Не прекращаясь ни на минуту. Еще ниже, на равнинах (если верить интернет-прогнозам), дожди не столь интенсивные, кое-где проглядывает солнце и начинает появляться первая зелень. Еще ниже, у моря, деревья стоят в цвету, но отели все равно полупустые: купальный сезон еще не начался, а одинокие пловцы (такие же идиоты, как и он) — либо англичане, либо русские. Перед тем как сигануть в еще непрогревшуюся воду, они пьют виски. Или водку. После чего с криком и уханьем плещутся на волнах в трех метрах от берега, не забывая позировать перед фотообъективами своих подружек. Или друзей — менее отчаянных. Менее идиотов. Впоследствии фотографии выкладываются в Сеть (с обязательной датой заплыва — «март») и собирают полдесятка флегматичных комментариев. На большее купание в марте не тянет. Это совсем не то, что сунуть голову в пасть нильскому крокодилу, обвеситься гремучими змеями или вскарабкаться на Эверест с флагом компании-спонсора в зубах. Это совсем не то, что попасть под снежную лавину, а именно о снежной лавине думает сейчас Алекс. Если что-то случится — откопают его не сразу, но фотографии с места происшествия получатся отменными. Еще один идиот, отправившийся в горы, несмотря на штормовое предупреждение: общий план маленького «ситроена», средний план четырехметрового слоя снега на крыше «ситроена». И крупный план собственно идиота, заблокированного в «ситроене».

Сто восемьдесят комментариев в Сети, никак не меньше, основная полемика разгорится по поводу того, как долго продлилась агония идиота. Двенадцать часов — самый пессимистический вариант. Сутки — самый оптимистический. Хотя это тот самый случай, когда неизвестно, что оптимистичнее: медленно умирать от холода и недостатка воздуха двенадцать часов или целые сутки.

На предсмертную записку хватило бы и двадцати минут, и пяти — даже если бы вышла из строя электрика и Алекс оказался в полной темноте: в бардачке «ситроена» лежат не только ручка с блокнотом, но и тридцатисантиметровый полицейский фонарик «Mag-Lite». Этот фонарик — вещь многофункциональная. Весит он не меньше килограмма, дальность луча — двадцать пять метров, им можно орудовать как дубинкой, защищаясь от нападения случайного грабителя, но случайные грабители на такой высоте не встречаются.

На такой высоте вообще мало кого встретишь.

Особенно сейчас, во время снежного бурана, на одном из самых опасных перевалов, еще несколько километров — и дорога кончится. И начнется «козья тропа» в скалах — она ведет к дому Лео и достаточно безопасна в ясные дни. А все немногочисленные визиты к Лео приходились именно на ясные дни, Алекс и понятия не имеет, как выглядит «козья тропа» в буран. И проходима ли она сейчас. Не исключено, что нет. Не исключено, что пройти по ней в такую погоду мог бы сам Лео. Почему тогда он не спустился, а прислал это странное сообщение?

Тревожное сообщение, отчаянное.

Именно оно заставило Алекса сесть за руль, несмотря на распоясавшуюся стихию. Это внизу идет дождь, здесь же валит снег. Хлопья такие крупные, что дворники с ними не справляются. Оттого и приходится останавливаться через каждые пятьсот метров и выходить из машины, чтобы очистить лобовое стекло, а заодно проверить цепи на колесах, не слетели ли? Пока все в порядке, но ощущение, что он ввязался в авантюру, не покидает.

И это ощущение не из приятных, ведь Алекс и авантюра — понятия трудно сочетающиеся.

До сих пор он вел размеренный образ жизни. Точно такой же, какой ведут семьсот девяносто девять жителей городишки К.

К. расположен в маленькой долине между двумя горами. Место красивое и довольно перспективное, но до славы лучших горнолыжных курортов Австрии и Швейцарии ему далеко. Публика побогаче отправляется именно туда, да еще в Червини и Кортина д’Ампеццо, здесь же останавливаются в основном бюджетные чехи-сноубордисты и любители большого слалома из Румынии. Хорошо оборудованных и полностью безопасных трасс немного, а те, что есть, довольно сложны для начинающих. Зато имеются вполне приличный подъемник, две трехзвездочные гостиницы, восемь небольших семейных пансионов и центр скалолазания, знаменитый тем, что в его открытии принимал участие австрийский актер Вольф Бахофнер. Алекс видел этого типа в популярном сериале «Комиссар Рекс», — и в страшном сне не представишь, что двойной подбородок и круглые очки Бахофнера имеют какое-то отношение к скалолазанию.

У Лео тоже есть собака.

Не овчарка, как «комиссар Рекс», — сенбернар по кличке Боно. Хорошо бы встретить Боно там, где заканчивается дорога и начинается «козья тропа». Еще лучше встретить самого Лео и получить объяснение из первых рук. Что означал его призыв о помощи? Алекс сильно надеется, что это была шутка, хотя не в правилах Лео так шутить. Не в правилах просить о помощи, скорее, наоборот — все просят помощи у Лео. Все — попавшие в беду одиночки-горнолыжники, доморощенные альпинисты, наивные скалолазы и паломники, на свой страх и риск совершающие восхождение к руинам монастыря святого Марка, еще одной достопримечательности К. Да что там — вся логистика К. в некоторой степени зависит от Лео, от его маленькой метеостанции на горе. Климат в долине слишком переменчив и непостоянен, — еще и поэтому К. до сих пор не стал полноценным горнолыжным курортом. А те, кто не занят обслуживанием чешско-румынского туристического братства (штаты гостиниц и пансионов нельзя раздувать до бесконечности), работают на двух окрестных лесопилках. Лесопильное руководство высоко ценит услуги Лео по предсказанию погоды: кажется, Лео числится у них в штате и получает приличную по местным меркам зарплату. Но, как подозревает Алекс, он вполне мог обойтись и без нее: Лео — не бедный человек. Далеко не бедный, исходя из стоимости оборудования метеостанции, которое Лео закупал на собственные деньги.

Лучше было бы вложить их в отель.

Причем в отель где-нибудь на побережье, где деревья сейчас стоят в цвету и думать забыли о таком природном явлении, как снежная буря. Во всяком случае, именно так поступил бы с большими деньгами практичный Алекс, хотя… Лео не назовешь непрактичным. Для того чтобы выживать на вершине, нужны определенные навыки. Волчья хватка, которую знающие люди иногда называют жизненной. Нужно уметь так обустроить быт, чтобы не тяготиться отсутствием людей. Отсутствием необходимого набора удобств, предлагаемых цивилизацией.

Но минимальный набор удобств все же есть: свет, тепло, горячая и холодная вода, связь с внешним миром, пусть и не слишком полноценная. Там, наверху, где сотовые телефоны совершенно бесполезны и не работает Интернет, Лео довольствуется лишь портативной радиостанцией. Телевизора в доме Лео нет, зато есть масса книг, целая комната отведена под библиотеку. На то, чтобы прочитать хотя бы треть библиотеки, у Алекса ушла бы целая жизнь, но он никогда и не собирался тратить ее на книги. И никогда бы не остался на вершине горы, вдали от людей. Вдали от хорошеньких девушек. В К. все хорошенькие девушки наперечет, их не больше трех десятков, с двумя из них у Алекса было легкое подобие романа. Еще с одной они даже планировали совместную поездку в Венецию, но на горизонте нарисовался чешский сноубордист по имени Ми´хал, и в Венецию девушка Алекса поехала с ним. А потом и вовсе исчезла из К. и проживает теперь то ли в Праге, то ли в Карловых Варах. Алекс не особенно страдал по поводу измены, — просто чаще, чем обычно, заглядывал в бар «Carano», где и познакомился с легендарным метеорологическим отшельником.

Да-да, несостоявшаяся большая любовь привела его прямиком к дружбе с Лео.

Впрочем, «дружба» — сильно сказано, скорее, речь идет о приятельских отношениях, на большее мизантроп Лео вряд ли способен. Дружба предполагает довольно тесное общение и схожесть интересов, а они с Лео — разные. Очень разные. И интересы их лежат в прямо противоположных плоскостях. Лео, несмотря на свою мизантропию, самый настоящий альтруист, одна метеостанция чего стоит! Алекс же сто раз подумает, прежде чем пошевелить для ближнего хотя бы мизинцем. Лео любит книги, Алекс — дурацкие и имеющие весьма опосредованное отношение к действительности полицейские сериалы на манер «Комиссара Рекса». Лео богат, а банковский счет Алекса представляет собой жалкое зрелище. Лео — самая легендарная личность в округе, а Алекс ничем не отличается от остальных семисот девяноста девяти жителей К. Лео — альпинист, горнолыжник, философ, черт в ступе, Алекс — всего лишь продавец рубашек в крошечной лавке на центральной площади городка. Справедливости ради, Алекс не всегда был продавцом. Некоторое время он подвизался на ниве торговли недвижимостью, но нисколько в этом не преуспел. За всю свою бесславную риелторскую карьеру он не смог продать ни одного дома, да что там дом! Ему не удалось втюхать потенциальным покупателям даже квартиренки по весьма умеренной цене. Глава агентства недвижимости, синьор Моретти, только руками разводил: и как только Алексу удается раз за разом срывать самые что ни на есть верные сделки? Отпугивать покупателей, которые были почти в кармане. Которым оставалось только поставить подпись на документе о купле-продаже. И, если этот документ по недосмотру попадал в руки Алекса, месяцы упорного окучивания шли насмарку, все предварительные договоренности летели в тартарары, и покупатели отказывались от сделки в самый последний момент.