Читаем В плену Левиафана онлайн бесплатно

Нью–Йорк наши дни…

– Ну и чего ты собиралась этим добиться? – навис над моей кроватью Уилен, заставляя нервно сглотнуть.

Приглушенный свет обжигал глаза, не позволяя увидеть бесчувственное выражение его лица, превращая этого мужчину в какую-то чёрную и совершенно неразборчивую фигуру. Огромную тень без имени, сердца и души…

Перебинтованные запястья заныли от боли, словно я всего секунду назад провела по ним острым лезвием в попытке избавиться от своей проклятой участи в этом роскошном доме. Доме, который превратился для меня в самую настоящую клетку…

– Кажется, я уже говорил тебе об этом, маленькая Энни… – хриплый голос прошелся по мне электрическим разрядом, заставляя тело вздрогнуть.

Я ненавидела, когда с его губ слетало моё имя. Он всегда произносил его пробуя на вкус. Катая на языке и рассасывая, как клубничный леденец. Смаковал и наслаждался им как будто, каждый раз, когда он так делает, маленький кусочек воли откалывается от моей души, делая меня слабее…

К глазам тут же подступили слёзы отчаяния. Но я проглотила их, не позволяя этому чудовищу увидеть, как больно он мне делает! Ну, уж нет! Только не ему!

Он разорвал на части мой счастливый мирок. Заставил взглянуть в глаза суровой правде жизни, и признать что всё вокруг продаётся и покупается.

И никто! Никто не придёт на твой крик о помощи! Никто не выступит против этого бешеного зверя! Никто не спасёт и не протянет руку!…

Прекрасные принцы слишком слабы и ничтожны. В них больше нет ни сил, ни храбрости, ни достоинства… И мои принц оказался ничуть не лучше побитой собаки…

– Теперь ты моя ,– и снова его грубый тембр вернул меня в кислую реальность, наполняя душу очередной дозой желчи. – А это значит, что только мне одному решать, что именно с тобой будет. И до тех пор, пока ты продолжаешь вызывать у меня интерес – даже сама смерть не сможет прибрать тебя к рукам. Поэтому хватит уже баловаться. Хватит строить из себя жертву обстоятельств. Пора бы уже вырасти и понять своё место в этом мире, маленькая Энни… – всё ещё держа руки в карманах брюк, он сделал шаг назад, оставляя меня один на один со омерзительной участью купленной шлюхи.

Удивительное чувство, когда из живого и самодостаточного человека ты превращаешься в простую вещь…

Ты всё так же дышишь. Всё так же говоришь. Всё так же двигаешься. И вроде бы всё точно такое же, как и секунду назад, а вот ты… Ты уже никогда не сможешь быть какой как прежде.

Ты всё так же дышишь. Всё так же говоришь. Всё так же двигаешься… И вроде бы всё точно такое же, как и всегда. Земля не остановилась, а солнце не погасло. Но теперь, всё что тебе остаётся – просто сидеть в стоящем на обочине автомобиле и смотреть на этот мир через запотевшее окно. Прекрасно понимая, что больше ты уже никогда не сможешь стать его частью…

За четыре месяца до…

Казалось, что время остановилось, доводя меня до какого-то зудящего безумия! Интересно, сколько раз я уже посмотрела на часы? Тысячу? А может, миллион?

Прошло уже три часа после начала собеседования, на которое отправился Дэван. Три часа, каждую минуту из которых я отсчитывала с по-настоящему маниакальной дотошностью.

Проклятье! Если он не получит эту должность, то просто умрёт!

Такой шанс! Такая невероятная возможность! Работать в компании по производству самых современных и самых востребованных IT-технологий – всё равно что выиграть билет в новую жизнь!

Жизнь, в которой даже простому программисту можно ни в чём себе не отказывать! И я верила, что Дэван справится! Надеялась на это с каждым биением своего сердца!

«Дэван! Дэван! Дэван!» – пульсировало во мне его имя, не позволяя думать ни о чём другом.

– Простите, – подняла руку посетительница, заставляя очнуться. – Не могли бы вы подойти.

– Секундочку! – спрятав телефон, я взяла свой рабочий блокнотик и подошла к столику, за которым сидела молодая пара. – Вы уже решили, что будете заказывать?

Может быть, работать официанткой и не было пределом моих мечтаний, но не всем же в наше время довольствоваться высшим образованием и высокооплачиваемой должностью. К сожалению, после смерти родителей у меня не нашлось лишних ста тысяч на получение диплома врача. Так что я уже давным-давно смирилась с тем, что в этом мире должны быть и такие, как я – простые работники в сфере обслуживания.

Самое главное, что у меня был любимый человек и, конечно же, руки-ноги. Не спорю, что подобные мысли совершенно не подходили двадцатилетней девчонке, но после того, как девять лет назад мои родители погибли при пожаре, я уже не могла думать иначе.

Сначала мне было по-настоящему трудно смириться со случившимся. Я никогда не понимала, почему Господь поступил со мной подобным образом. За что лишил семьи? За что причиняет столько боли? И почему не позволяет быть такой же счастливой, как другие?

Первые полгода я просыпалась и засыпала, задавая себе эти вопросы. Дышала ими. Смотрела через них на окружающую реальность. Искала ответы в любом событии и человеке. И хорошо, что всё это время меня окружали по-настоящему замечательные люди, не позволившие окончательно свихнуться из-за постоянного чувства вины и самобичеваний…

Родственники матери забрали меня к себе сразу же после пожара и растили как собственную дочь. И пусть они и не нашли денег для моего обучения, но помогли устроиться на работу в кафе своих друзей, а самое главное, что даже и не подумали становиться между нашими с Дэваном отношениями.

– Скажите, – взглянула на меня намарафеченная красавица с ярко-накрашенными глазами. Не спорю, что макияж был вполне приличный, но куда больше подходил для вечера, а уж никак не для середины дня. – А макароны покупные или вы их сами готовите?

– Покупные.

– А какой фирмы?

– Простите, но я не знаю, – пожала плечами, пытаясь скрыть ироничную улыбку.

Бедная девушка вот уже полчаса не могла определиться между спагетти и пастой.

Фигура. Калории. Жиры. Углеводы…

Наблюдая за тем, с какой одержимостью некоторые посетительницы считают каждый лишний грамм принесённого блюда, я с какой-то детской искренностью радовалась тому, что, в отличие от них, мне ещё никогда не приходилось думать ни о чём подобном!

В детстве меня всегда называли тощей и костлявой доходягой. И из-за этой чрезмерной худобы довольно долго все считали, что ноги у меня кривые, а грудь так и вовсе начала расти только к началу старших классов.

– Узнать у повара, – по-хозяйски взглянула на меня девушка, откладывая меню.

– Хорошо. А вам молодой человек? – повернулась я к парню, который, по всей видимости, хотел, чтобы она сделала заказ ничуть не меньше, чем я.

– Оладьи с кленовым сиропом и зелёный чай.

– Одну минут, – улыбнувшись клиентам, я направилась на поглощенную работой кухню. Подобные капризы были не редкостью, так что я всегда выполняла их без лишних вопросов. – Оладьи с кленовым сиропом, Марк. А ещё посетительница хочет узнать марку наших макаронных изделий, – прикусила язык, насмешливо играя бровями.

– О, Боже! – недовольно фыркнул тучный мужчина, оставляя нарезку картофеля. – Как же мне уже осточертели все их причуды!

– Желание клиента – закон! – тожественно подняла ручку, словно цитировала королевский указ. – Так что нечего бурчать.

– Извините, это здесь работает Энни Кларк? – послышалось из зала. И этот голос я бы узнала не то что на гудящей кухне, а даже посреди бурлящего водопада!

Оттолкнувшись от стола, выскочив через качающиеся двери, я сразу же увидела около стойки Дэвана. Держа в руках огромный букет роз, он смотрел на меня, так откровенно улыбаясь, что внутри тут же начали порхать бабочки.

Его темные волосы были взъерошены, а серые глаза блестели, словно у пятилетнего мальчишки, который всего пару секунд назад взял в руки подаренного щенка. Высокий и красивый, с волевым подбородком, острыми скулами и аккуратными губами – этот мужчина всегда казался мне воплощением самой прекрасной мечты!

– Быть того не может… – аккуратно произнесла, прощупывая почву. – Ты что, серьёзно? – Дэв улыбнулся ещё шире, и я даже сама не поняла, как завизжала, срываясь с места.

Сердце колотилось, как у безумной, отдавая в висках барабанной дробью! Запрыгнув на него, не обращая внимания ни на посетителей, ни на то, как высоко, должно быть, задралась моя юбка, я готова была задушить Дэвана в объятиях!

– Мы сделали это, Эн! – довольно проговорил мне в шею, обжигая кожу горячим дыханием. – Десять тысяч, Эн! Десять тысяч!

Красивые розы рухнули на пол, рассыпаясь по чёрно-белой плитке, и Дэв даже и не подумал жалеть их. Снова и снова наступая на огромные бутоны, он кружил меня, прижимая к себе с такой силой, что на какое-то мгновение я полностью перестала ощущать себя отдельным организмом.

Здесь и сейчас мы с Дэваном стали настолько едины, что я забыла, каково это, жить вне его объятий… И вне одного дыхания на двоих…

– Боже, Дэв! – наконец-то смогла взглянуть в счастливые серые глаза, чувствуя, как сжимается в груди от накативших слёз. – Кажется, это самый счастливый день в моей жизни!

– Предлагаю поднять бокалы за нашего дорогого Дэвана, – поднялась я, произнося тост в одном из лучших ресторанов Нью-Йорка. – За то, что он заставил оценить себя по достоинству и стал лучшим работником в первый же месяц!

– Поздравляем тебя, сынок! – улыбнулись дядя Фрэнк и Аманда.

– Поздравляю, братик! – потянулась к нам Викки, завершая тост звоном гордого хрусталя.

Такими нарядными и счастливыми я видела родителей Дэва только на вручении диплома об окончании Колумбийского университета. Мне всегда казалось, что дядя Фрэнк неосознанно принимал каждое его достижение на свой счёт, гордясь Дэваном сильнее всех на свете.

Ну а Аманда… Она была самым ярким представителем безвозмездной материнской любви, которую я когда-либо видела. Наверное, именно поэтому меня и приняли в качестве его невесты, даже несмотря на наше с ним родство.

– Я люблю тебя, родная, – поцеловал меня Дэв, укладывая руку на поясницу.

– И я тебя, – прижалась к нему, переводя взгляд с умилявшегося нами семейства на погруженный в золотые блики зал.

Ненавязчивая музыка сливалась со смехом посетителей, создавая вполне приятную атмосферу. Мужчины в дорогих костюмах и одетые с иголочки дамы мило смеялись и шушукались, потягивая дорогой алкоголь. Удивительно, но я всегда считала, что люди в подобных заведениях излучают далеко не такую дружелюбную ауру.

Но на практике всё оказалось совершенно иначе. Потому что в реальности богатым людям совершенно наплевать на всех, кроме их собственной благородной персоны и тех, кто эту персону может поднять вверх по статусной лестнице.

– Боже, Эн… – прошептал мне на ушко Дэв, пока его родители были заняты кроликом, а младшая сестра копалась у себя в телефоне, отправляя в инстаграм очередное фото. – Как же я хочу закончить этот проклятый ужин, вернуться в нашу квартиру и сорвать с тебя все эти вещи… – прорычал, прихватывая губами мою мочку, и я тут же поёжилась, чувствуя на коже его горячее дыхание.

– Не нужно, Дэв… – повернулась к нему, упираясь лбом в твёрдую скулу. Тело уже дрожало как ненормальное от каждого голодного прикосновения. А когда Дэван позволил себе облизнуть меня за ушком, так и вовсе напомнило бурлящий гейзер! – На нас же смотрят…

– Плевать, – усмехнулся мой любимый, продолжая свою игру.

Сильные пальцы впились в кожу под платьем, и я практически застонала от его жадного напора.

– А вот мне – нет, – из последних сил уперлась в крепкое плечо, отодвигаясь от него. – Так что я сейчас ненадолго отойду, а ты как следует остынешь!

Проигнорировав его притворно-оскорблённый взгляд, стараясь сдержать счастливую улыбку, я застучала каблуками в сторону выхода.

Пройдя в дамскую комнату, я первым же делом подошла к зеркалу, чтобы проверить макияж. Меня всегда было сложно назвать настоящей красавицей, ведь я никогда не вписывалась в общепринятые стандарты того, какой должна быть привлекательная девушка. И всё-таки вполне спокойно могла назвать себя милой или даже кукольной, тем более сегодня вечером.

Ведь для него я на самом деле старалась! Старалась стать лучше, сексуальнее, обворожительнее. Потому что до какого-то совершенно детского безумия хотела порадовать Дэва!

Благодаря Викки, которая всегда была залюбленной маленькой принцессой, я смогла дать фору любой из присутствующих здесь девушек. Мы не стали много придумывать, и потому я надела своё зауженное коктейльное платье тёмно-синего цвета с тонкими лямками и сдержанным разрезом до середины бедра.

А вот с макияжем и причёской нам действительно пришлось попотеть. Вики прекрасно владела подводкой, благодаря которой мои серые глаза приобрели кошачью форму. А в паре с персиковой помадой, они и вовсе казались выразительней и больше.

Тем более что волосы Викки уложила действительно хорошо. Прядочка к прядочке. Так, что моя высокая причёска смотрелась ничем не хуже, чем у любой из постоянных посетительниц данного заведения. Да и то, как на моих волосах то и дело играли платиновые блики, заставляло меня держать голову высоко поднятой, словно на ней была настоящая корона!

Помыв руки и накрасив губы, я оставила уборную, направляясь к Дэвану и его семье.

Как же хорошо мне было в этот момент! Казалось, что Вселенная впервые за долгое время сжалился надо мной, позволяя насладиться определенностью, которой у меня ещё никогда прежде не было.

Насладиться покоем и умиротворением, что растекались по моим венам вместе с безграничной любовью к Дэвану. Тем, как сильно крепнет наша семья, преодолевая все преграды на своём пути к счастью!

Всё вокруг пестрило светом и счастьем! Миллионами огней, от которых я была готова расплакаться! Потому что этот мир наконец-то стал другим! Ярким и сочным! Он изменился в лучшую сторону, а вместе с ним изменилась и я…

И мне безумно не хотелось потерять это упоительное чувство, с которым воздух становится сладким. Вода превращается в вино. Ветер играет мелодичными колокольчиками. И всё твоё тело переполняют сотни трепыхающихся бабочек!

– А я сказал 2,75 и ни центом больше, – раздался тяжелый мужской голос. – Так что либо принимай моё последнее предложение, либо ищи себе другого партёра по бизнесу.

Спокойный. Тихий. Жесткий.

И настолько обезоруживающий своей холодной энергетикой, что моё тело испуганно вздрогнуло, пытаясь избавиться от него, как от смертельных тисков огромного удава.

Бросив мимолётный взгляд в сторону его владельца, я увидела высокого мужчину в презентабельном костюме. Рука с телефоном и визжавшими о своей эксклюзивности часами скрывала от меня его лицо. Так что я смогла рассмотреть только его довольно мощное телосложение и русые волосы. Мне они показались куда длиннее, чем нужно, но смотрелось это всё равно вполне приемлемо.

Не знаю, о чём именно шел разговор на другой стороне трубке, но очевидно, что о чём-то безумно важном, ведь помимо меня на этого незнакомства смотрели ещё двое таких же представительных мужчин. И не просто смотрели, а практически молились на него, как на своего апостола.