Читаем В паутине под лестницей онлайн бесплатно

© Росмэн, 2022

© Анна Чайка, 2022

Стены дрожали от чудовищных ударов. Внутрь ломилась по меньшей мере разъяренная армия. Картина с изображением каморки упала с полки рисунком вверх, и Кора заметила, что краски пришли в движение, точно клубок ядовитых змей. Рисунок стал объемным. В центре него образовалась дыра, уходящая глубоко вниз.

Как только это произошло, удары прекратились. Зато раздался треск паутины. Из образовавшегося лаза наружу торопливо лезло нечто. И Кора знала, что это за ней…

Перед запущенным зданием общежития стояла невысокая девушка в старомодном платье с оборками. Светлые, почти бесцветные волосы были тщательно завиты, в руках – ажурный зонт от солнца и клочок желтоватой бумаги.

Глядя на ее наряд, можно было предположить, что рядом шла театральная постановка или, на худой конец, бал-маскарад. Но нет, Кора Сонина нигде не выступала. Она собиралась переезжать. За спиной громоздились три разнокалиберных чемодана, преграждая случайным прохожим дорогу.

Вид у нее был самый недовольный. У прохожих – тоже. Но не настолько, чтобы отвлечь девушку от собственных мыслей. В который раз она возвращалась взглядом к вырезке из вчерашней газеты. Прямо под предложением купить щенков немецкой овчарки шло следующее:

«Предоставим бесплатную комнату по адресу: ул. Костюкова 22а каждому, кто сошлется на это объявление. Единственные условия – крепкие нервы и умение ладить с окружающими».

С какой стороны ни посмотри, похоже на мошенников. Может, даже торговцев органами. И таким вот хитрым способом они выискивают наивных простачков без инстинкта самосохранения? Н-да…

Не будь у Коры проблем с деньгами, она плюнула бы на все и поехала в единственную гостиницу Чеховска. А все он, этот крохотный городок с населением в пятьдесят тысяч человек. Даже хостелы тут не открывают. Невыгодно.

Кора вздохнула. Хорошо, что Лиза хоть что-то смогла ей выделить. Их сбережения таяли с каждым днем, а жить под ближайшим мостом следующие несколько месяцев – довольно экстремальное решение.

Прикинув, какая из двух напастей вызовет у родной матери больше сочувствия, Кора неохотно втянула свои пожитки на территорию общежития. За невысокой оградой из камня прятался уютный скверик восемь на восемь метров.

Большую его часть занимал лысеющий дуб. Узловатые корни обвивали собой все, до чего можно дотянуться, а блеклая от жары трава проросла даже сквозь ступеньки, ведущие к дверям в тени навеса. Над перилами висела покосившаяся табличка с номером «№ 37».

Само здание было зажато между продовольственным магазином и перекрестком. Высотой в три этажа, из посеревшего от старости кирпича, в стыках которого также росла зелень, и темными окнами, напоминавшими глаза слепого бродяги. Ни цветов на подоконниках, ни белья. Где все люди?

– Эй! Мне тут помощь нужна, – крикнула Кора в закрытую дверь.

Тишина. Никто не вышел, так что пришлось втаскивать чемоданы самостоятельно. Когда она наконец смогла попасть внутрь, одежда уже пропиталась потом. Все же наряд «готической Лолиты» не самая практичная вещь для переезда.

«Зачем доплачивать таксисту, я и сама справлюсь… Тьфу! – злилась она. – Пора завязывать с самодеятельностью»

В глаза бил пронзительный свет. Его дарила одинокая голая лампочка, висевшая на проводах в центре коридора.

В стеклянной будке напротив сидел консьерж. Кора подумала, что он мог ее слышать, но не пошевелился из принципа. Ну и пускай. Хуже день, когда ее выгнали из дома, уже не будет.

Она раздраженно отбросила кружевной зонтик к прочим вещам и постучала в окошко.

– Добрый день. Я по объявлению.

Ее продолжали игнорировать. Мужчина неопределенного возраста, с редкими волосами и рыхлой, точно кусок сыра, кожей сосредоточенно решал кроссворд, повернувшись к посетителям боком. Под таким углом Кора могла рассмотреть каждую пору на желтоватой восковой щеке.

Из вежливости она решила подождать. Наконец консьерж оторвался от потрепанной книжечки и внимательно посмотрел в ее сторону. Кора поежилась под равнодушным рыбьим взглядом.

– Объявление, – сказала она, вжимая ладонью замусоленный клочок бумаги в стекло. – Давали? Это ваше?

– Угу.

Какое красноречие!

– Так это правда? Я могу заселиться бесплатно? Вот прямо совсем бесплатно?

– Сначала прочти мне то, что там написано, – зачем-то попросил консьерж. Голос у него оказался на удивление приятным. – Слово в слово.

Кора удивилась, но просьбу выполнила. Консьерж удовлетворенно кивнул и снова отвернулся к столу. Это походило на утонченную издевку, но как оказалось, он просто искал необходимые бланки. Несколько листков с правилами упали на бортик прямо перед девушкой.

– Договор между общежитием и заселяющимся. Будь внимательна, прежде чем подписывать, – потом его так просто не расторгнуть.

Кора не подала вида, лишь пробормотала себе под нос:

– Значит, подвох все же есть.

Что тут у нас: убирать за собой, не ссориться с соседями, не приводить чужаков, следить за порядком, не разжигать огонь на кухне после полуночи… Хм, ничего серьезного. Разве что требование прожить здесь минимум месяц отдавало чем-то странным.

– А если мне надо будет съехать раньше? – спросила она, тыча коротким ногтем в нужную строчку. Мужчина что-то недовольно пробурчал себе под нос.

– Что-что?

– Таковы правила. Не я их придумал. Приходить тоже нужно вовремя, а иначе…

– Иначе буду спать на улице. Не скажу, что это чем-то отличается от условий моего прошлого местожительства, – вздохнула Кора. – Давайте сюда ручку.

Вписав свои паспортные данные и оставив подпись, она почувствовала мрачное удовлетворение. Словно тем самым ввязалась в неприятности, из которых теперь не выпутаться.

Глупости, конечно, – но мысль о том, что из-за Лизиных афер она пострадает и будет немым доказательством ее ошибок, грела Коре душу. Она ведь не сама пришла в место с мутной репутацией. Ее вынудили. Буквально поставили перед фактом. Стоило еще в бандитскую группировку вступить для полноты картины, и тогда точно во всех новостях начнут вещать про родительский недосмотр и неблагополучные семьи.

Шорох сбоку прервал грустные размышления.

Получив ключи от комнаты на втором этаже и дружеское напутствие (если ехидный смешок и фраза: «Будь как дома» могли за него сойти), Кора с трудом потащила вещи к лестнице. К ее разочарованию, никаких бандитов на пути не встретилось. Только кашляющий мужчина с сигаретой и несколько лохматых кошек.

Предчувствие не обмануло. Общежитие действительно пустовало. За рядами одинаковых белых дверей было тихо, единственный звук – цокот ее собственных каблучков, разносился по длинному коридору, выкрашенному унылой зеленой краской.

Кора уже не опасалась, что кто-нибудь утащит ее барахло. В несколько заходов перетащив чемоданы к порогу своей комнаты, повернула ключ в замке и вошла внутрь. Стон облегчения вырвался из груди: как же чисто и светло. А еще… еще она будет жить одна!

В крохотной комнате, выходящей окном на внутренний дворик, стояла односпальная металлическая кровать. Рядом двустворчатый шкаф, зеркало на высокой ножке, пара стульев и шаткий стол у подоконника.

– И все это взамен ежемесячной уборки и замены лампочек? – поразилась Кора.

Такое вообще бывает?

Она с разбегу упала на накрахмаленные простыни. Кровать приятно скрипнула под ее весом. Не похоже, что здесь можно подцепить кожную инфекцию или блох. Хоть это и могло бы стать хорошей причиной для возвращения домой.

Правда, затем ей вспомнилась одна жуткая передача. В ней говорилось про паразитов, заводящихся под кожей. На экране мелькали мерзкие детальные изображения, диктор говорил: иногда врачам сложно поставить диагноз, так как паразиты мигрируют. Распространяются внутри. Они могут перейти на разные органы и даже заразить мозг – и тогда человек умирает.

Узнав об этом, Кора чесалась целый вечер. Ей все казалось, что во внутреннем углу глаза есть что-то. Некий волосок, извивающийся под нижним веком. И никакие уверения матери и закапывание капель не могли помочь.

Кора лежала в кровати так же, как сейчас, и пыталась поймать момент движения.

Вот-вот, скоро…

Да, сейчас…

Вот он.

Неприятный зуд от соприкосновения с гибким тонким тельцем. Как оно возится, зарываясь глубже в плоть, перебирает невидимыми коготками. Глубже… глубже…

Кора вздрогнула и машинально протерла глаза, пытаясь отгнать призрак прошлого. Такое случалось и раньше. Не стоит заморачиваться.

Она почувствовала, что первоначальный бодрый настрой куда-то исчез. Неизвестно, сколько придется куковать в этом месте. Без денег, в глухой провинции, среди незнакомцев.

И как так вышло? В какой момент их с Лизой жизни свернули в тупик?

Коррина Сонина была идеальным ребенком. Конечно, насколько может быть идеален человек, в угоду родительскому тщеславию названный вычурным нелепым именем. Она редко плакала и всегда довольствовалась малым. Особенно ей нравилось ездить с отцом на средневековые реконструкции, носить за ним тяжеленный меч, весивший половину ее собственного веса, и питаться у костра.

В ту пору Кора думала, что счастье стабильное явление. Мир представлял собой прямую линию света, не менявшую направления и не имевшую конца. А потом отец умер. Что-то с сердцем, не такая уж редкость в наше время. Просто человек перегорел и погас.

Как лампочка.

Вместе с отцом угасло и семейное счастье. Мать Коры – Лиза Сонина – была женщиной красивой, но рассеянной и бестолковой. Она не работала ни дня своей жизни, зато успешно умела тратить то что, зарабатывали другие. Не желая изменять себе, Лиза разменяла их квартиру в Питере, а вырученные с продажи деньги вложила в парочку сомнительных проектов, которые мгновенно прогорели.

Благо к тому времени, как они обнищали, Лиза нашла себе нового мужа. Биржевого брокера. Он задержался в кругу Сониных на год и сбежал, оставив на откуп жене крупную сумму. Этого оказалось мало, и вскоре на пороге их новой квартиры появился дядя Толик. Он был шумным и весьма обеспеченным. Кора этого дядю Толика терпеть не могла, но мать просила молчать – и она молчала.

Ей стукнуло двенадцать, когда она впервые самостоятельно пошла в парикмахерскую и выбрила виски. Молча. Дядя Толик ушел не из-за них, но Кора надеялась, что это стало не последней причиной.

К моменту, когда Лиза вышла замуж в третий раз, девочка стала носить экстравагантные наряды, обязанные напоминать всем о хобби ее отца. Конечно, вслух Кора предпочитала это не произносить. Поступки говорили сами за себя. Она была дочерью Романа Сонина – и никого другого.

Третий брак продлился дольше второго. У бухгалтера Петра Семеновича ушло два месяца, чтобы узнать, что у его новоиспеченной супруги есть дочь, скрывавшаяся по гостям, и еще три года – чтобы понять, что он не тянет аппетиты семьи. Последовал развод, от которого Лиза Сонина оправилась на удивление быстро.

Она даже не плакала, создавая очередную анкету на сайте знакомств. Как известно, опытный охотник всегда держит ружье под рукой. Безденежье вынудило их перебраться в Чеховск, маленький город на границе двух областей. Лето здесь длилось в два раза дольше, чем дома. Из достопримечательностей – скучнейший памятник игле и кинотеатр под открытым небом. Чеховск был идеалом законсервированного сознания, тут ничего никогда не происходило и не менялось с самого дня основания.

Кора пыталась смириться. С переездом, с потерей друзей, шансом поступить в хороший институт и найти нормальную работу. Следить за главным ребенком ее жизни – чем не работа?

Да, Кора любила свою мать. Возможно, потому что, кроме нее, любить ей больше было некого.

Первые недели Лиза не вылезала из ноутбука. Когда очередная цель оказалась на крючке, Кору вежливо попросили съехать. Наличие шестнадцатилетней дочери старило любую женщину, а Лиза хотела добиться определенной легкости в образе.

– Это временно, милая. Он влюбится, и я обязательно сразу же расскажу о тебе, – щебетала мама, распихивая ее вещи по чемоданам. – Ты ведь у меня взрослая? Сможешь о себе позаботиться?

– Конечно, – устало соглашалась Кора, до этого момента не жившая самостоятельно ни дня.

Спорить было бесполезно. На другой стороне преимущество – слезы. Не всем женщинам удавалось плакать по желанию, но Лиза еще в детстве овладела этим навыком в совершенстве.

Напоследок она выделила из сбережений небольшую сумму и посоветовала дочери скорее найти работу. И, конечно, купить другую одежду, в которой будет не стыдно представить ее новому ухажеру.

Кора сомневалась, что увидит этого человека раньше, чем они подпишут брачный договор, но ничего не сказала. Вскоре после этого она увидела на столе местную газету, а в ней колонку объявлений. И одно из них явно выделялось на общем фоне.

Теперь Кора могла позволить себе немного расслабиться. Чеховск оказался настолько непопулярен у путешественников, что даже бесплатное жилье здесь не пользовалось спросом. Какая удача!

Что ж, прежде чем пойти исследовать общагу, стоило разобрать гардероб. А он у Коры был выдающийся. Из всех известных недостатков ее мать не могла похвастаться разве что жадностью.

Одежда и игрушки покупались в промышленных масштабах. Когда Кора решила отбросить навязанные рамки стиля, Лиза без вопросов выложила чудовищные деньги на покупку платьев в фирменном магазине для неформалов «Кровь и Бархат». Если подумать, даже ее бесчисленные браки и романы являлись своеобразным способом прокормить семью. И единственным ей доступным.

Со вздохом Кора приступила к распаковке. Уйма времени ушла, чтобы просто втиснуть все разнообразие цветов, форм и текстур в этот жалкий крохотный шкаф. Он так и остался стоять с приоткрытыми створками, а из образовавшейся щели выглядывали волнистые края юбок, точно язык голодного моллюска.

Из оставшихся чемоданов Кора собрала у стены горку, а над ней повесила фотографию. С нее на девушку смотрел грузный мужчина, облаченный в латы и вооруженный турнирным копьем. Столько падать с лошади, ломать кости от ударов вражеского меча, чтобы умереть от тромба в сердце. Ужасающая несправедливость.

Поцеловав фотографию, Кора вышла в коридор.

Все соседи прятались по комнатам. Было тихо. Наверху шаркали ноги в тапочках, но и только. В конце коридора находились душевые, и девушке сразу захотелось оценить масштаб бедствия. Толкнув дверь с расписанием подачи горячей воды, включила свет и заглянула внутрь.

Сыро. Несколько душевых кабин с занавесками, треснувшие раковины. Однако и тут царила чистота, граничащая со стерильностью.

Кора двинулась дальше. Спустившись вниз, отметила, что консьерж покинул пост. Маленькая кухонька поразила наличием каменной печки, спокойно соседствующей с микроволновкой. Задний двор, больше и просторнее переднего участка, украшала беседка. Симпатичная.