Читаем В ожидании тебя (СИ) онлайн бесплатно

Девушка спешит на урок, ведь сегодня ей пришлось опоздать. Как спец агент, она крадётся по коридорам, чтобы ее не заметили другие учителя, хотя у нее в кармане лежит справка, что она опоздала из-за визита к врачу. Подойдя к нужной двери, она хотела по стучать, но услышав шум, просто вошла. Учителя нет, и весь класс сходит с ума. Она окинула кабинет взглядом, все бурно, что-то обсуждают, ее подруга рисует под этот хаос, а одноклассник ей, что-то говорит, но она не слушает, и он отмахивается нее.

Но самым заметным был он. Голубоглазый блондин, который упорно не замечал всего происходящего, даже тогда, когда она вошла в класс, все обернулись, а он так же невозмутимо смотрел в окно, погруженный в свои мысли. Последняя парта, угол класса. Ему явно должны мешать два других ряда, но видимо это не так. Он смотрит в свой мир, а она пытается не смотреть на него.

— О, отличница опаздывает, — Начала Карина, звезда этого бедлама, самая популярная девочка школы.

— Она, наверное, перепила, — подхватила ее подруга, в то время, как малышка Мила прошла к своей парте, где с улыбкой чеширского кота, ее ожидала подруга.

— Привет, — шатенка присела на стул рядом. — Я думала, что опоздаю, а учителя нет еще?

— Нет, все хорошо. Как зуб? Вылечила? — заботлива спрашивает она. Светловолосая девушка притягивала к себе, но увы, эти красавицы не были звездами класса, скорее тенью, потому что им плевать на все, для них главное быть самими собой. Нет макияжа и броской одежды, только школьная форма и милые рюкзаки за плечами. Такие эти подружки.

— Да, все хорошо, записалась первой, чтобы на первый урок только опоздать, а тут бац и его нету, — они мило засмеялись, но их никто не слышал.

Девочки болтали оставшуюся часть урока, и все уже сложили вещи, ведь оставалось всего пять минут, и тут в кабинет пришла учительница, все снова начали копошиться в портфелях, недовольно фыркая ее появлению и противному голосочку.

— Так, к четвергу, думаю за три дня успеете, понедельник ведь, надо будет сделать совместную презентацию и доклад на тему, указанную на этих листиках. Работать с соседом по парте не разрешается, — весь класс пронзило возмущение. — Сейчас назову фамилии пар. Аполонская и Федоров, Безрукова и Толинская, Велентина и Беркутов, — она просто потерялась в мыслях, рот непроизвольно раскрылся.

— Это катастрофа, — единственное, что смогла произнести в шоковом состоянии.

— Все нормально будет, я мысленно рядом. Ты просто будь как в школе, и он не узнает, — она погладила ее по спине как мама дочку.

— Надеюсь он просто на все забьет, а я ему тупо все скину, и пусть учит сидит. Хотя, он явно так и сделает, — Мила была потеряна. Она украдкой посмотрела в его сторону, а он даже и не думал смотреть в ее, но ей это лишь казалось. Он видел ее реакцию, и она его удивила. Девушка быстро встала после звонка, и подбежала к парте учительницы.

— Светлана Сергеевна, а можно я возьму другого напарника, так сказать, прошу, пожалуйста, — все уже расходились, и в классе были только они и ее подруга, с неспешным Беркутовым, который взял последний листочек с темой и вышел из кабинета.

— А Беркутова все устраивает. Тему он уже забрал, так что, все. Будь у вас обоих не желание работать вместе, может быть подумала над твоими словами, и то вряд ли, — она отмахнулась от нее как от назойливой мухи, и жестом дала понять, что пора уходить.

Это был провал. Она вышла из кабинета литературы с опущенной головой, а подруга пыталась ее поддержать. Весь класс гудел, что эта «странная» парочка будет работать вместе. Всем было просто интересно, как они сработаются, не более того. Но Карина думала о другом. О том, что ей хотелось быть на ее месте, ведь у нее были планы на Беркутова, и совсем не детские, но он ее в упор не замечал, а она этого не любит.

Биология, что-то со школой не так, все учителя забыли про учеников, только тут директор сказал, что урока не будет, и они могут тихо по бродить по школе. Делать нечего, и весь класс двинулся к кафетерию школы. Маленькие столики заполнились учениками. Очередь быстро расходилась, и вот подружки сидят рядом с двумя ароматными чашками малинового чая с лимоном, а на тарелках лежат круасаны со сгущенкой. Да, они не переживают о фигуре, им это не надо.

— Я просто не знаю, что мне делать. Я даже подойти к нему боюсь. Черт, зачем он забрал эту чертову тему? А-ааа… — она проскулила последнее, и еле сдерживалась, чтобы не упасть головой на этот несчастный столик.

— Я не знаю, — говорит Лиза, пытаясь ее успокоить. — Может он решил сделать этот доклад?

— Он? Ты серьезно? Да он даже тему не прочел, больше чем уверена! — и тут со спины девушек на стол опускается бумажка с темой: «Тема любви в творчестве Тютчева и Фета». Татуированная рука положила лист, и парень обошёл темноволосую девушку, садясь рядом. Кажется, весь кафетерий увидел это, и замер в ожидании, ведь этого парня не видели тут ни разу за все годы обучения. Нонсенс! Он небрежно кинул портфель рядом с собой, и присел на последний стул за этим столиком.

— Ошибаешься, я беру Тютчева, если ты не против? — девушки замерли от шока, пытаясь понять, как давно он тут стоит. — Ау, земля вызывает Велентину. Прием, — он пощелкал пальцами перед ее носом, параллельно окинув жутким взглядом весь кафетерий, который бесцеремонно на них глазел. Оно и не удивительно. Он никогда здесь не появлялся, и вдруг.

— А, что? Да я не против. Но может я просто тебе все потом сброшу? Как такой вариант? — сделав немного умоляющие глазки с проблеском надежды ответила она.

— Нет, так не пойдет. Не нужны мне подачки. Сергеевна итак зуб на меня точит, так что этот вариант не прокатит в этот раз, — он отрицательно покачал головой. — Так что, у тебя, у меня?

— Что? — она не испугалась, не была возмущена, она просто его не поняла.

— У тебя, у меня будем все делать? Когда, во сколько? Мне не в кайф откладывать на потом если честно. Не тупи Велнтина. Вроде отличница, а соображаешь, как тормоз, — она немного обижено фыркнула, но он сильно не обратил на это внимания.

— Мне без разницы, можем у меня. Когда тебе удобно? — она уточняла все моменты, хотя ей совсем не хотелось быть с ним рядом, особенно на его территории.

— Хорошо, сегодня, сразу после уроков. Я на машине, так что, поедем вместе, — он не оставил ей выбора, просто поставил перед фактом и ушел, но вернулся и тихо прошептал на ушко:

«Давно ль, гордясь своей победой,

Ты говорил: она моя...

Год не прошел — спроси и сведай,

Что уцелело от нея?»

Прочитав простые строки из ее любимого стиха, он продолжил.

— Поверь, я не дурак, каким меня считают все, — он ушел, оставив ее в смятении. Интересно, откуда он узнал?

— Что он тебе сказал? — шепотом говорит Лиза, убедившись, что блондин ушел.

— Тютчева мой любимый стих процитировал. Я в шоке, — и по выражению глаз было видно, что она не столько в шоке, сколько в смятении.

— Да уж. Ну и дела…

Девушки продолжают пить чай, а все вокруг шушукаются на счет произошедшего. Никто не ожидал таких разговоров, таких нашептываний. Точнее, не ожидали от Беркутова.

Артем

Костя: «Темыч, сегодня в два играем с Соболями, без тебя никак».

Я: «Твою мать, у меня уроки до двух только».

Костя: «Ну без тебя нам точно крышка, прогуляй. Не в первой же. Это же Соболи. Потом начнут еще свои правила в нашем районе вводить, если увидят, что нашего лидера нет и мы проиграли».

Я: «Да понимаю я, буду».

Костя: «Ждем».

Черт! Ну значит геометрии можно сказать «асталависта бейбэ». Переживут и без меня. Со звонком я вылетел из школы и пошел играть в футбол.

В городе четыре крупных банды, моя — самая опасная. Я то и на второй год в школе остался, потому что после очередной вылазки, просто не смог пошевелиться из-за сильной боли и слабости из-за сильной кровопотери. В итоге провалялся в коме два месяца, а потом долгая реабилитация. Все бы ничего, не будь это май одиннадцатого класса. Не смог явиться на экзамены, не было итоговых оценок… Итог — я второгодник. Пока мои парни обживались в университете, показывая кто будет главным, мне суждено было валяться в больнице.

Я контролирую местных ребят вместе со своими парнями. В девятнадцать — это забавно, иметь свой ночной клуб, крутую тачку, на которую ни копейки не дал отец, ну об этом знают только свои. На деньги отца я укрепил наш ночной клуб, а он думал, что купил машину. Но если полностью на чистоту, всего этого удалось достичь благодаря имени отца.

Каждый знал Николая Беркутова и уважал за поступки. Но после того, как в его жизни появилась мама, и Варя, моя сестра, он начал меняться, а после моего рождения полностью завязал. Боялся, что подаст плохой пример, но видимо гены сильнее всего на свете. Он боролся с моей жизнью, а потом махнул рукой, и явно следит за всем. Спиной чувствую его поддержку, моральную поддержку. Да и друг отца занял его место со временем взяв нас с парнями под крыло, чтобы не натворили глупостей.

После той роковой вылазки и как только пришел в себя, как бы странно все это не звучало, но я встал на место отца и друга семьи в этой цепочки жизни, ведь папин друг в отличии от меня — погиб. Мне же не хотелось терпеть нападки других групп, чтобы кто-то так же пострадал от их действий, как моя сестра, так что пришлось стать таким как он и даже жестче. Его я винить не могу.

Все по-разному переживают смерть детей. Он вынес это стойко, но и дальше бороться с криминалом не смог. «Сын сильнее» — так он всегда говорил, «Пока малышка не будет под защитой мужа, моя обязанность оберегать ее». Но он не смог и поэтому сдался.

Но это все лирическое отступление. Без скандалов не обошлось. Отец так и не смирился с моим выбором, устал бороться… Даже все его аргументы после того как я пришел в себя не смогли меня убедить в неправильном выборе судьбы. В тот день мы спасли не одного человека спалив склад с наркотиками самого ужасного качества. Да, я пострадал больше всех, и ничуть не жалею. Все правильно. Как говорят «все должно быть в равновесии»? Вот я и есть то хорошее, что уравновешивает плохое.

Соболи — это парни Мишки Соболева, моего давнего врага и конкурента. Мы никогда не дружили. Наше знакомство и прощание произошло благодаря Варе, моей сестре. Он был ее парнем, а когда использовав бросил, мы стали врагами, помимо конкурентов. У нас разные взгляды на жизнь. Что я считаю хорошим, он считает плохим. По факту, мы сдерживаем всю нечисть, что выползает с наступлением темноты, чтобы людям было легче жить. Кто-то же должен? Ну и плюс у Михаила есть ресторан в центре. Но это тяжкое дело, с ночным клубом проще управляться.

Приехав на место, застал всех за разминкой.

— Беркутов, приехал все же, — Соболев рискнул бросить мне эту фразу, пока я здоровался со своими парнями. — Со школы сбежал, да? — он хотел меня задеть, но увы, ему не удалось вывести меня на открытое демонстрирование эмоций. Поэтому с давно вытренированной улыбкой пофигиста ответил ему.

— Да, и знаешь, не жалею, особенно, что на второй год остался, кстати, по твоей же милости. То бы в армии был, а так тебя за годик все же на место поставлю, и можно валить служить.

— Не зарывайся, ты меня не заткнешь за пояс, скорее я тебя, — выплюнул в мою сторону этот...

— Ну посмотрим, — уже тихо, стоя в полушаге от него, говорю простую фразу.

Игра началась. Точнее схватка. Мы никогда не гоняли мяч просто так, это каждый раз было сродни маленькой войне. Мы доказывали кто главнее. Мы совершенствовались во всем. В спорте, в главенстве, и всегда, моя команда побеждала. Мы были дружнее, сплоченные, чего не скажешь о его группе. Про ругавшись после последнего свистка, они снова ушли с поражением. Мы же, окрылённые победой, поехали принимать душ и собирались в клубе. Басы, громкость на максимум, все как я люблю, но на нашем вип месте музыка была не столь слышна, скорее фонила, чтобы мы наслаждались ею, спокойно слыша друг друга.

— Да, обалденно мы их уделали, — начал Гром (Громов Пашка).

— Еще как, Артем, ну ты у нас просто Бог. Вот лидер, он и есть лидер. Ты так в лоб с Соболем шел, я думал вы того друг друга прям на поле, — подхватил Ракета (Витя Леонов).

— Ахаха, неее, свидетелей много, — попивая безалкогольный коктейль протянул эту фразу.

— Кстати, два месяца хотим спросить, как тебе в школе? — они издевательски кольнули по больному. При Соболе, да, мне плевать, но на самом деле мне ни в кайф тусить с малолетками. Черный умеет всю обстановку испортить (Женя Чернов).

— Да как тебе сказать. Я вроде на два года старше этих ребят, но блин, какие они другие. Мы дураки, а эти еще хлеще. Мы похоже были самым нормальным выпуском в этом городе. Ну наш, точнее сказать ваш год.

— Ну а школьницы есть, ну такие чтоб… — начал гром, поигрывая бровями.

— Есть, только честно, в этом клубе, наверное, приличнее, — усмехаюсь его вопросу. — Мы хоть прятались, а тут такие экземпляры, что слов не подобрать приличных, –мы закатились смехом, делая очередной глоток напитков. Блин, надо было брать такси, а не на машине ехать.

— Не, ну что, не одной нормальной? — от его слова меня немного передернуло.

— Твою же! — я резко начал искать телефон — Вот дурааак.

— Че происходит? — я отшикиваюсь от них. — Да что за муха тебя укусила?

— Да погоди минутку, — смотрю на время телефона. Двадцать три сорок девять. Супер, ну, звонить явно поздно. Завтра все ей объясню. — Капец просто.

— Да что произошло? — начал черный.

— Ну, ты помнишь Светлану Сергеевну, руссичку? — они все кивнули мне. — Ну так вот. Она собирается меня не аттестовать, если я не возьмусь, типо за ум, — показал в воздухе кавычки.

— И с какого веселья переполох, не пойму?