Читаем В чужих туфлях онлайн бесплатно
В чужих туфлях
Может ли простая ошибка полностью изменить жизнь? Сэм – обычная женщина, жена, мать, сотрудница типографии. Ее муж потерял работу и впал в депрессию, поэтому весь дом и семейный доход на ней. Один шаг отделяет ее от того, чтобы все потерять, и каждый день Сэм надеется, что это случится не сегодня… Ниша – обладательница того, о чем многие лишь мечтают: муж-миллионер, любимый сын, путешествия по миру, идеально подобранный гардероб. Но вдруг оказывается, что муж вышвырнул ее из отеля, в котором они остановились, буквально в одном халате и с документами на развод.... Миры этих женщин никогда не должны были пересечься, однако это случилось благодаря перепутанным в спортзале сумкам. С этой минуты все кардинально меняется. Кажется, жизнь разваливается на части. Но вдруг это как раз шанс взглянуть на нее иначе? Ведь с дружеской поддержкой и с высоты чужих туфель новый путь может оказаться не такой уж плохой идеей.
Проза / Современная русская и зарубежная прозаДжоджо Мойес
Перевод с английского Алины Аевской
Может ли простая ошибка полностью изменить жизнь?
Сэм – обычная женщина, жена, мать, сотрудница типографии. Ее муж потерял работу и впал в депрессию, поэтому весь дом и семейный доход на ней. Один шаг отделяет ее от того, чтобы все потерять, и каждый день Сэм надеется, что это случится не сегодня…
Ниша – обладательница того, о чем многие лишь мечтают: муж-миллионер, любимый сын, путешествия по миру, идеально подобранный гардероб. Но вдруг оказывается, что муж вышвырнул ее из отеля, в котором они остановились, буквально в одном халате и с документами на развод…
Миры этих женщин никогда не должны были пересечься, однако это случилось благодаря перепутанным в спортзале сумкам. С этой минуты все кардинально меняется.
Кажется, жизнь разваливается на части. Но вдруг это как раз шанс взглянуть на нее иначе? Ведь с дружеской поддержкой и с высоты чужих туфель новый путь может оказаться не такой уж плохой идеей.
1
Сэм смотрела на постепенно выступающий из темноты потолок и следила за дыханием, как советовал врач, в надежде избежать наплыва привычных утренних мыслей, сгущающихся огромным облаком мрака над головой.
«Я здорова, – убеждала себя Сэм. – Мои близкие тоже. Пес перестал делать лужи в коридоре. В холодильнике есть еда, а у меня пока есть работа»…
Она тут же пожалела о проскользнувшем слове «пока». От одной мысли об этом снова болезненно свело желудок.
Ее родители еще живы… Хотя, сказать по правде, не ясно, действительно ли за это следует возносить благодарности. Господи… В воскресенье мать наверняка снова отпустит ядовитое замечание насчет того, что они вечно ходят к матери Фила. И непременно сделает это в промежутке между бокальчиком шерри и жутко калорийным пудингом. Неотвратимо, как смерть, налоги и волоски на подбородке.
Сэм заранее представляла, как ответит с вежливой улыбкой:
А мать обязательно скажет:
Понимая, что в голове начался очередной спор с матерью, Сэм попыталась абстрагироваться и загнать мысли в воображаемый ящик, как советовали в какой-то статье, и накрыть воображаемой крышкой. Которая, впрочем, упорно отказывалась захлопываться. В последнее время Сэм все чаще проводила подобные диалоги – с Саймоном на работе, с матерью, с женщиной, которая вчера влезла перед ней без очереди с покупками… Но в реальной жизни слова застревали в горле. Она лишь стискивала зубы и пыталась дышать.
«Зато я не живу там, где бушует война, – думала Сэм. – В кране чистая вода, на полках еда. Ни взрывов, ни выстрелов. Голода тоже нет. Уже хорошо…». Но от мыслей о несчастных детях в зонах боевых действий на глаза наворачивались слезы. В последнее время она вообще стала плаксивой. Кэт все убеждала ее сходить к врачу, пройти курс заместительной гормональной терапии, но у Сэм по-прежнему регулярные менструации, иногда даже вылезают прыщики на лице (где справедливость?) … да и некогда бегать по врачам.
В прошлый раз, когда она пыталась записаться на прием, свободного окошка не было в ближай-шие две недели. «А если бы я умирала?» – подумала тогда Сэм. И тут же начала мысленно спорить с секретарем.
На деле же она просто сказала:
– Надо же, как долго ждать… Обойдусь. В любом случае, спасибо.
Сэм бросила взгляд вправо. Фил еще не проснулся, но даже во сне с его лица не сходило выражение тревоги. Захотелось погладить его по волосам, но в последнее время, стоило это сделать, он вздрагивал и просыпался, испуганный, недовольный, словно она совершила какое-то непотребство.
Сэм сложила руки на животе, пытаясь расслабиться всем телом. Где-то слышала, что отдых так же полезен, как сон. Главное – очистить сознание и расслабиться, чтобы из мышц ушло напряжение: от кончиков пальцев до макушки. Ноги постепенно наливались тяжестью, от стоп к лодыжкам, коленям, бедрам, живо…
«Да пошло все к черту, – встрял внутренний голос. – Четверть шестого. Проще уже встать».
***
– Молока нет, – пробурчала Кэт, обвиняющим взглядом глядя в недра холодильника, словно надеясь, что оно сейчас материализуется.
– Может, сбегаешь в магазин?
– Я же не успею, – ответила она. – Мне еще волосы укладывать.
– Боюсь, я тоже не успею.
– Почему?
– Потому что иду в тренажерный зал со спа-комплексом, куда ты купила мне дневной сертификат.
Займусь наконец собой, а то завтра срок истекает.
– Я тебе его подарила год назад! И ты собралась на работу. В спа забежишь всего на пару минут?
– Я отпросилась, приду в офис попозже. И зал рядом с работой. У меня просто времени не было.
У нее никогда не было времени. Сэм твердила это как мантру, за которой скрывалось: «Я устала».
Но времени не хватает всем. И устают все.
Кэт вопросительно изогнула брови. Для нее забота о себе – насущная необходимость, которая важнее прозаических нужд вроде денег, крыши над головой и пропитания.
– Говорю же, мам, тут требуется постоянство, – заявила она.
Дочь давно с едва сдерживаемым ужасом наблюдала, как все больше расплывается в талии и бедрах фигура ее матери.
Девушка закрыла холодильник:
– Кошмар. Не понимаю, почему папа не может хотя бы за молоком сходить.
– Оставь записку, – предложила Сэм, собираясь. – Может, сегодня ему будет лучше.
– Ага, после дождичка в четверг.
Кэт удалилась грациозной походкой, свойственной лишь девятнадцатилетним девушкам. Через несколько секунд послышалось завывание фена.
Наверняка он опять останется в комнате дочери, пока Сэм не заберет его оттуда сама.
– Кстати, мне казалось, ты не пьешь коровье молоко! – крикнула она, стоя у лестницы на второй этаж.
Фен ненадолго замолк.
– Ой, все, хватит, – прозвучало в ответ.
Сэм тем временем принялась разыскивать купальник у задней стенки комода, после запихнула его в черную спортивную сумку…
Она сняла липнущий к телу мокрый купальник в тот момент, когда заявились секси-мамочки. Ухо-женные, тонкие, как тростиночки, они окружили Сэм со всех сторон, громко переговариваясь в раздевалке и полностью игнорируя ее присутствие.
Восстановившееся было после бассейна душевное равновесие испарилось без следа. Всего час – и Сэм вспомнила, что вообще-то терпеть не может подобные места, где властвует культ красивого тела, а пышечки вроде нее стыдливо прячутся по углам.
Она ходила мимо этого центра миллион раз и часто думала, не зайти ли. А теперь поняла: уж лучше не ходить в спортзал вовсе, чем оказаться в компании подобных дамочек.
– Кстати, Нина, у тебя потом будет время выпить кофе? Я подумала, может, сходим в то милое кафе, которое недавно открылось за салоном Space NK, где готовят поке?
– С удовольствием. Но к одиннадцати мне надо бежать, мы с Леони идем к ортодонту. Эмс, ты с нами?
– О боже, да. Хочу развеяться в девчачьей компании.
Женщины в дизайнерских шмотках, с идеальными прическами, у которых даже есть время на кофе. Спортивные рюкзачки сплошь с логотипами крутых брендов, и не фальшивки, в отличие от ее копии сумки от Marc Jacobs. Их мужей зовут Руп или Трис, и они не задумываясь бросают конверты с огромными премиями на дорогущий кухонный стол. Эти женщины ездят на крутых внедорожниках, на которых не задерживается ни пылинки, живут, не задумываясь об окружающих, и требуют «бейбичино» для своих деточек у измотанных бариста, громко цокая, если напиток хоть на йоту не соответствует их ожиданиям. Они не лежат без сна до четырех утра, беспокоясь из-за счетов на электричество, их не мутит при мысли о встрече с новым боссом, который ходит в костюме с иголочки и почти не скрывает презрения к окружающим.
Их мужья не сидят до полудня дома в пижаме, затравленно вздрагивая, стоит жене намекнуть, что Сэм как раз в том возрасте, когда все ненужное – жир, морщины между бровями и стресс – остается с тобой навеки, а остальное – стабильная работа, семейное счастье и мечты – утекает сквозь пальцы.
– Ты не представляешь, как в этом году взлетелицены в Le Méridien1, – произнесла одна из женщин.
Она, нагнувшись, вытирала полотенцем волосы, окраска которых явно обошлась в круглую сумму.
Сэм поспешно увернулась, чтобы не столкнуться с ней.
– Точно! Я хотела, как обычно, забронировать виллу на Рождество, так ценник подняли на сорок процентов!
– Возмутительно.
«О да, возмутительно, – согласилась про себя Сэм. – Как вам всем не повезло, кошмар». Она с тоской вспомнила фургон для кемпинга, который Фил купил два года назад, чтобы привести его в порядок.
– Будем ездить к морю на выходные, – весело сказал он тогда, глядя на огромную махину с под-солнухом на боку, загородившую проезд к дому.
Но починил только задний бампер. После Года Великого Сокращения фургон так и стоял перед их домом, каждый день напоминая о потерях.
Сэм кое-как натянула трусики, пытаясь прикрыть полотенцем бледное тело. Сегодня у нее четыре встречи с важными клиентами. Через полчаса ее будут ждать Тед и Джоэл из отдела печати и доставки.
Вместе они попытаются заключить несколько контрактов, которые для их компании важны как воздух. Она постарается сохранить работу. Возможно, не только свою.
В общем, сущая ерунда, волноваться совершенно не о чем.
Может, в этом году поедем на Мальдивы – НУ, пока они еще не затонули.
– Хорошая мысль. Нам там понравилось. Жаль, конечно, что они уходят под воду.
Другая женщина протиснулась мимо нее к своему шкафчику. Темные волосы, как и у Сэм, может, на пару-тройку лет моложе, но с подтянутым телом человека, для которого спортзал, комплексное увлажнение и уход – часть ежедневной рутины.
Она источала запах денег, который словно сочился из каждой поры.
Сэм крепче прижала полотенце к бледной прыщавой коже и скрылась за углом, чтобы высушить волосы. К ее возвращению в раздевалке уже никого не было. Вздохнув с облегчением, она опустилась на влажную деревянную лавку. Прокралась мысль – может, сходить, полежать на одной из мраморных скамей с подогревом, где-нибудь в уголке, хотя бы полчасика… Эта идея принесла неожиданное удовольствие – целых тридцать минут в неподвижности и блаженной тишине…
Вдруг завибрировал телефон, оставшийся в куртке в шкафчике. Сэм достала его из кармана.
«Ты готова? Мы ждем снаружи».
«В смысле? – написала она в ответ. – Встреча с Фрэмптоном после обеда».
«Саймон тебе не сказал? Все перенесли на десять.
Давай живей, нам пора».
Она с ужасом смотрела на экран. Получается, первая встреча уже через двадцать три минуты! Застонав, Сэм натянула штаны, подхватила черную сумку со скамьи и помчалась на парковку.
Грязный белый фургон с надписью «Грейсайд Принт Солюшенз» на боку стоял у грузовой двери, с включенным двигателем. Сэм не то бежала, не то ковыляла к нему в резиновых шлепках из тре-нажерного зала. Она непременно вернет их завтра, но уже чувствовала себя виноватой, словно совершила смертный грех. Волосы по-прежнему влажные, а сама она никак не могла отдышаться.
– Похоже, Саймон решил от тебя избавиться, милая, – произнес Тед, когда Сэм запрыгнула в фургон. Он подвинулся на сиденье, освобождая место.
От него пахло сигаретами и дезодорантом «Олд Спайс».
– Думаешь?
– Поаккуратней с ним. Проверяй расписание всех встреч у Женевьевы, – посоветовал Джоэл, выкручивая руль. Его дреды были собраны в аккуратный хвост: видимо, тоже понимал, как важен для них этот день.
– Все не так с тех пор, как сменилось руководство, согласны? – спросил Тед, когда они выехали на главную дорогу. – Мы каждый день словно ходим по краю пропасти.
На приборной панели лежали два пустых пакета, присыпанных сахарной пудрой. Тед вручил Сэм третий, в котором прятался огромный, еще теплый пончик с джемом.
– Держи, – сказал он. – Завтрак чемпионов.
Не надо его есть. Там как минимум вдвое больше калорий, чем она только что сожгла в бассейне.
Сэм даже померещился укоризненный вздох Кэт.
Но, поколебавшись, она запихнула пончик в рот и закрыла глаза, наслаждаясь сладостью и тексту-рой. В последнее время в ее жизни слишком мало радостей.
– Женевьева слышала, как Саймон опять говорил по телефону о сокращении, – заметил Джоэл. – Сказала, стоило ей зайти в кабинет, он тут же сменил тему.
Каждый раз, когда Сэм сталкивалась со словом «сокращение», которое металось по офису вспугнутой молью, в животе что-то сжималось. Что делать, если и она останется без работы? Фил отказывался принимать прописанные врачом антидепрессанты – говорит, от них спать хочется. Можно подумать, он не дрыхнет до одиннадцати почти каждый день!
– До этого не дойдет, – неубедительно возразил Тед. – Сэм сегодня подкинет нам работу, верно?
Она вдруг поняла, что оба уставились на нее.
– Да, – ответила Сэм. И повторила, пытаясь поверить в это: – Да!
Она красилась, глядя в маленькое зеркальце, тихо ругаясь каждый раз, когда машину подбрасывало на ухабах, и то и дело облизывала палец, чтобы подправить очередную кривую линию. Проверила прическу – кстати, высохли волосы довольно удачно, с учетом происходящего. Затем пролистала бумаги, чтобы все цифры были под рукой. Сэм смутно помнила времена, когда была уверена в своем профессионализме, когда входила в офис, зная, что сделает все, как надо. «Давай, Сэм, попробуй вновь стать тем человеком», – мысленно уговаривала она себя. А затем сбросила шлепанцы и залезла в сумку в поисках туфель.
– Пять минут, – предупредил Джоэл.
И только сейчас женщина с ужасом поняла, что по ошибке приняла чужую сумку за свою.
Не было черных лодочек на низком каблуке, в которых одинаково удобно колесить по улицам и вести деловые переговоры – только сногсшибательные красные босоножки из крокодильей кожи работы самого Кристиана Лубутена.
Сэм вытащила чужую туфлю и взвесила в руке, взирая на переплетение кожаных ремешков.
– Черт возьми, – выдал Тед. – У нас что, встреча в ночном клубе?
Наклонившись, Сэм снова залезла в сумку и достала вторую босоножку, джинсы и аккуратно сложенный светлый пиджак от Chanel.
– О боже, – выдохнула она. – Это не мое…
Я взяла чужую сумку! Надо вернуться!
– Нет времени, – ответил Джоэл, глядя на дорогу. – Мы и так еле успеваем.
– Но мне нужна моя сумка!
– Прости, Сэм, – отозвался он. – Вернемся позже.
Может, пойдешь в спортивном костюме?
– Я не могу явиться на деловую встречу в шлепанцах!
– Тогда надень эти туфли!
– Издеваешься?!
Тед забрал у нее босоножку.
– Она права, Джоэл. Эта обувка вообще не по ней.
– Почему? А что тогда по мне?
