Читаем Узы ненависти онлайн бесплатно

В комнате, наполненной клубами сигаретного дыма, находились двое мужчин. Первый был юн, на вид не более двадцати лет, невзрачен, забит. Сидел в кресле, чуть сгорбившись, бегая испуганным взглядом по стенам, картинам, столу. Старался смотреть куда угодно, лишь бы не встретиться взглядом с человеком, сидящим напротив него.

Человек, сидящий напротив, обладал внешностью уверенного и знающего себе цену мужчины лет тридцати. Стальной взгляд серых глаз заставлял ссутулиться парня ещё больше. Мужчина являлся хозяином положения, а в данный момент и хозяином жизни юноши.

— Ты знаешь, почему ты сейчас здесь? — спросил мужчина, сделав глубокую затяжку и выпустив клуб сизого дыма из легких. Прищурившись, с уверенностью взглянул на юношу.

— Да. Я проиграл тебе деньги, — ответил юноша.

— И? — вопросил мужчина, облокотившись локтями о стол, сделав очередную затяжку.

— Мне нужно еще немного времени. Сейчас у меня ничего нет. Прошу, дай мне еще месяц, и я верну все до копейки, — молящим тоном произнес юноша.

— Я и так слишком долго ждал, дольше, чем ты заслуживаешь, — ледяным тоном произнес мужчина, — Поэтому сейчас, ты либо отдаешь мне все, что имеет какую-либо ценность, либо я заберу твою жалкую, никчемную жизнь.

— Но у меня ничего нет, квартира и та принадлежит сестре…

— Сестре? Это она? — спросил мужчина, достав из ящика стола несколько фотографий, на которых была изображена девушка, возможно, ровесница юноши.

Миниатюрная брюнетка, была запечатлена в разных ситуациях и, совершенно точно, не подозревала о том, что ее фотографируют. На одной из фотографий она сидела на автобусной остановке. На другой — выходила из здания университета, пытаясь раскрыть зонт. На следующей — заходила в подъезд бетонной пятиэтажки.

— Откуда это у вас? Откуда вы знаете?..

— А ты думал, что я идиот, и не узнаю о платежеспособности своего оппонента прежде, чем сяду с ним за игральный стол? — мужчина уже начинал злиться, о чем говорили все более частые и глубокие затяжки.

— Она — вся моя семья… после гибели родителей опекает меня… она работает, может помочь отдать долг… мы все отдадим…

Парень начал что-то бессвязно бормотать, его охватила мелкая дрожь, сказывалась наркотическая ломка. Возможно, он только сейчас в полной мере осознал, насколько серьезной оказалась сложившаяся ситуация.

— Значит, она и отдаст твой долг. Собой. Либо ты отдашь его своей жизнью. Выбирай. Завтра вечером жду твое решение в своем кабинете, в это же время. И только попробуй ослушаться меня. А сейчас выметайся, щенок.

Откинувшись на спинку кресла, мужчина щелкнул пальцами, и в ту же секунду дверь кабинета открылась, вошел один из охранников. Схватив за шкирку, выкинул юношу в коридор, словно тряпичную куклу.

Мужчина в кресле самодовольно улыбнулся, выпустив с наслаждением очередной клуб сигаретного дыма, он знал какое решение примет юноша. Любители легких денег всегда идут по пути меньшего сопротивления.

Протяжный звонок в дверь прервал мое путешествие в царстве Морфея. Нехотя, я вылезла из-под одеяла и, вставив ноги в мягкие тапки, прошаркала в прихожую.

Воскресенье — единственный выходной, в который я могу позволить себе расслабиться и выспаться вдоволь, не думая о проблемах на работе и предстоящей сессии в университете. Но, видимо, даже эта маленькая радость мне сегодня не позволена.

Восемь часов утра. Кого могло принести в такую рань?

Открыла дверь. На пороге стоял младший и единственный брат — Дима. Как всегда во всем черном: толстовка, джинсы, кроссовки. Вгляделась в родные черты: взгляд пустой, испуганный, словно ищущий что-то одному ему известное. Разбитая губа, похоже, опять что-то случилось и, поэтому он соизволил вспомнить о существовании своей сестры.

— Доброе утро, Даша. Впустишь? — указывая подбородком в сторону входной двери, спросил он.

— Утро для меня было бы добрым, если бы началось в обед, — язвительно заметила я. — Давай, без долгих и нудных прелюдий. Просто скажи, сколько на этот раз тебе нужно денег и я пойду дальше спать.

Взяв с комода кошелек, начала отсчитывать купюры. Думаю, пару тысяч ему вполне хватит, чтобы поесть, но не напиться.

— В этот раз дело не в деньгах, — как-то слишком затравлено проговорил брат, воровато оглянувшись.

— Надо же, становится интересно, — подняв брови от удивления, окончательно проснулась. — Тогда проходи, потолкуем.

Пропустила его в квартиру, шире открывая дверь. Он даже не соизволил снять обувь, видимо разговор будет коротким и, вполне вероятно, малоприятным.

Прошли на кухню, Дима привычно сел за стол лицом к окну. Поставила кипятиться чайник и достала все необходимое для бутербродов. Наверняка он как всегда голодный после очередной «пати на хате».

— Так и будешь молчать или, может, все-таки расскажешь, что же такого чрезвычайно важного произошло, что ты в столь ранний час решил побаловать меня своим вниманием? — поинтересовалась, нарезая колбасу кружочками.

— Я проиграл тебя в карты, — нож в руке замер, едва услышала тихий голос брата за своей спиной. Повернулась к нему, не веря в реальность фразы, произнесенной им.

— То есть, как это — «проиграл меня в карты»? — нахмурив брови, подошла к нему ближе. — Это у тебя шутки такие?

— Я проиграл одному серьезному человеку в карты, в качестве оплаты он требует тебя, либо он меня убьет.

— Что за чушь ты сейчас несешь?! Меня — в качестве оплаты? Ты в своем уме? — в ярости швырнула нож на стол и нависла над братом. — Ты хоть понимаешь, насколько бредово это звучит? Или ты до сих пор пьян? Ты в каком веке в карты играл, а? Где это на кон ставятся живые люди?

— Мне больше не к кому идти, Даша. Прошу, мне нужна твоя помощь. Он меня убьёт, понимаешь? Прошу, помоги.

Его глаза — такие родные, того же карего оттенка, что и мои, так умоляюще смотрели. Сердце сжалось в груди. Отвернулась от него, не в силах что-либо ответить. Подошла к окну и прижалась лбом к стеклу, чувству, как его прохлада несколько остужает поднявшуюся злобу.

За последние два года на нас слишком многое свалилось.

С тех пор, как погибли наши родители опека над, тогда еще, семнадцатилетним братом, обрушилась на меня, как на старшую совершеннолетнюю сестру. Я делала все возможное, чтобы он не чувствовал себя ущемленным и ограниченным в чем-либо: перевелась с очного обучения в педагогическом институте на заочное, устроилась на еще одну работу, брала написание курсовых и дипломных работ.

Но, видимо, где-то перестаралась с заботой к брату и упустила из виду, что он все меньше стал делиться со мной своими проблемами, секретами, переживаниями, радостями. Все больше стал пропадать с новыми друзьями в клубах, на квартирных вечеринках, все реже появляясь дома.

Как-то незаметно наши отношения стали ограничиваться формальностями, теперь он обращался ко мне только за финансовой помощью или с просьбой вызволить его из «обезьянника». И то, о чем он просил меня сейчас — слишком дико, неправильно, но я знаю, что отказать ему не смогу: он единственный родной человек, который остался в моей жизни.

Не поворачиваясь к нему, глядя в окно, решительным тоном произнесла:

— Хорошо, я поговорю с твоим серьезным человеком, — намеренно выделила последние слова. — Где и когда?

— Сегодня, в девять вечера, клуб «Джокер», — поспешно, на одном дыхании ответил он.

— Как его зовут?

— Арчи. Он будет ждать тебя в своем кабинете. Охрана тебя пропустит.

— Ясно, — выключила закипевший чайник. — А теперь, давай уже позавтракаем, мистер Проблема.

На город опустились сумерки, день медленно передал бразды правление ночи, оставляя лишь малую частицу себя ночному городу: зажигая дорожные фонари, неоновые вывески кафе, магазинов, баров, ресторанов, рассеивая по трассам свет от фар автомобилей. Многоэтажные здания вносили в ночное движение свою толику света, загораясь сотнями тысяч маленьких огоньков. Но и ночь не приходит одна, приводя с собой своих вечных темных спутников: порок, похоть, жажду наживы и всевластия.

На часах почти девять часов вечера. Через несколько минут меня ожидает встреча с Арчи — человеком, в руках которого сейчас находилась жизнь моего брата и, теперь, ещё и моя собственная — не самое приятное завершение недели.

Я неоднократно слышала о том, что в нашем городе орудовала преступная группировка, держащая в страхе владельцев крупных предприятий и мелких магазинов. Да и простым смертным не рекомендовалось гулять поздно вечером, если хотели жить долго и счастливо, не обрекая себя на проблемы.

Но для меня всё это было лишь только слухами. Не более. Так как какой-либо угрозы воротилы местного бизнеса с его белыми и серыми схемами для меня не представляли. Вряд ли существуют общие тропы у студентки педагогического университета и местным криминалом.

Хотя, сегодня мне придется ступить на темную тропку.

В нерешительности замерла перед клубом «Джокер». Трехэтажное, ничем не примечательное здание — коробка без окон. Если бы не вывеска на одной из стен, обозначающая, что это за заведение, то его вполне можно принять за склад. У входа в клуб стояли два рослых охранника, с холодной отстраненностью пропуская посетителей из образовавшейся очереди.

Сообщила им цель своего визита, кивнув, один из охранников пригласил меня следовать за ним, прокладывая нам путь через толпу танцующих. Толпа, впрочем, сама расступалась перед ним как море перед Моисеем.

Грохочущая музыка и вспышки света немного дезориентировали, в висках начало пульсировать. Наконец, поднялись на третий этаж, где грохота музыки нет, но она все равно отдавалась легкой вибрацией от стен. Охранник остановился, указывая подбородком на закрытую железную дверь. Сделала глубокий вдох прежде, чем войти.

Открыла дверь и встретилась взглядом с холодными серыми глазами, на дне которых стынет лёд. Этот взгляд не сулил ничего хорошего. Обладатель серых глаз сидел в большом кожаном кресле за массивным столом, держа в правой руке дымящуюся сигарету. Все в нем кричало о том, что он здесь хозяин: черный деловой костюм, под пиджаком которого скрывался широкий размах плеч. Белая рубашка с расстегнутым воротом оттеняла бронзовую кожу. Черные чуть вьющиеся волосы, контрастирующие с цветом глаз, небрежно зачесаны назад. Расслабленная поза. Уверенный взгляд.

— Добрый вечер, я Дарья — сестра Дмитрия Цветкова. Мой брат сообщил, что проиграл вам в карты кругленькую сумму. Правда, преподнёс он эту информацию несколько иначе, — издаю нервный смешок, пытаясь оставаться милой, но дипломатичной.

Подняв бровь, мужчина оперся локтями о стол, рассматривая меня хищным похотливым взглядом с ног до головы. Должно быть, так рассматривают проституток на панели, когда прицениваются, пытаясь понять, стоит ли она тех денег, что запросила.

— Я бы хотела Вас уверить в том, что мы отдадим все до копейки, нам только нужно время.

— Хм, любопытно, — мужчина улыбнулся мне одним уголком губ, откидываясь на спинку кресла. Снова затянулся сигаретой, выпуская сизые клубы дыма. — Присаживайтесь, Дарья.

Его низкий мужской голос был хищно-завораживающим. Холодный пот пробежал по моей спине, заставив внутренне сжаться.

— Ваш брат только что отдал свой долг в полном объёме.

— Как отдал? Когда? — в недоумении подняла брови.

— Только что, — повторил мужчина. — Вы и есть плата долга.

— Не смешно, — внутри поднялась волна раздражения. — Сейчас не средневековье, чтобы расплачиваться по счетам людьми. Возможно, вы не заметили в своем здании без окон, но сейчас двадцать первый век: совершенно иные нравы, иной мир.

— Ты попала в мой мир, девочка, и правила здесь устанавливаю я, — ледяным тоном на мой выпад ответил мужчина. Черты его лица стали жестче, низкий голос обрёл угрожающие нотки. — Выбирай: сейчас ты, либо делаешь то, что я тебе скажу, либо я убиваю твоего брата и долг закрыт.