Читаем Уроки любви онлайн бесплатно

Ася Замкина

Он стоит совсем близко. Слишком близко… Я чувствую тепло его тела, запах кожи… Терпкий, с ноткой металла и чего‑то неуловимо дикого. Мне кажется, он опять с кем-то подрался…

Он не говорит ни слова. А его хищный взгляд сам по себе как прикосновение: медленный, тяжёлый, пробирающий до костей… Кирилл идёт на меня, словно собирается зажать в угол… Я пытаюсь сделать шаг назад, но за спиной – край стола, в который я упираюсь…

– Видел, как ты двигалась сегодня… – его голос – низкий шёпот, от которого по спине бегут мурашки.

Я сжимаю пальцы в кулаки, пытаясь удержать себя в руках. Но тело уже предаёт: кожа горит там, где он ещё не коснулся, но собирается… Я знаю, что он собирается. Будто считываю это с его лица. Он наглый, он дерзкий. Слишком плохой для меня… Слишком… Жестокий…

Секунда, и я оказываюсь на столе… С разведёнными ногами…

Его ладонь ложится на моё бедро – твёрдо, без колебаний. Большой палец медленно проводит линию вдоль края юбки, и я задыхаюсь от этого почти невесомого касания.

– Кирилл… – мой голос звучит жалко, будто я умоляю. Не знаю о чём… Чтобы остановился или… Боже, Ася… – Нам нельзя, слышишь? Нет… – вцепляюсь в его пальцы своими, но они ползут дальше, как ядовитые змеи…

Он наклоняется, и его дыхание касается моей шеи. Я закрываю глаза, но это не спасает: воображение рисует его руки везде, где они ещё не были…

– Из-за твоего парня, что ли?

– По… – сглатываю я. – Многим причинам…

– Боишься меня, Асенька? – повторяет он, и в его тоне сквозит насмешка. Но пальцы на моём бедре сжимаются крепче, будто доказывая, что он не шутит. И что не собирается останавливаться, даже если я заплачу.

Я качаю головой. Лгу. Потому что боюсь. Боюсь того, как моё тело откликается на его близость, как каждая клеточка тянется к нему вопреки разуму.

– Не надо… – шепчу я, но это звучит как приглашение.

Он усмехается… Коротко, почти беззвучно. А потом его рука скользит выше, под ткань юбки. Я вздрагиваю, но не отталкиваю. Не могу.

Его пальцы находят край чулка. Медленно проводят по коже, оставляя за собой ожог. Я впиваюсь ногтями в его предплечье, но это не сопротивление – это попытка удержаться на краю пропасти, в которую он меня толкает. Или же в которую мы с ним смотрим. Вдвоём…

– Ты сама не знаешь, чего хочешь, – говорит он, и его губы наконец касаются моей шеи. Не поцелуй, а укус… Лёгкий, но достаточный, чтобы я выдохнула сквозь сжатые зубы.

Я пытаюсь что‑то сказать, но слова растворяются на языке тем же металлическим вкусом, в биении сердца, в этом невыносимом, сладком напряжении… Его вторая ладонь уже на моём животе, скользит под свитер, и я чувствую, как кожа покрывается мурашками от контраста его горячей ладони и холодного воздуха аудитории…

Ася Замкина

Холодный ноябрьский ветер бьёт в лицо, когда я выхожу из корпуса университета… Листья, мокрые от недавнего дождя, липнут к кроссовкам, но я почти не замечаю этого. В голове – ритм, в теле – напряжение, будто я временно становлюсь пружинным механизмом... Который, кстати говоря, не выдерживает этой нагрузки... От слова совсем... Сегодня был тяжёлый репетиционный день: через две недели – международный конкурс в Праге, и наша команда должна быть безупречна… Я должна быть…

Я ведь Ася Замкина...

Вроде бы всего то... Первый курс, факультет менеджмента. Но в университете меня знают не столько по фамилии или специальности, сколько по движениям. Я танцую. С четырёх лет. И это не просто хобби – это моя жизнь, мой воздух, моя валюта в мире, где репутация значит больше, чем оценки… Где она делает из тебя единицу в мире нолей. Однако родители считают иначе. Тут их тоже знают. Мой отчим один из спонсоров университета. Он основатель одной известной консалтинговой фирмы… Но не будем зацикливаться на этом. Мне это вообще неинтересно. Я и на учёбу эту пошла только из-за их условий…

Внутри кампуса тепло и шумно. Студенты суетятся, смеются, переговариваются. Я прохожу мимо стендов с объявлениями, мимо группы первокурсников, которые с восторгом разглядывают портреты победителей прошлых конкурсов... Среди них и моё фото. «Замкина Ася Владиславовна – лицо университетской танцевальной команды», – гласит подпись. Я не горжусь этим. Я просто знаю, что это факт… Доказанный тоннами слёз, травмами, истериками и прочим… Никому не понять. Разве что таким же, как я…

И оценки мне почти всегда завышают за то, кто я есть… То есть, из-за моих танцев…

– Аськааа! – раздаётся сзади.

Оборачиваюсь. Это Лиза, моя лучшая подруга. Она бежит ко мне, готовая снести меня с ног, размахивая своей сумкой, её рыжие волосы вспыхивают в свете ламп. Лиза – ураган, а не девчонка. У неё в отличие от меня и в жизни сплошной хаос… А я живу по расписанию и в полной безоговорочной дисциплине…

– Ты где пропадала, коза! Я тебя везде искала, блин! – она хватает меня за руку, её глаза горят.

– На репе, блин. Ты же знаешь…

– Она закончилась час назад, обманщица! Я там тоже была, ау!

– Задержалась, – коротко отвечаю я, снимая капюшон. – Нужно было отработать связку… Из-за травмы теперь эти проблемы с поворотом… Но я справлюсь…

Лиза качает головой, но не спорит. Она знает, когда речь о танцах, я становлюсь глухой ко всему остальному. Для неё это как раз хобби… Или что-то типа того. Как она сама шутит – мальчики любят, когда девочки красиво двигаются…

А мне вот пофиг, что они там любят, если честно…

Мы идём по коридору, и я чувствую на себе взгляды. Кто‑то улыбается, кто‑то кивает, кто‑то просто смотрит – с восхищением, завистью, любопытством. Я привыкла. Это часть моей роли: быть той, на кого равняются, кого обсуждают, кого хотят пригласить на свидание и тд. У меня много подруг, но настоящих – раз-два и обчёлся. Лиза – одна из них…

– Слушай, – она понижает голос. – А ты видела, что твой Ромка снова выложил фото с тренировки? – хихикает. – А какое видела… Да???

Я морщу нос. Потому что Ромка – звезда университетской футбольной команды. Богатый, высокий, накаченный с этой его фирменной ухмылкой, от которой девчонки теряют голову. Мы вместе уже два месяца… Но это далеко не те отношения, о которых я мечтала. Это скорее данность… Он будто выбрал меня нарочно… Для того, чтобы его девушка была под стать ему… А мне даже некогда проводить с ним время. Смешно…

– Видела, – отвечаю равнодушно. – И что?

Подумаешь, сфотографировал себя без майки. Торс, мышцы – всё, что интересует мою подругу…

– Да ничего, – она вздыхает. – Просто… ты хоть понимаешь, что он самый классный парень в универе… И он тебя буквально обожает?

Я молчу. Обожает? Может быть. Но это не то, что я ищу. Я не знаю, что ищу, но точно не это. Не восхищение, не внимание, не статус «девушка звезды универа». Я хочу… чего‑то другого. Чего‑то, что пока не могу назвать. Возможно, отношения вообще не моё… Мне постоянно некогда… И это больше напоминает какой-то спектакль.

На обеде мы с Лизой заходим в кафе. Здесь тепло, пахнет кофе и выпечкой, но мне нужно следить за фигурой, поэтому я беру чай и овощной салат, как обычно, а Лиза – латте и пирожное, потому что ей, цитирую «пофиг», а ещё «сладкое продлевает жизнь и, возможно, оргазм, но это не точно».

Мы садимся за столик у окна. За стеклом – серое ноябрьское небо, капли дождя стекают по стеклу, и я на секунду залипаю на этой красоте взглядом…

– Так ты представляешь, да? Она вообще уже офигела… Честно, это для меня Рэд флаг… Да же?

– А? – переспрашиваю, и она приподнимает бровь, глядя на меня.

– Так… Ася… Добрый вечер, я диспетчер… Ты где это у меня?! Я кому тут всю душу излила, нафиг?!

Я хихикаю и тревожно вздыхаю…

– О родителях думаю, – говорю я, глядя в чашку. – Опять условия…

Лиза хмурится.

– Какие на этот раз? Чтобы дома была в девять и писала по расписанию?

Не смешно на самом деле… Но у неё язык без костей… Я уже привыкла.

– Если не закрою сессию без троек, отчим не оплатит мне поездку в Прагу... И квартиру…

Она фыркает.

– Ну, конечно. Как будто ты можешь завалить сессию. Ты же гений учёбы…

Я невесело усмехаюсь. Гений? Нет. Я вообще много туплю… Просто знаю, если не буду соответствовать их ожиданиям, всё рухнет. Танцы, свобода, даже это уютное кафе – всё станет недоступным для меня. Мои родители – люди строгие, традиционные. Для них университет – это карьера, а не хобби. А мои выступления на международных конкурсах – «пустая трата времени», если это мешает оценкам… Сейчас моя семья выглядит именно так… С папой так, конечно же, не было… Но мама говорит, что с ним мы бы продолжали жить в нищете… Без гроша в кармане и с нами бы не считались…

– Я не могу их подвести, – шепчу я.

– Ты никого не подводишь, – твёрдо говорит Лиза. – Ты делаешь то, что любишь… Ты ежедневно работаешь над собой… Ты молодец!

Я хочу ответить, но тут дверь кафе неожиданно открывается. В помещение врывается холодный воздух, и вместе с ним – он…

Кирилл Морозов.

У меня в мгновение пересыхает в горле, и я невольно ёжусь, изучая его со стороны, словно инопланетянина… Думаю, многие на него так смотрят и ничего страшного, что я тоже посмотрю…

Он идёт молча, не глядя ни на кого. Высокий, плечистый, в чёрной куртке, с капюшоном, натянутым на лоб. Его лицо, словно вырезанное из камня: резкие черты, холодный взгляд, шрам над бровью. Он не улыбается. Никогда. Мне кажется, что реально никогда… Во всяком случае, я не видела…

Я замираю.

Кирилл – легенда универа… Но в отличие от меня или Ромы, нехорошая легенда… Он человек, с которым лучше не связываться. Он редко появляется на парах, но его знают все. Говорят, он участвует в подпольных боях. Говорят, он однажды отправил в больницу парня за одно неосторожное слово. Говорят, он не боится никого… И ещё говорят, что у него проблемы с законом… И даже есть пистолет… Но я его так хорошо не знаю – только по слухам…

Он проходит мимо нашего столика. И на секунду его жестокий взгляд останавливается на мне. Всего на секунду… Но этого хватает, чтобы внутри всё сжалось…

Я невольно вцепляюсь в руку Лизы, и от этого она издаёт какой-то визгливый звук.

Он смотрит. На меня. Почему??? Какого чёрта?! Я ничего не сделала…

Глаза как у хищника… Цвета изумруда, но… Они какие-то жуткие… От которых дрожь по всему телу… Уголок его губы дрогнет на одну секунду… И всё…

Кирилл уходит, не сказав при этом ни слова. Дверь за ним закрывается, и в кафе снова становится тихо и спокойно… Будто он забрал с собой всю свою тёмную ауру…

– Что это было? – шепчет Лиза, глядя мне в глаза. – Почему он так на тебя смотрел??? Вы что знакомы?!

Я молчу. Сердце стучит так громко, что, кажется, его слышно на весь зал.

– Не знаю… – наконец выдавливаю я. – Но я его безумно боюсь...

Ася Замкина

После обеда с Лизкой я вхожу в аудиторию по высшей математике с лёгким трепетом в груди… Не из‑за страха перед предметом – я неплохо справляюсь, пусть и не без усилий. Дело в преподавателе… Лебедев известен своим едким нравом и особой «любовью» к студентам, которые, по его мнению, отвлекаются на «побочные активности».

Сегодня он особенно колюч. И выбрал жертвой меня.

– Замкина, – бросает он, едва я успеваю сесть на своё место. – Опять опоздали. Неудивительно. Танцы, репетиции, конкурсы… Всё это, конечно, очень важно. Но математика – не балет. Здесь нужны голова и дисциплина.

По аудитории прокатывается сдержанный смешок. Хоть я танцую и не балет, он бы удивился какая голова и дисциплина нужны для балета… Я сжимаю ручку чуть сильнее, но отвечаю спокойно:

– Я не опоздала, Алексей Владимирович. Пара ещё не началась.

Он фыркает, листает журнал.

– Будь моя воля, я бы вам и тройки не поставил. Вас спасают только ваши танцульки.

Внутри вспыхивает раздражение, но я глотаю его. Спорить бессмысленно. Лебедев всегда найдёт, к чему прицепиться. И я могу сделать хуже…

Открываю тетрадь, начинаю записывать условие задачи, но мысли всё время возвращаются к конкурсу… У меня репетиция после пар… И я очень волнуюсь за ту самую связку, которая даётся мне теперь с трудом после прошлого падения…

Вдруг дверь аудитории открывается. В проёме зависает наш ректор, Александр Иванович. Высокий, подтянутый, с доброжелательной улыбкой, которая, кажется, никогда не сходит с его лица.

– Добрый день, коллеги… – его голос звучит бодро, и все в аудитории невольно выпрямляются. – Прошу прощения за вторжение. Мне нужно на пару минут отвлечь Замкину…

Лебедев недовольно хмурится, но возражать не решается.

– Конечно, Александр Иванович.

Я встаю, чувствуя на себе взгляды одногруппников. Ректор жестом приглашает меня выйти в коридор.

– Ася, – говорит он, как только мы оказываемся наедине. – Я только что разговаривал с организаторами пражского конкурса. Они в восторге от направленного Вами видео… Говорят, есть все шансы… А ещё… Я хочу передать через Вас лично спасибо Николаю Юрьевичу…

Речь о моём отчиме, кстати…

Я улыбаюсь, но внутри всё сжимается. Знаю, куда он ведёт…

– Спасибо, Александр Иванович. Мы очень стараемся.

– И это видно… – он достаёт из кармана пиджака лист бумаги. – Я тут глянул Вашу ведомость. Оценки в целом неплохие, но… математика подкачала. Лебедев говорит, что вы могли бы показывать лучший результат.

Я молчу. Что тут скажешь? Я не сомневалась в нём… Хоть как-то, но намекнет на мои провалы…

– Но я не для того Вас позвал, чтобы ругать, – продолжает ректор, и в его голосе появляется просительная интонация. – У меня к вам просьба. Есть один студент… Сын моего школьного приятеля... Учится на втором курсе, физмат. Парень способный, но ленивый. Оценки плавают, а отец волнуется. Я бы не стал просить, но… Вы же у нас и умница, и активистка. Может, поможете ему подтянуться? Хотя бы до конца семестра? И сами большее внимание уделите предмету…

Я хочу сказать «нет». Хочу напомнить, что у меня и так график расписан по минутам: учёба, репетиции, выступления. А ещё я сама по математике плохо соображаю, если честно… Но ректор смотрит так тепло, так убедительно, что язык не поворачивается отказать.

– Я… попробую, – выдавливаю я.

– Вот и отлично! – он радостно подбадривает меня. – Я знал, что Вы не откажете. Он подойдёт сегодня вечером, в той же аудитории, где вы обычно занимаетесь дополнительно... Скажем, в семь?

Я киваю, хотя внутри всё кричит: «У меня тренировка в семь!»…

– Спасибо, Ася. Вы – молодец.

Он уходит, а я возвращаюсь в аудиторию под любопытные взгляды одногруппников. Лебедев, заметив моё лицо, усмехается.

– Ну что, Замкина, опять награды получаете?

Я не отвечаю на его язвительность. Просто сажусь на место и смотрю в тетрадь, но буквы расплываются перед глазами…

Как же меня всё бесит… Я должна научиться отстаивать собственные границы. У меня ощущение, что люди думают, будто я робот и мне это всё просто так даётся…

Ну а в семь вечера, когда я уже отложила все свои дела, аудитория пуста. Я сижу в первом ряду, разложив перед собой конспекты по вышке… На часах – 19:15. Мой драгоценный «ученик» так и не появился.

Я вздыхаю, закрываю тетрадь. Конечно, он не придёт. Зачем ему тратить вечер на зубрёжку, если можно просто забить? А я тут сижу, как дура, теряя время, которое могла бы провести на репетиции.