Читаем Урок любви онлайн бесплатно

Глава 1

Первое сентября. День знаний. День, когда каждый из нас делает новый шажок к своему будущему. Не всем этот праздник по душе. И Кириллу раньше не нравилось первое сентября. Пока однажды, стоя среди своих одноклассников, каждого из которых он знал, как свои пять пальцев, Кирилл не увидел в ряду напротив девочку. Девочку, которая затмила собой всё и вся. Кирилл не замечал ничего вокруг, наслаждаясь её лицезрением. Любой другой парень сказал бы, что это была самая обыкновенная девочка, каких миллионы. Любой другой бы не обратил на неё особого внимания. Но не Кирилл. Для него она мгновенно стала самой замечательной. Особенной. Он благодарил судьбу за то, что всё же пришёл тогда в школу. Кирилл считал эту встречу самой главной в его недолгой жизни. Это была любовь с первого взгляда. С первой секунды рядом с ней. Это чувство захлестнуло парня с головой, и он в миг захлебнулся в бескрайних озёрах её глаз. Кирилл ещё никогда не ощущал такое влечение к чему-то или кому-то. Она притягивала его, как магнит страшной силы. Кирилл не мог сопротивляться её чарам и всюду следовал за ней. Но… Не мог подойти и познакомиться с ней. И он ненавидел себя за это. Кирилл одновременно безумно хотел и до ужаса боялся этого. Нет ничего более странного и непредсказуемого, чем человеческая любовь. Кириллу всегда казалось, что она не замечает его, будто он невидимка. Будто он неживой. Будто он лишь её тень. Но Кирилл не хотел быть её тенью. Он хотел быть её светом. Её принцем. Очень-очень важной частью её жизни. Кирилл знал, что она невероятно милая и очаровательная, но остальные упорно не хотели видеть этого. Кирилл считал, что лишь он один во всём мире сможет так полюбить её. Возможно, что так оно и есть. Она стала для Кирилла звездой, при чём для него это была вовсе не метафора. Так она была прекрасна, её далёкий призрачный свет мягко окутывал огромное, по-детски доброе и чистое сердце Кирилла тёплым пледом, что был соткан его судьбой из надежд на светлое будущее. Но пусть его звезда всё время была лишь в паре метров от него, столь тяжело было Кириллу их пройти, что, ему казалось, между ними раскинулась целая вселенная, а его непутёвый корабль летел медленно, убийственно медленно, ведь Кирилл, его капитан и единственный член экипажа, безвозвратно сошёл с ума. Ещё с того самого дня, когда впервые увидел её. Наверное, так бы всё и продолжалось ещё очень долго, пока однажды он бы не выпустился из школы, и ему ни осталось бы ничего, кроме как уезжать в другой город, учиться в ВУЗ…

Глава 2

Но как-то в обычный октябрьский денёк Кирилл, ещё выходя из дома, понял, что сегодня что-то точно произойдёт. И это что-то невероятно взволновало, если не сказать – испугало, Кирилла. Пальцы его тряслись так, словно не дворовой алкоголик, дядя Вася, а он, вчера пил весь день напролёт. Кирилл весь чесался, будто блохастый пёс, и постоянно спотыкался, не в силах идти твёрдым шагом по этой земле, в миг превратившейся в ухабистую лесную дорогу, по которой, казалось, не ступала ещё нога человека. Дойдя всё-таки до школы, Кирилл обнаружил, что пришёл вовсе не в школьной форме, а в узеньких джинсах и красочной футболке, туго обтягивающей его спортивное тело. Представьте, как на него пялились все вокруг. Кирилл готов был трижды провалиться под землю, лишь бы спрятаться от этих взглядов. Они были и осуждающими, и усмехающимися, и просто любопытными, но один взгляд, застывший точно на нём, Кирилл прочувствовал всем своим существом. Его развитая интуиция уже догадалась, кому он принадлежал, но мозг отчаянно пытался не думать о такой возможности, ведь она никогда раньше не смотрела на него, даже если Кирилл "случайно" шёл навстречу ей. И теперь она смотрела на меня так, так… Так, словно смогла наконец разглядеть его высокую фигуру в этом бешеном круговороте детей и подростков, именуемом школой. Так, словно увидела нечто невероятно прекрасное. Это длилось лишь пару мгновений, но Кириллу они показались вечностью, к тому же столь сладкой, что он… Расплакался прямо там, на виду у всех. Хотя на этих самых всех ему всегда было абсолютно наплевать, но среди них была та, кем Кирилл уже очень дорожил, не зная о ней ничего, даже её имени. Только он подумал, что больше уж точно ничего необычного случиться не может, как перед Кириллом неожиданно возникла директриса. Он всегда считался прилежным и порядочным учеником, поэтому никогда не испытывал на себе "счастья" от не слишком весёлого общения с ней в стенах её небольшого кабинета. Кирилл представлял себе его чем-то вроде тайной комнаты или логова древнего чудовища, но это оказалась лишь небольшая комнатка с дешёвым интерьером, подходящим скорее для лабораторной класса, но никак не для кабинета директора школы. Однако одна деталь всё же наталкивала на мысль о директорском кабинете. Это была большая и красивая статуэтка из золота в виде сфинкса. Она украшала своим величественным и благородным видом директорский стол, безукоризненно вписываясь даже в такую небогатую общую обстановку. Но, направив взгляд чуть вправо от стола, Кирилл увидел её. Ту самую девочку, в которую Кирилл так безнадёжно влюблён уже больше месяца, но он с ней и словом не обмолвился за это время. И сейчас она стоит прямо перед ним. Кириллу тогда это казалось самым настоящим чудом. И он только сейчас смог внимательно рассмотреть её глаза. Они были тёмно-карими, а, может, даже почти чёрными. Кирилл словно заглянул в ночную бездну, которая всем своим видом звала его к себе, и он уже не сопротивлялся её неимоверной силе. Кирилл пошёл прямо к ней, не слыша криков разъярённой директрисы, и остановился лишь, когда между ними была от силы пара сантиметров. Кирилл улыбнулся так, словно его рот долгие годы был скован крепкими цепями, и теперь он хотел улыбнуться всему миру сразу, и крепко-крепко прижал её к себе. Но она ни на секунду не испугалась, не оттолкнула его, не начала возмущаться или протестовать. Кирилл увидел ласковую улыбку на её лице, и то, что она потом сказала ему, поразило его до глубины души, словно гром среди среди ясного неба. "Долго же ты боялся подойти и заговорить со мной, мой милый принц…". Слёзы вновь потекли по его щекам ручьями, но теперь это были слёзы не отчаянья, боли или стыда, но счастья. Она начала трепетно вытирать слёзы Кирилла своими ладонями, оказавшимися невероятно нежными и шелковистыми. Кирилл будто попал в рай. Они ещё долго стояли в общем клубке объятий, не в силах оторваться друг от друга.

Глава 3

Когда через пару часов эти двое поняли, что все давно ушли, так и не дождавшись их, то взялись за руки и пошли к ней домой. Уже почти дойдя до двери её квартиры, они поняли, что не знают имён друг друга. Меня Катя зовут. А меня – Кирилл. Дело в том, что для них всё это не имело никакого значения. Ни имена, ни прошлое, ни благосостояние. Это лишь жалкие мелочи по сравнению с тем главным чувством, что их объединяло. Это любовь. Они любили друг друга, а на всё остальное им было глубоко наплевать. Катя вставила в замочную скважину ключ. Когда она проворачивала его в замке, ей казалось, будто он стал неимоверно тяжёлым и огромным, будто это был огромный стальной меч, а не небольшой ключик от квартиры. Всё это потому что Катя невероятно волновалась, ведь родители никогда не позволяли ей не то, что встречаться с парнями, даже просто общаться с ними. Но ОН был с ней, а, значит, всё будет хорошо. Так она себя убеждала. Вдруг Катя почувствовала, как её загребают в охапку руки Кирилла, такие сильные и в то же время по-детски нежные, они творили с ней чудеса. Тут же Кирилл начал осыпать её тонкую шейку многочисленными поцелуями, ежесекундно переходя от сильных и жадных к робким и нежным. Катя хотела попросить его остановиться, ведь она уже открыла дверь, и, если родители сейчас увидят их, ей несдобровать, но была не в силах сделать этого, полностью отдавшись чувствам, захлестнувшим их. Катя начала шептать его имя и слова любви. Они уже стали сливаться в едином сиянии их первой любви друг к другу, и теперь уже нельзя было точно сказать, где и кто из них это был. Они словно стали одним целым. Послышался треск разбитой чашки. Это мама Кати, увидев происходящее, опешила и уронила чашку с только что заваренным чаем. Через каких-то несколько мгновений рядом с матерью возник и отец. Его глаза запылали яростью, ноздри бешено ходили туда-сюда, казалось, он сейчас взорвётся и растопчет всё на своём пути. Но того, что произошло в следующую секунду, не ожидал никто. Отец ударил Катю. Грубо. Жестоко. Кулаком прямо по тому лицу, которое только что так жадно целовал Кирилл. Тот взвыл и ринулся на отца Кати. Но Катя вскрикнула, она стала умолять их остановиться, и это отрезвило их. Они начали приходить в себя. И только сейчас они поняли, что не видят мать Кати. Она лежала на полу в коридоре. Рядом с ней сейчас лежала разбитая чашка, которая лишь одиноко наблюдала за всем, что только что происходило, и вспоминала все моменты, проведённые с её хозяйкой, Катиной мамой. Если бы посуда только могла плакать, эта разбитая чашка сейчас разразилась бы нескончаемым потоком горьких слёз. Она бы безнадёжно рыдала, сетуя на свою незавидную судьбу. У Катиной матери случился инфаркт. В больнице ей назначили немедленное проведение операции. Как потом сказали врачи, инфаркт миокарда спровоцировал сильный стресс, что при её хрупком здоровье и наследственной предрасположенности к инфарктам, было не слишком удивительно для врачей, но не для её семьи. И Катя, и её отец так и не уходили из больницы, оставаясь даже ночевать там же, в ожидании конца операции.

Глава 4