Читаем Уральский узел онлайн бесплатно

Национализм…

Это с виду очень просто – а на самом деле, ох как сложно. Украинские националисты – не сдали экзамен вместе со своей нацией и сейчас Украина находится на краю бездонной пропасти. В девяносто первом году – Украина по ВВП была равна ФРГ, сейчас – это самая бедная страна Европы и самая бедная страна СНГ, Украина беднее Молдавии, беднее Таджикистана, беднее Румынии, беднее всех. Перед нами полноценная национальная катастрофа, в которой украинские националисты сыграли огромную роль. Получив в девяносто первом году без капли пролитой крови страну с территорией и населением равными Австро-Венгерской империи (Империи! Считавшей себя главной в Европе!), с развитой промышленностью, с огромными запасами плодородных почв, с мощной армией, с дешёвой атомной и гидроэнергетикой, с огромными запасами угля – украинцы довели свою страну до уровня Африки.

При этом, когда украинцы орут «Коммуняку на гиляку!» или «Кто не скачет тот москаль!» – мне, как Станиславскому, хочется воскликнуть: «Верю!». Они и в самом деле нас ненавидят! Они и в самом деле верят, что мы устроили голодомор специально, чтобы сломить украинскую деревню и привести к покорности украинскую нацию. Верю! И это «Верю!» ставит перед нами новые, страшные вопросы.

Как вообще так получилось? Автор – живёт в многонациональном Поволжье, где кроме русских живут татары, башкиры, удмурты, марийцы, другие народы. Украинцы отличаются от русских намного меньше, чем скажем, татары или удмурты – потому что русский, скорее всего, поймёт украинца без переводчика, хоть и с пятое на десятое – но поймёт, а вот татарина или удмурта он не поймёт, язык совсем другой. Но при этом – у нас безо всякой навязанной с Запада толерантности – как-то поддерживается межнациональный мир. Мир, в котором люди разных народов существуют вместе, обогащая друг друга. Мир в котором русские не хотят сделать удмуртов русскими, а удмурты – русских удмуртами, никто не навязывает свой взгляд на прошлое и не ищет вины друг друга. Русские в Удмуртии ходят в национальный удмуртский театр – бывает занятно наблюдать, как во время просмотра комедий сначала идёт волна смеха удмуртов, а потом, когда удмурты отсмеялись – начинают смеяться русские, когда прослушают перевод. А вместо тортов – заказываются на день рождения мясные пироги или чак-чак – национальное татарское медовое лакомство, которое полюбили и едят не только татары. У автора один друг – татарин, другой – армянин, а в детстве я дружил с украинцем – при этом до пятнадцати лет я даже не знал о том, что он украинец. Да, есть татарские националисты, к сожалению. Но национализм – держится в рамках, националисты – в основном оказываются в меньшинстве. А не так давно я беседовал с разочаровавшимся татарским националистом – он поведал мне, что татарский язык в школе не нужен самим татарам, а встретившийся ему молодой татарин, принявший радикальный ислам, сказал ему в лицо: нет никакого «татарского пути», мы придём к власти, и тут будет халифат, а не Татарстан, а брат, сражающийся в Сирии – мне дороже тебя, бидаатчика. Но, возвращаясь к теме – как получилось так, что украинцы, люди родные нам по крови – настолько ненавидят нас, что готовы убивать. Убивают Донбасс, Луганск, мне страшно представить, что сделают с Крымом, если представится такая возможность. Почему с татарами мы, русские – как то находим общий язык, а с украинцами – нет?

Как нам самим, русским – сохранить себя как нацию, сохранить чувство локтя, умение сплачиваться и помогать друг другу – но при этом не стать такими как украинцы, готовые убивать Донбасс только потому что тот говорит по-русски и не принимает того пути, которым пошла Украина. Как нам сохранить Россию как дом народов, как уникальное явление в мировой истории, не менее уникальное, чем США?

И ещё более страшный вопрос – а возможно ли повторение Украины? Нет, не в Беларуси. Возможно ли повторение Украины в Сибири, на Урале, на юге России. Может ли так получиться что ещё какая-то часть русских – объявит себя южанами или уральчанами или сибиряками или дальневосточниками – и тоже возненавидит нас? Нет? А почему вы так в этом уверены?

Ещё одно. Вот, есть мы. Русские. Есть бедные, есть богатые. Есть консерваторы, есть либералы. Как и в любом современном обществе – у нас есть мириады социальных групп, у нас разные мнения по разным вопросам. Но нация ли мы? Чего в нас больше – сходства или различий. Ощущаем ли мы своё родство друг с другом? Не являемся ли мы всего лишь случайными попутчиками на этом огромном корабле под названием Россия? Наш ли это вообще корабль?

Кто мы есть? Что мы есть? На эти вопросы – надо искать и находить ответы уже сейчас. Украинцы, пока был мир – не искали. А теперь поздно.

Слишком поздно…

Не люблю селиться в одном и том же отеле.

В прошлый раз – это был Сент-Панкрас, отель пять звёзд перестроенный из бывшего вокзала Сент-Панкрас и он мне не понравился. Да, архитектурахороша, но обслуживание – совсем не на пять звёзд. А вот Мариотт, расположенный на Вестминстер Бридж – понравился гораздо больше: и обслуга намного обходительнее, и чай… здесь отличный «файв о клок ти», настоящее британское чаепитие. Конечно, мне по статусу положены совсем другие развлечения – но я никак не научусь тратить на себя деньги.

Чтобы вы понимали – миллиард у меня уже есть…

Точнее – был; падение цен на нефть и цветные металлы изрядно меня разорило, но что-то около девятисот миллионов долларов у меня осталось. Конечно, не наличными – сейчас богатство оценивается совсем по-другому. В моей головной компании «Урал Майнинг» – акции выведены на биржу, причём не только в Москве, но и здесь, в Лондоне, в виде депозитарных расписок. Что означает, что банк покупает мои акции, кладёт их на депозит, а расписки, подтверждающие условное владение акциями – продаёт как и сами акции. В этом случае немного по-иному распределяются риски да и лондонские инвесторы – а их немало – получают возможность торговать акциями компаний, которые не выведены на Лондонскую биржу. А вывести компанию на Лондонскую биржу… это я доложу вам… один андеррайтинг[1] сколько стоит. У меня сохранилось тридцать процентов акций, семьдесят в свободном обороте – и вот по цене акций в свободном обороте – и определяется цена моего пакета акций. Хотя если я соберусь продавать тридцать процентов сейчас – такой цены как в рознице я за них не получу. Не те времена, те давно прошли. Есть банки, которые продают по цене ниже капитала…