Читаем Упс-Пупс, папочка! онлайн бесплатно

Все мы рано или поздно совершаем ошибки. Все мы впоследствии рано или поздно вынуждены отвечать за свои поступки, расплачиваться и пожинать плоды своего отчаянного безрассудства.

Но тогда, когда на пороге моего офиса появилась сногсшибательная рыжая бестия, я ещё не догадывался о масштабах своих проблем.

— Руслан Альбертович, это именно та девушка, которая сегодня звонила вам с утра, — отчиталась моя секретарша, войдя в кабинет.

— Да, Оленька, я уже понял, — растянул приветливую улыбку я, но не секретарше, а той, что стояла в дверях, и с каждой секундой всё больше и больше багровела под стать своей бордовой шапке с пушистым помпоном. — Прошу вас, присаживайтесь.

Девушка нерасторопно присела в кресло. Я всё думал, почему она избегает моего взгляда. Неужели передумала подавать на мою компанию в суд?

Прежде мы общались исключительно по телефону. Её ангельский голосок пробуждал во мне любопытство. Я очень надеялся, что внешность её так же хороша, как и голос.

И я не ошибся.

Большие синие глаза казались мне знакомыми, они пленили; к фарфоровой коже хотелось прикоснуться; губы, обведённые красной помадой, манили меня. Но вот характер дамочки оставлял желать лучшего.

Такой стервозной особы я ещё не встречал. Нет, были конечно, но она же переплюнула по шкале заносчивости даже мою бывшую жену.

Я ждал нашу встречу. Ещё с утра подготовил различные возражения на любой жизненный случай. Я был готов к грандиозному скандалу. Да я даже предвкушал его. Но, к великой досаде, всё, что я мог наблюдать перед собой — это неуверенность в себе, зажатость, да и только.

— Мария, так? Вас ведь так зовут? — спросил я и она кивнула. Кивок был тоже неуверенным, будто она сомневалась. — Давайте по порядку. Что вас не устраивает в вашей новой квартире? Отделка?

— Нет, отделка х-хорошая, — снова услышал я её ангельский голосок. Я даже прикрыл глаза от удовольствия, её голос как симфония для моих ушей.

— Может, вас не устроил вид из окна? — хмыкнув, предположил я.

— Нет, вид из окна тоже ничего.

— Тогда на что же вы хотите подать в суд?

Девушка вздохнула, расправила свои плечи.

— Да на то, что моя квартира стала на полтора квадратных метра больше, чем было указано в плане, — вот в ней и проснулась заносчивость, а я уж заждался.

— Да, но в договоре, который вы, между прочим, собственноручно подписали, чёрным по белому прописано, что такое вполне возможно. У кого-то квартира стала на полтора квадрата меньше, у кого-то больше. Это же хорошо.

— Если бы, — фыркнула она. — Теперь, согласно договору, я задолжала вам кругленькую сумму за этот вонючий квадрат.

— Об этом тоже было сказано в договоре оказания услуг. Кажется, пункт так и называется: «вонючий квадрат», — старался уйти от скандала, но понимал, что в данном случае шуточки мои были совершенно неуместны.

— А в этом вашем «вонючем пункте» случайно не сказано, где мне искать эту сумму, если таковой у меня не окажется? — причитала она, грозясь наброситься на меня и исцарапать длинными ногтями всё лицо.

— К сожалению, — развёл руками, не скрывая иронии. Она была тоже неуместной, но я не мог не улыбаться, видя, как её маленький носик морщился всякий раз, когда она смотрела на меня. — Единственное, что мы можем — предоставить вам отсрочку сроком в один месяц. Если у вас возникли финансовые трудности, то я готов подождать с выплатой до конца квартала. Я предупрежу бухгалтерию, но повторюсь, это единственное, что я могу предложить.

— И где, по-вашему, я должна найти сто пятьдесят тысяч за один месяц? Я приобрела однокомнатную квартиру в ипотеку на двадцать пять лет, а вы мне предлагаете всего лишь месяц отсрочки? Да у меня даже работы ещё нет, чтобы хотя бы попытаться их заработать.

Мне стало её жаль. Особенно тогда, когда она начала плакать в голос, укрываясь от меня своими ладонями. Девушка пребывала в отчаянии. Я точно был знаком с этим чувством и не мог спутать его ни с чем другим. Именно поэтому, в некоторой степени, я ощущал за собой вину перед ней, и в то же время я не мог смириться с этим.

— Извините, — приподнялась она из кресла, намереваясь уйти.

— Постойте! — почти выкрикнул я, и она плюхнулась обратно. По лицу было видно, что она не ждала ничего хорошего от меня. Я, кстати, тоже не ждал. — Вы говорите, у вас нет работы?

— Нет, месяц назад компания разорилась и нас всех выставили на улицу. А сейчас, сами понимаете, Новый год на носу, а ещё этот кризис, будь он неладен.

Понимал ещё как. Кризис будь здоров ударил и по нашей компании. По отчётности за прошлый месяц наша прибыль упала в два раза, если и дальше будет так продолжаться, то и моя строительная компания станет банкротом глазом моргнуть не успею.

— А что, если я предложу вам работу? В качестве предновогоднего подарка, — сам не ожидал от себя такого поворота.

Мне стало даже приятно, когда девушка после заданного мою вопроса резко перестала лить свои слёзы. Она недоверчиво смотрела на меня, шмыгала носом и вытирала мокрые дорожки со своих розовых щёчек.

— Мне? Работу? — не верила она своим ушам, хлопала глазками, но заметно оживилась как-то.

Я молча передал ей бумажную салфетку, а в голове перебирал различные должности, на которые мог бы назначить её. Во время финансового кризиса работодатели, напротив, старались сократить рабочую силу, я же в своём деле всегда придерживался не только порядка, но и постоянства. У меня полностью был укомплектован штат, ни одной свободной вакансии.

— Что скажите насчёт ведущего ассистента руководителя? — сходу придумал я несуществующую должность.

— Боюсь, я вам не подхожу. У меня только педагогический техникум за плечами. Я ничего не смыслю в управлении.

Я нервно хохотнул, чем смутил бедную девушку. Прочистил горло, поправил галстук и старался придать себе деловой и невозмутимый вид.

— Да там и смыслить-то ничего не нужно. Так, перебирать бумаги, перекладывать их из одной папки в другую, ставить печать и подписывать документы за меня. Вы же хорошо подделываете подписи?

— Не знаю, — прыснула она со смеху. — Не доводилось как-то раньше пробовать.

— Что? Даже в школьном дневнике ни разу не расписывались за родителей? — подтрунивал я, упиваясь её ответной реакцией. — Да быть того не может.

— Нет. Родителям не было дела до меня и до моих оценок, — с потухшим взглядом мотала она головой, явно стыдясь меня.

Хотя это мне должно было быть стыдно за себя и свою бестактность.

— Значит, я вас обучу этому делу! Только мне нужно будет ваше согласие!

— И сколько же мне нужно будет отработать на вас, чтобы погасить свою задолженность перед вашей компанией? — наконец я услышал в её тоне сдержанную заинтересованность.

Я состроил вдумчивую гримасу, потирая свою челюсть. В уме сводил дебет с кредитом и одновременно с этим осознавал всю невыгодность данной сделки.

— Да всего-то каких-то три месяца, — бросил я быстро, чтобы не передумать. Глаза Марии вмиг округлились. Я подумал, что слишком завысил цену, и сдуру ляпнул: — Два. Всего два месяца. По рукам?

— Ох, ничего себе, — пробормотала Маша. Её бросило в жар, она сняла свою шапку и начала махать ею у лица. — Я думала, мне придётся работать не меньше года.

Вот, блин.

Какой же я болван. Стратег из меня ну просто никудышный.

Это что же, получается? Я предложил незнакомой девушке работу на несуществующей должности, где она целыми днями будет заниматься ерундой? И всё это мне обойдётся в семьдесят пять тысяч ежемесячно?

Я точно спятил. Даже мой зам столько не получает.

Но я успокаивал себя надеждами, что она в полной мере может отработать эти деньги. А мне, возможно, где-то, да зачтётся этот опрометчивый поступок.

— Так, Мария, простите, как ваше отчество? Мне нужно внести вас в график дежурств, — поинтересовался я, открывая блокнот для заметок.

— Валентиновна, — промямлила она и снова покрылась румянцем. — Только это, скорее, матчество, чем отчество.

— Чего? — появилось ощущение, что крыша моя уже поехала на фоне непредвиденных растрат. — А хотя не важно. Просто скажите, Мария Валентиновна, когда мне ждать вас в офисе, чтобы ознакомить с вашими обязанностями поближе?

— Завтра? — скромно предложила.

Я сверился с календарём. На завтра важных дел никаких запланировано не было, поэтому я пометил себе, а заодно отправил письмо секретарю, где оповестил, что весь завтрашний рабочий день я буду занят с нашим новым стажёром.

— Тогда до встречи, Мария Валентиновна, — одарил её доброжелательной улыбкой, за что она наградила меня ответной смущённой улыбкой, демонстрируя свои очаровательные ямочки на щеках.

— До завтра, Руслан… Альбертович, и спасибо вам!

— Пока не за что!

Мы пожали друг другу руку, и я проводил свою странную, внезапно принятую подчинённую до лифта.

А после, в соседнем от себя кабинете, больше схожим с тесной каморкой, доверху нагромождённой всякого рода документацией, я занялся подготовкой рабочего места для неё

На следующий день, так же как и на последующий, Мария не объявилась. Кабинет пустовал, раздражая своей безжизненностью. Покрывшаяся толстым слоем пыли документация ждала своего часа, а работника так и не было видно на горизонте.

Поначалу я даже посчитал, что это только к лучшему. Так будет правильней по отношению к остальному персоналу, который ни сном ни духом о возникшей в нашей компании новой должности и хорошенькой во всех смыслах сотрудницы, работающей на ней.

Поползли бы слухи о новом служебном романе, что бывало уже не раз в стенах моего офиса.

Такова она репутация закоренелого бабника.

Я свыкся с этим и уже старался не обращать внимания на ложные домысли своих подчинённых.

Конечно же, на деле всё было несколько иначе. В моей жизни случился только один служебный роман и, к большому счастью, он давным-давно закончился. Мы развелись с Ангелиной. С того самого дня я зарёкся больше не вступать ни в какие отношения с прекрасной половиной нашего коллектива. В том числе и дружеские отношения.

Ну их нафиг.

Проблем у меня и так предостаточно, а тут перед самыми праздниками ещё до кучи навалилось.

— Оленька, ты уже пробовала связаться с Марией по тому номеру телефона, с которого она звонила нам? —  спросил я, в очередной раз выйдя из своего кабинета в приёмную.

— Да, Руслан Альбертович. Уже несколько раз за сегодня, причём с разных номеров. Она не отвечает на звонки.

Что могло произойти, что она добровольно отказалась от такого шикарного подарка?

— Подними документацию из архива и выясни, пожалуйста, точный адрес приобретённой квартиры на её имя.

— Фамилию имя отчество подскажите?

— Нет, Оленька! Только имя и матчество.

К концу рабочего дня секретарша нашла акт приёма-передачи со всеми паспортными данными Марии и адресом, в котором теперь было на полтора квадратных метра больше заявленного в первичном договоре.

Сверился со временем на наручных часах, закрыл свой офис и на машине отправился прямиком к её дому в одном спальном районе города.

Понятия не имел, откуда во мне взялось столько переживаний на её счёт. Но там, в моём кабинете, она была такой разбитой, что я посчитал своим долгом удостовериться в том, что с ней всё было в полном порядке.

Удостовериться лично. Узнать, чем послужила причина пойти в отказ, не соглашаясь с моим выгодным предложением. И уйти с миром.

Таков был мой первоначальный план. Но планам не всегда суждено воплощаться именно в той последовательности, в какой задумывалось ранее.

Лифт в новеньком доме ещё не работал, поэтому я пешком поднялся на седьмой этаж. Отдышался, прежде чем нажать на дверной звонок.

Дверь сразу мне никто не открыл. Пришлось постучаться, чтобы последовала хоть какая-то реакция.

— Кто там? — спросила Мария настороженным тоном.

— Соседи снизу! Кажется, вы нас заливаете! — понадеялся, что это трюк сработает, и не зря.

Почему-то я подумал, что вряд ли она откроет мне, если я представлюсь своим именем.

Обманка подействовала, дверь распахнулась, и я ничуть не удивился увидеть озадаченность на лице Марии.

— Вы? — смотрела на меня как на приведение, стоя в проходе. — Что вы здесь делаете?

— Решил взять на себя смелость и самолично проведать вас, если не возражаете, конечно, — протянул ей пакет, набитый фруктами и конфетами. — Вот, купил вам кое-какие витамины и народные антидепрессанты. Вы же не явились на новую работу, потому что, скорее всего, приболели. А не оповестили меня потому, что у вас украли телефон в общественном транспорте, когда вы возвращались домой после нашей деловой беседы. Телефон я тоже, кстати, приобрёл, — достал коробку со смартфоном из кармана пальто и также передал ей.

— Спасибо, конечно, но я вовсе... — скорчив физиономию, пыталась она огорчить меня, но я вовремя пресёк эту попытку.

Выставил палец, заставив её прикусить свой язык.

— Пожалуйста, давайте всё оставим как есть! Даже если всё совсем не так, — видел, что она хоть и была не согласна со мной, но покорно кивнула, прижимая к себе пакет с гостинцами.

— Руслан Альбертович, я бы пригласила вас на чашечку чая, но… — её бездонные синие глаза заволокла тревожная дымка. Она запиналась в словах, избегала моего подозрительного взгляда. — Я не могу, извините.

По предписанному плану мне оставалось только уйти с миром, но внезапно вдруг я услышал то, чего не ожидал:

— Мамоська, кто там плишёл? Дед Молоз? — проурчал ребетёнок.

Так вот в чём крылась причина.

Скорее всего, ей не с кем было оставить дитё. Признаюсь, для меня стало неожиданностью, что у такой молодой девушки уже есть ребёнок, но я чётко помнил, что обручального кольца на ней не обнаружил, сколько не искал.

В душе стало ещё паршивее. Кошки начала точить об неё свои острые когти.

Маша ведь ещё и работу потеряла перед самыми праздниками.

Да что я, не человек что ли совсем?

— Мария Валентиновна, прошу меня ещё раз извинить за возникшее недоразумение и за то, что явился к вам без спроса. Всего вам хорошего! — я спешил откланяться, чтобы больше не напрягать её и не пугать маленькое дитя.

Развернулся и пошагал вниз по лестнице с гордо поднятой головой.

— Я всё оплачу. Только, прошу, дайте мне немного больше времени! — она буквально умоляла меня, высунув голову на лестничную клетку.

Я остановился в пролёте и по-доброму улыбнулся.

— Не нужно ничего. Лучше потратьте эти деньги на вашего ребёнка.

— Как это понимать? — раздосадованно буркнула, она будто и вовсе не рада была моему добродушию.

— Не волнуйтесь ни о чём. Вам ничего не нужно будет платить и отрабатывать долг вы тоже не станете! Считайте, я всё уже уладил!

— Да услышь ты меня, наконец! — как рявкнула она. Подобная бестактностью застала меня врасплох, что бывало крайне редко со мной. — Я же сказала, что расплачусь с вами. Не люблю я оставаться у кого-то в долгу! Не привыкла я!

— У вас же ребёнок!

— За ним есть кому присматривать, пока меня нет дома.

Закралась мысль, что этим человеком может быть её муж.

Горечь подступила к горлу. Стало тошно оттого, что мужчина не в состоянии сделать свою женщину счастливой.