Читаем Уничтоженные онлайн бесплатно

– Пора! – скомандовал он.

Они взяли пузырьки со стола. Взглянув друг на друга в последний раз, они поднесли их к губам.

– Пьём на счет «три».

– Прощай, – дрожащим голосом произнесла девушка.

– Прощай, – услышала она в ответ.

Сидя в разных концах стола, они прекрасно понимали, что через считаные секунды один из них умрёт.

– Один.

Девушка прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

– Два.

Её руки предательски затряслись.

– Три!

Оля с Димой сидели на самом краю крыши, их ноги обдувал свежий июльский ветер. На Оле было одно лёгкое платье. И девушке было всё равно, видели ли случайные прохожие, что находится у неё под юбкой. Русые густые волосы Оли красиво развевались по ветру. Она не успевала убирать их за уши. Рядом с ней, смотря в ту же точку, что и она, сидел Дима. Дима Свиридов. Высокий густоволосый брюнет. На нём были тёмные брюки и чёрная футболка. В отличие от Оли, парень предполагал, что к вечеру погода станет хуже, и догадался взять куртку.

Ветер, несмотря на самый жаркий месяц лета, был довольно сильный. Он помешал Оле с Димой закурить с первого раза. Но когда Дима наконец смог справиться с зажигалкой, он первым делом зажёг Олину сигарету. И только затем свою.

Его темные волосы были идеальны – именно об этом думала сейчас Оля. О нём. Сделав глубокую затяжку, она опустила голову на плечо парня и игриво дернула ногой, чуть не уронив туфлю вниз, на самый асфальт, что был ниже влюбленной пары практически на двадцать метров.

Подростки, которым совсем недавно стукнуло по семнадцать лет, задумались каждый о своём. Дима в очередной раз любовался Олиной красотой и мечтал о том, что уже совсем скоро сбежит вместе с ней в Москву. Оля думала о том, что время было невероятно быстротечным: от тех пяти часов, что она собиралась провести с Димой, остались считаные минуты. Делая глубокие затяжки, ребята жутко не хотели, чтобы этот прекрасный момент заканчивался. Но вечер уже окутывал маленький городок, в котором с детства жили и Оля, и Дима.

Они никогда не любили этот город. Для Оли он всегда был чем-то вроде тюрьмы, откуда ты получал выход только в восемнадцать лет. Дима же называл город «отвратительной стартовой полосой для успешной жизни».

От размышлений ребят отвлёк рингтон Олиного телефона. Аккуратно, чтобы не уронить его с крыши, она взяла гаджет и посмотрела на экран.

– Мама? – догадался Дима.

Он выдохнул белый дым, и тот, словно густое облако, начал окутывать подростков.

– Да.

Оля моментально бросила недокуренную сигарету вниз и, не выжидая ни секунды, сняла трубку.

– Да, мамуль?

Дима улыбнулся, ещё сильнее приобняв Олю за плечи. Та, в свою очередь, тоже улыбнулась, но приложила указательный палец к губам, намекая парню, чтобы он вёл себя тихо. Мама не должна была узнать, что Оля была с ним.

– Уже восемь часов вечера. Тебя скоро ждать? – послышалось в трубке.

Оля замялась. Она виновато посмотрела на Диму и, не дождавшись его реакции, ответила:

– Буду через полчаса.

– Поторопись. Ты уходила в полдень. Наверняка уже голодная?

Оля не могла утвердительно ответить на этот вопрос. Буквально два часа назад она вместе с компашкой Димы поужинала сытной шаурмой, а полчаса назад они наедине с Димой полакомились карамельным мороженым, выбросив обёртку на чей-то балкон.

– Нет, мы с Полиной заходили в кафе.

Дима еле удержался, чтобы не хохотнуть. Оля снова приложила палец к губам. Когда она улыбалась, на её щеках появлялись ямочки. А её хитрые голубые глаза влюблённо смотрели прямо в карие глубокие глаза парня.

– В любом случае жду тебя ровно через полчаса.

– Целую, – Оля повесила трубку.

Заметив, что девушка поёжилась от сильного дуновения ветра, Дима благородно снял с себя чёрную куртку и заботливо надел её на Олю.

– Как жаль, что ты уже уходишь.

– Увидимся в пятницу, – нежно протянула Оля.

– В пятницу?!

Дима всё ещё докуривал сигарету. Однако Олина реплика заставила парня немедленно с ней распрощаться. Дима пылко дотронулся до тыльной стороны Олиной ладони. Она сделала то же самое.

– Но ведь сегодня только понедельник! Я думал, мы увидимся хотя бы в среду.

– Дим, прости. Я же говорила, что на эту смену я тоже записалась в качестве вожатой лагеря. Смена закончится только через две недели. Так что завтра, как и каждый будний день, я буду занята ровно до пяти часов вечера.

– А после пяти?

Оля виновато опустила голову.

– Я должна буду помочь маме по дому. Кроме того, я уже неделю не готовилась к экзаменам.

Дима громко фыркнул.

– Оля, ты даже на каникулах занимаешься? Ты можешь хотя бы летом не думать об этой глупой учебе?!

Оля ещё сильнее сжала ладони парня.

– Если я не буду заниматься все лето, то однозначно плохо сдам экзамены. Или ещё хуже – я их вовсе не сдам!

Дима осторожно спросил:

– Ты всё-таки решила учиться после школы?

Оля отрицательно замотала головой и поспешила внести ясность:

– Дим, я ничего, слышишь, ничего не говорила про учёбу. После школы я не планирую никуда поступать. Мы же вместе едем покорять Москву, забыл?

Парень наклонил голову и глубже заглянул Оле в глаза.

– Ну и на кой чёрт тебе сдалась эта подготовка? Соври маме, что снова идешь к кому-нибудь из своих подруг, и мы с тобой как следует оторвёмся.

– Ты же знаешь, как сильно я не хочу разочаровывать маму и учителей. Мама и без того будет крайне недовольна, когда узнает, что я убежала с тобой в Москву и пустилась во все тяжкие.

– Ну и к чему все это?! Зачем давать ей надежду на то, чего не будет?! Рано или поздно она всё равно узнает о твоих планах.

Дима никогда не понимал, почему сразу после девятого класса Оля не бросила «эту треклятую школу» и, подобно ему, своему верному другу, не ушла в колледж. Как рассказывал Дима, коротать время в колледже было намного веселее, чем в школе. Да и компашки, по его словам, там были намного круче.

– Не знаю, – ответила Оля, пожимая плечами.

В воздухе повисла недолгая пауза. Оля сильнее прижалась к Диме, словно надеясь, что это поможет её ногам не чувствовать сильные порывы ветра.

– Что-нибудь удалось стащить? – Дима решил перевести тему.

Оля вспомнила вчерашний день. Как и каждое воскресенье, девушка провела вечер субботы на тренировке, где она пыталась привести в совершенство свою и без того стройную фигуру. К слову, единственным недостатком Олиной фигуры можно было назвать небольшую грудь. Оля не любила, вернее, терпеть не могла свой первый размер. Однако когда Дима нежно касался её изящных форм, Оля чувствовала, что её тело соответствует всем стандартам современных моделей.

– Увы, нет.

– Ну ничего.

Дима потрепал девушку по волосам, которые так и норовили улететь вместе с ветром.

– Зато я вчера смог украсть два косаря и банку икры.

Оля с восхищением посмотрела на Диму. Как же всё-таки она его любила! Она чувствовала, что уже давно была готова лишиться невинности именно с ним.

– М-м-м, так вот по какому поводу сегодня мы так вкусно пообедали!

Дима снова над чем-то задумался и только спустя минуту спросил:

– Знаешь, а ведь в следующем году нам стукнет восемнадцать. Буквально в начале июня. У нас разница в возрасте всего несколько дней.

– Да-а, – мечтательно протянула Оля. – Полная свобода.

– Ты не должна сдавать никакие экзамены! – Дима неожиданно взял Олю за плечи и заглянул ей прямо в глаза. – Мы же можем свалить отсюда, как только нам стукнет восемнадцать.

Оля нервно дёрнула головой.

– Ты чего? – удивился Дима.

– Не знаю. В последнее время мои отношения с мамой начали налаживаться. Не хочу расстраивать её. Хочу, чтобы после нашего с тобой побега у неё была хотя бы надежда. Пусть она верит, что рано или поздно я всё-таки одумаюсь и подам заявление в университет.

Дима кивнул головой, частично соглашаясь с её словами.

– Тем более, – добавила Оля. – Чем позже мы уедем, тем лучше. Ты же знаешь, я хочу уехать ровно через год: двадцать седьмого июля. К тому моменту мы наверняка сможем решить, где лучше остановиться. А еще я смогу подтянуть свой английский.

– I am sure, you can improve your English in half of a year[1], – на чистейшем английском выговорил Дима.

Оля расплылась в загадочной улыбке.

– Очень боюсь маминой реакции. Но я чувствую, что так будет правильно.

Вскоре их мирную идиллию прервал один из членов компашки, а правильнее сказать, банды Димы:

– Димон, вы долго ещё? Мы уже пиво открыли, – выглянул из-за ржавой двери Слава.

– Пойдем, – Дима кивнул головой в сторону Славы – белобрысого паренька, который учился на втором курсе колледжа.

– Дим, я через полчаса должна быть дома. Мне нельзя пить.

Дима с Олей поднялись с края крыши и направились к чердаку. Благо этот дом был на окраине их маленького городка, и прохожим было трудно разглядеть неподобающее поведение подростков.

Теперь они оказались в старом и грязном, но уютном чердаке одного из неблагополучных домов. В этой покрытой паутиной и наполненной сигаретным дымом точке сбора всей компашки находилось восемь человек, не считая Оли и Димы.

Оля присела на одну из досок и попросила Рому передать ей духи. Рома, молодой угловатый паренек, так высоко подкинул духи, что Оля чуть их не уронила.

– Не тяжело скрывать от родных, что куришь?

Дима присел рядом с Олей, чтобы внимательно наблюдать за тем, как его девушка обрызгивает духами каждый миллиметр своей кожи.

– Уже привыкла.

– Такая порядочная с виду, – усмехнулся брюнет. – Скромница и прилежная ученица Ольга Миронова.

И Оля, и Дима заливисто рассмеялись, а затем к ним подключилась и вся банда.

– Можно жвачку?

Оля обратилась к Ване, который в этот самый момент усердно открывал недавно сворованную банку пива. Парень пошарил у себя в кармане и кинул Оле наполовину пустую упаковку жвачки. Оля взяла сразу две штуки, чтобы наверняка перебить разящий запах сигарет. Нельзя было допустить, чтобы мама подумала, что Оля даже близко стояла с табачным дымом. Один раз, когда Оля плохо скрыла свои следы, мама всерьез заподозрила нехорошие пристрастия своей дочери и потребовала объяснений. Тогда Оля легко отвертелась, сказав, что половина её класса курит и после уроков она провела в их компании не менее часа.

– Не несет от меня?

Усердно вынюхав каждый миллиметр её бледной кожи, Дима задумчиво шмыгнул носом:

– Самую малость. Пока по улице пройдешься, всё выветрится.

Оля брызнула ещё парочку раз, но Дима заметил:

– Если от тебя за километр будет нести мужскими духами, то мама точно заподозрит неладное.

Оля засмеялась.

– Как только мне удастся стащить ароматный флакончик женских духов, я тут же избавлюсь от этого одеколона.

– Не забывай, что ты вожатая, – напомнил Дима. – А в детском лагере нет камер. Я бы на твоём месте сорвал на этом куш.

– Я бы тоже. Только Елена Леонидовна никогда не покидает свой кабинет. А если и выходит, то ненадолго. Всегда запирает дверь на два замка. Как будто подозревает что-то.

– Отстой, – заметил Рома.

– И не говори. За всё это время я смогла спереть только две пятидесятирублевые купюры и какие-то жалкие наушники. Из-за наушников поднялся такой ажиотаж!

Дима громко хохотнул, крепко прижимая Олю к себе.

– Горжусь тобой, моя криминальная девочка.

Посидев в его жарких объятиях ещё несколько секунд, Оля наконец встала, аккуратно придерживая подол платья, что едва доходило ей до колена.

– Я пойду. У меня осталось всего пятнадцать минут. Проводишь?

Дима незамедлительно вскочил со своего места и покорно пошёл вслед за девушкой.

– А мы без тебя пока всё выпьем! – заржали парни.

– Я вам выпью! – прикрикнул на них Дима.

Двое из компашки снова закурили, и Оля, испугавшись, что запах табачного дыма останется на её платье, со скоростью пули выскочила из помещения.

Она спустилась вниз по хлипкой лестнице и оказалась на верхнем этаже. Даже в жилой части этого дома пахло отвратительно: половина шестого этажа была полностью прокурена, а от другой постоянно разило алкоголем. Это позволяло подросткам сделать простой вывод: жители дома не прекращали пить. В этом же доме жили два Диминых друга – Рома и Артём. Они нередко проводили время на чердаке.

Стоило Оле и Диме подойти к лифту, им навстречу шагнула женщина лет сорока – она еле держалась на ногах. В руках у неё была литровая бутылка водки, а во рту всё ещё красовалась недокуренная сигарета. Оля моментально отшатнулась от женщины – почувствовала отвращение и опаску. «Неужели я когда-нибудь стану такой?» – пронеслось у неё в голове. Увидев подростков, женщина глупо улыбнулась и промямлила:

– Нравится тута, да? Я когда была молодой, тоже любила по чердакам лазать. Знаешь почему?

Она обратилась к Диминой спутнице. Та решила благоразумно промолчать – в Олиных глазах читалось презрение.

– С мальчиками сексом занималась! – не дожидаясь, когда Оля спросит «почему?», выкинула женщина.

Она была в стельку пьяная. Только это объясняло её дичайших смех и нелепые круговые движения руками.

Оля выдавила из себя жалкое подобие улыбки. Тут же она почувствовала, что Дима тянет её к лифту. Глядя вслед удаляющейся пьяной особе, парень заметил:

– Не переношу таких, как она.

Оля кивнула. «Я никогда не стану такой!» – попыталась убедить себя девушка.

Подростки вошли в лифт. Оля обратила внимание на его грязные стены – там появилось ещё несколько неприличных рисунков, а в углу валялась пустая бутылка из-под коньяка. Что самое омерзительное, в лифте стоял на редкость неприятный запах.

– Закрой нос, – посоветовал Дима, увидев Олино сморщенное лицо.

На секунду Оля попыталась вообразить, что бы почувствовала мама, узнав о том, в каких местах и с какими людьми проводила свое свободное время её прилежная дочь, насчёт которой она ежедневно выслушивала комплименты от учителей. Олю сразу же передёрнуло от стыда, и она ещё раз пообещала себе сделать всё, чтобы мама никогда не узнала о том, как именно ее «прилежная» дочь коротала летние каникулы.

– Тебя до дома проводить? – спросил Дима.

Вспомнив, что окна её дома выходили прямо во двор, Оля отрицательно помотала головой.

– Не стоит. Только до перекрестка.

Дима сразу же понял, в чем было дело, и грустно понурил голову.

– Не хочешь, чтобы я светился под окнами твоего дома?