Читаем Угар отечества онлайн бесплатно

Прямой был век покорности и страха.

А.Грибоедов

«Горе от ума»

ПО СТОПАМ ГОГОЛЯ

И ДОВЛАТОВА

Новый, 2015 год решили встретить в Санкт-Петербурге у сына Ильи на съёмной квартире. Мы с дочерью Ириной приехали поездом накануне, 30 декабря. 31-го утром прилетела мама. Вздремнули, пошли по магазинам. Купили всё, что нужно к Новому году. Сотворили, естественно, салаты. Бутерброды с икрой, красная рыба. Потом пошли гулять по городу, покупать подарки.

Помню слякоть, моментально промокшую обувь. Вспомнился профессор Преображенский из «Собачьего сердца»: эх, галоши бы сейчас, галоши. Потому что от питерской сырости в ногах как можно скорее хотелось водки, сухости и тепла.

Илья привел нас в книжный магазин «Буквоед» на Невском проспекте. Тут-то мы и оттянулись. Забыли о мокрицах в ногах. Шерстили очами по книжным прилавкам. Соизмеряли свои потребности с кошельками. Многого не купили.

В одиннадцать вечера сели за стол. Перед этим украсили еловые ветки новогодними игрушками. Зажгли гирлянду. Разумеется, уже немного выпили, вспоминали.

Вспоминали, например, как мы с Ильёй два с половиной года назад, когда он поступил в университет, искали для покупки комнату в коммунальной квартире. С целью, чтоб жил отдельно, не в общежитии. Это – во-первых. А во-вторых, мы предполагали, что со временем продадим её подороже, так как недвижимость всё время дорожала.

В общем, тогда, в конце августа – начале сентября за неделю мы обежали не менее десяти питерских коммуналок. Лично я испытал настоящий шок. И это при том, что сам до восьми лет жил в коммунальной квартире. Я и предположить не мог, что за красочными фасадами зданий центральной части города сплошь убогие запущенные коммунальные квартиры. Как правило, на восемь–десять комнат. Длиннющие коленчатые коридоры, заставленные холодильниками, велосипедами, тумбочками, вешалками, автомобильными колёсами; навесные полки и шкафчики, набитые до отказа всевозможным барахлом, тазы и велосипедные колёса, висящие под потолком; кое-где – перекладина для подтягивания; жуткие сами по себе кухни, коридоры, санузлы и ванные комнаты. В некоторых ванных стоят газовые колонки для подогрева горячей воды, могущие вспыхнуть в любой момент. Пучки электропроводки вдоль стен под потолком, древние электросчётчики. Полы, как правило, паркетные, но паркет чёрный от времени, не чищенный, видимо, с дореволюционных времён. И во всём этом антураже живут, наверное, вполне приличные люди.

Питерские дворы – отдельная песня. От этой дворовой архитектуры, подворотен и закоулков можно сойти с ума. Или, как минимум, впасть в депрессию. Теперь я вполне понимаю героя Достоевского Родиона Раскольникова, зарубившего старуху. Такие дворы могут сподвигнуть и на гораздо большее. Только с десятого, наверное, раза мы с Ильёй выбрали более или менее приемлемый вариант: коммуналку всего из трёх комнат на улице Полтавской, дом 5 близ метро «Площадь Восстания».

К слову, было и два «литературных» адреса. Смотрели коммуналку на улице Рубинштейна, 23. Отремонтированная комнатушка площадью одиннадцать квадратных метров без мебели, окнами во двор. Спрашиваю продавщицу в летах: не в этих ли хоромах, часом, жил писатель Сергей Довлатов? К моему удивлению, о таком она ничего не слыхала.

В другом случае в огромной коммуналке на Малой Морской вскрывал я заклинившую дверь, чтоб посмотреть комнату. Открыть ключом не удалось, пришлось практически взламывать. В общем, вскрыли, осмотрели, не подошла. Выйдя на улицу, я оглянулся на фасад, увидел табличку: в этом доме с такого-то по такой-то жил Николай Гоголь. Помнится, горделиво подумал: уж не в его ли квартиру я ломился?

… Наконец, пробили куранты. Мы выпили шампанского. Потом Илья с Ириной отправились гулять к его однокурсникам. А мы легли спать.

Наутро в 10 часов мы с Леной уже были в церкви святой Ксении Петербужской на Смоленском кладбище. Похмелья нет, столпотворения нет, благодать! Поставили свечки за здравие и упокой, постояли часть службы. Когда вышли наружу, там уже образовалась очередь часа на два. Немного прошлись по самому кладбищу. Что говорить – впечатляет. Кажется, что даже деревья там, вроде бы липы, дышат на ладан. Обратно до метро неспешно шли пешком, внимая питерской архитектуре. Было морозно, светило солнце.

Второго января вновь отправились в центр. Больше всего меня удивил дождь. Второго января шёл дождь! На Невском проспекте сплошные лужи. Обувь в одночасье промокла насквозь. Зонтов у нас, естественно, не было. Тут Илья и произносит спасительную фразу:

– Здесь неподалёку есть одно уютное местечко.

Свернув с Невского налево, на канал Грибоедова, мы действительно очутились в уютном двухэтажном кафе с незатейливым названием «Пирожковая». Поднявшись на второй этаж, устроились за столиком у окна, увешанного сверкающими новогодними гирляндами. Напротив – чудный вид на Казанский собор. Заказали вино, мороженое, пирожные и супчик. Пробыли около часа. Наелись. Согрелись. Разговелись. Хорошо!

Вспоминали и первую совместную поездку в Санкт-Петербург в 2007 году. Удивительно, но ребята помнили о ней только по домашнему видео. В памяти почему-то не осталось ничего. Или мало. Ирина, говоря о видео, удивлялась:

– И как это вы давали нам таким маленьким снимать на камеру?

– Почему бы и нет?! – в свою очередь удивлялись мы с мамой.

Так прошла неделя.

Вернувшись в Сыктывкар, решили, что переезжаем в Санкт-Петербург, и тотчас же выставили на продажу свою квартиру.

«МЫ ЖИВЁМ, ПОД СОБОЮ НЕ ЧУЯ СТРАНЫ…»

В 2015-й год страна вступила в глубочайшем кризисе. Этому предшествовало несколько факторов. И аннексия Россией Крыма под благовидным предлогом в прошлом году, и санкции Запада на произвол России, и падение цен на нефть, и резкий рост курса валют (была неделя в конце 2014 года, когда доллар вырос с 37 рублей до 75, а евро до 80-и), и несменяемость власти в стране, и просчёты правительства, и волюнтаризм президента, и проч.

В декабре 2014 года на своей ежегодной пресс-конференции с верноподданными президент, комментируя экономическую ситуацию, замечательно мудро сказал:

– Надо потерпеть. Через два года всё рассосётся само собой.

Такой вот нынче нэп.

Хорошо помню: в середине 2002 года мой товарищ Г. Спичак, разбирающийся в политике, особенно в отдалённой перспективе, сказал:

– Путин – это проект на двадцать пять лет.

Я тогда искренне усомнился. Даже, кажется, посмеялся: мол, помилуй, какие двадцать пять лет? У нас же демократия, два президентских срока по Конституции, оппозиция и так далее. Я искренне не допускал и мысли, что после 90-х, пусть и разнузданных, но свободных, возможен возврат к прошлому. Увы, это оказалось так. (Написал и вспомнил. Кажется, в конце 1992 года я написал рассказ «Камо грядеши». Заканчивался он пророчески: «В один из таких смутных дней по посёлку бродил подгулявший комендант, напевая порочные бунтарские песни революционных славян. «Вихри враждебные веют над нами…», – протяжно выл он и говорил, что всё ещё возможно. В этой стране»).

Уже к концу 2003 года стало ясно, что президент подмял под себя всю страну. Вернул гимн Советского Союза. Теперь при его исполнении полагается стоять и петь. С гласностью и свободой слова покончено. Губернаторы назначаются сверху. Выборы превратились в фарс.

Отбыв два президентских срока, аки раб на галерах (по его признанию), был придуман хитрый ход как обойти Конституцию. В 2009 году президентом был назначен вице-премьер Д. Медведев, ставший, по сути, престолоблюстителем. Он, в свою очередь и в знак благодарности, чтоб продлить проект, издаёт указ об увеличении одного президентского срока с четырёх лет до шести. Таким образом, вернувшийся в 2012 году на своё законное место прежний президент уже точно досидит до 2025-го. Простая арифметика. Такой способ, кажется, вообще единственный пример в истории президентства.

К 2015 году властью всё уже схвачено, повязано и подавлено. В стране сложился авторитарный режим, похожий на «первониколаевский». Достаточно даже беглого сравнительного анализа.

Тогда – расправа над декабристами, сейчас – над несистемной оппозицией.

Цензура и тогда и сейчас.

Насаждение национальной идеи сверху. Тогда – знаменитая триада «Самодержавие. Православие. Народность». Сейчас – патриотизм. (К слову, это уже третья версия нацидеи от президента. До этого были такие: сбережение народа и конкурентоспособность). Вспоминаются классики: «Что-то власти заговорили о патриотизме. Наверное, опять проворовались», (М. Салтыков-Щедрин).

Или вот из письма А.Чехова издателю газеты А.Суворину (9.12.1890 г.):

«…как дурно мы понимаем патриотизм!.. Мы, говорят в газетах, любим нашу великую родину, но в чём выражается эта любовь? Вместо знаний – нахальство и самомнение паче меры, вместо труда – лень и свинство, справедливости нет, понятие о чести не идёт дальше «чести мундира», мундира, который служит обыденным украшением наших скамей для подсудимых».

Тогда – подавление польского восстания. Сегодня – всех протестных митингов и выступлений.

А вот уже перекличка со сталинской эпохой.

«Маленькая победоносная война» с японцами в Монголии, а потом и с финнами – тогда. Военная помощь Донбассу на Украине и бомбардировка ИГил в Сирии – сейчас.

Статья 58 – тогда. Статья 212.1 – сейчас.

«Вредители» и «враги народа» – тогда. «Пятая колонна» и вновь «враги народа» – теперь.

Кстати, вот термин – «враги народа» – я совершенно не признаю и не понимаю. Врагов народа не может быть в принципе. Не бывает. Бывают враги у государства. Противники у режима. Но враги народа – это схоластика. Вот удивительно: ни в одной стране мира, где есть оппозиция, митинги протеста, теракты, забастовки и так далее, нет врагов народа, а у нас – сколько угодно. Не переводятся с тридцатых годов ХХ века. В российской истории уже не раз было такое: как только начинается поиск внутренних врагов, это означает одно – власть в тупике и не знает, как управлять обществом. Этот термин следует запретить законодательно, иначе мы никогда не успокоимся. Выйдет ровно наоборот. Спустя 4 года, в декабре, Госдума РФ примет Закон «Об иноагентах», по которому любой гражданин России может быть признан врагом.

Факт для истории. Первым сидельцем в стране по статье 212.1 оказался молодой человек Ильдар Дадин. Он получил срок за многочисленные задержания на одиночных пикетах, разрешённых, к слову, законом и не требующих согласования. Он трижды протестовал против чего-то. Судья Басманного суда Москвы Борисова приговорила его к трём годам колонии. Известный адвокат Г. Резник смог «скостить» срок на полгода. И опять вспомнилось из литературы: «Страна, нечего сказать! Не то что цивилизации и гуманности, даже климата порядочного нет». (А.Чехов. «Perpetuum mobile»).

Неугодные и протестующие – посажены или оболганы, оппозиция – раздавлена и скомпрометирована, митинги – запрещены, а если случаются, то только на околице столицы. Больше трёх с плакатами не собираться – заметут. Олигархи – застращаны. Один из них, Ходорковский, за строптивость и притязания на власть, был показательно посажен на десять лет. Коррупция везде: в Кремле, правительстве, Совете Федерации, Государственной Думе, во всех ветвях власти и всех правоохранительных органах; среди губернаторов, мэров городов, чиновников всех рангов, мелких служащих, преподавателей вузов… Да что говорить, если был арестован за мошенничество даже главный тюремщик всея Руси, экс-глава ФСИН РФ генерал-полковник юстиции А. Реймер!

Случаи воровства выявили даже на строительстве московского метрополитена и новом российском космодроме «Восточный» в амурской области.

Совет Федерации и Государственная Дума – ручные. Все высшие государственные чиновники повязаны круговой порукой, как при Сталине. С одной стороны, баснословными зарплатами, всевозможными льготами, пайками, привилегиями, карьерами, с другой, – страхом всё потерять. Даже если кто-то не согласен с проводимой политикой и решит «соскочить», то это уже невозможно. На кону всё: карьера, деньги, семья да и сама жизнь. За весь год только один высокопоставленный чиновник, сподвижник президента и тоже бывший чекист, глава РЖД РФ В. Якунин сумел уйти. Уйти с поста без явных видимых причин, по-хорошему и пока в никуда.

Впрочем, некое туманное объяснение этому всё-таки есть. Обозреватель «Собеседника» Д. Орешкин писал: «Два года он (Путин – авт.) опирался на силовиков- патриотов. Новороссия, геополитика, крымнаш – всё это будоражило старые советские дрожжи, вызывало бурные аплодисменты… Для удержания власти ему надо срочно восстанавливать систему сдержек и противовесов. Поэтому православный чекист, генерал и патриот Якунин в отставке…». («Собеседник», № 38/2015).

Законы и сама Конституция меняются в угоду режиму. Самые ходовые нынче статьи – измена родине, экстремизм, подстрекательство к смене существующей власти. Сроки тоже виссарионовские – от 10 лет до пожизненного. Высшей меры нет. А зачем? Пусть мучатся.

Независимых СМИ практически не осталось. Их можно пересчитать по пальцам: «Коммерсант», «Новая газета», «Независимая», «Собеседник» (газеты). Из электронных – телеканал «Дождь», радиостанция «Эхо Москвы» и РБК. В общем, это почти все.

Как омерзительны все подконтрольные власти новостные программы. Как отвратительны продажные журналисты, обслуживающие режим. Во всех их репортажах и комментариях – проплаченные подобострастие и ложь. Говорят, за день работы в Украине российскому журналисту платят 2 тысячи долларов (60 тысяч рублей). Вчерашние глашатаи свободы в одночасье превратились в трубадуров режима.

Неожиданно вспомнил, что когда-то в молодости читал мемуары видного общественного деятеля России ХIХ века, историка, правоведа и философа Б. Чичерина. И что-то показалось мне созвучным в его воспоминаниях тех лет с нынешней эпохой. Увиделась некая перекличка. Нашёл, перечитал. Так и есть. Цитата: