Читаем Училка и мажор онлайн бесплатно

— Офигенная задница, — слышу сзади замечание, а за ним раздаются смешки и присвистывания.

И нужно же было этой чёртовой ручке выпасть из сумки, когда я полезла за смартфоном. Пришлось наклониться и поднять. И получить в спину вот это. Точнее, чуть ниже спины.

— Сёма, ты был бы не ты, если бы не обратил внимания, — комментирует кто-то из парней.

— Радич, ты вообще нормальный?! — слышу девичий возмущённый возглас.

— Лен, не нравится что-то — вали, — спокойно отвечает тот же наглый голос, что высказал восторг моей задницей.

Но я не реагирую. Молчу и не оборачиваюсь. Признаться — трушу. Придётся писать докладную, проводить разбирательства, а в первый свой рабочий день мне этого совсем не хочется. Поэтому я делаю вид, что не услышала, вроде бы как типа была в наушниках, и максимально ровным шагом иду дальше ко входу в главный корпус.

Студенты группками стоят в университетском дворе. Кто-то большими компаниями, кто-то по двое или трое. Болтают, смеются. И все такие разные. От модных гламурных красоток до готов с чёрной помадой. И таких вот придурков, как тот, что отпустил пошлость в мою сторону.

Я, кстати, обратила внимание на их компанию, когда мимо проходила. Типичные короли жизни. Мажоры. Разнузданные говнюки, возомнившие, что мир принадлежит им.

Это всё разительно отличается от школы, где я раньше работала. Там тоже разные дети, но не настолько это заметно. Форма, всё-таки и более строгие правила внешнего вида.

Только войдя на кафедру, я расслабляю плечи. Боже, и это я ещё ни одной пары не провела. Пока прошла под взглядами этой банды возле крутых тачек, вся изнервничалась и вспотела.

— Василина Адамовна! — ко мне подходит декан — улыбчивый мужчина лет шестидесяти с кустистыми седыми бровями. — Готовы к первому рабочему дню?

— Готова, — улыбаюсь в ответ и уверенно киваю, но внутри что-то сомневаюсь в своих словах.

Попасть преподавать в один из лучших университетов страны в Москве для обычной школьной учительницы из Волгограда — огромная удача. Шанс, который выпадает раз в жизни. Моя мечта ещё со времён учёбы в педунивере.

И я этот шанс не упущу. Сейчас соберусь, включу своё педагогическое мастерство и профессиональное обаяние и пойду на свою первую пару в качестве преподавателя.

— Всё будет хорошо. Четвёртый курс уже не такие шумные и дурные, как первый, так что сложностей возникнуть особенных не должно, — снова улыбается и подмигивает профессор. — Удачи тебе, Василина Адамовна.

Всё будет хорошо — говорю я себе, беру подготовленные распечатанные таблицы на раздачу студентам, флешку и методичку. Поправляю жакет и проверяю, чтобы верхняя пуговица блузки была застёгнута.

Невольно бросаю взгляд на свою задницу в зеркало, обтянутую чёрной юбкой-карандашом длиной до колена.

Всё прилично. Никаких пятен или излишне проступающих округлостей, никаких глубоких разрезов.

Делаю вдох-выдох и, отбросив длинную прядь за плечо, выхожу из кафедры и направляюсь в учебную аудиторию.

Цокот шпилек тонет в шумном коридоре до того момента, как звенит звонок, и студенты расползаются по аудиториям. И я тоже нахожу нужную. Триста третья.

Выпрямив спину, я вхожу в аудиторию, чеканно, под смолкнувшие разговоры студентов, прохожу к столу и кладу на него вещи, а потом поворачиваюсь к ребятам.

— Добрый день, — слегка улыбаюсь и говорю достаточно громко, чтобы меня могли услышать даже задние ряды. — Меня зовут Василина Адамовна, я буду преподавать у вас фонетику английского языка.

Скольжу взглядом по притихшим и внимательно наблюдающим за мной студентам. А потом вдруг спотыкаюсь на одном из них.

Парень. Сидит, вальяжно развалившись, и осматривает меня куда более внимательно, чем остальные.

— Я оказался прав, — усмехается и говорит негромко, а я узнаю его по голосу.

Это именно тот хам, что отпустил в мою сторону пошлую шуточку во дворе университета.

Я скидываю туфли и прижимаю ступни к прохладному кафельному полу, протяжно выдыхая с наслаждением. Они просто горят огнём после дня на каблуках. Завтра точно надену брюки и балетки, ну их эти шпильки.

Снимаю одежду и бросаю её на спинку кресла. Потом уберу, а сейчас мне срочно нужен чай. Травяной.

И полная ванная с пеной бы не помешала, но, к сожалению, в этой квартире, которую мы снимаем с Пашей, такой роскоши нет. Только небольшая душевая кабина. А мне релакса в ванной, конечно, не хватает. Раньше я любила после рабочего дня завалиться в воду минут на тридцать, полежать, расслабиться, даже сделать пару глотков охлажденно вина.

Но чем богаты, что уж.

Сейчас немного отдохну и буду готовить ужин. Паша вернётся к семи.

Я завариваю себе чашку чая и сажусь в кресло. Прикрываю глаза, вдыхая терпкий аромат. Нужно попытаться расслабиться. Первый рабочий день в университете оказался непростым.

Не сказать, что я думала, что будет легко, понимала, что со студентами сложнее выстроить отношения так, чтобы и доверие было, и субординация. Но всё оказалось куда сложнее.

Всю первую пару, пока у меня был четвёртый курс юристов, я провела в колоссальном напряжении. Этот парень все час двадцать смотрел так пристально, что уже через десять минут у меня начала гореть кожа под одеждой.

Он не делал записи, не отвечал, как другие студенты, а только пялился, периодически отвлекаясь на свой смартфон.

Идти на конфронтацию и делать ему замечания я не решилась. Ругала себя за неуверенность и малодушие, но всё-таки не решилась. Подумала, что нужно попробовать плавнее, аккуратнее. Да и бывают такие индивидуумы, которые как раз и ждут открытого конфликта. Наверное, этот парень из таких. Понаблюдаю за ним и решу, как выстраивать свою линию поведения.

А делать что-то придётся, потому что сразу было заметно, что он в коллективе на позиции лидера. Это было видно по тому, как на него поглядывали другие студенты.

После пар я позвонила Паше и спросила, сможет ли он забрать меня, но он ответил, что у него дополнительная съёмка и нужно будет задержаться. Но не проблема, я решила ехать на метро. Когда-то же я должна была решиться поехать на нём одна.

Я вышла из университета около трёх и пошла в сторону остановки. Едва, оказавшись за воротами, пересекла парковку, чтобы срезать, как рядом с визгом притормозил автомобиль.

Вот как в кино: жёлтая с чёрными полосками спортивная иномарка — ну точно Бамблби из “Трансформеров”, тонированные наглухо окна, музыка, от которой вибрировали не только стёкла, но и вся машина вздрагивала.

Окно медленно опустилось, и я увидела того самого парня из группы четвёртого курса юристов. Семён Радич — так его называли одногруппники.

Он снял солнцезащитные очки и посмотрел, снова немного прищурившись.

— Подвезти?

— Нет, благодарю, — отрезала строго и продолжила идти, но он вдруг поехал медленно рядом.

— Слушай, если ты обиделась на красивую задницу, то зря. Я же не соврал. Она реально у тебя классная.

И вот тут я оторопела. Ладно, ляпнул вслед незнакомой девушке, решив, что я студентка — мой возраст и внешний вид позволял перепутать. Но сейчас, зная, что я его преподаватель… Это уже настоящее хамство.

— Слушай, Бамблби, — я остановилась, повернулась, поставила руки на водительскую дверь и немного наклонилась к нему, — ты ничего не перепутал? Я — твой преподаватель. И ко мне следует обращаться на “вы”. Это первое. Второе: дома ты обдумаешь своё плохое поведение и завтра извинишься передо мною за свой длинный язык. Ясно?

Но тут я едва не вскрикнула, потому что этот говнюк, вытянув в открытое окно руку, ухватил меня за шею под затылком и чуть придвинул к себе.

— Бамблби — шевроле камаро, а это порше, — сказал негромко, но угрозу я распознала вполне. — Это первое. А второе: вам стоит попридержать свой язык, Василина Адамовна, пока я не нашёл для него другое полезное применение.

Потом он отпустил меня, подмигнул нагло, закрыл окно и, резко дав по газам, уехал. А я осталась оторопело стоять там и пялиться ему вслед.

Сказать, что я испытывала шок — ничего не сказать. Дар речи потеряла. Простояла несколько минут в ступоре, и только потом на подгибающихся ногах пошла дальше.

И вот сейчас, уже час почти сидя дома и допивая вторую чашку чая, я всё никак не могу до конца прийти в себя.

Да, это точно не школа. А эти лоси на крутых тачках далеко не школьники. И мне стоит быть внимательнее и осторожнее при выборе подхода к работе.

Семён

— Лена, хватит.

— Сёмочка, ну пожалуйста, ну ещё разочек, а то на той у меня грудь смотрится маленькой.

— Она у тебя и так маленькая.

Круглова пропускает замечание мимо ушей и снова, вцепившись мне в плечо пальцами с длиннючими розовыми когтями, выпячивает губы и щёлкает камерой смартфона.

— Ой, а вот тут классно получилось! Глянь, как мы тут смотримся. Сейчас сразу выложу.

Что-то она меня задолбала. Чаще фоткается и выкладывает в соцсети, чем сосёт. Пора, наверное, прощаться.

— Ещё одну фоточку!

Пока она поправляет волосы и снова позирует, в чат с пацанами капает сообщение.

“Рад, ты будешь?” — пишет Була, он же Тоха Булкин, мой кореш.

“А не должен?” — отвечаю.

“Ну фиг тебя знает, может с Ленкой завис”

“Сёма, ржачно ты сегодня заценил задницу нашей преподши” — встряёт в базар Гоша Рябченко.

И дальше появляется вал ржущих стикеров.

Дебилы.

“Ну если там внатуре бампер охрененный” — печатаю одним пальцем, пока Ленка пытается уложить свою тушку мне на колени и снова сфоткаться.

“Вдул бы?” — снова Була.

— Сём, кому ты там пишешь? — Ленка откладывает свой телефон и пытается заглянуть в экран моего.

— Так, хорош, — высвобождаю локоть из её цепкого захвата и встаю.

— Сём, ну чего ты такой вредный? — дует губы Ленка и складывает руки на груди. — Всё, Радич, я обиделась.

— Да мне по хуй, Лена. Можешь, вообще домой уйти.

Стягиваю футболку и иду в душ. Сегодня с парнями договорились встретиться в “Аспиде” в девять. Завтра пары с одиннадцати, так что выспаться время будет.

Принимаю душ и вытираюсь полотенцем. Немного тянет плечо — сегодня на тренировке едва не сорвался. Страховка удержала, но мышца теперь саднит.

Выхожу и открываю шкаф. Что-то как-то тут бардак, надо будет найти время и шмот перебрать.

— Ты куда? — спрашивает Лена, которая почему-то всё ещё здесь.

— В “Аспид”.

— А я?

— А что ты? — натягиваю свитер и поворачиваюсь к ней.

— Меня тоже возьми.

Блядь, достала. Как присоска.

— Мы только парнями.

— Ага, и без тёлок, — кривится. — Так я и поверила. Я против, Радич.

Ну всё, точно пора завязывать.

— Лена, — она встаёт с дивана, а я подхожу ближе и говорю как можно спокойнее. — Ты, блядь, в какой момент вообще решила, что можешь мне указывать? М? Может, ты меня с кем-то путаешь?

— В смысле? — тупит, моргая как корова.

— Интересоваться, с кем я переписываюсь, куда собираюсь. Какого чёрта, Лена?

— Сём, ну мы же… — глаза становятся влажными, но я прекрасно осведомлён, какая замечательная Ленка актриса.

— Что мы? Где ты вообще выебла это “мы”? Мы трахаемся, Лена. Всего лишь трахаемся. И ты как бы в курсе, я тебе сообщил ещё перед тем, как ты сама пришла и раздвинула ноги. Так что либо давай до созвона, либо уёбывай.

— Ну и козёл ты, Радич! — бросает сердито и, схватив свою шлюханскую ядовито-розовую кожаную куртку, сваливает из моей квартиры, громко хлопнув дверью.

Дура.

Облегчённо выдохнув, я набрасываю куртку, беру ключи и выхожу. Тачка, запущенная через автозапуск, приветственно урчит.

— Привет, крошка, — подмигиваю дисплею, который загорается привычным “Здравствуйте, Семён”.

“Бамблби” — вспоминается.

Вот коза. Не, я, конечно, в детстве пёрся по трансформерам, но за это сравнение Адамовна ещё выкусит.

А вообще… почему бы и нет? Училок я ещё на колени перед своим сёмычем не ставил. А Адамовна вполне себе достойна.

Красивая тёлка, хоть и преподша. Ноги длинные, задница так и просится под руку. Сиськи, правда, ненамного больше Ленкиных, но зато губы красивые. Не два вареника разляпанных по роже, как у многих девок, а аккуратные, пухлые.

Возле клуба меня встречает Марк. Мой лучший друг, с которым мы учились вместе ещё в Краснодаре, до того как я с предками переехал десять лет назад в Москву. Марика батя тогда развёлся с его мамкой и тоже в Москву укатил, и сына с собой забрал.

Мы были далеко не друзьями и бились в кровь всю началку и пятый класс. А в Москве оказались в одном классе тоже. И однажды местные нам решили объяснить, что не сильно жалуют южан, назвали нас кубаноидами, что нам сильно не понравилось. Вышел недолгий неравный бой, в котором мы с Марком оказались на одной стороне, яро защищая честь южного края.

И вот с тех пор мы и дружим. А с московскими, кстати, тоже быстро скорешились. Особенно с Булой и Феликсом Октавиным.

— Здорово, бро, — мы жмём руки с Марком и идём внутрь.

Сразу за гардеробной музло врывается в уши. Басы выжигают на мозгах свой ритм и хочется пульсировать в такт. Народу сегодня дохрена, но мы не паримся, что не найдётся свободных кабинок. За нами всегда есть одна — это все в курсе.

— Привет, пацаны, — Була, уже хорошо разогретый, разливает по стаканам бухло. — Опаздываете!

— Зато ты тут как тут, — ржёт Марк.

— А то! — крутит пальцем в воздухе Тоха. — Сегодня в медунивере был конкурс “Мисс короткий халатик”.

— Реально так и назывался? — поднимает брови Феликс, а мы с Марком разваливаемся на диванчике.

— Ну не, — отмахивается Була, — это я так. “Мисс универ чёто там две тыщи двадцать два”. Но не суть. Выиграла одна, а участвовало, по моей информации, двадцать. И всех этих грустных кисок надо теперь развеселить, сечёшь? И тусить они придут сюда — инсайд!

— Ну если инсайд, — ржёт Марк.

Вечер начинается славно. Настроение отличное. Бухло никто не считает, но, надо сказать, я не накидываюсь. Что-то не особо лезет.

Була трындит о тёлках бесконечно и начинает слюнями капать с балкончика, на котором расположен наш столик, на каждую входящую в клуб тёлку с лентой через плечо.

— Ой, глянь, а это не наша новая преподша? — говорит он и тычет на вход. — Точно она.

Я переклоняюсь через перила и присматриваюсь.

Адамовна. Но одета для клуба странно: джинсы и какой-то блёклый свитер, кроссовки. Тёлки так не ходят в клуб.

Она застывает на пороге и обхватывает себя руками. Явно кого-то высматривает.

— Я отойду ненадолго, — говорю парням и поднимаюсь.

— Малыш, ну так получилось. Ты же знаешь, что от того, как вольёшься в коллектив, многое зависит. Это мой первый проект в такой крутой команде, я не мог не пойти, — оправдывается Пашка, а на фоне громко грохочет музыка. — Не сердись, Вась, я не долго. Ладно?

— Ладно. Конечно, — говорю достаточно бодро.

Отключаю телефон и вздыхаю. Ну что греха таить — мне не нравится, что он пошёл с коллегами в ночной клуб. Даже не так, мне скорее не нравится, что он мне об этом сказал уже по факту.

Не то чтобы я хотела, чтобы Паша спрашивал у меня разрешения, совсем нет. Но ведь мог просто предупредить.

Я ведь ужин готовила, мы собирались отметить мой первый рабочий день в университете.

Умом я понимаю, что посиделки с коллегами — это нормально, но ничего не могу поделать с саднящей обидой. Я ведь ждала к ужину, сама не ела, готовила уставшая, а он… Эх.

Ладно, Вася, смотри на это как на возможность завернуться в плед и расслабиться, посмотреть сериальчик.