Читаем Убить Рудольфа онлайн бесплатно

— В чём собственно дело?

— Привет всем! Для тех, кто уже читал мою предыдущую книгу «Путь подонка», будет приятной неожиданностью вновь погрузиться в мир моего человеческого панка. Я по-прежнему экспериментатор модели собственной жизни во всяких её проявлениях. Так же неожиданно я могу оказаться мятежником и главой тайного ордена Красного Дракона. Мятежники духа, как вы, вероятно, догадываетесь, обычно художественно провоцируют толпу на слэм и дистрой, в то время как представители русского рока — нет.

— Чем Вы занимаетесь в свободное время?

— В свободное от гастролей и сочинения музыки время я с удовольствием смотрю ТВ-3 — третий мистический канал телевидения. Что касается сидения в соцсетях, то оно мало чем отличается от просиживания штанов любого другого жителя виртуального мира. Каждый третий четверг я наполняю ванну до краёв и погружаюсь с трубкой для дыхания под воду, тем самым демонстрируя отсутствие бассейна (в ином случае я отправляюсь пить пиво в рок-паб с компанией знакомых раздолбаев). Но предпочтение всему этому я отдаю занятиям на гитаре. Мой Gibson Les Paul всегда к моим услугам. За четыре года пребывания в Питере мне порядком поднадоели съёмные комнаты, где слышимость звука гитары будоражит раздражительных соседей, но, экспериментируя по жизни, я получаю возможность составить представление о себе в ином свете.

— На кого из знаменитых людей Вы похожи?

— Мой закадычный приятель Анискин, художник, кстати, обнаружил моё портретное сходство с рок-певцом Элисом Купером, во всяком случае, образ короля ужастиков, собирающего огромные залы, мне импонирует. А так, я очень похож на мою мамочку, немного меньше на отца. Мне нравятся симпатичные девушки с «арбузами» четвёртого размера. Это возбуждает. Хочется тут же сбрить бивни и почувствовать себя парнем двадцати пяти лет отроду.

— Что ещё Вы хотели бы рассказать о себе?

— Ну не знаю… Хотя… Как гражданин гигантской пофигистской страны, я призываю своих соотечественников поддержать наш автопром, чаще бить тачки и собирать из их остатков собственное устройство — чудо техники. Требовать субсидии на открытие ферм по выращиванию и продаже мяса кенгуру, потому что мясо это диетическое и полезное в борьбе с сахарным диабетом. Гнать самогон и варить медовуху, отказаться от курения и всем в качестве самообороны записаться в секции по боксу. Крепить наши ряды патриотизмом. Регулярно производить археологические раскопки на месте древних стоянок первобытных людей. Оказывается, самый древний мегаполис на земле находится в нашей стране на месте теперешней деревни Котки Воронежской области. Здесь жили и охотились на мамонтов древние люди. Это поселение старше Шумерского царства и Египетских пирамид на 20 тысяч лет!

Я считаю обязательным вносить в свою речь слова типа «жесть», «ништяк», «чувак», «трахует» (синоним факера), «кайфово», «отчерепашить» и фразы «меня это больше не климатит», «воровать сиськи у спящих блондинок»… Я верю, что новое поколение пойдёт дальше нас, и что если нет секса с любимой, то никакая проститутка не заменит ранним утром чувства единения с подушкой и одеялом. У меня есть некий ореол чародейства и апломб эгоизма. И пара тысяч долларов в банке под кроватью. (Хотите проверить?)

— В чём бесконечно могли бы оправдываться?

— Поймите меня правильно, вы имеете дело с музыкантом, который одолел лихие 90-е в Москве! Я с головой погрузился в панк и угар, хотя меня швыряло с такой силой… просто поразительно, как из меня дух не вышибло. Поймите и то, что я помимо музыки, соприкасаясь с живописью сюрреалистов, приветствую уничтожение логики и снос границ между явью и сном. Да здравствует свободная игра образов и порождение химер из подсознания!

— Что Вы пожелали бы читателям этой книги?

— Убить Рудольфа……………….

В одноэтажном многоквартирном доме, где я родился, росли дети разных национальностей. В общем коридоре всегда можно было столкнуться с кем-то из соседей. По иронии судьбы, одна из съехавших семей оставила напольные часы из кленового дерева, и их глухие, как колокол, удары разносились по всему дому. Выбросить их никто не решился. А потом, спустя некоторое время, все попривыкли к ним: так хотя бы можно было знать, который час.

В детстве я боялся темноты, потому что постоянно придумывал всяких персонажей. Я никогда не видел монстров живьём, однако точно знал, что они обитают в подвале нашего дома. В полнолуние мне не спалось. Огромная луна призывно заглядывала в окно, и я выбирался через форточку на безлюдную улицу. Через четыре дома от нашего находилось заброшенное кладбище.

Я воспринимал себя не таким, как все: воображаемых врагов я нанизывал на копья и бросал в ров на съедение крокодилам, нелюбимых соседей-вампиров расстреливал серебряными пулями… Сколько себя помню, я ждал пятницу, потому что именно в этот день соседский мальчик Изя угощал меня куском ароматного кофейного пирога. После этого мы партизанами пробирались ко мне в комнату, расставляли на полу две армии солдатиков и затевали долгие военные баталии.

Когда ничейные напольные часы глухо пробивали шесть вечера, Изя бросал всё и возвращался к себе, потому что в это время его отец-очкарик, парикмахер дядя Адик возвращался с работы.

(отрывок из текста песни «Бухенвальдский набат», поэт А. Соболев, первая публикация в газете «Труд», сентябрь 1958 г.)

Время шло, мы становились старше. Однажды я задал Изе вопрос: что такое Холокост, и знает ли он об этом. Для еврейского уха слово «Холокост» звучит, как удар набата, но я и представить не мог, как больно ему от моих слов. Изя неожиданно покраснел, часто заморгал глазами и, ничего не говоря, ушёл. Я стоял в растерянности. Тогда до меня ещё не доходило, что каждое слово имеет свою силу. Пока я так стоял, Изя вернулся, неся с собой клетку с домашней белой крысой и молоток. «Вот, возьми — убей её, и ты получишь ответ на свой вопрос», — сказал Изя. Но мне решительно никого не хотелось убивать, тем более это невинное существо, оно имело право на собственную крысиную жизнь.

Человек, которого я знал в детстве, неожиданно нашелся в кафе. Он, пообещавший рассказать мне свою маленькую тайну, спустя десятилетия хочет не многого… Просто чтобы я его выслушал.

В детстве мы баловались таблетками. О, это не то, о чём вы, вероятно, подумали. Препараты, которые мы назначали воображаемым пациентам, наделяли тех волшебной силой, силой супергероев.

— Пойми, — говорит сегодняшний Изя, — что между препаратами фармацевтического производства и чудовищными экспериментами над людьми существует историческая связь. Не сверли меня глазами! Сосредоточься! Во время Второй Мировой войны, — продолжает он, — моя бабушка была узницей лагеря уничтожения — Освенцима.

Изя лезет в свой электронный блокнот и извлекает оттуда документ, относящийся к Нюрнбергскому судебному процессу над нацистскими преступниками.

«Коменданту Аушвиц-Биркенау (Освенцим) оберштурмбаннфюреру Хёссу.

Ссылаясь на запланированные эксперименты с новым снотворным средством, мы были бы благодарны Вам, если бы Вы могли предоставить 150 женщин с наилучшим состоянием здоровья. Мы предлагаем максимальную плату — 170 рейхсмарок за женщину…»

Окончательная фаза эксперимента поражает своим чудовищным цинизмом: «Все испытуемые лица скончались. Мы вскоре свяжемся с Вами по поводу новой поставки». (По делу химического концерна «ИГ Фарбениндустри». Газ «Циклон-Б» для газовых камер. Германия, Франкфурт.)

ПРОСЫПАЙТЕСЬ С ОТКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ!

Что нам подбрасывают в красивой упаковке? Кино — иллюзии, футбол — взрыв страстей, помпезные парады, реалити-шоу, оупен-эйр с опопсевшими рок-звёздами, жёлтую прессу — манну небесную для журналюг. Иллюзии. Взрыв страстей. Фарс. Сводничество. Вторичная легендарность. Грязь. Это всё можно выразить одним словом — ЗРЕЛИЩЕ.

Не кажется ли вам, что в нашем мире за зрелищем косвенно или явно стоит СУДЬБА МАЛЕНЬКОГО ЧЕЛОВЕКА, ПРИНУЖДАЕМОГО К ОДНОМУ — БИТЬСЯ ЗА МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ. За всем этим ослепительным праздничным блеском огней шоу — тёмные тайны зазеркалья, миражи зарниц чёрных магов Швабии.

Коррида. За этим неистовством толпы — окончательный приговор одному из существ на арене человеческих страстей: человеку-тореро и быку-торо. И тогда коррида предстаёт не как искусство смелых, а как явление разврата и наживы — отвлечения людей от реальных проблем действительности.

Испания. В этой стране живут и такие люди, которые выбирают форму гражданского неповиновения — политическое ограбление банков. Это давняя анархическая традиция антикапиталистической борьбы. Энрик Дюран, он же Робин Баик, «украл» 492 000 евро у 39 финансовых учреждений, попросив 68 кредитов на свои нужды, а на самом деле на эти деньги он профинансировал социальные проекты в родной Каталонии.

Знаете, как это бывает: смотришь порнуху, дело доходит до самого грязного эпизода, ты уже готов запустить руку в экран, выдернуть оттуда актрису и сам завладеть её телом… Вдруг в соседней комнате слышатся душераздирающие крики. Потом наступает минутная тишина. С матом хлопает соседская дверь… Да так, что звон стоит в ушах. Твои эротические фантазии улетают в форточку.

Натягиваешь растаманские бриджи, влезаешь в тапки, пробираешься наощупь по тёмному коридору в единственный на пять комнат туалет. Один «толчок» без раковины и зеркала. И лицезришь картину: от бабской задницы белое сиденье забрызгано кровью. Я вернулся к себе. На листе ватмана красным маркером написал изречение, прочитанное «В Контакте»: «Только в России жопа — часть тела, а полная жопа — это вообще комплекс мероприятий…»

Этот шедевр я приклеил к потолку туалета. Теперь всяк, сюда входящий, присев по нужде, может прочитать мудрое изречение, написанное в час «Че».

Я уверен, что нужно спускать в канализацию все уродливые мысли, потому что от них множатся химеры злобы.

Великий Ницше видел уродство в слабости людей, не обладающих свободой выбора, однако наблюдающий его врач в «оставленных записках» доказывал, что философ страдал ежегодной осенней депрессией. За несколько лет до смерти Ницше таскал с собой револьвер и был готов поспорить на жизнь, что он не композитор Вагнер.

Ян Леопольдович Стыднюк — виновник написанных с его слов афоризмов и притч. Поговорив с ним о том и об этом, я пришёл к мысли: надо обнародовать.

Три афоризма:

1. Лихач мчится на машине. Опаздывает на «свидание». Навстречу ему движется ещё больший лихач. Субъективно оба — кандидаты в покойники.

2. Альберт Эйнштейн считал доброжелательность Вселенной основополагающей. Вселенная — есть матрица, чья-то прихоть, компьютерная игрушка — ничего себе факт, тем более, если вы получили кредит, а впереди дефолт.

3. Мало того, что у президента есть двойники, в субботу вечером лифт с вами может застрять между этажами.

+ одна притча:

4. Представьте, вы — доброволец на очередной войнушке. Вы ползёте на брюхе километр, но противника не видно. В конце концов американский робот «Скелетон» нападает и начинает топтать вашу плоть. Сколько вы ни уворачиваетесь, все ваши фантазии вернуться героем тщетны, хотя краем глаза видите, как неприятель в одних трусах драпает от стаи разъярённых ос.

— Макс — «крысоребёнок» угара питерских коммуналок девяностых. Я знаю теперь про таких ребят. Они реальность. Я имею ввиду детей, зачатых в присутствии крыс.

Жезл отрицательно мотает головой и говорит:

— Это твои фантазии. Родители Макса жили в разных районах города. Приятели время от времени предоставляли им комнату под «бардачок», иногда у подобных пар что-то приключается. Когда мама Макса сделала тест на беременность, стало очевидно — аборт делать поздно. Будущий папа Макса, Ян Леопольдович Стыднюк, пролетарий с вагоноремонтного завода, потомственный ленинградец, не успел вынуть член, когда на спину ему с комода свалилась полудохлая крыса, видимо обожравшаяся отравы. То ли от испуга, то ли по какой-то другой причине сперматозоиды, как лазутчики, пробрались туда, где их явно не ждали.

— Секс без «гондона» — непередаваемое удовольствие. Надо только вовремя успеть вынуть, — голосом знатока жизни говорю я.

Жезл всё ещё недоверчиво смотрит на меня. Держит в руках банку с пивом. Карябает её указательным пальцем левой руки.

— Папики, — говорит Жезл, — потерянное поколение, многие из них до сих пор вздыхают по советским ценностям.

Я киваю головой в знак согласия:

— Крысодети — это не просто случайность. Не ливерная колбаса, в которую иногда попадают перемолотые крысиные зубки. Не нежелательные последствия генной инженерии.

Жезл при виде моих убедительных доводов даже в лице поменялся:

— Послушай, Черепах, а что значит «серые лазутчики» (партизаны)?

— Вот смотри. Украина. Мы явно её проморгали. Там сейчас вовсю антироссийские настроения…

Жезл перебивает меня и говорит:

— Не жуй мне уши…

— Слушай, — говорю ему я, — мне на «мыло» пришло письмо от фаната нашей группы.

Мы идём ко мне в комнату, хлопаем ещё по банке пива, и я читаю вслух:

«Анархiю въ кровь, Черепах!