Читаем Ты под моей кожей онлайн бесплатно

Ксения                                                         

Сегодняшнее утро началось с пробежки. Тихо прикрыв входную дверь, чтобы не разбудить Ника, выбежала на улицу, перепрыгивая через одну ступеньку. Несмотря на то, что солнце светило ярко, ледяной утренний ветер ударил прямо в лицо, заставив передернуть плечами и поежится. Пробежав несколько дворов, выбежала на большой стадион, который в утренние часы был практически пуст. Только несколько людей разминались у высокого бетонного парапета. Пронизывающий до костей ветер пробирался даже под плотную ткань толстовки, заставляя стучать зубами и трястись от холода. Я ускорилась, уже через несколько минут чувствуя приятное тепло и напряжение в мышцах. Полностью погруженная в свои мысли и заботы о предстоящем дне, я не замечала ничего вокруг. Бежала по инерции. Раньше бег помогал мне избавиться от ненужных мыслей, сбросить моральное напряжение за день, но сейчас мысли вновь возвращались к Нику. Денег на лекарства не хватает, а меня вчера уволили с работы. От безысходности хочется выть в голос. Хочется спрятаться от всего мира под одеялом и прожить спокойно хоть один день. Спокойно. Без спешки. Но нельзя. Груз вины лежит на мне. Простить себя я не смогу никогда. По моей вине мой самый близкий и любимый человек лишился способности ходить. Оказался прикован к инвалидному креслу. Мне ли наматывать сопли на кулак, когда я бегу по стадиону на своих двух? Когда я не завешу от лекарств и чужой помощи?

Когда громко завыла сигнализация машины, я вздрогнула и сбилась с заданного темпа. Вскинула глаза, выныривая из своих невесёлых и угнетающих мыслей, и увидела молодого мужчину, который не сводил с меня взгляда, пристально рассматривая на меня.

Когда я видела в фильмах, что герои не могут отвести друг от друга взгляд, я недоверчиво фыркала, считая это выдумкой. Я всегда считала, что любовь с первого взгляда — это выдумка глупцов и розовые мечты девочек, которые, как тепличные цветки, живут под крылом своих родителей.

Но сейчас… Глядя на незнакомца, я не могла отвести взгляд от его лица. Весь окружающий мир сузился до внушительной фигуры мужчины, все звуки стихли, будто по щелчку чьих-то пальцев. Взгляд серых глаз пронизывал до костей пуще обжигающе холодного ветра. Он проникает в самую душу, тревожит самые потаенные струны души, о которых я даже не знала прежде. Который я привыкла скрывать от всего мира. И прежде всего от самой себя. Для меня не остаётся больше ничего, кроме этих потрясающих серых глаз в обрамлении длинных чёрных ресниц. Знаете то чувство, когда всё вокруг расплывается кроме единственного объекта? Будто смотришь в объектив камеры, фокус которой направлен на единственную деталь в хаосе различных предметов. Так и сейчас. Всё смазалось, потеряло свои яркие краски. И только этот мужчина маячил на сером фоне ярким пятном.

 Мне стало трудно дышать, будто я впервые за двадцать три года забыла о том, как это делается.

По инерции продолжаю двигаться по дорожке вперёд, не отводя взгляда от мужчины. Мельком успеваю рассмотреть короткостриженые чёрные волосы и внушительную мускулатуру, которую не скрывает спортивный костюм.

Раньше такие мужчины меня никогда не привлекали. Меня в принципе мужчины не интересовали. Слишком много забот было в жизни, слишком рано пришлось повзрослеть.

Молодой мужчина вдруг открыто улыбается, от чего в его глазах появляются солнечные смешинки. Я спотыкаюсь, запутавшись в собственных ногах, и падаю на промерзлую землю, стесывая кожу на ладошках и ушибая колено.

Чувствую, что кровь приливает к лицу. Становится невыносимо стыдно за собственную неуклюжесть. Пытаюсь подняться, но вдруг сильные руки подхватывают меня подмышками и как пушинку ставят на ноги.

— Всё нормально? — спрашивает мужчина, бесцеремонно хватая меня за руки и смотря на кровоточащие ранки на моих руках. От прикосновения горячих ладоней к моим ледяным рукам по телу идут разряды тока. В груди всё сжимается, а сердце замедляет ритм. Почему-то не хочется шевелиться, не хочется ничего говорить. Я стою, широко распахнув глаза, не обращая внимания на ноющую боль в колене, и смотрю на склонившегося надо мной мужчину. Он не просто высокий, как показалось издалека, он просто огромный. Рост под два метра. Косая сажень в плечах.

Я смотрю в его гладко выбритое лицо и не могу вымолвить не слова. Не могу ответить на его вопрос, который он настойчиво повторяет:

— Всё нормально? Ты не ушиблась?

Я качаю головой и начинаю пятиться от мужчины, выдёргивая дрожащие пальцы из его руки. Он вскидывает брови, наблюдая за мной.

Я разворачиваюсь к нему спиной и собираюсь убежать, но рука мужчины смыкается на моём локте, не давая пошевелиться. Я оборачиваюсь, внутренне обмирая и чего-то ожидая. Снова затаиваю дыхание и смотрю на него с надеждой. Незнакомец протягивает мне мою шапку, которая слетела с головы, когда я упала. Сначала непонимающе смотрю на неё, а потом накрывает злость на саму себя! Дура! На что я рассчитывала?

На то, что он остановил меня, чтобы познакомиться? Костеря себя на все лады, выхватила шапку из рук мужчины и, больше на него не глядя, бросилась домой.

Не о том думаешь, Ксюша! Дома тебя ждёт твой муж, а ты заглядываешься на другого мужчину.

Дорогие читатели, рада приветствовать вас в своей новой книге!

Надеюсь, что это история вам понравится.

Это вторая часть цикла «Кулинарной серии» о преданных и любящих мужчинах, которые вкусно готовят)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ксения                                

Прежде чем войти в квартиру, приложила ледяные ладошки к щекам, чтобы хоть немного унять жар. Стряхнула с себя странное оцепенение, которое нашло на меня после странной встречи с мужчиной на стадионе. Почему? Почему я так странно отреагировала на этого мужчину? Почему мне хочется, чтобы он догнал меня? Чтобы прижал к себе и защитил ото всех бед, которые навалились на меня.

Сердце ещё тревожно билось в груди, но я запрещала себе мысленно возвращаться к незнакомцу. Тихо открыла входную дверь и зашла в квартиру, прислушиваясь к звукам квартиры. С кухни доносились тихие шорохи, значит, Ник уже проснулся. Скинула старые  кроссовки, которые уже давно износились, и прошлепала на кухню. Ник сидел за столом и пустым безжизненным взглядом смотрел в окно. Положила руку на исхудавшее за последние два месяца плечо и легонько сжала, привлекая внимание. 

— Привет. Как ты? — спрашиваю с запинкой, снова чувствуя вину.

— Обычно, — дёргает плечом, сбрасывая мою руку. 

Снова злится. Отхожу от него, зная, что Ника раздражает, когда над ним нависают. Сцепляю руки на груди и тихо интересуюсь:

— Ты лекарства выпил?

— Да.

По сухому ответу и недовольному лицу, вижу, что Ник не настроен на разговоры.

— Ты поел? — интересуюсь, моя руки в раковине и оглядываясь на мужа через плечо. Тут же замечаю, как его лицо недовольно кривится. 

— Я не дотянулся до полки. Могла бы ниже положить продукты.

— Ник… — пытаюсь снова начать оправдываться.

— Что Ник? — грубо перебил он меня. — Сложно запомнить простые вещи, о которых я тебя прошу? Если ты где-то шляешься с утра, нужно думать о том, что у тебя дома муж в инвалидном кресле. 

— Я бегала, — виновато опускаю глаза. — Я думала, что успею вернуться до того, как ты проснёшься.

— Я проснулся, когда ты топала, как слон и громко хлопнула дверью. Спасибо, — бросил  Никита сухо и покинул кухню.

Слёзы обиды снова начали закипать в глазах. Против воли начинаю злиться на Ника. На его злые и колкие фразы. На то, что он постоянно напоминает мне о своей инвалидности. Он не говорил мне напрямую, что я виновата в той страшной аварии, но в каждом его слове, которое он цедил сквозь зубы, в каждой его фразе звучал упрёк в мою сторону. 

Моя жизнь изменилась в одночасье десять лет назад. Жизнь счастливой тринадцатилетней девочки пошла под откос.

Тогда я сбежала из собственного дома. Переехала из двухэтажного дома в престижном районе в однокомнатную квартиру к своей бабушки. Просто больше сил терпеть не было. Вы, несомненно, спросите, что могло послужить этому причиной? Почему тринадцатилетняя девчонка решила принять такое решение? Причина крылась в моём отчиме. Арсении Валерьевичи. Этот отвратительный человек появился в жизни моей мамы, когда она работала в престижном салоне красоты парикмахером. Арсений Валерьевич тут же обратил внимание на хрупкую и немного робкую женщину с искренней открытой улыбкой. Красивые слова, коробки конфет, плитки дорогого швейцарского шоколада и букеты алых роз растопили сердце моей доверчивой мамочки. Прекрасно знаю, что после того, как её бросил мой отец беременной, у неё не было отношений с мужчинами. Мама им не доверяла. Но Арсению Валерьевичу она отчего-то поверила. Влюбилась в него по уши. Ходила с мечтательной улыбкой на лице. А я смотрела на Арсения Валерьевича и недоумевала — что мама в нём нашла? Лысый, как бильярдный шар, заплывший жиром так, что глаза щелочки с трудом взирают на мир, вечно потные руки, которыми он любил меня хватать за запястья, и прилизанные назад засаленные волосы. Отвратительный мужчина.

— Мамуля, родненька моя, почему ты за него замуж собираешься? Он же отвратительный человек. Ты посмотри на него! Открой глаза, мамочка!

Но мама лишь качала головой на мой вопрос и мягко говорила, целуя меня в лоб:

— Любят не за внешность, а за то, что скрыто от чужого взгляда.

Да. От чужого взгляда была скрыта ещё более отвратительная и мерзкая сущность этого человека. Это был тот случай, когда внешность соответствовала внешнему виду. Арсений Валерьевич относился к тому виду мужчин, которые сначала пели дифирамбы и обещали долгую жизнь в любви и согласии. И только убедившись, что доверчивая жертва угодила в паутину его лжи и крепко повязла в чувствах к нему, он превратился в домашнего тирана. Мама должна была быть идеальной хозяйкой, убирать в одиночку весь двухэтажный дом и готовить каждый день свежую еду. Когда я просила маму опомниться, пыталась ткнуть её носом в реальность, сказать, что в этом доме ей отведена роль домохозяйки, она махала рукой. Когда Арсений Валерьевич впервые поднял на маму руку за то, что его ужин был остывшим, я молила её уехать. Вернуться в однокомнатную квартиру к бабушке:

— Мама, он уже руку на тебя поднимает. Ты что совсем не понимаешь? Нужно уходить от него пока не поздно. Вернёмся к бабушке. Дядя Антон прекрасный мужчина. И ухаживает за тобой давно. Хозяйственный. Добрый. И любит тебя.

Дорогие читатели, от всего сердца поздравляю каждого из вас с Новым годом! Желаю, чтобы все ваши мечты сбылись! Пусть счастье всегда витает в вашем доме, а прекрасное чувство любви греет ваши сердца. Будьте счастливы и здоровы!  С Новым годом!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ксения                      

 Но мама снова махнула рукой:

— У него просто сорвалась сделка с французами, он был на взводе. Вот и сорвался. Не переживай, дорогая. Всё хорошо. Мы с Арсением любим друг друга. 

Я́ промолчала тогда, понимая, что все мои слова бесполезны. Для неё я была лишь маленькой девочкой, которая ничего ещё не смыслила в жизни. А она… она была готова была терпеть побои, сцены ревности и жёсткие требования по поводу внешнего вида, лишь бы не жить одной, без мужчины. 

— Ты, Ксюша, вырастешь, поступишь в университет, выйдешь замуж, а я останусь одна, никому не нужная. 

Это стало установкой в её голове. И ничто не могло переубедить её. И тогда, когда Арсений Валерьевич поднял на меня руку за то, что я не помыла за собой тарелку, а мама промолчала, опустив глаза, я, не медля ни минуты, собрала вещи и уехала к бабушке. Не попрощавшись с мамой. Обозвав её напоследок дурой. О чём потом жалела всю жизнь. Это были мои последние слова, которые я ей сказала.

На следующее утро её тело нашли недалеко в лесу. Отчим зарезал её в порыве ссоры. 

Когда мне сообщили эту новость, я долго неверующе смотрела на телефон в своих руках. Мой мозг не мог проанализировать сложившуюся ситуацию. Я отложила телефон и продолжила мыть пол дрожащими руками, не осознавая, что всё лицо уже покраснело от слёз. В таком положении меня и застала бабушка. Она испуганно трясла меня, пытаясь выведать у меня, что случилось. Я помню, что механически повторила слова молодого мужчины из трубки. А дальше всё было как в тумане. Просто бабушка схватилась за сердце и осела на пол. Пока я бегала за лекарством, её сердце остановилось. Я не помню больше событий того дня. Просто провал в памяти. Психолог, который со мной работал, говорил, что эта защитная реакция моего организма. Мозг просто заблокировал воспоминания о том дне. В тот ужасный и страшный день я потеряла единственных родных людей и оказалась в детском доме, где и познакомилась с Никитой. 

Худощавым парнем, который был слишком порядочным для диких и озлобленных детей детского дома. Он любил учиться. Не было ни единого дня, чтобы я его видела без книги в руках. Он был единственным человеком, которого я подпустила к себе. Впустила в свой разрушенный мир. И он стал мне другом. Заменил мне брата, о котором я всегда мечтала. Между нами не было ничего кроме тёплых дружеских чувств. Никаких жарких и стеснительных взглядов, никак романтических мечтаний. 

Мы шли с ним по жизни плечом к плечу, крепко держась за руки. Покинули стены детского дома, получили квартиры в одном доме, поступили в один университет — Ник на информационные технологии, я на исторический факультет. Все думали, что мы в скором времени поженимся, но мы лишь отмахивались.