Читаем Ты моя тень онлайн бесплатно

Зелёное поле, казалось, сливалось с голубым небом и создавало иллюзию двухцветного мячика, которым обычно играет детвора во дворе. Прямо посередине поля, раскинув руки и ноги в стороны, расположились две фигуры. Одного пола. Одного возраста. Одной цветовой гаммы. Их белоснежные одеяния легонько подрагивали от дуновения ветра и слегка открывали чуть видневшиеся со спины перья. По едва заметным движениям губ можно было понять, что они общаются между собой.

– И тебе не жаль их?

– Жалость удел смертных, ты ведь знаешь, а мы с тобой освобождены от эмоций.

– И всё же, это не мешает отнять нам жизнь у одного и отдать её другому.

– Да, Михаил, ты ещё молод и тебе учиться, и учиться. Мы не жизнь отнимаем, а всего лишь освобождаем оболочку.

Младший молчал и тогда старший продолжил:

– По сути, ничего не изменится, две души, мужская и женская, некогда бывшие одним целым, вновь сольются и обретут одно тело. Так сказать, вернутся к первоисточнику. Нам лишь нужно решить, какую из телесных оболочек оставить.

Он улыбнулся собрату и добавил:

– А давай-ка понаблюдаем. Останется тот, чья тяга к жизни будет оправдана сильнее.

Все научные исследования начинаются с пресловутого вопроса-крючка, который забрасывается в сосуд с возможным, чтобы в дальнейшем подцепить одобрение или отрицание: «А что если?» – приводит к доказательствам гипотезы и появлению закона, или отрицанию и сохранению предположения. Молодая женщина в белом халате сидит, склонившись над микроскопом, и разглядывает препарированный труп лягушки.

– А что если вместе с душой переселяется… память?

– Ань, чего ты бубнишь там себе под нос? – раздаётся мужской голос за её спиной, и от неожиданности она вздрагивает.

– Артём, блин, обязательно подкрадываться так, чтобы я пугалась? – хмурится она и поднимает голову. – Ох, кажется, я сегодня переработала, чёрт… спина затекла. Который час?

– Уже почти 20.30, ты точно ненормальная. Ну ладно у меня вторая смена. А что тебя заставляет сидеть вот так целыми вечерами? И чего ты в этом куске мяса думаешь увидеть нового?

– Мне кажется, я близка к цели.

– Ты всё ещё веришь в переселение душ? – Артём подходит к ней ещё ближе, и она ощущает терпкий запах его духов.

– Не просто верю, Тём, я практически нашла этому доказательство. Подожди, не перебивай меня. Я знаю, что ты скептик и веришь только научным доказательствам. Они будут. Но если ты по-прежнему будешь с недоверием и сарказмом относиться к моим гипотезам, они никогда не обретут значимость. Я знаю, как доказать серьёзность своей теории. Мне видится, что есть ключ к загадке. Я пока ещё не уверена точно, но чувствую. Да и внутренний голос меня направляет.

– А, ну если внутренний голос, тогда да, – Артём улыбается и дотрагивается до её руки. – Ань, я всегда буду на твоей стороне. Даже если ты будешь нести несусветную чушь. Ты знаешь, как я к тебе отношусь. – Его глаза излучают тепло и нежность.

– Да, я чувствую, что дошла до сути, но не могу объяснить, – продолжает она бормотать, прислонив глаза к микроскопу.

– Тебе нужно отдохнуть, на тебя больно смотреть, Ань, ей Богу. Морщины уже на пол-лица и эти круги под глазами…

– Спасибо, что так недвусмысленно напомнил мне про возраст, я помню, что через пару дней мне стукнет 30.

– Не, Ань, блин. Я не то имел в виду. Ну чего ты, подружка. – Артём, сконфуженно улыбается. – Закрывай своего электронного дружка, давай, и поехали. Хватит уже тут киснуть. Я хочу тебя пригласить на ужин и кое-что рассказать. Пожалуйста.

– Ладно, ты ведь не отстанешь иначе, да?! Рассказать кое-что… интриган…Хорошо, дай мне минут пять и я буду готова.

– Отлично, буду тебя ждать внизу на стоянке.

Девушка дождалась пока Артём выйдет, выключила прибор, почистила стекло микроскопа, убрала испытуемый образец в контейнер для отходов и пробежала ещё раз глазами свои записи наблюдения, прежде чем выключить монитор. После этого сложила ноутбук, убрала его в сумку и отложила её в сторону. Сбросила с себя халатик, переобулась, заменив грузные тапочки красными лодочками на маленькой шпильке. И, дополнив свой образ роковой красавицы в красном платье, подкрасила губы яркой помадой. После чего сняла с вешалки красное пальто и, повесив сумочку на плечо, вышла из кабинета. На всё про всё ушло минут 10. Привычку быстро собираться Анна выработала у себя ещё со студенчества, когда надо было за 20 минут утром позавтракать, одеться, повторить конспект и успеть на электричку в Москву. С тех пор, как родители переехали на ПМЖ в Израиль, она осталась одна в огромной квартире в Подмосковье. Родители не волновались, тайно лелея надежду, что дочка, окончив институт, приедет к ним уже дипломированным специалистом. Тем более что отец, будучи знаменитым хирургом, пригрел для неё местечко в одной из лучших клиник Тель-Авива.

Но Анна свою судьбу решила иначе, наотрез отказавшись переезжать в Израиль, она устроилась работать в центр практической нейропсихологии обычным лаборантом. В лаборатории она трудилась уже 7 год после окончания ВУЗа и здесь же они с Артёмом и познакомились. Артём был заведующим лабораторией, и кроме него в отделе было ещё две девушки. Но почему-то с самого её прихода в коллектив, он оказывал знаки внимания только ей одной. Не то, чтобы её это сильно напрягало, поскольку она целиком и полностью была поглощена изучением вопросов нейропсихологии, но несколько озадачивало.

Артём, сидя в припаркованной машине, прислушался. Прозвучал характерный звук закрывающейся двери, а вслед за ним маленькие молоточки-каблучки, застучавшие по коридору. Входная дверь открылась, и плод его фантазий вышла из здания лаборатории. Пока Аня шла к машине, Артём наблюдал за ней и думал. Бесспорно, она вызывала у него желание, какое возникает у любого нормального мужчины к женщине – белокурые светлые локоны обрамляющие лицо, синие глаза, эффектно выделяющиеся на фоне пушистых чёрных ресниц и тонкие чёрные ниточки над глазами – этот нежный образ сводил его с ума.

Конечно, она ему дико нравилась, но как открыться девушке, чтобы не спугнуть, он не знал. В его жизни было много девушек, но ни к одной у него не возникало серьёзных чувств, которые бы приковывали взгляд и заставляли замирать сердце. Девчонки в отделе частенько хихикали и начинали перешёптываться, когда Аня заходила в лабораторию. Артём тот час же подскакивал и торопился оказать ей знаки внимания, взять у неё пальто, донести сумочку или подать утреннюю чашку кофе.

– Поехали, – Анна села в машину и перекинула сумку с ноутбуком назад.

– Хмм… – Артём нехотя вернулся из своих размышлений, – ты неисправимый трудоголик. – Заметил он, проследив за ноутбуком, перекочевавшим на заднее сиденье.

– Завтра выходные, а мне всё равно делать нечего. Так хоть займу себя работой. Тем более, у меня есть над чем подумать.

– Кто бы сомневался.

Во время ужина Артём рассказал, что его близкий друг отмечает юбилей, по случайному стечению обстоятельств в один день с её днём рождения. Отказывать другу и не пойти на его день рождение, он не мог. Не отмечать день рождения девушки, которой он так страстно увлечён, даже и речи быть не может (конечно, эту фразу он придержал в своих мыслях и не стал раньше времени раскрываться Анне). А вот объединить оба дня рождения и закатить крутой праздник, как сказал Артём, он готов с удовольствием. С другом, по всей видимости, уже всё было оговорено ранее, оставалось слово за Анной.

– Ты ведь не скажешь «нет»? – Артём наигранно умоляюще смотрел на неё.

– Ну ты ведь потом будешь ходить вокруг меня как котик из Шрека…

– Смешно. Ну так как? Согласна?

День рождение, а вернее юбилей выпадал на выходной день. У Артёма всё было готово: он арендовал два шатра на берегу реки, заказал несколько лимузинов, чтобы перевести гостей, организовал кейтеринг и шоу-аниматоров. Если Артём за что-то брался, то можно было даже не волноваться, перфекционизм не позволял ему делать дела в пол оборота. Конечно, он не забыл и о подарках, для объекта своей симпатии он приготовил тур-поездку в Альпы. При вручении он скажет, что поехать она сможет со своей подружкой, но очевидно ведь, что сам он в тайне лелеял надежду, что этой «подружкой» будет он сам. А для своего лучшего друга, он заказал перчатки и навороченный байкерский шлем. Никита был профессиональным байкером. А так как работа была тесно связана с авто и мото-техникой, то любимое дело плотно переплелось с заработком. Что являлось большой редкостью в наши дни. А вот что было совсем не редкость, это увлечение Никиты писательством, в свободное от работы и любимого дела время. Сейчас только лишь ленивый ни разу не пробовал себя в искусстве сложения метафор и всевозможных литературных перлов.

Анна приехала вместе со своими подругами на заказанном Артёмом лимузине. Когда девушки вышли на поляну, возле шатров уже стояли несколько пар, среди них был также и Артём.

– О, а вот и принцесса бала. – Артём выдвинулся вперёд от толпы, сияя от счастья. – Ты прекрасна, Анна.

Возможно, она и вправду смотрелась неплохо, поскольку несколько девушек с восхищением рассматривали её праздничный наряд. На ней было фиолетовое платье-футляр до середины бедра с открытой спиной и тонкой ленточкой через плечо. На руках чёрные перчатки до локтя, а на ногах – чёрные туфли на высоком каблуке. Белоснежные локоны были забраны по бокам и ниспадали отдельными прядями на плечи. Минимум макияжа, но синие глаза она всё же оттенила чёрной подводкой.

Девушка не пропустила, что симпатичный парень, рядом с Артёмом также с интересом наблюдает за ней.

– Ну что же ты стоишь? – обратился к нему Артём. – Это и есть Анна, принцесса нашего сегодняшнего бала. Вы познакомьтесь тут пока, а я принесу нам лимонады.

– Никита, – протянул ей руку молодой мужчина.

– Анна, – пожала она её в ответ и волна, словно от удара током прошла между ними.

– Статическое напряжение, – одернул руку Никита, – извините, наверное, от моего костюма.

– Ничего страшного, со мной такое тоже случается. Особенно если мы забудем надеть резиновые перчатки в лаборатории.

– Ага, вы работаете вместе с Артёмом.

– Да, в одном центре и даже одной лаборатории.

– А чем занимаетесь?

– Разве Артём вам о своей работе ничего не рассказывал? – испытующе посмотрела на него Анна.

– Да так, рассказывал, конечно, в общих чертах. Он не особо разговорчив, в отличие от меня, – и тут Никита первый раз улыбнулся. И снова волна прошла по всему телу, но в этот раз между ними никакого контакта не было.

– А почему в отличии? Вы любите поговорить?

– У меня это скорее профессиональное. А ещё я люблю размышлять, подпитывая своё вдохновение. Вот познакомлюсь с красивой девушкой, и она потом станет героиней моего рассказа. – Никита подмигнул ей.

– Ааа…так вы – писатель! – загорелась Анна.

– Ну нет… это слишком громкое слово для меня. Я, скорее начинающий автор, так пишу иногда. Время от времени отправляю свои рассказы на конкурсы. Вот, кстати говоря, недавно выиграл один такой конкурс. Да. Было дело. А впрочем, я пишу не для выигрыша, и не ради того, чтобы издаваться, я пишу, потому что мне некуда складировать свои мысли. Знаете…

– Ну хватит, утомишь сейчас нашу принцессу, – Артём вернулся с тремя высокими фужерами на длинной ножке, величественно восседавших на подносе с резным орнаментом. – Предлагаю выпить за наших именинников! – голос Артёма прокатился эхом по поляне, и присутствующие ответили на призыв звоном бокалов.

Весь вечер Анна с Никитой были словно не в своей тарелке. Словно им было неловко и в то же время очень легко в присутствии друг друга, словно они угадывали мысли и желания друг друга. Выяснилось, что у них общие пристрастия в еде: как и Никита, Анна любила бифштекс и капустные котлеты, а Никита, как и она, обожал ванильное мороженое, сверху политое шоколадом. Но кроме этого, Анна встретила родственную душу. Ведь ещё со студенчества она была страстным книголюбом, и теперь Никита отрывался на ней, упражняясь в цитатах:

– Творческий человек сам себе критик и сам себе оппонент.

– Гений и порок всегда шагают вместе.

– Душа писателя, как арфа звучит волшебно и притягательно.

– Писатель – растение многолетнее с разветвлённой корневой системой.

Казалось, они так прилипли друг к другу, словно пазлы, словно неподвластная им обоим сила соединяла их друг с другом. Так, что вклиненная в их разговор фраза Артёма прозвучала как-то неестественно, грубо и нелепо:

– Пожалуй, я сделал ошибку, объединив ваши дни рождения в один вечер, – бросил он с едва заметной улыбкой.

– Да ладно тебе, Тёмыч, всё ведь круто. Аня классная девчонка, – сиял в свою очередь друг, встречая ответную улыбку от Анны.

– Это я и без тебя вижу. – Пробурчал Артём себе под нос.

– Понял-понял, – Никита заулыбался и, оставив обоих в явном смущении, присоединился к гостям.

Вечер закончился. Все разъехались. Артём проводил Анну домой. И жизнь снова вернулась в привычный ритм. Она также продолжала изучать свои «лягушачьи души», а Артём всё также продолжал крутиться возле неё.

– Ну вот, год и прошёл. Почему они ничего не делают? Какое-то всё вялотекущее.

– Не торопись, мой друг, они пока ещё не нащупали истину, и не столкнулись с причиной. Но я согласен с тобой, Михаил, нам нужно их подтолкнуть.

– Ты отмерил им время, да?

– 3 года. А значит, у них осталось ещё 2.

В то утро Анна проснулась от странного сна. Ей снилось, как она гнала на байке, рассекая лужи в кожаном костюме с короткими штанами, а на икре красовалась тату – серый журавль с красной головой. Проснувшись, она первым делом осмотрела свою ногу. «А что? Тату бы неплохо смотрелась на ней. Почему бы и нет?». Анна решила узнать у Артёма. Но Артём был категорически против татуировок, он практически накричал на неё.

– Ты в своём уме? А ещё медицинский работник… ты вообще знаешь, что с тату можно занести себе чёрт знает какую заразу? И вообще это мерзко – рисовать своё тело. Ты что пергамент? Зачем тебе это нужно?

– Чего ты так завелся? – Оторопев, она смотрела на своего друга. – Причём тут зараза? Там все одноразово. Не стерильно и не дезинфицировано, как у нас, а од – но – ра – зо – во. У нас если на то пошло, заразу подцепить гораздо быстрее. А по поводу эстетичности, чего ж ты своего друга не удержал от этого? А? У Никиты вон все плечи в тату.

– Никита мужчина. И он байкер. – Артём нахмурился. – А где ты видела Никиту? Вы что… общаетесь?

– Нет. Но я помню ещё с того раза, когда мы вместе праздновали день рождение. Он показывал мне свои фото на байке, и я обратила внимание…

– И запомнила.

– Тём, ты что ревнуешь?

Артём прокрутил в голове её вопрос и свой ответ. Сорванный цветок заново не прорастет, с заданным вопросом также. Наверное, вот оно то самое время и тот самый момент, когда нужно решаться.