Читаем Ты моё наваждение. онлайн бесплатно

"И угораздило же меня родиться именно в этой семье. Хотя ещё год назад я была самой счастливой девушкой на свете. У меня было всё, любящие родители, заботливый брат, верные друзья и красный диплом института культуры по специальности журналист. Я всегда мечтала стать журналистом, родители поддержали мою идею, а вот брат был против. Но тогда это не имело значения. Я думала, что это проявление его заботы. Уже через пару месяцев я нашла высокооплачиваемую должность, в лучшем журнале города. А буквально через полгода мой мир рухнул в одночасье. Умерла моя мама, папа на фоне этого ожесточился, а брат слетел с катушек. Выпивка, наркотики и веселье каждую ночь. Сначала я забирала его домой, из очередного бара каждую ночь точнее утро, потом когда он стал в моей машине мацать своих "дешевых подружек" Не стеснясь меня, забирать его перестала. Но стала находить его дамочек в своей постеле. Пришлось врезать замок в свою комнату. Отец махнул рукой на поведение сына, управлением бизнеса стал пренебрегать, доверяя всё своим помощникам. А я жила в этом аду и думала как от туда побыстрее свалить. До сегодняшнего дня."

Я задержалась дома, печатала статью. Спускаясь по лестнице в холле, заметила отца стоящего у камина со стаканом виски в руках, он отрешенно смотрел в пустой камин. Как краем глаза заметила движение в холле, повернув голову увидела человека в чёрном костюме в балаклаве и чёрных очках, он наставлял пистолет в сторону моего отца. Было не понятно женщина это или мужчина. Двигался человек бесшумно и совершенно не ожидал моего присутствия в доме. Я лишь и успела, что крикнуть — Папа! И с прыжка оттолкнуть отца в сторону от пули. Но нападавший видимо просто так здаваться не хотел и сделав на угад несколько выстрелов выбежал из дома. В итоге папа ранен в живот, у меня глубокая царапина на руке. Я замотав руку полотенцем и заткнув рану отцу, дрожащими руками набираю номер 112 пара гудков и на другом конце провода ответила девушка с миловидным голосом. А у меня по щекам ручьём потекли слезы. Всё как в тумане, на автопилоте называю адрес прошу поторопиться. Спустя минут десять я уже сидела на лестнице и бездумно смотрела на пулевое отверстие в стене.

Вызов был сделан из скорой. При пулевом ранении всегда звонят в полицию. Но то что дело передали в наш отдел, этому послужил адрес нападения. Я сам давал поручение, что если всплывет этот адрес, то пусть дело передаю лично мне. Хотя сам я не занимаюсь покушениями или даже убийствами. У меня и моих людей совсем другая специфика работы. С сыном хозяина дома, с Денисом я был знаком ещё со школы. Меня перевели к нему в класс в середине четверти, тогда наш детский дом сгорел и всех детей раскидали по другим детским домам. Тогда то и свела меня судьба с Денисом и с его семьёй. Его отец, Владислав Сергеевич отнесся ко мне как к сыну, его мать Татьяна Дмитриевна, любила меня, а его сестра делала мне свои девчачьи подарочки, считая братом. Хотя вспоминая его сестру, меня явно забавлял её заливистый смех. Она так по-детски обнимала меня за шею и называла мой Дон Кихот! Девчушка была совсем юной и маленькой по росту. Мы перестали общаться лет пять назад Денис пошел учится управлять бизнесом а я в полицию. Но этим людям я был обязан жизнью. Они дали мне, так мне необходимую, любовь. Поэтому я посчитал нужным обезопасить их. А когда пол года назад погибла Татьяна Дмитриевна при странных обстоятельствах, мне и во все не по себе стало. Вина раздирала мою душу. Знал ведь, что то не так. Настурция тогда на задании была по поручению журнала. Как же я часто вспоминал её заливистый смех, её тёплые, маленькие ладошки на своих щеках, её открытую улыбку и детские поцелуи в щёчки. Как же мне нравился этот цветочек, такой добрый, такой милый и беззаботный. Когда я потерял контак с её семьёй, ей исполнилось всего 15 лет. На тот момент она была всего лишь девчушкой, худенькой без особых определений женственности. Но когда я зашёл сегодня к ним в дом, через много, много лет то сразу заметил её сидящую на нижней ступени лесницы. От той девчушки простыл и след. Передо мной сидела девушка с потрясными формами, узкой талией и умопомрачительной красотой. С перевязаной рукой, пустым взглядом. Лицо и руки были перепачканы кровью. Эти пол года отложили свой отпечаток на ней. Потухший взгляд прибавил ей возраст и морщин. Но она была всё тем же моим цветочком, Настурцией.

"Боже, как же я хочу её обнять, поцеловать и сказать, что всё будет хорошо. А она поцелует меня в щёку и скажет. Я верю тебе мой Дон Кихот!"

Сквозь пелену раздумий, о работе и том, что я узнала о своей идиальной семье. Сначала я думала мне показалось, что я слышу до боли знакомый голос. Но придя в себя я поняла, это не виденье, это он. Как всегда уверен в себе, раскрепощен с обворожительной улыбкой и божественным телом. Широкие плечи, узкий таз, тёмные волосы средней длинны и размашистые руки обтянутые чёрной кожей перчаток. Перекатывая зубочистку по губам он приближался ко мне. Присев на корточки перед моим лицом широко улыбнулся и сказал

— Привет, цветочек!

Да как он смеет, после стольких лет? Я и сама не знала, что чувствую к нему. Пока он шёл ко мне, хотела соскочить и кинуться ему на шею, а сейчас хочу шлепнуть его по морде. Сидела уставившись на него минуты две. А потом зарядила ему пощечину и кинулась на шею с рыданиями, причитая, всхлипывая ему в самое ухо.

— Где ты был, всё это время? Почему не защитил? Забери меня отсюда! Дон Кихот.

Разрыдалась как девчёнка, да и с чего бы? Ведь выросла пережила свою детскую любовь. Пыталась даже девственность потерять с каким-то парнем с факультета, но при первом же поцелуе, побежала в туалет опоржнять свой желудок. Так и просидела пол ночи в туалете при каждой мысле, что я могу лечь в постель с другим мужчиной, кроме Андрея, меня выворачивало на изнанку. А Андрей посмотрев мне в глаза стал целовать мои, солёные от слёз, щёки и шептать.

— Я больше не пропаду. Обещаю. Буду рядом, всегда буду рядом. Я так виноват перед вами. Родные мои!

Отодвинув меня немного, воскликнул.

— И вообще где твой брат?

— Ох, Андрюша и не спрашивай. После смерти мамы Дениска вообще с катушек слетел. Каждую ночь по барам, да кабакам. А от туда тащит всякую шваль, да очередную охотницу за наследством. А вчера папа сказал ему, что лишил его наследства. Что всё оставил мне и в его отсутствие, я буду управлять фирмой. Денис накричал на отца и убежал в неизвстном направлении.

— М-да. Это всё осложняет конечно! Сейчас дом опечатают, тебе есть где переконтоваться пару дней? А то поживи у меня.

После его слов мой мозг стал подбрасывать мне яркие картинки, сексуального характера. Что вообще со мной происходит? Знаю ведь, что я для него лишь сестра, а люблю его как дура с 10 лет. Так, нельзя искушать себя.

— Спасибо, но я в отель поеду. Папино новое приобретение. Там надо проследить за тем как продвигается ремонт.

— Тебя подвезти?

— Не откажусь, только вещи соберу.

— Пойдём я тебе помогу.

Мы поднялись в мою комнату, Андрей оглядывался по сторонам, будто находился здесь в первые, а я быстро собирала вещи украдкой любуясь моим любимым мужчиной. За эти пять лет он изменился. В лучшую сторону. Он всегда был красавчиком, но сейчас он выглядел сексуально привлекательными. К его спортивному телосложению добавился накаченные пресс, руки, ноги которые не могли скрыть даже грубая ткань его формы.

Ну вот, стоило только заговорить с ней и всё я потек. Знал же, что не удержусь и полезу с поцелуями. Но не мог оставить её в таком состоянии, дурак, на что надеялся. Ей давно не 15. Она сейчас в самом соку, да и от поклонников отбоя, наверно, нет. Не сдержалась, по щеке меня шлепнула, но я заслужил. А когда слёзы её увидел, сердце чуть не остановилось. Как пацан стал целовать, мои любимые щёчки, мои милые глазки, что-то бормотал, просто чтоб успокоить. А потом как идиот, решил к себе её позвать, зачем? Знаю, что относится ко мне как к брату. А Денис то изменился, да, не ожидал от своего лучшего друга. Она умничка держится, совсем выросла. Но взгляд такой же добрый, мягкий. Так, надо отвлечь себя, а то ненароком.... Воздух вокруг нас аж искрился. Или мне это почудилось.

Но поднявшись к ней в комнату, понял моя девочка повзрослела. Комната изменилась до неузноваемости. Когда я её видел перед расставанием, она была юна, грустна и молчалива. Лишь изредка я интересовался её учёбой, чего достигла? И статьи её от корки до корки читал. Представлял как она со мной разговаривает, рассказывая мне, что выяснила как этого достигла, с кем разговаривала. Именно тогда я и влюбился в неё без памяти. Гордился ею, своей умной девочкой. Даже не понял как начал её считать своей, увидел её на вручении премии лучшему журналисту. Она там была с каким-то состоятельным парнем, как он ухаживал за ней, настоящий джентельмен. И я всё понял, как я обычный опер, могу ей дать тот статус который она заслуживает. Правда через пару лет моя карьера в гору пошла, я отгрохал себе коттедж, мог позволить. Статусный автомобиль, не последний человек в городе, появились деньги, да и в подчинении были у меня не последнии люди 24/7. Но, где она милая, талантливая принцесса. И где я, без роду без племени, обычный воин. Единственное, что я мог сделать это защитить её. Только я и мог это сделать.

По дороге к отелю ехали почти молча, обменялись лишь парой фраз. Новое детище Владислава Сергеевича было громадным зданием, но пока его не сдали в эксплуатацию, так как там шёл ремонт. Полностью были готовы этажей двадцать из двадцати пяти этажного здания.

Открыл ей дверь машины, а потом стоял, как дурак, нерешаясь заговорить с ней, да и не знал о чём. Лишь протянул ей визитку и сказал.

— Звони. По любому поводу звони.

Хотел было сесть в машину, как она остановила.

— Андрей!.. Пойдём кофе выпьем.

Я еле сдержался, чтоб не на броситься на неё с поцелуями.

— Не откажусь.

Зашли в кафе, заказав кофе сели за столик. И тут её понесло, защебетала. Как жила, как училась, как с отличием закончила, как её единственную выбрали на работу в этот журнал. Лишь при упоминании смерти мамы, её глаза блестели от слёз и губы предательски дрожали.

Сидя в кафе рядом с отелем, я болтала без умолку. Рассказывала ему как жила эти пять лет, чего достигла. А Андрей, мой Дон Кихот, лишь улыбался. Вспомнила как начала его называть по имени книжного рыцаря. Я тогда болела ангиной, температура высоченная, говорить и глотать вовсе не могла. Мама в тот вечер от меня не отходила, я помню её красные невыспавшиеся глаза. Андрей пришёл к нам и подарил мне книгу про Дон Кихота, маму отправил поспать и вызвался посидеть со мной. Пол ночи читал мне эту книгу, а когда я выздоровела начала его звать мой рыцарь Дон Кихот. Так это прозвище за ним и закрепилось. Как же я скучала по нему. Только сейчас поняла, что не смогу его забыть, сколько бы времени не прошло. А он сидит и улыбается мне. Почему молчит? Неужели сказать нечего?

— Андрюша, а как ты жил все эти годы?

Только Андрей хотел ответить, как что то привлекло его внимание за моей спиной. И тут же послышался знакомо противный голос. Я не могла его спутать это был он...

— Ворон? Ты ли это? Как дела?

Парень нахально хотел заглянуть мне в лицо, но я отворачивалась. Андрей заметив это, встал и отвёл парня на пару шагов от меня. Я тут же засобиралась. Схватив сумку и оставив деньги на столе за кофе. Остановилась возле Андрея демонстративно повернувшись к его собеседнику спиной. Чмокнув своего Дон Кихота в щеку пролепетала.

— Андрюша, мне пора! Рада была повидаться. Я позвоню тебе. Как нибудь ещё посидим.

И уверенной походкой пошла к выходу. Отель находился в метрах двухсот от кафе. Пока я шла до него вспоминала, как познакомилась с этим ужасно прилипчивым Артёмом. Я тогда только начала работать в журнале у Самуила Виторгановича. Мой начальник будучи вдовцом, часто брал меня на светские вечеринки в качестве сопровождения. Он, даже в свои годы, выглядел шикарно и статус обязывал присутствовать на таких мероприятиях. А через пару месяцев его заменил сын Алишер Самуилович, тогда то я и познакомилась с охранником друга Алишера. Котрый являлся действующим принцом какого-то Иорданского города. У этого охранника, Артёма, явно была завышена самооценка, весь вечер он мне прохода не давал, пришлось просить Алишера, чтоб он за мной приударил. Хотя всем в журнале было известно, что я убеждённая холостячка. И ухаживать за мной, пустая трата времени.

Я бесконечно могу смотреть в её янтарные глаза. Бесконечно слушать её мягкий бархатный голос. Как же я скучал по ней. Хотел сказать как соскучился, но не успел. Увидел знакомого парня учились с ним вместе. Уже пару лет с ним не видились, я пошёл в силовые структуры, а он в охранники подался и вроде даже преуспел в этом деле. Охранял только элиту. Заметил, что девочка моя расстроилась, видать хотела ещё поболтать. Засобиралась, быстро простившись ушла. Ну ладно я ей потом позвоню.

— Ворон, как дела то? Я тебе помешал? Такую деваху нельзя упустить.

— Не бери в голову Темыч! Это друг семьи, мы потом обсудим всё.

— Слушай, ну если это друг семьи, может я за ней ух-ху-ху!

Парень заерзал на стуле.

— Темыч не трожь эту девочку, будешь иметь дело со мной! Я знаю твои ухухи! Она не твоего поля ягодка.

— Ладно, понял, буду держать руки при себе. Но у меня такое впечатление, что мы уже знакомы.

— Хмк, ты себе то не льсти! Лучше расскажи, чем сейчас занимаешся? Кого охраняешь?

— Да пока никого. Пару дней назад вернулся из Иордании, принц решил там остаться, а там и без меня охранников хватает. Да и я родину люблю! Но думаю через день другой, дадут что-нибудь.

— Ну чтож, раз ты безработный, можно и выпить!

— О, я только за. Я угощаю!

Мы просидели с Артёмом в кафе до самого закрытия, вспоминали годы юные. Темыч делился впечатлением о Иордании. Как там всё устроино и что мужчины там в почёте, а как обращаются там к женщинам, вообще отдельная тема. И сколько приезжих девушек там проподают без суда и следствия. Пока я слушал друга у меня из головы не шла Настурция. Как она там? Спит ли? А может сидит и плачет горькими слезами? Я помотал головой, чтоб хоть как-то отогнать назойливые мысли. После закрытия кафе мы явно разошлись в заливании в себя спиртного. Сменили три бара правда в один нас не пустили из-за моего внешнего вида. А в четвёртом баре я встретился со своим давнишним другом по совместительству братом моей любимой девушки.

— Надо же! Вот это встреча! А ты горе заливаешь или празднуешь?

— О, наш идеальный мальчик! Благородный Дон Кихот! Сколько лет мы не видились? Вот столько же, ещё тебя бы не видеть!