Читаем Твой Ангел онлайн бесплатно

Постепенно возвращаясь к ощущениям нового дня, мысли вновь устроили переполох. Почему в последнее время, несмотря на его опыт, он каждый раз после падения боялся открыть глаза?

Что ждёт его сегодня? И всего один день для решения. Не больше и не меньше. Ровно, как у Золушки (саркастическая ухмылка исказила его лицо, хотя глаза всё ещё оставались закрытыми) в полночь карета превратится в тыкву. Самое отвратительное – что в большинстве случаев он не узнает результат.

В чьём теле сегодня? Конечно, сейчас – это не «полвека» назад, когда каждое тело для него становилось сюрпризом. Тогда он толком не понимал своего предназначения. На данный момент он уже побывал и женщиной, и трёхлетним ребёнком, и мужчиной-инвалидом. Но всё равно укол страха сопровождал его каждое утро.

– Кристи! Пора вставать!

Уже понятно. Он – девушка.

– Кристи! Ты меня слышишь?

– Да!.. (Мама? Сестра? Подруга? Тётя? Или ещё кто?)

Открыв глаза, он увидел перед собой потолок, заклеенный старыми постерами. («Прекрасно! Я – девушка-подросток!»). Постепенно поднимаясь и пропуская в себя своего аватара, он чуть не потерял сознание от нахлынувших чувств. Упав на колени перед кроватью («Что это такое!»), его почти вывернуло наизнанку. Немного отдышавшись и придя в себя, он понял, почему он здесь.

– Кристи! Да сколько можно! Ты в школу опоздаешь!

– Я уже встала! («Какой у меня приятный голос»)

Встав с колен и посмотревшись в зеркало, он увидел себя: невысокая девушка лет пятнадцати, каштановые волосы чуть ниже плеч, тёмные карие, почти чёрные, глаза, небольшой аккуратный носик, губы, будто нарисованные на кукольном личике. Но почему внутри так черно? Снаружи всё неплохо. Надо разбираться.

Посмотрев по сторонам, он увидел комнату – это был определённо второй этаж, рядом с кроватью Кристи – пустая заправленная кровать. Почему? Кто на ней должен был спать? В шкафу без физического разделения вещи были явно двух мастей и размеров. «Что же я должен надеть?» Посмотрев на себя и увидев розовые шортики с рюшечками, он понял, что чёрное – точно не то, что нужно сейчас.

Кое-как натянув на себя голубую футболку и джинсы, он пошёл вниз, предварительно умывшись и вновь взглянув в зеркало на свою новую внешность. Как же это сложно! Каждый день – новая жизнь, и всегда с проблемами! Хоть бы раз прожить день в своё удовольствие! Поесть мороженого всласть, покататься на лодке, посмеяться над комедией в кинотеатре в компании друзей. Но это лишь мечты.

«Друзья»… Это слово стало для него просто словом. На практике он мог вспомнить, кто это, только через своих аватаров. У него больше нет друзей. И были ли когда-то, он не мог вспомнить.

Он спускался, держась за деревянные перила, ощущая каждой клеточкой своего нового тела окружающий мир, впитывал в себя звуки, запахи, цвета, чтобы быстрее «сориентироваться на местности». Справедливости ради надо сказать, что он любил этот момент каждого нового дня, каждой новой истории, любил чувствовать, пропускать через себя эмоции. Он любил каждый свой аватар, и поэтому особенно неприятно было ощущать боль в этой новой жизни.

– Дорогая, что же ты так долго? («Видимо, моя мама, стоит спиной ко мне. Красивая фигура, длинные ноги, тонкая талия, копна каштановых, как у меня, волос собрана в хвостик»).

– Прости, мам («она не повернулась удивлённо, угадал»), не могла проснуться.

– В следующий раз ложись спать пораньше, а не сиди полночи с книгой.

Когда мама обернулась, он шарахнулся в сторону. На лице красовался огромный синяк под правым глазом, сползавший отёком на скулу.

– Мам! Что случилось?!

– Что за реакция? Как в первый раз, – с грустной улыбкой сказала она. – Ты же слышала вчера, папа пришёл расстроенный, у него опять на работе проблемы, поэтому он не сдержался. («Как больно видеть эти потухшие глаза даже мне! Теперь я понимаю, почему меня чуть не вырвало от чувства безысходности у кровати!»).

«Самое время выпустить чувства Кристи, чтобы понять, что здесь происходит, а то иногда не получается поговорить по душам до конца дня и успеть выяснить всё.».

– Мама, ты же понимаешь, что он тебя когда-нибудь убьёт, как Китти!

Не успел он моргнуть глазом и понять, что́ только что вырвалось из его уст, как звонкая пощёчина украсила румянцем его левую щёку.

– Не смей так говорить! Это был несчастный случай! – в слезах прокричала она. – Почему тебе всё время надо всё испортить! Такое хорошее утро было!

Мама выбежала из кухни, громко хлопнув дверью.

Он не знал, что делать. Но слова Кристи кое-что прояснили. Теперь надо разбираться с её чувствами.

За окном дети на самокатах и велосипедах спешили в школу. Он понял, что и ему пора. На столе стоял бумажный пакет, видимо, с ланчем. Он взял его и поднялся в комнату за рюкзаком в надежде, что Кристи собрала его накануне.

Повезло. Рюкзак стоял в углу комнаты у стола. Он засунул в него бумажный пакет и побежал вниз.

На улице стоял погожий день. Ласково дул тёплый ветерок, и солнце нежно щекотало лицо. Судя по всему, сейчас 90-е. Это Америка. Точно, вон флаг над домом («Какие они милые и смешные… Патриоты…»). У крыльца стоял фиолетовый велосипед. Всё больше проникая в память Кристи, он сел на него и поехал в школу. Но чем глубже он в неё погружался, тем невыносимее становилась боль в груди. Было ощущение, что внутри чёрная дыра, которая физически втягивает душу и тело в себя. За время своего «предназначения» он научился отделять свои чувства и эмоции от чувств аватара. Но на это требовалось время. Поэтому по дороге в школу он не мог больше думать ни о чём, кроме как о том, что произошло утром, про реакцию мамы на его слова, про сами слова, про огромный синяк на лице любимого человека. Слёзы сами катились по щекам, и мир вокруг расплывался, что придавало ему особую привлекательность. Интересно, что сама Кристи спряталась глубоко в сознании. Так бывало нечасто. Чаще ему приходилось усилием брать на себя управление.

А вот и школа. Вытер слёзы, поставил велосипед на стоянку. Как много людей! К Кристи потянулись, как к магниту, подростки.

«Привет, Кристи!» «Кристи, классно выглядишь!» «Кристи, ты сделала домашку по химии?» «Кристи, почему тебя вчера не было?» «Кристи…», «Кристи…», «Кристи…»

Спасительная рука схватила его и быстро увлекла за угол школы. «Кристи! Слава Богу, с тобой всё в порядке! Дай на тебя посмотрю». Оглядев, она обняла его: высокая девушка, блондинка, судя по внешности – капитан команды поддержки. Полная противоположность Кристи.

– А что бы со мной случилось?

– Ты же знаешь, я каждый день боюсь за тебя после смерти Китти. Ой! Прости! Зря я напомнила о ней.

– Ничего, я сегодня снова поругалась с мамой по этому поводу. Она так и не верит. Не хочет ничего видеть… А дома становится всё страшнее.

Внутри сила чёрной дыры набирала обороты.

– Сьюзи! Кристи! Скоро звонок!

– Идём! – крикнула Сьюзи. – Пошли на урок, потом поговорим.

Классическая американская школа: по стенам в коридоре – шкафчики («Кристи, помогай, какой твой»). Вот и наш. Код: 572. Он каждый раз удивлялся, сколько информации вмещает его «виртуальный» мозг. А вот это уже интересно: зачем популярной девочке-подростку этот предмет в шкафчике? Он осмотрел свои запястья. Ничего. Значит, не для него. Звонок! Бегом в класс, параллельно непринуждённо болтая с подружками и перебрасываясь колкими фразами с парнями. Интересное свойство некоторых людей: никогда не покажут внешне, что у них внутри.

Кристи просто разъедало. Как ржавчина пожирает железо, так её уничтожали те чувства, которые она испытывала, мысли, которые не давали ей спать. Но внешне это было совершенно незаметно. Выдавали переживание только немного покрасневшие от слёз глаза, но кто на это обращает внимание в эпоху всеобщего эгоизма? Он ещё не смог разобрать и облечь это в слова, пока всё происходило только на уровне восприятия. На это нужно время, которого ему вечно катастрофически не хватает.

Урок химии. Кристи с лёгкостью отвечала на вопросы теста, который был сегодня особенно сложен для одноклассников. Они то и дело дёргали её. Но он не мог впустить Кристи в её тело настолько, чтобы она помогла им.

Однажды он допустил такую ошибку. Ещё в начале своей карьеры. Он тогда только учился контролировать тело человека, в которого его переместили. Он тогда не знал, на сколько важно идти по грани «я – аватар». Закончилось всё очень плохо… Тридцать семь человек погибли и более ста были ранены из-за его ошибки, которую он не смог исправить (это он узнал уже потом, в результате своих дальнейших работ). Он настолько был ошарашен теми чувствами и мыслями аватара, что просто ушёл от управления, а потом не смог снова взять в свои руки этого человека. Может, это было связано с наркотиками, которые были в его крови, может, человека настолько загипнотизировали, что ему не было места в его сердце и мыслях. Но он точно знал, что раз его туда послали, то он должен был всё исправить! Но не смог. Он, как зритель в первых рядах, наблюдал за всем, что происходило, и не мог ничего изменить. То падение было крайне болезненным. Как физически, так и морально…

Но не время впадать в депрессию по прошлым ошибкам. Надо сконцентрироваться на настоящем.

Пока он предавался воспоминаниям, тест был написан и сдан. Пора действовать.

– Миссис Хилл, можно выйти?

– Да, конечно, Кристи, иди.

«А теперь самая важная часть моей работы. Самая волнительная и непредсказуемая».

Кристи прошла прямо по коридору и зашла в женский туалет. Там мыла руки девочка лет десяти. Бросив беглый взгляд на Кристи, она улыбнулась, выключила воду, вытерла об себя руки и вприпрыжку поскакала на урок.

Тут он полностью взял управление на себя. В некоторых случаях это уже получалось автоматически. Слава Богу, что в этот раз получилось это сделать практически в начале дня («Сколько времени?»). На часах Кристи было 10:57 a.m.

Он завёл свой аватар в кабинку, закрыл дверцу, опустил крышку унитаза и сел на неё, прислонившись к стене. Расслабил тело. Вроде бы надёжно, не должен упасть. Не раз, возвращаясь вместе с хозяином в свой аватар, заставал его лежащим на полу в невообразимых позах, а иногда в луже или собственных рвотных массах, поэтому необходимо предпринять все меры предосторожности. Ну что ж, пора.

Он закрыл глаза физически – глаза Кристи и (мысленно) свои глаза. Чётко представил перед собой комнату, поставил там два мягких кресла, между ними – стол. На окно повесил нежные бирюзовые шторы. За окном плескался прибой океана. Теперь самое сложное: кем предстать перед ней? Взрослый мужчина сразу отметается: с таким отношением к отцу – исключено. Ребёнок – тоже не подойдёт в этот раз. Может, тогда ровесником? Но к виду надо подойти очень ответственно: парень должен быть умным, не вызывающим, одет стильно, но не слишком броско. Так, вроде бы получилось. Обязательный элемент – очки в тонкой оправе и аккуратная причёска.

Посмотрев на себя в зеркало на стене, он остался доволен созданным образом.

«Кристи, иди сюда. Не бойся. Кристи—и—и—и», – мягким голосом позвал он.

Он уже привык, что внутренний облик порой сильно отличается от внешнего. Но в этот раз еле сдержался, чтобы не ахнуть. Из-за двери воображаемой комнаты выглядывала сгорбленная маленькая старушка, вся в лохмотьях, еле держащаяся на ногах. Складывалось ощущение, что это безвременно состарившаяся девочка лет пяти. Волосы седые и редкие. Только острый взгляд выдавал истинный возраст. «Кристи». – Он подошёл к ней и протянул руку, но она с испугом и недоверием смотрела на него, не двигаясь. «Кристи, не бойся, я здесь, чтобы помочь тебе». Наконец она протянула ему свою маленькую руку, всю в артритических суставах, и позволила проводить себя до кресла.

«Кристи, я пришёл, чтобы помочь тебе. Я вижу, что ты очень устала, что ты находишься на грани. Но чтобы я смог помочь, я должен знать, что происходит».

Она всё ещё смотрела на него с недоверием. «Кто ты?»

«Сложно сказать. Я – Помощник. Всё зависит от ситуации. Для кого-то я психолог, для кого-то – врач, для кого-то – минута спокойствия. Мы вместе с тобой решим, что нужно тебе».

Она застыла, пристально глядя ему в глаза. Да, это была старушка, но глаза оставались такими же пронзительно чёрными, какими он увидел их сегодня утром в зеркале. Она немного расслабилась, со стоном откинулась на спинку кресла и сказала тихим голосом: «Я не знаю, кто или что мне поможет. В моей жизни всё очень плохо. И с каждым днём всё хуже. Вчера я засыпала с твёрдым намереньем всё это закончить, но сегодня утром… я не помню сегодняшнее утро… Странно. Но это уже не важно. Всё, что необходимо, я уже приготовила». Тут она вновь замолчала, а в глазах появился металлический отблеск. И на глазах своего собеседника она стала перевоплощаться. Горб старушки распрямился, руки и ноги стали расти и обрастать мускулами, волосы, как грива, окутывали лицо, ниспадая на плечи. Теперь перед ним предстала воительница в доспехах, похожая на Зену – королеву воинов, защитницу угнетённых. «Что ты хочешь узнать?! – спросила она жёстким голосом. – Что ты хочешь услышать?! Он больше не посмеет обижать маму! Он ответит за смерть Китти! Он!..»

«Кристи…»

Она глянула на него и стала вновь уменьшаться в размерах. Теперь перед ним сидела Кристи. Почти такая, как в жизни, только с поникшими плечами и до боли грустным взглядом. Она казалась младше, чем в жизни, но была такой же милой.

«Ну, вот и хорошо. Кристи, пойми, что я здесь не просто так. Я пришёл тебе помочь. Расскажи, что тебя беспокоит, что ты решила сделать сегодня? И мы вместе подумаем, как справиться со сложившейся ситуацией». На самом деле информация о её жизни уже потоком лилась по его сознанию, но ему важно было разговорить девушку.

«Знаешь, я – как Алиса в стране чудес. Помнишь эпизод с Чеширским котом?

«– Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?

– А куда ты хочешь попасть? – ответил Кот.

– Мне всё равно… – сказала Алиса.

– Тогда всё равно, куда и идти, – заметил Кот.

– Только бы попасть куда-нибудь, – пояснила Алиса.