Читаем Тварь(СИ) онлайн бесплатно
Annotation
Химич Анастасия Александровна
Химич Анастасия Александровна
Тварь
ТВАРЬ
Кеды были не лучшим решением для этого места и времени года. В этом я убедился, едва спрыгнув с подножки вагона. Жидкая грязь под тонкой ледяной коркой жалобно хлюпнула, расступилась, набирая силу, и сомкнулась, бурным потоком заливая мне обувь.
- Тварье отродье, - выругался я и попытался вытряхнуть нахалку.
Но не тут-то было - гадкая жижа тут же уютно обосновалась под пальцами и сковала их холодом.
Я еще раз выругался, на этот раз совсем непечатными словами, и клятвенно пообещал себе больше никогда не браться за работу в провинции. И тут же печально вздохнул. Тогда уж вообще завязывать с этим делом.
Заказчик должен был прислать машину прямо к перрону, однако, видимо, проехать сюда было в принципе невозможно. Про себя ругая погоду, грязь и неустроенность провинциальных городов, я побрел вместе с теми немногими смельчаками, что решились выйти из поезда на этой станции, к зданию вокзала.
Машина ожидала не только не на перроне, а вообще в двух кварталах. Потому что дорога от дождя, прекратившегося, видимо, только ночью, превратилась в непроходимое для тяжелого драндулета болото, и даже ударивший под утро морозец не спасал положение. Точнее, он превратил обычную лужу в минное поле, где каждый шаг грозил закончиться плаванием по колено в грязи.
Естественно, пока я добрался до машины, мои кеды набрали столько воды, что я мог смело их снимать и идти босиком - разницы никакой. А потом мне пришлось потратить еще несколько очень длинных секунд на то, чтобы окоченевшими пальцами открыть заднюю дверцу "броневика" заказчика.
- Вы из комиссии? - поинтересовался сидевший за рулем здоровенный лысый дядька, не оборачиваясь.
- Не из комиссии, а из комиссариата, - поправил я угрюмо.
Долбаные провинциалы, вечно путают.
- Один хрен, - он щелкнул тумблером и дернул рулевой рычаг.
Я усмехнулся - провинция. Во всем провинция. В столице таких раритетов, которые бы заводились тумблером или ключом, уже днем с огнем не найти - все производители уже давно перешли на датчики голоса и движения. Даже рулевой рычаг оставляют только в виде элемента декора. Маршрут просчитывается навигатором, корректировка по городу минимальная. Максимум, что требуется, это учитывать возможность пробок, но новые модели навигаторов уже и эту проблему научились решать.
Однако здесь не столица. Здесь все по-другому, будто я в другой стране, если не на другой планете. В столице давно строят многоуровневые шоссе по технологии быстрого возведения, а здесь все еще месят колесами грязь на старом асфальте вот такие колымаги.
Я вздохнул и отвернулся от окна. Нет в жизни более безрадостного зрелища, чем провинциальный городок промозглым утром в начале декабря.
- Расскажете мне о задании? - спросил я, усиленно дуя на пальцы рук.
- На место приедем, там все расскажут, - угрюмо сказал рулило.
Я скривился. Мало того, что в заявке толком ничего не сказано, так заявка еще и срочная и помечена грифом "Л", то есть "лично". Заказчик не просто обратился в комиссариат с просьбой уничтожить тварь, а потребовал, чтобы к нему в срочном порядке прислали именно меня. И вот я всю ночь трясся в вонючем поезде, потому что нормальные скоростные составы сюда не ходят, потом промочил ноги, замерз, а мне теперь не хотят даже в общих чертах обрисовать задание. Ненавижу свою работу...
Ехать пришлось долго. Я даже успел задремать - ну, в поезде ведь не выспишься толком. А в машине было даже, можно сказать, тепло - мои кеды немного просохли.
Поэтому, когда драндулет с визгом затормозил перед опрятного вида старинным зданием, на душе у меня уже было не так мерзко, как в начале поездки.
Я спрыгнул на дорогу, потому что дядька за рулем даже не дернулся ни открыть передо мной дверцу, ни помочь спуститься. Нет, ну, конечно, не барышня, сам справлюсь, но все-таки - в какую бы глухомань меня не забросило, правила этикета никто не отменял. Если бы этот громила приехал ко мне в гости, я бы оказал ему все полагающиеся почести.
Я вздохнул. Да уж, в гости. Его отношение ко мне естественно - я всего лишь Охотник. Меня вызвали, я выполнил работу, получил гонорар и ушел в закат. Могу еще и память подчистить, если что. Ха-ха. Не могу, конечно. Но они верят, что Охотники это генно-модифицированные существа, что, мол, нам с детства делают инъекции крови тварей, поэтому только мы и можем с ними сражаться.
Чушь, по правде сказать. Не делают нам никаких инъекций. И не вживляют в тело имплантов или частей тел тварей. Просто тренируют, запрещают употреблять спиртное и наркотики, смотреть телевизор и вообще всячески притуплять чувства и реакции. Ну, и отбор, конечно. Благодаря этому сейчас срок активной работы Охотника увеличен до двадцати лет, то есть если я пришел в комиссариат в двадцатилетнем возрасте, то спокойно могу охотиться до сорока, а потом меня с почестями переведут на бумажную работу. Если доживу, конечно.
Дверь здания была очень тяжелой, и мне пришлось хорошенько напрячься, чтобы открыть ее хотя бы на четверть.
Для охоты на тварей физическая сила не очень важна - они довольно слабы, как правило. Есть, конечно, и среди них здоровяки, но против таких обычно выставляют не одного Охотника, а хотя бы четверых. Лучше, конечно, десятерых, но и четверо вполне справляются. Однако такие ситуации редкость. Чаще всего: одна тварь - один Охотник. Наше оружие это хорошее зрение, чуткое обоняние, тонкий слух, молниеносная реакция и умение быстро и бесшумно передвигаться не только по земле, но и по деревьям. Именно поэтому я выбрал кеды, хотя на улице давно не лето. Ну, и, естественно, мы предпочитаем дистанционные атаки. Конечно, последний удар желательно нанести мечом из специального сплава, но это когда тварь уже сильно ослаблена и вот-вот сдохнет сама.
Встречали меня уже в холле. Двое громил типа того, который привез меня сюда. Вполне вероятно, что он и был одним из этих двоих, но я бы не смог сказать этого наверняка.
Они шагнули мне навстречу, одновременно выхватив откуда-то из недр необъятных форменных пиджаков металлоискатели. Я ухмыльнулся. Эх, ребятки, не реагируют ваши пикалки на те штучки, что лежат в моем рюкзаке. Хотя при желании я могу без труда убить ими вашего босса.
- Стоять! - от этого короткого окрика, похожего на удар кнутом, мне вдруг сильно захотелось отказаться от задания.
Не люблю, когда заказчик при мне так обращается со своими работниками.
Ребята в пиджаках послушно остановились, но выражения их лиц остались такими же угрюмыми, как и раньше.
- Подойди, - теперь явно обращались ко мне, но тон почти не изменился.
Я поморщился. Вот потому и не люблю - если так со своими разговаривают, то с чужими и вовсе не церемонятся.
Но все равно двинулся в направлении звука.
- Очень хорошо, - с явным удовлетворением произнес голос, доносившийся, к слову, не сверху широкой лестницы, у подножия которой и стояла "группа в пиджаках", а слева от меня из висевшего позади раскидистой пальмы в кадке динамика.
Я нахмурился и остановился. Это еще что такое? Проверки? Мне? В какой-то вшивой дыре, где даже дорог нормальных нет?!
- Я больше и шагу не сделаю, пока мне не объяснят, зачем меня сюда вызвали, - сказал я и демонстративно сбросил рюкзак с плеча.
Лежавшие в нем дротики и метательные ножи глухо лязгнули об пол.
В динамике что-то щелкнуло, и в холле повисла тишина. Долгих полторы минуты (да, я засекал по часам) не происходило ничего. Громилы молчали и не двигались, динамик не включался, и только тихо вибрировали допотопные ртутные лампы под потолком. А потом где-то наверху послышались торопливые шаги.
Невысокого роста полный человечек в темном пиджаке с коротко остриженными черными волосами, слегка прихрамывая, спустился по лестнице, обогнул охрану и, раскинув руки, кинулся ко мне. Я инстинктивно отклонился и сделал шаг в сторону. Меня сюда прислали не для того, чтобы обниматься со всякими коротышками.
- Доброе утро, господин С, - человечек часто заморгал. Видимо, он не ожидал, что я от него отшатнусь.
- Доброе, - кивнул я и сдержанно пожал протянутую пухлую руку.
- Вы, наверное, устали с дороги-то? - человечек пытался заглянуть мне в глаза, но было достаточно лишь поднять голову выше, и его попытки не увенчались успехом.
- Вы мне объясните, в чем состоит мое задание? - спросил я холодно, не глядя на него.
- Разумеется, обязательно, - он вдруг схватил меня за руку и потянул к лестнице.
В первую секунду я чуть не потерял равновесие, но вовремя сгруппировался и сильнее уперся ногами в пол.
- Но только после того, как вы переоденетесь, отдохнете, позавтракаете... - он продолжал меня тянуть. Безуспешно.
- Это была срочная заявка, - я поджал губы.
- Да-да, срочная, - он на секунду замер, будто задумался, а потом снова потянул с удвоенной силой. - Но вы будете работать ночью, а сейчас утро, так что у вас еще достаточно времени, чтобы отдохнуть и перекусить.
Я вздохнул, быстрым движением подобрал с пола рюкзак, с удовлетворением отметив удивление на лицах ребят у лестницы, и зашагал за радушным хозяином.
Скверно. Ночные твари, как правило, невероятно опасны, умны и обладают обостренными чувствами. Вот на таких по одиночке точно не ходят. Почему в заявке не было отметки "Н", что значит "ночная охота"? Я бы еще кое-что с собой прихватил.
- Сколько пострадавших? - спросил я, когда мы поднялись на второй этаж и зашагали по широкому коридору между двумя рядами дверей.
- Все дела после завтрака, - хитро усмехнулся коротышка.
Я скривился. Не нравится мне это. Ночная охота, мало информации, настойчивое желание заказчика меня накормить - от всего этого в голове роились мысли одна безрадостнее другой.
Сытый Охотник - мертвый Охотник. Это нам талдычили с того самого момента, как мы пришли на первое испытание в комиссариате. Но и голодными на охоту ходить нельзя - этому я научился уже на собственном горьком опыте. Шрам через всю спину еще иногда побаливает, напоминая о том случае, когда я чуть не лишился жизни просто из-за того, что пошел выслеживать тварь без припасов.
Однако в одном заказчик был прав - с дороги неплохо бы отдохнуть. Потому что усталость притупляет реакции гораздо сильнее, чем голод или сытое брюхо. И я безропотно следовал за ним, машинально подмечая мелкие детали.
Отделка на стенах - резные деревянные панели. Плавные изгибы стеблей диковинных цветов или шей невиданных зверей. Аналогичный орнамент на ковровой дорожке. Новой, но искусственно состаренной. Кованые светильники в виде подсвечников на стенах и решетка на окне в глубине коридора поддерживают общий стиль. Добавить к этому приятные глазу цвета и мягкий свет - и я уже готов был спросить телефончик оформителя, когда мы остановились у одной из дверей.
Коротышка, пыхтя, порылся в кармане брюк, извлек оттуда ключ-карту и приложил ее к считывателю, выполненному в виде старинной замочной скважины прямо на двери.
- Прошу, - он пропустил меня вперед.
Я вошел в небольшую, но довольно просторную комнату с окном во всю стену за тяжелыми темно-красными шторами и белыми занавесками.
- Душ здесь, - коротышка по-свойски распахнул дверь слева от входа и включил свет обычным, а не сенсорным выключателем.
Я кивнул - и даже ванна. И вздохнул - но ванна сегодня не светит. Может, после охоты...
- Здесь шкаф, - коротышка уже отодвинул зеркальную дверцу стенного шкафа, - здесь мини-бар. Пользуйтесь, все оплачено.
Я нахмурился. Гостиничный номер Охотникам обычно не снимают. Это не принято. Потому что охота редко длится больше нескольких часов. Если тварь нужно выследить, Охотник не отсиживается в гостинице, а ставит палатку. Если нужно ждать, он ждет непосредственно на месте. Все остальное - душ, туалет, свежее белье, сытная еда и теплая постелька - дома после задания. Ну, или в больничке - тут уж как повезет.
А здесь прямо... не нравится мне это.
- Завтрак накроют через полтора часа в ресторане, - с улыбкой сообщил коротышка, - это дальше по коридору первая дверь от окна по левую руку.
Он попятился к выходу.
- Когда мне расскажут о задании? - угрюмо спросил я.
- Павел Григорьевич будет к завтраку, он вам все и расскажет, - коротышка поклонился и по-прежнему задом вышел в коридор.
Я вздохнул. Значит, и коротышка не заказчик.
Первым делом стянул кеды. Они уже, конечно, не хлюпали, но все равно нуждались в сушке. За кедами последовали носки - их бы и постирать не мешало, но я боялся, что они не успеют высохнуть за полтора часа. Потом на батарею отправились джинсы. И вот когда я уже стягивал через голову свитер, в дверь постучали.
Я замер. Стук повторился. Я не шелохнулся. Затем послышался шорох, будто что-то просунули под дверь, а затем торопливые удаляющиеся шаги в коридоре.
Я бросил свитер на кровать и подошел к двери. На светлом ковре лежал белый квадратик бумаги. Я поднял его и отошел к окну. На квадратике было написано аккуратным почерком: "Уезжайте! Она не опасна!"
Я почесал лоб, положил записку в карман куртки и направился в ванную.
Нет, принять душ после грязного вонючего вагона это невероятно приятно. Смыть с себя пыль и грязь уездного городка, а заодно отогреть озябшие пальцы ног - благодать. Была б моя воля, я бы ввел правило для всех Охотников - принимать душ минимум два раза в день, независимо от того, на задании ты или дома. А то приходишь иногда в комиссариат на общие собрания - вонь, хуже чем в логове мускусного вепря. Да, я там однажды был - ощущения непередаваемые. Думал, задохнусь.
После душа я не стал ложиться в постель - боялся, что разомлею, усну и просплю к чертям завтрак с заказчиком. Да, честно говоря, не так уж и голоден я был, но, видимо, это было обязательное условие, без выполнения которого я ничего не узнаю о предстоящей охоте. Поэтому лег на диван, что уютно располагался в углу возле окна. На всякий случай завел будильник на телефоне.
И благополучно уснул.
И приснилось мне удивительное существо. Похожее на лошадь, но не такое крупное, с белой шерстью и синими глазами. С длинной белой гривой и таким же хвостом, который кольцами свивается у его ног, будто отмечая его пространство. Передние ноги оканчиваются не копытами, а вполне человеческими пальцами, но с черными крючковатыми ногтями, а задние ноги чем-то напоминают кошачьи лапы.
Заметив меня, существо село на задние ноги, сложив руки на груди, так похожей на грудь человеческой женщины. А потом с земли поднялся кончик его хвоста и стал покачиваться в такт чудесной мелодии, которая, как оказалось, звучала все время, пока я разглядывал существо. И вдруг этот кончик раскрылся наподобие цветка, засиял и заискрился алым. Я протянул руки, желая прикоснуться к этому чуду...
Звонок будильника вырвал меня из сна. Я нехотя поднялся и начал одеваться.
