Читаем Тварь онлайн бесплатно
Тварь
Пятая книга автора «Тёщиных рассказов», «Романа с тёщей», «Двадцать пятого стиша», «Мрака». Читатель встретится здесь с героями предыдущих книг и познакомится с новыми интересными персонажами.
Проза / Проза прочееСоздано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В старой доброй алгебре Буля, сумма двух «а» равняется «а».
А не двум а, как в обычной алгебре.
Точно так и произведение: а умножаем на а, получаем а.
А не «а в квадрате», как в обычной алгебре.
Простейший пример иллюстрирует данные аксиомы: если добрый поступок одного человека прибавить к доброму поступку другого человека, то в сумме получим не два добра…
Или, к примеру, если к одной эсэмэске прибавить другую эсэмэску (SMS + SMS), то в сумме получим не два мобильника.
То же самое с произведением: умножение электронных сообщений не меняет природу связи, почтовая программа и само «железо» остаются прежними.
Фсё просто. А + А = А. А х А = А.
И со злом просто: ни умножения, ни прибавления зла не происходит, – отняли копеечку у юрода в «Борисе Годунове», отняли целое царство у династии Романовых, – явления одного порядка.
Не происходит ни прибавления, ни убавления… Почему? Может быть потому, что в чистом виде, как это виделось Стивенсону в «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда», невозможно выделить добро и зло?
В человеке достаточно воды, аш-два-о, атомов водорода и кислорода.
Жив человек, и все атомы в человеке живы. А возможно, даже и более живы, чем человек, чем сама идея человека.
Таков расклад, такова иерархическая структура вселенной. Иной она быть не может, если следовать здесь железной (математической) логике Буля.
Человек, конечно, разумен, все атомы в человеке тоже, будем считать, разумны. Атом – сапиенс. Цепная ядерная реакция есть революционный процесс, аналогичный Великой октябрьской социалистической революции, давшей детям рабочих и крестьян и тонкой между ними прослойке пионерские лагеря.
Помню из детства, одна девочка декламировала:
«Одиножды один – шёл гражданин.
Одиножды два – шла его жена.
Одиножды три – в комнату зашли.
Одиножды четыре – свет потушили.
Одиножды пять – легли на кровать…» И т. д.
Люди поднимаются по лестнице, ведущей всё выше, и выше, и выше в «макро» или всё ниже, и ниже, и ниже в «микро»… Куда они попадают? Доктор Свифт в «Путешествиях Гулливера» затронул эту тему, я продолжу: мы попадаем туда, где кончается всё тварное и начинается ничто. Понимание своего ничтожества – единственное что выделяет человека в тварном мире.
Я набросал это в четверг, а на следующий день, в пятницу, прочитал у Дойча (Оксфордский университет): «Если вселенная – это компьютер, а физические законы – средства программирования, то исключается возможность познать что-либо об аппаратной оснастке. Такое следствие вытекает из доказательства Тьюринга, что ЭВМ являются универсальными, то есть исполнение любой машинной программы фактически не зависит от типа используемой для этого аппаратной оснастки.
Развязка проблемы заключается, видимо, в признании какой-то физики, лежащей в основе космической ЭВМ. А если это так, то мы, как призрачные метасущества космической машинной программы, навсегда будем лишены возможности познания природы этой физики или происхождения физических законов»
Переходим к метафизике.
Meta ta physika.
– А ещё я прочитал, – пишет Кирик Новгородец, – что если в воскресенье, субботу или пятницу ляжет человек с женой, и зачнет она дитя, – то ребенок будет либо вором, либо блудником, либо разбойником, либо трусом, а родителям – епитимья 2 года.
«Вопрошание Кириково».
– А такие книги, – отвечает Кирику Нифонт, епископ, – нужно сжечь.
Двенадцатый век.
Возможность познания жёстко ограничена.
Теперь мы знаем, почему. Мы живём на жёстком диске, ггг…
Мир плоский.
Однажды, а если решено быть предельно последовательным, то на следующий день после свадьбы моей двоюродной сестры Тани в кафе «Горизонт» на «Шоссе космонавтов» (были в Перми такие смешные названия в семьдесят седьмом году) самые близкие родственники собрались в двухкомнатной квартире «на Крисанова» (Николай Васильевич Крисанов, генерал-майор Советской Армии. 1893—1948. Служил в армии адмирала Колчака, добровольно перешёл на службу в Рабоче-крестьянскую Красную Армию. Инженерные войска. Мой отец тоже воевал в инженерных, видел его. Издалека. Не генералы управляют этим миром.)
Сидим за столом «на Крисанова». Витька с Веткой, то есть я и моя жена Елизавета (третий год женаты), мама с папой (скоро его не будет, убьют на улице… в другом городе), моя сестра Лена с мужем, мамина сестра Галина, мамин брат Михаил с супругой Клавдией.
Закусили, расслабились.
Михаил Никитич рассказывает про мой первый день рождения в соликамском родильном доме в 1949-ом году:
– Надя лыбится, поднесла Витьку к окну, он крохотный, глаза закрыты… подняла его на руках, показывает мне… красный, противный, сморщенный…
Все за столом улыбаются.
Дядя Миша поворачивается лицом к нам с Лизаветой: «Дайте-ка я на вас посмотрю»…
Долго, секунд пятнадцать, смотрит… и вдруг выдаёт:
– Жить будете, но детей у вас не будет. Напоили вас…
В комнате воцаряется мёртвая тишина.
Мама замерла, сестра Лена опустила голову, тётя Галя и тётя Клава, дядькина супруга, напряглись…
– Залил шары, – сурово одёргивает Клавдия супруга. – Ты что мелешь!
Дядя Миша оскалился… – у меня хорошая зрительная память – назвать его гримасу улыбкой не позволяет мне врождённое чувство формы.
Информация за столом была подана так неожиданно, что азъ грешный целиком её не воспринял. Помню ощущение какой-то неловкости, не более… Я вообще на слова мало обращаю внимания, чаще пропускаю их мимо ушей. Елизавета, как она – спустя годы – мне рассказывала, «хотела в тот момент встать и уйти», но сдержалась.
Ретроспективно вырисовывается неприглядная картина.
Моя мама всякий раз при нашем посещении настойчиво приглашает мою жену что-нибудь отведать. Откушать и попить… Я тоже ел, но мне как-то проходило. С меня, как с гуся, а у Лизаветы после маминого угощенья начинала болеть голова, «просто раскалывалась». Жена жалобным голосом просила меня вывести её на улицу, на воздух… Я ничего не понимал… зачем выходить? хорошо ведь сидим…
Три года это примерно продолжалось.
Как-то мы в очередной раз зашли «на Крисанова», пообедали, мама стала показывать старые зиминские фотографии. Я пошёл покурить, видел их сто раз.
– Вот Витина бабушка Аграфена Сергеевна, это мой отец Никита… – показывает мама на фото.
– А это кто? – спрашивает Елизавета.
На фотографии молодая женщина положила руку на плечо деда Никиты.
– Это соседка. Отравилась чем-то. Подохла. Собаке собачья смерть, – объяснила мама.
Этот комментарий про соседку моя жена тоже сообщила мне не так давно.
А тогда, после свадьбы двоюродной сестры Тани, мы с Веткой вскоре переехали в другой город, подальше от «Крисанова», поближе к Лизаветиным родителям, моим тёще и тестю.
Мне до сих пор не до конца понятны причины, по которым моя жена не поглянулась моим-то родителям. Отец, впрочем, не мог знать о замыслах родни с материнской стороны.
Для меня в этой ситуации прочитывается модель другого уровня. Шире – всех возможных уровней. Никто не знает, как и для чего возникла вселенная. Эта тварь, вселенная, далеко не подарок. Почему бы ей не родиться от мрака безысходности. У небытия нет выхода. Безвыходная ситуация рождает вещество. Как, каким образом или способом – непонятно. Каким-то воровским. Всё, чем мы являемся есть возвращение вещества в небытие. Иначе бы зачем мы умирали?
Далее – письма от мамы Надежды Никитичны из Зимы, Саянска, Читы, Перми…
Из Перми в Шадринск:
«23/II-97г. Здравствуйте дорогие наши Ветанька и Витя но как вы немного пришли в себя? я тоже здесь знаете, как волновалась, что бы Ветина выставка прошла хорошо теперь слава богу все по зади. Успеха Ветанька тебе в будущем вчера звонила Юля: Наташеньке сделали кесоровое сечение она немогла разродится мучалась очень долго достали мальчика. Юля говорит очень очень маленький если будет здоров и будет жить назовут Ваней разговор был всего 2 минутки теперь ждем от нее письмо <…> Ветанька а сшила-ли ты себе шапку из норки, а у пальто воротник крашеный песец носишь ты его или нет? рукава можно удленить Лена тебе дала песец крашеный я всё всё хочу знать и хочу что бы ты все носила? Галя девочка которая у меня жила все спрашивает привезет-ли Викт. Устин. картину я говорю должен привезти. <…>
(девочка интересуется искусством. – Комментарий Полуэктова Виктора Устиновича)
я теперь никуда не хожу ноги болят скольско сежу дома. Дорогая Вета сегодня мне приснился сон что тебя хотят побить какие-то женщины смотри моя дорогая Ветанька люди зависливые вот подумают ресует продает картины и могут заявить в налоговую инспекцию, а налоговая инспекция это очень серьезное дело предьявит, бог знает, что <…>
Из Зимы в Пермь (1977 год):
«Здравствуй дорогая Вета Витя получила письмо и бандероль Спасибо Я так ждала даже ночи не спала а Лена так и не ответила на письмо мне так обидно Неужели трудно написать я переживаю я всё отдала своим детям а в замен нет ничего пойдёшь к Лене скажи ей что я обижаюсь а отец уже три письма прислал Вета Я приеду наверно в июле не могу я сестру оставить Андрей тети Галин муж уехал в Кемерово его брат прислал телеграмму тяжело больной сейчас мы дома одни управляемся с детьми Извени, что пишу плохо нет ручки нет чернила Вета пиши как прошёл Кот в сапогах. Как твои папа мама Витя уехал да? Не сидится ему дома. Но наверно и всё До свидания целую мама 2/VI привет от т Гали от т Клавы и от всей моей родни»
Стиль и орфография сохранены. Стиль новгородских берестяных грамот XI – XII вв., помноженный на советскую школу тридцатых годов ХХ века.
Женщина двенадцатого века, ровесница монаха Кирика, писала на берёсте так:
«+отгостятыквасилючтомнедалотециродичидаливпридачу
тозаниматеперьженясьнановойженемнеоннедаетничего
ударивпорукамонменяпрогналадругуювзялвжены
приезжайсделаймилость».
Чем нас травили, осталось загадкой. Тайна, покрытая мраком. Времени было достаточно, чтобы расспросить… но распрашивать родственников о таких вещах неудобно… да и бесполезно, наверное. Спасибо, живыми оставили, чтобы мы продолжали любить ближних.
«2/ХII Здравствуйте дорогие мои Вета и Витя. сынуля я сегодня на 7
«Здравствуйте Вита и Витя. Сегодня ждала письма а его нет Но я с Витей разговаривала по телефону и немного этим успокоилась. Сегодня принесли мне папину пенсию 99 рублей, высылаю Витя тебе чтоб ты передал их Негодяевым за оградку на папину могилу. Витя ты говорил, что тебе в милицию надо копию о смерти папы, пусть Лена возьмёт в кошельке там есть одна копия где лежат все документы папы. Свидетельство и о смерти и остальные. Витя звонил ли ты в магазин, телефон 00—00-00, спросить Людмилу Дмитриевну, это старший кассир, или Евгению Захаровну или Элю Ивановну, когда выходить мне на работу, оформляли-ли мне отпуск.
(лукавство… мама делает очередную попытку свести меня с посторонними женщинами, то бишь оторвать Ветку от Витьки. – Примечание Полуэктова)
Я не знаю сейчас от сюда трудно уехать едут на праздники в Москву туристы школьники все поезда проходные идут без мест. Погода здесь морозная туманная Сегодня 41 гр. д. Миша из Иркутска ещё не приехал ещё операцию не зделали. т. Галя болеет сердце и радикулит. д. Андрей здоров всё делает по дому. Новостей особых здесь нет. Передавайте привет Анне Абрамовне Виктору Митрофановичу. Привет Дарье Григорьевне из 36 квартиры. Вета, моете ли в коридоре? Следи за очередью. Что вы там едите, есть ли у вас деньги? Как у тебя Витя с работой, какую зарплату получаешь? Вот скажешь пишет спрашивает а мне всё охота знать. От тебя получила всего одно пиьсмо от Лены тоже одно. Здесь я не поправляюсь а на оборот, худею то желудок то печень болит Витя все ответы которые приходят по поводу смерти папы не растеряй, я буду писать в Москву жалобу. Очень мне его жалко, что он умер не своей смертью. Отвечал ли ты на письма т. Тане в Боровую? Надо написать Генне узнать сколько ещё ему надо выслать денег за оградку. Но это я когда приеду напишу а может сама съезжу в Соликамск. Привет вам от моей родни До свидания Целую мама 13/XII-78. 4 вечера. Это моё четвёртое письмо.»
«Пишу письмо на почте, пришла с вами поговорить по телефону. вы что-то мне ничего не пишете. Витя и Вета я вас очень прошу унесите из дома ковер дорожки и телевизор, а то если Маша подаст в суд сразу-же натариус прийдет описывать а папены вещи скажите я все раздала на похоронах и на 40 дней людям я сама здесь а душа моя в Перми. Сегодня погода здесь дождь идет привет Лене с семьей целую вас и обнимаю мама 19\VI-78г жду письма разговор не состоялся ухожу обратно Пермь плохо слышно»
«Здравствуйте Дорогие мои Вета и Витя. В чем дело звоню каждый день в Пермь и ваша квартира не отвечает Но Вета уехала в отпуск а Витя где. что случилось я начинаю беспокоиться давала две телеграммы не отвечаете. прошу вас напишите что с вами случилось. Витя поедет или нет на творческую дачу. да вообще все хочу знать о вас. сечас опять на переговорном пришла а вы не отвечаете время у вас 6 ч утра должны быть дома! Витя ты же обещал мне писать как ты там что ты ешь что покупаешь пиши есть-ли у тебя деньги. на этом до свидания целую мама привет от моей родни 31/VI-79»
«Здравствуйте Дорогие Мои Витя и Вета сегодня ходила на переговорный пункт хотела с вами поговорить и опять же второй раз квартира не отвечает где вы? куда делись? потеряла час и безполезно. Как вы там живете приезжала-ли Маша с Нарафаминска пишите мне. Здесь все у меня нормально тепло жара дождей нет сейчас начинают поспевать огурцы. горох можно жить пишите приезжать мне или нет если я нужна то я приеду привет вам от т. Гали и д. Андрюши от д. Миши и т. Клавы пишите не забывайте свою мать До свидания целую и обнимаю мама 17/VII-80»
«Сегодня получила Витичка твое письмо большое спасибо сынуля а ты звонил в магазин или нет что сказали не уволят меня пока я здесь узнай а то я еще не выезжаю наверно буду здесь до нового года. хотела тебе позвонить не дали говорят линия на повреждении.
(Я написал маме, что звонил, но я не звонил. Не звонил, потому что этот назойливый сюжет совсем из другого романа, он не из моего сценария, где мама хочет для начала сделать из сына бабника, настойчиво ведёт линию сводничества, чтобы оторвать Ветку от Витьки… Из магазина её не уволили, конечно. – Комментарий Полуэктова)
