Читаем Царствование Розы онлайн бесплатно

Автор: Кейт Голден

Книга: Царствование Розы

Серия: Священные Камни (книга 3)

Перевод и редакция: ПЕРЕВОД lenam.books (https://t.me/translationlenambooks)

В ЦЕЛЯХ ОЗНАКОМЛЕНИЯ! ПЕРЕВОД СДЕЛАН НЕ В КОММЕРЧИСКИХ ЦЕЛЯХ! НЕ ДЛЯ ПРОДАЖИ!

Карта Эвенделла:

Эпиграф:

Посвящаю Тейлору, Сэму и Кристин,

моим Флоре, Фауне и Мерривезеру.

Спасибо вам за то, что воплотили в жизнь все мои мечты.

— Мир света, благословенный на камнях,

Король, обреченный пасть от руки своего второго сына.

Город превратился в пепел и кости,

Упавшая звезда означает, что война снова началась.

Последний рожденный чистокровный Фейри,

Найдет Клинок Солнца в своем сердце.

Отец и дитя вновь встретятся в войне полувековой давности,

И с восходом феникса начнется последняя битва.

Король, который может встретить свой конец только в ее руках,

Девушка, которая знает, что должна выбрать,

Жертва, принесенная во имя спасения обеих неспокойных земель,

Без нее все королевство погибнет.

Трагедия для обоих чистокровных Фейри, ведь каждый должен пасть,

Увы, такова цена, которую придется заплатить, чтобы спасти всех.

Лигейя, Провидица Люмеры, 113 лет назад

Содержание

Аннотация:

Карта Эвенделла:

Эпиграф:

Пролог

ЧАСТЬ I.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

ЧАСТЬ II.

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

ЧАСТЬ III.

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

ЧАСТЬ IV.

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Бонус

Пролог

АРВЕН

Тринадцать Лет Назад

— Я не пойду.

Я волевым усилием воплотила слова в реальность, вонзив каблук в вылинявший участок травы у себя под ногами.

В сарае Пауэлла происходили нечто ужасное, от чего у меня болела спина и я плакала.

— Ладно, — уступил Райдер, отпуская мою руку, чтобы скрестить руки на груди. — Как знаешь.

Что бы ни означало «как знаешь», звучало это не обнадеживающе.

Мой брат не стал ждать моего ответа. Он помчался в прохладную ночь вслед за Халденом, и они вдвоем с легкостью вскрыли ржалый замок сарая, прежде чем проскользнуть внутрь этой крытой соломой постройки.

Тем временем холодный воздух обжигал лицо и голени. Я непрерывно дрожала. Моя любимая ночнушка, вся в дырах и сделанная из тонкой хлопковой ткани, была слишком поношенной, чтобы уберечь от ночного холода. Мне нужно было пальто. Или вернуться домой. Но если я побегу домой, Халден и Райдер подумают, что я испугалась.

Что было правдой, но…

Им не обязательно было это знать. Мой брат и его лучший друг никогда не боялись. Не боялись они и тогда, когда их журили за опоздания на уроки, и тогда, когда удар грома раскатывался так громко, будто это свистит ремень. Не боялись они и выбираться наружу в такие темные ветреные ночи.

Храбрые, сильные, уверенные в себе мальчики, всегда приговаривала моя мама.

И… я. Бегущая за ними. Та, что бегала по их пятам. Последняя спица в колеснице¹.

Почему они просто не позвали меня с собой? Когда я услышала их приглушенный смех и на цыпочках вышла из своей комнаты, чтобы узнать, в чем причина веселья. Если бы они тогда просто пригласили меня, я могла бы вежливо сказать О, нет, спасибо и пошла бы спать с сознанием, что про меня не забыли.

Где-то в далеком лесу волк выл на огромную белую луну, и я стиснула зубы. Я хотела вернуться в постель. Она, наверное, еще была теплой. Я могла остаться там, под своим одеялом, пока темнота не исчезнет, не настанет солнечное утро и не проснется мама.

Я крутанулась на пятке, с хрустом раздавив тапком сухой лист, и двинулась назад домой. Пусть завтра меня засмеют и дразнят трусихой — я готова была смириться. А может, этот проклятый сарай и вовсе проглотит их с потрохами, и они никогда не вернутся.

Я успела сделать лишь шаг, как громкий лязг и вопль боли пронзили ночную тишину.

В ответ филины ухали, а листья шелестели. Моя кровь застыла в жилах.

Еще один мучительный вопль…

И я помчалась без раздумий.

Не к своей смятой постели, а к тому зловещему сараю. Стоял он, словно избушка гоблина, угрюмый и одинокий в беззвездной ночи.

— Что случилось? — выдохнула я, распахивая дверь. — Волки?

Запах опилок и лака ударил мне в нос, и спина отозвалась призрачной болью.

— Это Халден… — голос Райдера дрогнул. — Мы играли в солдат. Халден схватил пилу. Его рука, она…

Я вглядывалась в темноту, пытаясь разглядеть лужу крови. Густая, маслянистая. А над ней… Халден — мальчик, который всегда улыбался, — был залит слезами.

Я никогда не видела, чтобы кто-то плакал так безутешно.

— Все в порядке, — прошептала я, хотя не знала, зачем это сказала. Его рука выглядела не то чтобы в порядке. — Я позову маму.

— Ты что, дура? — резко сказал Райдер, отдергивая меня за рукав. — Она разбудит отца, и нам всем влетит. Просто стой тут, пока я что-нибудь придумаю.

Глаза Райдера, освещенные лучом лунного света, метнулись в сторону Халдена. От него исходила ярость, словно мерцание свечи, и мне показалось, что с таким выражением лица он очень похож на Пауэлла.

У меня от этого внутри все похолодело.

Халден прижал свою раненую руку к груди, а по его лицу ручьями текли слезы и сопли.

— Это твоя вина, — взвыл он, обращаясь к моему брату. — Я же говорил, что нам не стоило сюда заходить.

И Халден был прав. Сарай был ужасен. Таким ветхим и маленьким. Всегда запертым. Меня приводили сюда только для наказания. Мое сердце уже билось слишком часто просто от нахождения внутри его четырех пыльных стен. Мои легкие сжались, словно я забыла, как дышать.

Вдох, выдох. Вдох, выдох.

Я хотела бежать. Так далеко отсюда, как только можно было добраться в этих испачканных тапочках.

Но мой брат всегда выходил сухим из воды. Он всегда знал, что делать.

А Халден рыдал, как животное, и… у меня болели пальцы.

Нет, не совсем болели. Они покалывали. Как будто я отлежала их днем, и теперь их пронзали тысячи иголок.

— Можно взглянуть? — обратилась я к брату.

Райдер обдумал мой вопрос. Халден молчал целую долгую, слезами залитую минуту, прежде чем Райдер кивнул.

— Подойди.

Халден не спорил. В тусклом лунном свете я осмотрела рану посередине его ладони, неровную и рваную, как ткань. Покалывание в моих пальцах усилилось. Мое сердце начало колотиться слишком сильно, словно птица заперта в моей груди.

— Кажется, я что-то слышу, — раздался голос Райдера. — Будьте тут, я проверю… — Он быстро задвигался вокруг верстака Пауэлла, отправляя винты и болты падать на пол.

Моя грудь сжалась еще сильнее. Пауэллу это не понравится. Эти винты были разложены по размеру. Болты выстроены в линию.

— Ну? — шмыгнул носом Халден. — Как это выглядит?

— Я и маме такое делала, — сказала я Халдену, тянувшись на цыпочках к хлипкой полке и притягивая его к себе. — У нее ноги болят, ходить трудно. И она часто ранится.

Моя рука нащупала тряпку, которую я искала, и я прижала мягкую ткань к его ране и держала ее там.

Рыдания Халдена сменились на всхлипы. Волк снова завыл под покровом ночи снаружи.

— Он не вернется, ты знаешь.

Райдер? Конечно, вернется. Я открыла рот, чтобы сказать это Халдену, но иголки в кончиках пальцев запели так яростно, что все мысли спутались. Они горели и искрились. Хотя мне не особо хотелось снова видеть кровь, я услышала, как спрашиваю:

— Можно я взгляну еще разок?

Халден кивнул, но тут же отвел глаза, уставившись в покрытые грязью стекла, сквозь которые едва пробивался лунный свет. Затем, для надежности, он крепко зажмурил глаза.

Тряпка немного замедлила кровотечение, но… потом оно возобновилось, изливаясь ручейками на пол. Порез был глубоким. Я могла разглядеть торчащие белые твердые участки из-под его кожи. Кость и мышцы. Я осторожно коснулась зазубренных краев, и бледно-розовое свечение исходило из моих пальцев и переходило в его руку.

У меня сердце остановилось от ужаса. Я резко отдернула пальцы.

Кожа Халдена начала срастаться прямо у меня на глазах.

Я зажмурился. Раз, другой…

Но это было правдой. Рана затягивалась сама по себе.

И то любопытное, паническое чувство в груди, то, из-за которого я забывала, как правильно дышать, — оно исчезло вместе с надоедливыми иголками. Я прижала пальцы к ладони, пытаясь поймать ушедшее ощущение покалывания.

— Ты закончила? — глаза Халдена были все еще закрыты.

— Почти. — Я снова коснулась раны, и на этот раз мое сияние было меньше, не таким, как у звезды, а скорее как от спички. Но через минуту на его ладони осталась лишь свежая розовая кожа.

Была ли я ведьмой? Подумал ли так Халден? Расскажет ли он маме и Пауэллу?

О, Камни.

Я поморщилась. Нам не полагалось ругаться.

Сегодня вечером я все делала неправильно.

— Пока не смотри, — сказала я ему, внезапно почувствовав сильную усталость. Я снова обернула его руку тряпкой, завязав ее узлом, чтобы скрыть улики. — Думаю, к утру будет лучше.

— Спасибо, Арвен. — Халден вытер слезы со своих щек тыльной стороной здоровой руки. — Тебе не обязательно было это делать.

Знает ли он, что сделали мои пальцы? Знает ли он, что это что-то заставило мое тело чувствовать себя одновременно спокойным и охваченным огнем? Я сглотнула с трудом.

— Делать что?

— Остаться. Помочь мне. Ты могла убежать, как Райдер.

Я вытерла пилу, с которой играли мальчики, проводя ее окровавленным лезвием по подолу своей ночнушки. Затем я повесила ее обратно на гвоздь и встала на колени, чтобы собрать каждый винт и болт, которые скинул Райдер. Мне потребовался бы по крайней мере час, чтобы разложить их все обратно в правильном порядке.

— Ты был ранен, — зевнула я. — Я не могла тебя оставить.

— Да, — сказал Халден, хотя он уже двигался мимо меня к двери. — Могла бы.

ЧАСТЬ

I.

Пепел

Перевод lenаm.boоks

Глава 1

КЕЙН

Я знал, что на этот раз треснуло мое ребро.

С каждым вдохом разломанные части кости расходились, вызывая боль, которая отдавала в избитые мышцы спины. Сидеть было чуть менее мучительно, и я медленно, собравшись с силами, вдохнул.

Воздух густо пах хвоей и кровью.

Когда я медленно открыл глаза, взгляд скользнул вниз по отвесной стене из сплошного сверкающего льда, с которой я сорвался — ее пик все еще скрывался за густыми белыми облаками, а гладкая поверхность была испещрена лишь трещинами и вмятинами там, где я в отчаянной попытке взобраться вбивал кулаки и ступни.

Сначала ты подвел их. Затем — ее. И теперь снова терпишь неудачу.

Боль вновь пронзила мое сердце. Свежая, с каждым ебаный днем.

Разве боль утраты не должна притупляться со временем?

Я поднялся, грудь по-прежнему сжимали две совсем разные боли, и стряхнул снег и грязь с задницы. Это движение заставило глубокие ссадины на ладонях вновь остро заныть. Какой бы защитный барьер Белый Ворон ни наложил вокруг своего дома на вершине этой ледяной горы, он подавлял все способности моего лайта — не позволял мне превращаться в дракона, останавливал мое ускоренное исцеление Фейри…

Я побрел сквозь ослепляющую белизну обратно в направлении городка у подножия горы. Я прошел всего несколько футов, когда синяки, ссадины и волдыри по всему телу начали исчезать. Носом обуви провел черту по снегу, обозначая, где, судя по всему, заканчивается барьер.

Я скривился от движения. Ребро заживет не так быстро.

Будь я умен или терпелив, я бы отступил вниз, в город, снял комнату в дрянном, покрытом ледяным дождем постоялом дворе и лежал бы в оглушительной тишине, пока не восстановлюсь.

Но я не был умен.

Я не был терпелив.

И боль меня не беспокоила.

В последнее время мне было так холодно, что она почти была желанной — эта ноющая боль в самых костях.

Прижав ладонь к пульсирующей боли в боку, я в сотый раз оценил ледяную горную гряду. Позади голых ветвей сосны, густо покрытых инеем, и следов зайцев и карибу, тот вздымающийся ряд зазубренных горных хребтов поднимался все выше и выше, поглощая линию горизонта.

— Планируешь снова обратиться в дракона и полететь? — крикнул сзади меня ворчливый старческий голос. — У тебя почти вышло.

Черт побери.

— Нет, — прорычал я.

И этот план едва не сработал. Все, чего я добился, — так это поднялся достаточно высоко, чтобы разглядеть крошечный каменный домик на вершине, заметить пожилого волшебника, ухаживающего за пышным огородом с корнеплодами, а затем, едва я ринулся к нему, пробиваясь сквозь его защиты, против воли превратиться в воздухе и рухнуть на землю.

В итоге я отделался раздробленным коленом, сотрясением и двумя вывихнутыми плечами. Однако все эти увечья меркли по сравнению с днями томительного ожидания, пока не отрастут новые зубы на месте выбитых — ничто не способно унизить мужчину так, как процесс прорезывания зубов, пережитый в зрелом возрасте.

Мое тело, разбивающееся об утрамбованный снег, было не так уж и плохо. В некотором смысле, я приветствовал боль. Она позволяла мне чувствовать то, что чувствовала Арвен — то же самое ужасающее бессилие. Паря в воздухе, когда инстинкты кричат мне лететь, несмотря на то, что мозг ревет, что я не могу…

— Ты не умрешь. — Вот что я сказал ей.

От этих воспоминаний мое лицо скривилось.

Поэтому я попытался снова на следующий день. И еще на следующий.

Второе мое падение из облика дракона обернулось переломом хребта в двух местах и параличом ног. Я пролежал там полдня, внутри барьеров Белого Ворона, не в силах исцелиться или пошевелиться, пока этот недоумок не наткнулся на мое распластанное тело и, следуя моим очень четким указаниям, не поволок меня обратно к городу, пока покалывание в икрах не возвестило, что я начал выздоравливать.