Читаем Царство воров (СИ) онлайн бесплатно

Акку

Никогда еще кошмар не был таким реальным. Таким четким, предельно ясным. И пугающим до леденения и покалывания в кончиках пальцев.

Тяжело громыхало треснутым брюхом налившееся темно-серое небо, норовя сорваться и упасть сверху божественной карой. Разбиться на миллиарды жалящих капель. Его то и дело пронзало сеткой ослепляющих молний, а через пару секунд раздавался такой ужасающий грохот грома, что, казалось, наступил конец света.

Дождь ожидаемо ударил.

Непрекращающийся ливень бил острыми колючими струями по лесу, вода была везде - стекала по громадным необъятным стволам, стучала мощными каплями по толстым и плотным листьям, извивалась ручьями на илистой земле, затапливала пушистый прохладный мох. Монотонный звук со всех сторон звучал завораживающей музыкой барабана, - это дождь играл каплями по бамбуковым зарослям. Полые трубки стучали. Мелодия неуловимо отдавала смутно знакомым ощущением в груди, словно слышалась она раньше, но яростная громкость была чужой и непривычной.

Запах стоял свежий, пробивался он чистым озоном в ноздри, а потом и легкие, заставляя их раскрываться и поглощать его больше и больше, насыщая тело до сытости и высоко вздымая грудь.

На земле, свернувшись калачиком в грязном иле, лежала испуганная девушка. Тонкие пальцы с обломанными ногтями обхватили худые плечи в безнадежной попытке согреться или спрятаться.

Звуки казались ей слишком громкими, раскатистыми, как разговоры богов. Небо угрожающе рокотало, готовое вот-вот треснуть и обрушиться на голову. Высокие стволы исполинских деревьев улетали ввысь в поднебесье, и все вокруг казалось слишком странным и чужим.

Почему-то совсем не было сил подняться и отползти в сторону, под большой лист папоротника, руки и ноги были какими-то неживыми, точно парализованными. Замычав что-то нечленораздельное, девушка все равно сделала еще одну попытку, опираясь на кулаки. И тут же рухнула заплаканным лицом вниз, в мокрую грязь. Захлюпала, отплевываясь. Сил хватило только на то, чтобы повернуть голову и не захлебнуться мутной илистой жижей под щекой.

Она так и лежала несчастно скукожившись и вздрагивая от каждой капли дождя. Ощущение что каждый раз на нее выливали ушат воды и одновременно били плетью по спине - так больно ощущался крупный дождь.

Не скоро стихнул мощный тропический ливень, а когда закончился, то сил все равно не прибавилось, и она так и осталась лежать на земле, устало и отрешенно разглядывая все, что могла увидеть - огромные отполированные небесной водой валуны, невероятно большие стебли, толщиной с дерево, с гигантскими фиолетовыми цветками, размером с целую крышу. Вот бы доползти до такого и укрыться от вездесущей воды. Все было таким большим, величественным, а она на этом фоне смотрелась крохотным насекомым.

"Это всего лишь сон. Я должна проснуться. Мне просто это снится. Не страшно. Не страшно".

Не успела она толком рассмотреть странно увеличенные размеры окружающего мира, как снова хлынул дождь, вспышка молнии ударила совсем близко, заставив изможденное тело вздрогнуть и скорчиться в страхе. Гром над головой оглушил окончательно, и девушка снова заплакала, ничего не понимая.

Страшнее всего, что она ничего не помнила - ни как здесь оказалась, ни что это за место, ни кто она сама такая. Голова раскалывается при одной мысли подумать над этим и попытаться вспомнить, но ничего не получается, и до самого вечера она лежит измученная и обессилевшая в мокрой грязи, с иссякающей надеждой в сердце, что дождь не забьет ее насмерть своими жалящими струями.

А вечером, лежа в полудреме в удручающей сырости, она услышала грохот невероятного размаха, земля под ней затряслась, и в голову снова закрались мысли о конце света. Иначе что бы это могло быть? Землетрясение?

Поверхность земли под ней вибрировала, ходила волнами, и, затихнув от слез, она уставилась сквозь спутанные пряди волос в туманное небо, внезапно разглядев в нем исполинскую тень.

А потом и вовсе затаила дыхание и оглохла от ужаса, потому что прямо на нее двигалась огромная морда животного. Увеличенный в тысячи крат пятнистый леопард, вышагивающий под самыми небесами. Морда его то появлялась из рассеянного тумана, то вновь исчезала. Желто-зеленые хищные глаза влажно блестели, в черных зрачках отражался бесконечный лес. Фыркнув так, что над головой подул теплый ветер, леопард шевельнул длинными усами и оказался прямо над ней. Метрах в ста ударила об землю кошачья лапа, диаметром в полдеревушки, снова затряслась земля, еще сильнее.

Девушка с содроганием подумала, что если бы кошка хоть немного сменила курс и лапой ударила прямо по ней, то от нее бы и мокрого места не осталось. Огромной черной тенью, закрывшей небо, проплыло над ней длинное гибкое туловище, хвостом смело верхушки деревьев.

Это от его ленивой поступи дрожала земля и ломались деревья. Да и деревья ли? Для леопарда то, что она сначала приняла за лес, было всего лишь травой и зарослями.

"Я превратилась в муравья?", - слабо подумала она. - "Почему здесь все таких размеров? Это же сон... сон... проснись, пожалуйста...".

Она хотела назвать себя по имени, и вдруг с беспомощным удивлением осознала, что не знает как ее зовут. Но времени подумать об этом не было. Все мысли сконцентрировались только на этом исполинском звере, несущим смертельную угрозу.

Она была уверена, что хищник точно ее съест, и даже не делала попытки пошевелиться. Куда она убежит от такого чудища, высотой с целую гору? И где вообще люди? Есть ли здесь хоть кто-то, способный помочь ей?

- Нет, мне это просто снится...

Зажмурив глаза, она беспомощно замычала в сгиб локтя, готовясь умереть в любой миг. Но леопард прошел мимо, не обращая на нее никакого внимания, и вскоре все затихло. Дождь опять прекратился, и опять ненадолго.

Неуютная темнота ночи встретила очнувшуюся гостью в своем лесу тихими шорохами, шелестом листьев папоротника, стуком бамбуковых стволов. Где-то неподалеку раздались неприятные чавкающие звуки, кто-то или что-то утробно пыхтело, причмокивая. Как будто ело.

Сердце колотилось в горле, и предприняв еще одну попытку, она все же поползла в сторону. Сначала по-пластунски, потом, почувствовав, наконец, ноющие мышцы и суставы, на карачках.

Прочь. Прочь от этого жуткого звука. Инстинкт самосохранения дуром кричал что отсюда надо уходить, и что совсем этот кошмар не похож на обычный сон. А значит это "что-то" вполне может перекусить и ею.

Через какое-то время удалось подняться на ноги. Они дрожали и почти не слушались хозяйку, и она чувствовала себя новорожденным олененком, который только учится ходить.

Над головой снова промелькнула большая тень, заслонившая потемневшее небо, но так же быстро исчезла, обдав остывающим потоком воздуха. Показалось, будто похоже на птицу.

Раздался ударивший по барабанным перепонкам стрекот насекомых, но такой громкий, словно ночные насекомые тоже были большими.

- Это не может быть правдой, - жалко прошептала гостья, растерянно оглядываясь. Куда идти она не имела ни малейшего представления.

Стемнело быстро, не видно не зги. Страх заполонил каждую клеточку тела.

Напряженно вглядываясь в неприветливую чащу леса, она отошла подальше от пения насекомых и, когда звук стал более-менее приглушенным, не придумала ничего лучше, кроме как забраться на извилистое дерево, цепляясь за лиану. С трудом, но у нее получилось. Там она просто легла на широкое разветвление, уставшая, голодная и замерзшая. От чувства голода даже страх ее притупился.

На ней была неудобная одежда - длинное платье с подолом-куполом, вычурное, богато расшитое шелковыми нитями, но от грязи и сырости быстро превратившееся в лохмотья, неприятно липло к телу. Кружева и оборки на груди оторвались, повисли тряпками. На ногах, помимо подранных чулок, - кожаные ботиночки, теперь в них неприятно хлюпала вода, ноги то ли вспрели, то ли замерзли - не понять. Голова тяжелая от большого мотка спутанных волос.

Распустив волосы и избавив голову от острых шпилек, она с удивлением увидела, что влажная копна рухнула вниз на колени. Выпрямившись, обнаружила что волосы достают до середины бедер. Они были мокрыми и тяжелыми, сильно мешали. Шея от них мерзла. Скрутив их в толстый узел на затылке, она снова заколола шпильки обратно. Кожа головы тут же зазудела.

Устроившись поудобнее, она все же умудрилась придремать, и даже не сразу сообразила, когда услышала голоса. Может, сонливое состояние и спасло ее, иначе она бы точно побежала голосам навстречу.

Гудящий, точно рой пчел, и хлесткий, с вибрирующим оттенком и последующим вскриком, звук вырвал ее из полудремы. Подняв тяжелые веки, она ошарашенно смотрела вокруг.

Светало. Розово-голубой дымкой занимался рассвет, туман после дождя тянул свои прозрачные щупальца вверх, истончался и таял в кронах.

- Не приснилось... - пробормотала расстроенно.

Обняв толстую ветку, на которой лежала, она свесила голову вниз, чтобы посмотреть на причину странного звука, и мгновенно обрадовалась. Там, внизу, сновали люди, и она уже было открыла рот, чтобы закричать о помощи, но ее остановил тот самый хлесткий звук, от которого она и проснулась.

К стволу соседнего дерева привалился плечом один из людей, полуобнаженный, в одних только штанах. Мужчина, лохматый и босой. Вздохнул тяжело и тут же вскинул руки, словно защищаясь. Снова раздался свистящий звук, а потом глухой, словно сквозь зубы, стон мужчины.

Она и кнут-то не сразу увидела, а как поняла, что это за удары, прижала ладонь ко рту, чтобы не вскрикнуть.

Спина несчастного сразу обагрилась, и она с ужасом разглядела белесоватые грубые полосы - старые длинные шрамы, к которым методично и жестоко добавлялись новые, кровавые.

Лупивший был одет и в обуви, на голове - причудливая прическа, которую толком и не рассматреть, да и надо ли? Злобно размахивая кнутом, он орал на бедолагу на незнакомом языке. Она не понимала ни слова. Кое-как успокоившись и злобно сплюнув, каратель повернулся ко всем - сверху она могла видеть, как медленно он провел взглядом по кругу, пыталась представить сколько людей там могло быть, напрягла зрение и посчитала, кого умудрилась разглядеть, на пятнадцатом сбилась - и провизжал на ломаном языке, который она смогла понять:

- Искать, отродье! Мерзкий дахджас! Весь лес искать! Здесь искать! Бить ленивый! - помахал кнутом, угрожая. Опустив головы, полуобнаженные попятились. - Бить до смерть, тварь!

Она затаилаась наверху, не смея даже дышать, каким-то шестым чувством, не зная ничего толком, поняла, что ищут ее, и что если найдут, то будет ей совсем худо. Как тому несчастному со шрамами.

Зачем она этим людям, и как вообще она тут оказалась - она не знала, но закусив губу до боли, вжималась в ствол, молясь, чтобы никто не догадался поднять голову и посмотреть сквозь листву вверх.

И как назло, едва только эта мысль оформилась, один из людей, одетых, почти не поднимая головы, устремил взгляд к ее ветке, на которой она пряталась. На секунду их глаза встретились, но она даже не пикнула, ошеломленно глядя на него, вжимаясь затылком в дерево. Готовилась к тому, что мужчина сейчас откроет рот, закричит и укажет на нее пальцем, но он быстро опустил голову, и отошел от ее дерева. Она только и успела заметить хлестнувшую по прямой спине в черных одеждах темную косу.

Раздались вскрики, все ушли.

Сердце колотилось в бешеной агонии, когда спустя какое-то время она осмелилась спуститься вниз. Ошарашенно озираясь, постояла на месте, совершенно не представляя куда идти в этом дремучем лесу.

Однозначно в противоположную от тех людей сторону, поэтому, больше не мешкая, она шустро пошла меж исполинских растений, нервно озираясь по сторонам. Сердце продолжало колотиться в бешеном ритме, от любого незнакомого звука она вздрагивала, готовая заорать и броситься сломя голову в чащу.

Когда через несколько десятков метров зеленые заросли перед ней раздвинулись, и совсем неожиданно появилась огромная противная башка насекомого, она даже не вскрикнула. Застыла в леденящем душу ужасе, голова вмиг опустела от всех мыслей.

Туша таракана-носорога, размером с реального носорога, выползла из-за кустов. Лоснящаяся коричневая броня шевелилась при каждом его шаге, отвратительно щелкала. Мохнатые лапы перестали активно перебирать, разрыхляя мох, таракан замер на месте. Огромные, как черные блестящие шары, глаза уставились на нее, чудовище утробно зашипело, дергая короткими усами, и тогда она не выдержала, завизжала и бросилась наутек.

Ее крики спугнули сидевшую на фиолетовом цветке пеструю бабочку, с такими же габаритами, как у таракана. Широко размахивая крыльями, она пролетела совсем рядом, отчего беглянка шарахнулась в сторону.

Девичий крик не остался незамеченным, она услышала победоносные вопли на чужом языке совсем рядом.

Припустила быстрее слишком поздно, только когда увидела искажнные злобной радостью лица, выскочившие из ближайших зарослей. Дикие взгляды, отросшие бороды и волосы, грязные лица, несколько слоев темной одежды, и, наоборот, единственные штаны на тощих телах, - все смешалось калейдоскопом в один поток, рвануло к ней шумной вопящей рекой.

Снова завизжав, она рванула прочь, испугавшись, что ее растерзают голыми руками. Задавят массой, забьют количеством.

"Ах, мудрый Веши, дай мне сил!", - и тут же собственное удивление, потому что не помнит никакого Веши, но, судя по всему, память подбрасывает ребусы воспоминаний.

Тело легкое, почти парит над мокрым ковром из травы и зарослей, а ведь еще вчера она не могла пошевелиться. Она бежит, с содроганием слушая свист и улюлюканье за спиной. Ее загоняли как зверя, и кажется, совсем не переживали, что она пытается убежать.

Возможно, думали не убежит в своей неудобной одежде или споткнется.

Однако, через полчаса такого бега, смех прекратился, и только бешеная ярость подгоняла страшных загонщиков - убегающая девушка не сдавалась, не останавалась ни на секунду. Сжав громоздкий подол в руке, бежала по лесу что есть мочи.

- Поймать белый тварь! Бить кто ленивый! Бить кто медленный! - раздались за спиной крики. Снова хлесткие звуки.

Не удержавшись, она оглянулась и чуть не споткнулась от открывшейся перед ней омерзительной картины - главный (как она для себя определила), перекосившись от злобы, сидел на открытом паланкине, который удерживали в руках двое несчастных мужчин. Плеть его кнута то и дела опускалась на плечи бедолаг, блестящие от пота мокрые спины содрогались от ударов, но свою ношу они не отпускали, и бежали за ней чудовищно быстро, неведомо откуда черпая силы. Рядом бежали несколько таких же забитых мужчин в одних шароварах. В руках их не было ничего. Тут же бежали и одетые, и она сразу определила им ранг сильно выше. В руках их были веревки, ножи и страшные секиры.